На четвёртый день была запланирована официальная генеральная репетиция.
Юй Чи слишком долго не брал в руки инструмент, поэтому пальцы слушались с трудом. К счастью, выбранная для выступления школьная композиция оказалась предельно простой, и за последние дни ему удалось хотя бы частично вернуть прежнюю беглость. Всё обеденное время он провёл в репетитории, не отрываясь от инструмента.
После того как скандал вокруг Юй Ина улёгся, репутация Юй Чи в глазах общественности пошла на лад. Если за весь прошлый год ни одна съёмочная группа не рисковала предлагать ему роли, то теперь сценарии посыпались один за другим.
Брат Лю отобрал несколько наиболее перспективных вариантов и скинул ему на почту.
— Брат Лю: Сценарии действительно стоящие. Ты правда не хочешь попробовать ещё раз?
Ещё перед началом съёмок в «Последнем месяце» Юй Чи чётко дал ему понять: играть он больше не будет. Завершив проект, он начнёт постепенно уходить из индустрии.
Брат Лю досадовал на его упрямство, но всё равно не опускал рук и продолжал присылать хорошие предложения.
Юй Чи бегло пробежал текст глазом и снова ответил отказом.
— Юй Чи: Не стоит.
— Юй Чи: Моё нынешнее состояние совершенно не подходит для съёмок.
— Брат Лю: Состояние? И что с ним не так? Чем тебе не нравится твоё состояние?!
Юй Чи коснулся струн, извлекая пару нестройных звуков.
Погода стояла собачья: сквозь дверные щели непрерывным потоком просачивался промозглый холод, въедавшийся прямо до костей.
Юй Чи мёрз, но внутри всё равно зияла привычная пустота.
«И правда, что не так с моим состоянием?» — подумал он.
Он опустил взгляд, не ведая, как сформулировать ответ. Лишь выдержав долгую паузу, подобрал нужные слова.
— Юй Чи: Всё в порядке. Просто я больше не хочу играть.
* * *
Он и не подозревал, что едва это сообщение ушло менеджеру, как тот переслал его Чжу Е.
— Не хочет играть? Да как Юй Чи может не хотеть играть?! — Чжу Е искренне не понимал. — Он же безумно любит это дело!
Он помнил, как после завершения съёмок их первого совместного фильма, снежным зимним вечером, Юй Чи с полной серьёзностью сказал ему: «Кажется, я нашёл путь, по которому хочу идти дальше».
Он же сгорал этой профессией!
Условия в горах были бесчеловечными — а он поехал туда без единого слова сомнения. Находил хороший сценарий — и ночами не спал, сочиняя подробную биографию персонажа, чтобы выбить роль. Если на площадке дубль выходил хотя бы немного неидеальным, повторял его раз за разом, пока не добивался совершенства.
Не имея профильного образования, он всё свободное время тратил на педагогов, начинал с массовки на студии Хэндянь и шаг за шагом пробивал себе дорогу наверх.
Как такой упёртый и целеустремлённый человек мог произнести: «Я больше не хочу играть»?
Чжу Е понятия не имел, что именно Юй Чи от него скрывал. Во время съёмок его последнего фильма Чжу Е тайно приезжал к нему в горы, чтобы навестить — и тогда Юй Чи был в полном порядке. Почему же после возвращения он резко охладел?
Брат Лю тоже ломал голову, изнывая от беспомощности на другом конце провода:
— Скажу так: с тех пор как он перешёл под моё крыло, он ни разу не проявил инициативы, чтобы взять хоть какую-то роль. А не так давно вообще заявил, что выплатит долги и окончательно уйдёт из шоу-бизнеса. Я ведь видел его в деле — у него неоспоримый талант, потому и забрал к себе. Кто же знал, что с ним что-то стряслось? Он совершенно не идёт на контакт и ничего не рассказывает.
— Стоп, — перебил Чжу Е. На мгновение ему показалось, что у него галлюцинации. — Выплатит долги? Кому он задолжал? Это невозможно! Все мои деньги были в его распоряжении. Он мог испытывать нужду в чём угодно, но только не в деньгах!
— Я и сам толком не в курсе. Насчёт этого вам лучше расспросить вашу мать.
— Маму? А она-то тут при чём? — Чжу Е был ошеломлён.
