После поднятого балагана никто и не вспомнил про недавний замысел.
Съёмочная группа зарыла припасы не слишком глубоко, так что до истечения таймера все пары сумели набить корзины доверху. Пусть наборы продуктов у всех вышли разными, но завтрашний завтрак был наконец обеспечен.
Как и следовало ожидать, Чжу Е и Юй Чи плелись в самом хвосте. Теперь после завершения вечерних съёмок им предстояло подняться на Чердак эмоций и пройти наказание в виде вопросов и ответов.
«Прибрежный домик» насчитывал четыре этажа. На втором расположились пары Лу Янь и Юй Рао, на третьем — Юй Чи и Юй Ин, а четвёртый целиком занимал Чердак эмоций.
Поскольку это был первый день прямой трансляции и участники ещё не привыкли к постоянным камерам, около восьми вечера в комнатах уже погасили свет, готовясь ко сну.
Остальные пары по очереди поднимались наверх, чтобы записать на бумаге самое радостное или самое неприятное событие дня.
Первым на Чердак поднялся Юй Ин.
Он выглядел сокрушённым: столько лет отдал работе, так и не став путёвым мужем.
С покрасневшими глазами он долго колебался, зависнув кончиком ручки над чистым листом, но так ничего и не написал.
На крупном плане его измождённое лицо и застланный кровавыми прожилками взгляд смотрелись настолько трогательно, что чат трансляции вздохнул от жалости. Даже случайные зрители не удержались от сочувственных комментариев.
[Он в последние годы столько в реалити-шоу вкалывает, тяжело ему приходится.]
[Я видела шоу, где он с детьми снимался! Он с дочкой и сыном так ладил! А Су Цунъинь только хмурилась рядом и ни на шаг не отходила, будто он детей покалечить мог.]
[Он же сам говорил, что жилы рвёт ради семьи, чтобы Су Цунъинь и дети ни в чём не нуждались. А эта в ответ развод затребовала! Мол, работой перегружен! Ещё и деньги отжать пытается. Бесит, сил нет!]
Следом за Юй Ином поднялась Су Цунъинь. На всё про всё, вместе с письмом, у неё ушло не больше трёх минут. Как и муж, она решила поделиться наболевшим, но вместо конкретных жалоб просто вывела строчку из классической поэмы:
«Шёл простолюдин с видом простока, шелк менять на нить...»
Эта поэма из школьной программы была знакома каждому. Стоило первой строчке появиться на экране, как зрители тут же дружно подхватили продолжение в комментариях.
Это была поэма «Ман».
Лу Янь и Фан Гэ порадовались тому, что угадали подарки друг друга — это стало для них приятным сюрпризом.
В комментариях тем временем продолжали гадать, какой скрытый смысл таит в себе древнее стихотворение.
Камера переместилась в комнату Юй Чи.
Ему как раз выпадала очередь идти писать письмо.
Оператор дал общий план: свет горит, а в комнате — ни души.
Камеру переключили на комнату Чжу Е: тьма кромешная и тоже пусто.
У сотрудника, отвечавшего за мониторинг эфира, сердце ушло в пятки. Он в панике набрал режиссёра.
— Алло? — отозвался режиссёр Фан.
— Режиссёр, они... они пропали! — задыхаясь, вылил в трубку сотрудник.
— А? Ты про Юй Ина? У него вечерняя работа, в девять нужно быть в отеле неподалёку. Просто не переключай на его комнату.
Сотрудник покрылся холодным потом:
— Да нет же! Я про Юй Чи и Чжу Е!
Режиссёр сначала опешил:
— Юй Чи и Чжу Е?
А спустя секунду подскочил как ужаленный:
— Юй Чи и Чжу Е?!
Чат тем временем гудел:
[Куда они делись?!]
[Тоже хочу знать!]
[Неужели тайком удрали на свидание? Помню, днём они договаривались вечером прогуляться!]
[Да куда тут уйдёшь? Вокруг одна глухомань, песок да море!]
[Фанатам Рыбки приготовиться! Нашлись оба — в гараже комаров кормят!]
[Ха-ха-ха, умру сейчас! В самом буквальном смысле — кормят комаров!]