— Перевод Юй Чи из прежнего агентства к нам — её рук дело.
* * *
Звонок завершился. В голове Чжу Е наконец сложился пазл: вот она, переломная точка в их отношениях.
Тот самый фильм.
Именно во время работы над ним Юй Чи становился всё более отстранённым, а закончив съёмки, даже не вернулся домой. Вместо этого он в одиночку улетел в путешествие — якобы развеяться.
Всякий раз, когда Чжу Е звонил ему, тот снимал трубку, но отвечал сухо и скупо. Чжу Е собирался взять ранний отпуск, чтобы прилететь и поддержать его, но Юй Чи отказался, сказав, что хочет побыть один и «остыть».
Остыть? От чего?
Тогда Чжу Е ничего не понял.
Но теперь туман рассеивался.
... Значит, уже тогда он не мог и не хотел больше играть? И именно поэтому ему требовалось время, чтобы прийти в себя?
Что же с ним произошло? Почему он молчал?
Хотя о грязи в шоу-бизнесе ходили легенды, Чжу Е всегда свято верил, что надёжно уберегал Юй Чи от любых невзгод.
Разве с его Юй Чи могло произойти что-то страшное?
Чжу Е никогда ещё не чувствовал себя так близко к разгадке. Сидеть на месте он больше не мог и мгновенно вскочил.
Фан Гэ, зашедший позвать его перекинуться в видеоигры, застал его в полнейшей прострации. Улыбка на его лице тут же погасла:
— Эй, бро, ты чего? Всё нормально?
— Нормально, — бормотал Чжу Е как в бреду. — Где режиссёр?
— А?
— Где режиссёр?! Предупреди его, что я беру отгул. Мне нужно срочно домой.
Чжу Е схватил телефон, пытаясь заказать билет на ближайший рейс, но пальцы от мелкой дрожи не попадали по экрану.
— Пойду выложу всё начистоту и во всём разберусь.
— Режиссёрская группа вроде внизу, в том кабинете...
Не дослушав, Чжу Е выскочил за дверь и устремился прочь.
* * *
На дневное занятие Юй Чи пришёл с нотами. Место рядом пустовало.
Чжу Е не было. На его столе всё так же лежал листок с ритмическим рисунком, который Юй Чи набросал для него утром, да хаотично разбросанные ручки — казалось, хозяин отлучился буквально на минуту.
— А где он?
Увидев входящих Чжоу И, Чу Юя и Фан Гэ, Юй Чи заподозрил неладное:
— Чжу Е снова прогуливает?
Троица переглянулась, не зная, с чего начать.
Юй Чи уставился на Чу Юя:
— Ты говори.
Чу Юй нервно потормошил свои дреды:
— Ну... он это... отпросился.
— Ага! — подхватил Фан Гэ. — Кажется, у него в компании что-то стряслось. В обед позвонили, он отпросился у режиссёра и рванул на самолёт.
Юй Чи на мгновение замер.
— Да ты не переживай, он ненадолго! Завтра-послезавтра вернётся.
Юй Чи лишь сдержанно кивнул, сел за свой стол и с невозмутимым видом достал учебники.
На первом уроке преподаватель задал вопрос. Юй Чи по привычке коснулся взглядом соседнего стула.
Пусто.
На перемене к нему подошёл Чу Юй. Присев на место Чжу Е, он разложил перед Юй Чи ноты сольфеджио и стал задавать вопросы, но Юй Чи отвечал невпопад.
После тотального шума, к которому за последние дни успел приучить его Чжу Е, внезапная тишина казалась непривычной и резала слух.
Сделав над собой усилие, Юй Чи взял себя в руки и вернулся к конспектам.
* * *
Съёмочная площадка находилась недалеко от родного города Чжу Е — всего пару часов полёта. Но едва оказавшись в салоне и открыв тизер «Последнего месяца», Чжу Е почувствовал, как в груди поселилась тоскливая пустота. Ему безумно не хватало Юй Чи.
Сидевшая по соседству девушка смотрела на планшете старую дораму с участием Юй Чи.
Это была историческая драма. В кадре герой Юй Чи, обнимая меч, лежал на черепичной крыше, пил вино и любовался луной. Струйка хмельного напитка стекала по его губам к кадыку, мерно перекатывавшемуся под тонкой тканью белоснежных одежд.
Чжу Е затёр эти сериалы до дыр, знал каждый кадр и помнил даже самые мелкие ляпы съёмочной группы.
Прижавшись лбом к холодному иллюминатору, он отчаянно тосковал: безумно хотелось увидеть жену, обнять её, уткнуться носом в шею и впитать родной запах.
Тоска по жене сводила с ума.
Самолет приземлился чуть позже четырёх дня. Разница в температуре между городами оказалась ощутимой. Выйдя из здания терминала, Чжу Е ёжился от подступившего холода, но разум его прояснился.
Он предварительно позвонил домашней помощнице и узнал, что мать недавним рейсом вернулась с подругами из Таиланда и сейчас дома.
Пока машина мчалась по шоссе, а мелькавшие за окном пейзажи сливались в сплошную полосу, сердце Чжу Е сжимала непонятная тревога.
Он достал смартфон и зашёл в прямую трансляцию «Последнего месяца», надеясь хоть немного разогнать нервозность взглядом на любимое лицо.
Однако в чате царил хаос. Зрители вовсю ссорились, и лишь редкие комментарии выглядели сдержанно:
«Рыбка, пожалуйста, дай хоть какой-то комментарий!»
«Я ведь всего пару дней как стала фанаткой Рыбки-сокровища, неужели моя любовь уже рухнула?!»
«На видео правда его отец? Мне кажется, не очень-то похож...»
«Помню, давным-давно уже сливали эту инфу, но тогда никто ничего так и не опроверг».
Чжу Е нахмурился: «Что за бред?»
Не успел он вчитаться, как пришло сообщение от Сяо Фу:
— Тот самый тип из недвижимости: (видео)
— Тот самый тип из недвижимости: В сети вирусняк гуляет. Какой-то тип, называющий себя отцом Юй Чи, создал аккаунт и грозится подать на него в суд за уклонение от алиментов.
— Тот самый тип из недвижимости: Серьёзно? Это реально твой тесть?
Чжу Е прошёл по ссылкам, посмотрел видео, изучил профиль и наконец понял, в чём суть.
Сначала аккаунт @Сяо Юй о шоу-бизнесе выложил давнюю запись с Юй Шили, но на неё почти никто не обратил внимания.
Однако вслед за этим сам Юй Шили зарегистрировал страницу, репостнул запись, подтвердив свою личность детскими семейными снимками с Юй Чи, после чего выложил видео, где его нынешняя жена и ребёнок заперты в доме, а в дверь кто-то непрерывно стучит и выкрикивает проклятия. В описании он тэгнул Юй Чи, заявив, что тот, желая сэкономить на алиментах, неоднократно подосылал к ним коллекторов для запугивания, и теперь его терпение лопнуло — он подаёт на сына в суд.
Скандал разгорелся мгновенно. Хэштег #ЮйЧиНеблагодарныйВулф взлетел в топ-3 трендов Weibo. Потерявшие покой пользователи принялись активно смаковать и репостить сплетни, разогревая тему всё сильнее.
Юй Чи в кадре трансляции не брал телефон в руки, поэтому съёмочной группе пришлось действовать через его одноклассников — Чу Юя и Чжоу И, чтобы те осторожно передали ему суть происходящего.
В Сети бушевал ураган. Телефон Чжу Е разрывался от звонков и сообщений от прошлых знакомых, желавших разузнать подробности. Во избежание пропущенного от Юй Чи, отключить аппарат он не мог и тупо сбрасывал вызовы один за другим.
Под конец, не успело пройти и трёх минут затишья, как на экран выскочил незнакомый местный номер.
Чжу Е сбросил трижды — и трижды вызов повторился.
«Вот же упёртые сплетники!»
Не выдержав, Чжу Е принял вызов:
— Алло?
— Алло, Чжу Е?
Голос принадлежал женщине с весьма резким и импульсивным характером. Не дав ему вставить слова, она без раскачки представилась:
— Я мама Юй Чи.
Чжу Е завис: «Чего?»
Первая мысль: «Мошенники?»
Юй Чи ни разу в жизни не заговаривал о родителях. Даже когда они расписывались, Чжу Е получил лишь посылку с подарком и запиской от тёщи — мол, сделала пластику, лицо ещё в бинтах, пока показаться на глаза не могу.