В суматохе съёмочная группа срочно отправила наверх пару Юй Рао, параллельно подняв запись с личной трансляции Юй Чи получасовой давности.
Едва вернувшись к себе, Юй Чи забрался на диван с ногами и уткнулся в телефон.
Таково было жёсткое требование организаторов: каждый участник обязан ежедневно выходить в эфир минимум на полчаса для общения с фанатами. Формат свободный — хоть ешь на камеру, хоть тренируйся, хоть на вопросы отвечай. Главное — сгладить затишье в основном эфире и удержать аудиторию.
Очередь Юй Чи как раз совпала с этапом писем на Чердаке эмоций.
Быстро высушив волосы, он с ногами уселся на мягкую кровать.
Простыни и одеяло были глубокого тёмно-синего цвета. Юй Чи буквально утонул в этой синеве. Он открыл приложение, долго пытался настроить ракурс встроенной камеры, но так и не добился нужного угла. В итоге просто запустил трансляцию со своего телефона, повесив аппарат на шею.
После дневных эфиров других участников зрители уже знали, что к чему, и сразу стали давать советы:
[Давай в «Правду или действие»!]
[Мукбанг! Хочу посмотреть, как заек уминает улиточную лапшу!]
[Лучше тренировку! С кубиками пресса! (слюни.jpg)]
[Расскажи про вас с Чжу Е! QAQ]
[Сяо Чи, что ты собираешься писать на Чердаке эмоций?]
Юй Чи с ходу зацепился взглядом за последний вопрос. Сверившись с часами, он спросил:
— Кто там сейчас пишет?
[Фан Гэ только что закончил, теперь ушёл Киноимператор Юй.]
Ради сохранения приватности организаторы запрещали участникам включать чужие трансляции в это время.
Юй Чи чтил правила. Он не стал открывать эфир, лишь подпёр подбородок ладонью и лениво задумался.
— Вы все зовёте его Киноимператором?
Это обращение показалось ему ироничным.
Зрители перед экранами недоуменно переглянулись, не понимая причин его ухмылки.
— А за какие заслуги? — с любопытством уточнил Юй Чи.
[Он вроде какую-то престижную премию взял, короче, статусный дядька.]
[Кажется, он во многих фильмах снялся, хотя лично я узнала о нём из шоу с детьми. У него двойняшки — просто прелесть!]
[Вот-вот! На проекте его дети были самыми воспитанными. Он ещё говорил, что как бы ни был занят, всегда найдёт время на воспитание.]
[Кажется, теперь зашла Су Цунъинь.]
Юй Чи продолжил гнуть свою линию:
— И в каких же фильмах он сыграл?
Чат на мгновение затих.
[Я помню только его дебютный фильм «Взлетающий дракон». Там ещё Су Цунъинь вторую главную женскую роль играла.]
[Точно! Помню, там и наш Юй засветился — меньше минуты в кадре, играл младшего брата героини, который оглядывается под зонтом в дождь. Я с той сцены в него и влюбилась!]
[Если так подумать, у Юй Ина из заметного только то семейное шоу да «Взлетающий дракон». Больше ничего на ум не приходит.]
[Я загуглила! У всех его фильмов за последние годы оценки даже до проходного балла не дотягивают. С какого перепугу его вообще Киноимператором величают? За какие такие подвиги?]
— Я тоже немного смотрел то шоу с детьми, — проговорил Юй Чи. Опустив взгляд, он скользнул взором по диалогу с Су Цунъинь и лишь потом добавил: — И понятия не имел, что он настолько семейный человек.
Помолчав, Юй Чи вспомнил аудиозаписи, которые для него собрали перед началом съёмок, и невозмутимо заметил:
— Актёр он и впрямь неплохой. Играет очень естественно, комар носа не подточит.
[Этот смешок... у меня предчувствие, что тут зарыта собака!]
[На Киноимператора есть компромат?!]
Юй Чи ловко ушёл от темы.
Не успели затихнуть его слова, как лежавший у изголовья телефон едва слышно пискнул — пришло уведомление от особо важного контакта.
Юй Чи приглушил звук и, продолжая отвечать на вопросы фанатов, мельком глянул на экран.
— Су Цунъинь: Моя очередь заходить.