С тех пор она без устали колесила по миру, и Чжу Е так и не увидел её воочию.
Исходя из характера Юй Чи, Чжу Е представлял его мать кроткой, утончённой и молчаливой красавицей.
— Когда вы с Юй Чи женились, я ещё присылала вам его детский фотоальбом, — добавила женщина в трубку.
Чжу Е переобулся за долю секунды:
— Мамуля! Я как ваш голос услышал, сразу родной дух почувствовал!
Чжан Юйтан: «...»
На том конце провода смущённо хихикнули:
— Ну ты даёшь, парень! Какой из тебя смущение... Да и вообще, вы же разводитесь, какая я тебе мамуля? Зови меня просто сестрёнкой!
Чжу Е: «...»
М-да, тёща оказалась слегка не такой, какой он её воображал.
* * *
Тем временем семёрка участников из Восьмой средней школы города Линьчэн, увлечённая подготовкой к завтрашнему выступлению, пребывала в неведении.
Чжоу И и Чу Юй передали слова организаторов, но деталей сами толком не знали — лишь то, что Юй Шили устраивает бучу в Weibo.
Юй Шили выкидывал подобное далеко не впервые. Юй Чи за свою жизнь получил от него столько угроз, что очередное заявление о суде подействовало на него как сказка про волков: нулевой эффект.
Если что Юй Чи и чувствовал, так это исключительно глухое раздражение от чужой навязчивости.
Едва он включил телефон, как экран заполнили десятки пропущенных вызовов от менеджера Лю и бесконечная лента сообщений.
И везде фигурировало одно имя: Юй Шили.
При одном упоминании этой фамилии Юй Чи понимал: ничего хорошего не жди.
Тут же снова звякнул звонок от Лю-гэ.
— Юй Чи, видео Юй Шили — это правда или фейк? Если фейк, мы незамедлительно подключаем юристов и выпускаем официальное опровержение!
— Человек настоящий, — отрезал Юй Чи. — А вот история — чистой воды враньё.
Когда он только начинал карьеру, Юй Шили, прознав, что сын стал артистом и гребёт деньги лопатой, в тот же вечер примчался к его отелю. Охрана его не пустила, так он просидел у входа всю ночь, вымогая средства.
Юй Чи тогда даже не успел спуститься: на следующее утро к нему на площадку нагрянул Чжу Е и нос к носу столкнулся с незваным гостем.
Чжу Е оглядел Юй Шили. Выглядел тот как обычный мужик средних лет, но болезненно тощий, с высохшим до истощения лицом, горящими глазами, высоким носом и раздутыми от вечного жевания бетеля щеками — вылитый уродливый суслик.
— Вы кто такой Юй Чи будете? — спросил Чжу Е.
Юй Шили, приняв Чжу Е в скромной одежде за мелкого стажёра, буркнул:
— Отец я его. Позови-ка его сюда, а уж он тебя отблагодарит.
— А зачем он вам?
— Дело есть.
— Не верю.
— У меня его детские снимки есть! Семейные фото! Покажи ему, сам выйдет!
Чжу Е непринуждённо достал смартфон, открыл галерею со снимками Юй Чи с рождения до восемнадцати лет:
— Вы его отец, а я его парень. И у меня его снимков в качестве HD — завались, уникальная коллекция.
Юй Шили вспыхнул:
— Да я настоящий отец!
Чжу Е с искренним лицом:
— А я настоящий парень.
— Ты чё, сдурел, сопляк?! Какое «женился», я, отец, не знал бы?!
— Да если вы даже о его браке не в курсе, какой из вас, к чёрту, отец?
Поняв, что каши с ним не сваришь, Юй Шили плюнул и обратился к охраннику:
— Позовите Юй Чи, будьте людьми!
— Не пускайте его, — бросил Чжу Е стражнику. — Говорит, что отец, а сам ему даже набрать не может. И о браке сына не знает. Точно самозванец.
Поднявшись в номер, Чжу Е пожалел «бедного умом старика» и попросил передать ему две тысячи юаней, чтобы тот уехал.
Юй Шили же решил, что сын подослал подачку, стыдясь родного отца, нагрёб деньги, убрался восвояси, а дома записал ролик, обзывая Юй Чи «неблагодарным паршивцем».