— Су Цунъинь: Я сделаю, как ты сказал.
Юй Чи опустил веки, пряча эмоции, и как ни в чём не бывало продолжил беседу.
Спустя пару минут зрители в комментариях опять вернулись к письму Су Цунъинь.
Выбор поэмы «Ман» превзошёл все ожидания. Мысли людей полностью переключились на эту тему: всем не терпелось разгадать подтекст.
Так и не придя к общему знаменателю, зрители привалили в трансляцию Юй Чи за разъяснениями.
— «Ман»? — слегка удивился Юй Чи.
Поразмыслив, он не стал касаться личности Юй Ина, а лишь поделился своим мнением о Су Цунъинь.
Впервые Юй Чи попал на съёмочную площадку на втором курсе университета, и досталось ему всего пара эпизодов.
В тот день валил страшный снегопад. Будучи уроженцем юга, Юй Чи ни разу в жизни не видел снега, а уж тем более такой метели.
От лютого холода кровь у него в жилах, казалось, стыла. Но в чужом городе, да ещё и на первых в жизни съёмках, он банально боялся отлучиться и просто сидел на корточках в стороне, дожидаясь вызова режиссёра.
Все были заняты своими делами, и никому не было до него дела. Никому, кроме Су Цунъинь.
Она играла вторую женскую роль. Неизвестно как заметив замерзающего юношу, она подошла, мягко набросила ему на плечи тёплый плед и подослала человека с горячим имбирным отваром и грелкой для рук.
Юй Ин тоже был там.
Такой же безымянный статист, он ютился в углу и молча наблюдал за тем, как Су Цунъинь заботится о Юй Чи.
Тот снегопад и ту пиалу имбирного отвара Юй Чи запомнил надолго.
И теперь, глядя прямо в камеру, он произнёс абсолютно ровным тоном:
— Не знаю, что за человек Юй Ин, но точно знаю, что сестра Су — замечательная женщина. Что бы между ними ни произошло, я полностью на её стороне.
Голос из динамика телефона звучал в унисон с тихим эхом за двумя закрытыми дверями.
Глядя на спокойное лицо Юй Чи на экране, Чжу Е почувствовал, как глухая броня в его груди дала трещину.
Он только что закончил рабочее совещание и ещё не успел запустить собственный эфир, поэтому в очередной раз открыл трансляцию Юй Чи.
Тот тип из недвижимости как раз позвонил ему и, услышав слова Юй Чи, недоуменно протянул:
— Снегопад на втором курсе? Эй-эй, постой, я вспомнил! Он же говорит про тот день, когда ты отпросился!
Чжу Е уставился в экран. Мысли его витали где-то далеко, поэтому он лишь отрешённо отреагировал:
— А?
Зато приятель на том конце провода распалялся всё сильнее:
— Ну точно же! Ты тогда пропал на всю ночь, а вернулся и ревел как миленький!
Чжу Е медленно моргнул.
Он криво ухмыльнулся, хотя на душе было паршиво:
— Может и так.
Собеседник осёкся:
—... Ты какой-то дёрганый. Всё в порядке?
Чжу Е выдавил фальшивую улыбку:
— А что со мной может быть не так? Был молод, горяч, глуп — накрыла безответная любовь, с кем не бывает. Теперь-то я вырос и прекрасно понимаю: любовь — далеко не главное в жизни. Кто там кого любит — да без разницы. Я вообще не злюсь и ни капли не ревную.
Пприятель осторожно закинул удочку:
— Ты только не говори, что тебе жалко разво...
— Кому тут жалко?! — брякнул Чжу Е, мгновенно срезав его на полуслове.
И с нажимом добавил:
— Я запал исключительно на его мордашку! Никаких чувств, просто запал. Да будь на его месте кто угодно с таким лицом, я бы точно так же поплыл!
Пприятель поперхнулся и умолк.
Со стороны виднее: за пять лет этой любовной эпопеи он так и не понял, к чему Чжу Е упорствует в своём заблуждении.
Тот твердил про свою «поверхностную влюблённость в красивое лицо» словно заведённый, будто пытался внушить это самому себе. А все эти выдуманные «Эйми» и «Эмили», появившиеся в последние годы — да любой дурак понимал, что Чжу Е просто взбесился из-за слухов вокруг Юй Чи и сочинил их от обиды, чтобы потрепать ему нервы.