Об этой истории Юй Чи узнал гораздо позже от ассистента.
* * *
— Так он тогда приехал чисто бабки вытрясти? — поинтересовался Фан Гэ.
— Не обязательно, — подумав, ответил Юй Чи. — Может, хотел устроить на работу своего второго сына.
Телефон Юй Чи зависал. Очистив память и пропущенные, он зашёл в мессенджер и скинул менеджеру скриншоты банковских переводов за последние годы.
— Погоди... — голос Братца Лю в трубке звучал отстранённо, на заднем плане слышался переполох.
Через полминуты менеджер выдохнул с глубоким изумлением:
— Слушай... А эта неожиданно всплывшая Чжан Юйтан... Она настоящая?!
— А? — не понял Юй Чи.
Чжан Юйтан? Его мать вроде как сто лет назад улетела с дочерью за границу?
— Короче, не торопись с официальным письмом, — растерянно произнёс Лю-гэ. — Твои предки прямо сейчас сцепляются в Weibo.
Юй Чи: «???»
Трубку повесили.
Не успел Юй Чи выйти на главный экран, как телефон задрожал от входящих сообщений.
— Чжу Е: Котёнок вылезает из коробки. JPG
— Чжу Е: Отец срочно вызвал меня домой, но я вернусь сегодня же вечером. Оставь мне дверь открытой!
— Чжу Е: Сука, этот Юй Шили просто конченый урод! Убил бы тварь!
— Чжу Е: Хнык-хнык, я так по тебе скучаю...
Эти сумбурные строчки мгновенно развеяли весь негатив в душе Юй Чи.
Он набрал в ответ лаконичную точку и отправил.
Чжу Е, обычно отвечавший мгновенно, на сей раз промолчал.
Пока Юй Чи убирал телефон, Чу Юй и Чжоу И, видя его абсолютное хладнокровие, переняли его настрой. Постепенно успокоившись под звуки пипы, они тоже расслабились.
— Этот Юй Шили... Он реально твой родной отец? — спросил Чу Юй, когда Юй Чи отложил инструмент. — Разве бывают такие отцы?
— Бывают, — коротко ответил Юй Чи.
— И ты реально спокоен?
Юй Чи про себя подумал: «Я всё равно собираюсь уходить из шоу-бизнеса, пусть поливает грязью сколько влезет». Но на камеру произнёс:
— Просто очередная клевета. Пусть потешится.
* * *
Весь остаток дня ушёл на прогоны, расстановку, настройку света и звука. Телефоны забрала съёмочная группа, так что следить за развитием драмы в сети было нереально.
Съёмочная группа хранила спокойствие. После скандала с Юй Ином трансляция шла своим чередом, и никто из персонала Юй Чи не беспокоил.
Генеральная репетиция завершилась лишь к восьми вечера. На ужин в школьной столовой дали скромные сет-обеды, которыми никто не наелся, поэтому на обратном пути ребята скинулись на шашлыки.
И только тогда Юй Чи смог открыть соцсети.
Под громким постом Юй Шили о намерении судиться с сыном на самом верху висел скриншот ответа (отправленный картинкой во избежание бана цензурой):
— @Мама Большой Рыбки Чжан Юйтан: Юй Шили, кусок собачьего дерьма! Бросил жену с ребёнком ради любовницы, на сына хрен забил, а как нахватал долгов — так вспомнил, у кого можно отжать денег?! «Коллекторы для запугивания»?! Да ты мелешь языком без удержу! Ролик на пару секунд выложить ума хватило, а сказать, что это кредиторы припёрлись к тебе на Новый год выбивать твои же долги — кишка тонка?!
Юй Шили включил модерацию комментариев и снёс её ответ.
Тогда Чжан Юйтан просто сделала отдельный репост на своей странице.
Обычно подобные комментарии быстро тонут в потоке, но этот текст стремительно взлетел в топ и закрепился в трендах.
Заглянув в профиль женщины, Юй Чи обомлел: на аватарке стояла его легендарная фотосессия, шапка профиля гласила «Фан-клуб Юй Чи», а в подписках числился единственный аккаунт — его собственный.
Вся лента состояла из репостов его роликов с восторженными подписями:
— Мой заинька, чмок-чмок-чмок!