Вот только Юй Чи тоже был не из тех, кто пойдёт на попятную. Так они и мерились гордыней: один не ночует дома, другой назло идёт в кино с кем попало. В итоге сами же вытолкнули друг друга из собственной жизни.
Приятель до сих пор помнил, как пьяный Чжу Е валялся на диване и с покрасневшими глазами спрашивал: «Почему я тысячу раз твердил, что люблю его, а он ни разу не ответил?»
После той ночи Чжу Е больше никогда не признавался Юй Чи в любви первым.
Но к чему привела эта детская игра в «кто кого перепрямит»? Разве она хоть что-то решила?
Чжу Е даже не догадывался о его мыслях:
— К тому же, он только что сам позвал меня уединиться.
Они уже тысячу лет не ходили на свидания вдвоём, и Чжу Е, чего греха таить, ждал этого с нетерпением.
Он даже толком не договорил — сразу ринулся к шкафу выбирать наряд на вечер.
Когда он включил микрофон и возобновил эфир, разговор с приятелем уже подходил к концу.
Зрители, полчаса с пеной у рта спорившие в чате, кто же звонит Чжу Е — Эйми, Эмили или Сяо Фу, — буквально прильнули с лупой к экрану и наконец-то сподобились разглядеть имя контакта.
[Тот самый тип из недвижимости (Сяо Фу)]
Чат взорвался:
[?]
[Сяо Фу — это и есть «тот самый тип»?! В буквальном смысле?!]
[Твою мать, ну и кадр!]
[Кто, если не ты, должен вести шоу про разводы?!]
[Спойлер: если у тебя нет жены, то ты сам в этом виноват!]
Сетевые сыщики сработали оперативно и в мгновение ока отрыли личный блог Сяо Фу. Чжу Е с основного аккаунта читала от силы пара человек, и Сяо Фу гордо числился в их числе.
Оторопев от лавины личных сообщений с расспросами, Сяо Фу оказался между двух огней.
[Тот самый тип из недвижимости (Сяо Фу)]: Чжу Е — мой братуха, у нас с ним чисто пацанская дружба и ничего больше!
Пользователи тут же набежали в комментарии:
[Да ну? Не верю!]
[Заливаешь! Гони доказательства!]
[Говорят, ты знаком с Эйми и Эмили. Они правда мутят с Чжу Е?]
Сяо Фу долго метался, но в порыве чувств решил спасать собственную шкуру:
[Тот самый тип из недвижимости (Сяо Фу)]: @Моя_судьба_красавица_жена! — вот твинк Чжу Е, идите и сами смотрите. Только не палите, что это я слил!
Запись продержалась всего полминуты, прежде чем автор в панике её снёс.
Вот только дотошные фанаты успели сделать скриншоты.
Нажали на ссылку — и обомлели: больше тысячи трёхсот записей, и в каждой второй строчке — «жена», «жена», «жена».
Новостные паблики зашлись в экстазе: «Ребята, свежая порция кринжа от Чжу Е: Больно, как же больно любить!»
* * *
Чжу Е ни сном ни духом не ведал, что верный кореш сдал его со всеми потрохами.
Едва он положил трубку, как пришло сообщение.
— Юй Чи: Вылезай через окно. Я в саду.
Чжу Е сглотнул. В груди смешались дикое недоумение и внезапный азарт.
Они что... тайком милуются за спиной у Су Цунъинь?
Как же это будоражит!
Впрочем, секунду спустя он мысленно дал себе пощёчину.
Стоп, бред какой-то! Они же законные мужья, с печатью в паспорте! С какого перепугу обычное свидание превращается в тайную вылазку?!
Чжу Е почувствовал себя глубоко оскорблённым.
Ткнув пальцем в экран, он записал Юй Чи яростное голосовое:
— Юй Чи, ты там совсем сдурел?! Я, блин, старший молодой господин Чжу! Очередь из желающих выслужиться передо мной тянется отсюда и до края света! Я выкроил для тебя время, а ты мне предлагаешь в окно лезть?! Я даже в школе к тебе через окна не лазил, а теперь должен прыгать ради какого-то дурацкого шоу?!