— Малыш Рыбка такой милый!
— Зачем так легко оделся, простудишься же!
— Красавец, аж слюнки текут!
— Мамочка тебя любит!
В период, когда в Сети вовсю обсуждали их развод с Чжу Е, эта женщина воевала в комментариях со всеми хейтерами, а позитивные отзывы лайкала сотнями.
Фанаты долго пребывали в замешательстве:
— Это фанатка-мамочка или реальная мама?!
— Судя по профилю — фанатка, а судя по текстам — реальная мать...
— Чжу Е фолловит этот аккаунт, так что всё реально!
— Шок. JPG
Юй Шили промолчал.
А вскоре @Мама Большой Рыбки Чжан Юйтан выкатила официальные доказательства.
Первое — расторжение брака и соглашение о разделе имущества. В документе чёрным по белому указывалось: две квартиры и машина остаются Юй Шили, опека над Юй Чи отходит матери, а сам Юй Шили расписался в том, что сын ему ничего не должен и претендовать на алименты в старости он не имеет права.
Второе — старое архивное видео, где маленький Юй Чи сидит на табурете с пипой в руках, а Чжан Юйтан аккуратно задирает его штанину, показывая набрякший синяк на колене.
— Это папа сделал? — спрашивает голос за кадром. — Он вчера опять напился и поднял на тебя руку? Ты злишься?
Маленький Юй Чи с холодным, не по годам серьёзным лицом отвечает:
— Не злюсь. Смысла нет. Я маленький и не могу дать сдачи.
— Если мы разведёмся, с кем ты захочешь остаться?
— А ты меня заберёшь? — тихо спрашивает мальчик. — Если заберёшь, я пойду с тобой.
Третий пост — откровение самой Чжан Юйтан:
«Каждая мать хочет видеть своего ребёнка счастливым, жизнерадостным и честным. Не таким, как его отец — просаживающим жизнь за карточным столом жуилом. Я таскала Юй Чи по репетиторам, возила в парк аттракционов, покупала плюшевых медведей, чтобы он не боялся темноты, и тратила кучу денег на врачей, потому что он рос болезненным. Я вырастила его с огромным трудом.
А что сделал Юй Шили? Этот никчёмный мерзавец бросал ребёнка на парковках, в магазинах и прямо на дороге, когда торопился на карты! А теперь, когда набрал долгов, припёрся требовать денег с сына.
Да, у меня сейчас новая семья и другой ребёнок. Но Юй Чи с детства рос в такой атмосфере, что закрылся в себе и перестал делиться чувствами. И Юй Шили ещё смеет называть его неблагодарным?! Если он хочет судиться — пусть сначала подумает, есть ли у него на это хоть какое-то право!»
* * *
Публичные личности редко впрягаются в подобные семейные разборки, однако этот пост репостнули Су Цунъинь и ещё несколько известных блогеров, выведя тему в абсолютный топ.
Чжу Е пролайкал каждый пост от корки до корки — сначала с официального аккаунта, затем с твинка. Сяо Фу тоже сделала репост.
Команда Братца Лю выкатила официальные документы: Юй Чи честно выплачивал положенные средства, а со стороны отца шли постоянные вымогательства и шантаж.
В итоге Юй Шили продержался в трендах меньше часа, после чего его буквально стёрли из повестки. Больше он не подавал голоса.
Семёрка ребят переходила дорогу, уткнувшись в телефоны.
— А мама-то у тебя огонь! — восхитился Фан Гэ. — Разнесла его без лишнего шума.
Юй Чи хмыкнул:
— Последний пост точно писала не она.
Его мать была женщиной простой, импульсивной и не склонной к длинным душевным излияниям. Написать такой текст для неё — сложнее, чем умереть. Кто-то явно ей помогал.
И почему Юй Шили, молчавший столько времени, вдруг вылез именно сегодня?
Размышляя об этом, Юй Чи и не заметил, как они подошли к дому.
Чжоу И отпер дверь, зажёг свет.
Юй Чи шёл последним и случайно обернулся.
К ним приближался высокий курьер в маске и чёрном пуховике, держа в руках пакет с шашлыками. Голос его звучал слегка хрипло:
— Доставка для номера, оканчивающегося на 1234.