Он отжал кнопку.
[Ого, осмелел! Уж на кого-кого, а на телефон орать — это мы горазды!]
[Присмотритесь, кому он это отправил!]
[Любимый заек (сердечко)(сердечко)... Постойте, это что, не Юй Чи?!]
[Аватарка точно не его!]
В следующую секунду Чжу Е ловко переключил профиль, открыл чат с контактом Босс Юй — оптовый продавец зелёных шляп и набрал:
— Чжу Е: Почему я должен лезть в окно, чтобы увидеть собственную жену? Требую внятных объяснений (улыбка)(роза)
Чат:
[......]
[Вы, женатники, все такие хитровыделанные?]
[В глаза одно, а за глаза — другое?]
Не прошло и двух секунд, как Юй Чи прислал фотографию — аккуратно вставленное в рамку свидетельство о разводе.
Чжу Е:
«...»
Что за убогий фотошоп?! Глядеть тошно.
Он в ярости развернул ноутбук. Гневные аргументы хлынули в голову сплошным потоком — вдохновения хватило бы на полноценное сочинение тысяч эдак на три.
За минуту он мысленно набросал план: вступление, три тезиса с постепенным нарастанием драмы и мощное заключение, бьющее без промаха.
Рядом с клавиатурой громко зажужжал телефон.
— Юй Чи: Жду ровно пять минут.
Взгляд Чжу Е обледенел. Он грохнул ладонью по столу и вскочил.
Первая минута ушла на жалобы Сяо Фу в мессенджере.
Чжу Е задыхался от праведного гнева:
— Кем он себя возомнил?! Пять минут — и точка?!
Сяо Фу:
— Угу-угу, вовсе обнаглел.
Чжу Е:
— На улице темнотища, опасно! Я что, изверг какой — заставлять его ждать? Да ни в жизни! Ни секунды ждать не будет!
Сяо Фу:
— Угу-угу... А?
Чжу Е с треском захлопнул ноутбук, даже телефон со стола не прихватил.
Откинул штору и без раздумий махнул вниз прямо из окна.
[Офигеть, ну он даёт!]
[Там же метра два минимум!]
[Сиганул вообще без колебаний!]
[Сразу видно — спортивный парень, жилы крепкие, духу не занимать!]
Официальный аккаунт Корпорации Чжу тут же запустил в эфире праздничный салют из ракет, не скрывая гордости:
[Поддержим нашего Дикого Цветка!]
[Наш молодой господин каждый день в качалке!]
[Наш молодой господин в десятке лучших марафонцев!]
[Наш молодой господин ещё о-го-го!]
Зрители в чате охотно подхватили:
[Правда, что ли?]
[Выглядит он и правда подкачанным.]
[Ну да, классика: сила есть — ума не надо.]
Спустя пять секунд.
Зрители, следившие за камерой в комнате Чжу Е, чётко услышали с улицы глухой болезненный стон.
Корпорация Чжу, только что расхваливавшая босса:
[?]
Зрители, разинувшие рты от восхищения:
[?]
В непроглядной тьме раздался сочный мат Чжу Е:
— Блять! Какая тварь сушила вещи под моим балконом и не убрала сушилку?! Совесть у вас есть вообще?!
Аккаунт Корпорации Чжу замер на полуслове и осторожно поинтересовался:
[Молодой господин, вы как там?]
[Куда пришёлся удар, молодой господин?]
[Всё в порядке, молодой господин?]
[Вы у нас единственный наследник, вам нельзя калечиться!]
[Простите, я ржу! Прощайте, девять лет накопленной кармы!]
[Я аж глаза от ужаса зажмурила!]
[Уважуха админам Корпорации Чжу, вот это жажда жизни! Ха-ха-ха!]
* * *
Авторское примечание:
Вторник! И пусть до безумного четверга ещё два дня, ловите сумасшедший бонусик:
[@Моя_судьба_красавица_жена!]:
Всю ночь ворочался в постели, так взбесился на свой длинный язык, что глаз сомкнуть не смог.
В итоге в полночь в сердцах встал и пнул стиралку.
Стиралка сломалась.
Теперь придётся стирать вещи жены руками.
Кайф!