Юй Чи вышел из душа, но не успел и слова сказать Чжу Е, как тот, схватив одежду, поспешно скрылся в ванной.
Он крепко сжимал в руке телефон и всё это время старательно избегал смотреть Юй Чи в глаза.
«... Что опять не так?»
Юй Чи не стал зацикливаться на этой мелочи. Он устал за день, а после тёплого душа усталость и вовсе навалилась с новой силой — сил не осталось совсем. Но по правилам съёмочной группы ему всё равно нужно было подняться на «Чердак эмоций» и рассказать о каком-нибудь памятном моменте за вчера и сегодня.
В первый раз всё в новинку, во второй — уже привычно: усевшись на «Чердаке эмоций» снова, он давно освоил весь порядок сам. Не дожидаясь подсказок съёмочной группы, он заранее записал два события за эти дни, которые запомнились ему больше всего.
Первое — он наконец вернул Чжу Е заказанное кольцо, и с души будто камень свалился.
Второе — сегодня в обед он готовил на кухне вместе с двумя малышами, и эта картина показалась ему по-настоящему тёплой.
Пока Чжу Е принимал душ, Юй Чи закончил писать на «Чердаке эмоций» и вернулся в комнату — но, едва добравшись до кровати, лёг с полуприкрытыми глазами, так и не выключив свет; телефон в руке всё ещё светился экраном. Так он и уснул.
Чжу Е вышел из ванной, вздохнул и, смирившись, забрал у него телефон, чтобы поставить на зарядку на тумбочке.
В голове у него по-прежнему царил полный хаос.
Он никак не мог понять, кто на самом деле нравится Юй Чи — хотя, конечно, сейчас для него это было не самое важное.
Куда важнее сейчас было другое.
Воспользовавшись моментом, он зашёл со своего запасного аккаунта и принялся лихорадочно собирать советы, как добиться воссоединения после развода.
Воссоединение.
В голове у Чжу Е крутилась только эта мысль.
Он не знал, кто на самом деле нравится Юй Чи, и разбираться в этом больше не хотел.
Он лишь вдруг ясно осознал, насколько тяжёлое слово — «развод».
После расставания ещё можно снова сойтись, но если дело дойдёт до настоящего развода — при характере Юй Чи между ними действительно больше не останется никаких шансов.
Сколько бы он ни рыдал, обнимая телефон, сколько бы писем ни писал, что бы ни придумывал — Юй Чи больше не станет обращать на него внимания.
Ему нужно было воссоединиться с ним. Он был обязан это сделать.
Сяо Фу из недвижимости какое-то время смотрел «Последний месяц» вместе с бегущими комментариями, а после окончания эфира прислал Чжу Е сообщение.
Тот самый тип из недвижимости: Как ты сейчас планируешь действовать?
Чжу Е ответил не раздумывая:
Чжу Е: А как ещё? Добиваться.
Тот самый тип из недвижимости: Как добиваться? Опять по-старому, изображать «жалкого пса-лизуна»?
Тот самый тип из недвижимости: Тебе не кажется, что ваши отношения слегка нездоровые? Чем больше ты вкладываешься, тем сильнее давление на Юй Чи. Вы же любовники, а не начальник с подчинённым — зачем тебе ставить себя в такое унизительное положение?
Чжу Е: Унизительное?
Чжу Е: По-моему, нормально.
Тот самый тип из недвижимости: Если бы было просто «нормально», с чего вдруг вы заговорили о разводе?
Чжу Е понимал, что тот пытается его задеть.
Но сейчас он словно застрял в тупике и не представлял, чем ещё, кроме как быть с Юй Чи ещё добрее, ещё лучше, можно вернуть его расположение.
Он надолго замолчал, и Сяо Фу это тоже почувствовал.
Тот самый тип из недвижимости: Больше ничего не скажу, дальше думай сам.
Тот самый тип из недвижимости: Ах да, подписчики просили спросить — где ты сегодня спишь?
Чжу Е покосился на камеру позади себя, в комнате Юй Чи, и ответил вполсерьёз-вполсердито: У меня, между прочим, есть жена. Где ещё мне спать?
[Ясно, спит в комнате жены]
[Его комнату заняли Сюаньсюань и другие малыши — куда ещё ему деваться, кроме комнаты Юй Чи?]
[Где жена спит, там и я, хе-хе-хе]
[Теперь, значит, липнет к жене?]
[Спать в одной постели — это, считай, уже почти первая брачная ночь]
[Даже интересно, какое у Юй Чи будет лицо, когда он проснётся завтра утром]
Чжу Е просидел в комнате Юй Чи до самого конца эфира.
Зайдя в трансляцию и убедившись, что она отключилась, он наконец выдохнул, вернулся в свою комнату за курткой и отправился в гостиную.
В отличие от трансляций из спален, эфир из гостиной шёл круглосуточно.
Просто ночью там почти никого не бывает, поэтому зрители обычно попросту не обращали на неё внимания — из-за чего Чжу Е по инерции решил, что трансляция гостиной, как и в спальнях, отключается в определённое время.
[Хм? Уже собиралась уходить, и тут заметила — одна камера всё ещё работает]
[Дайте гляну, кто из недотёп сегодня попадётся... хм? Чжу Е?]
Никто не ожидал, что Чжу Е, прижимая куртку к груди, попросту улёгся на диван.
В прямом эфире все увидели через камеру, как Чжу Е, ориентируясь на слабый свет фонарика в гостиной, устроился на диване, укрывшись курткой вместо одеяла, а потом обиженно свернулся калачиком.
В охапке у него потихоньку пряталась ещё и чья-то одежда.
Белая футболка, размером явно меньше, чем обычно носит Чжу Е.
Зрители сразу же всё поняли.
[Похоже, это футболка Юй Чи?]
[Та самая, что Юй Чи надевал вчера? Когда он умудрился её стащить?]
[ «У меня, между прочим, есть жена» — а сам крадучись дрыхнет на диване]
[Хватило смелости стащить чужую одежду и тайком с ней спать, а обнять жену открыто духу не хватает? Ну ты даёшь]
[Как посмотришь на него — прям жалко, ахахаха. Уже представляю, как у Юй Чи сердце сожмётся, если он это увидит]
В гостиной Чжу Е и не подозревал, что каждое его движение добросовестно фиксирует прямой эфир.
Он прижимал к себе только что выстиранную одежду Юй Чи и тихонько вдыхал запах.
Всё тот же, знакомый.
Он крепко обнял одежду, закрыл глаза и представил, будто обнимает самого Юй Чи.
* * *
Так продолжалось до половины третьего ночи.
«Прибрежный домик» полностью погрузился в тихий, безмятежный сон, зрители один за другим покидали трансляцию — бодрствовало лишь несколько тысяч бессонных полуночников, которые держали эфир открытым просто «за компанию».
Сяо Гао была одной из них.
Как фрилансер, она жила по перевёрнутому режиму, не похожему на распорядок большинства людей.
Этим вечером она, как обычно, держала трансляцию включённой, сидя за компьютерным столом и рисуя.
«Топ».
Не понимая, не показалось ли ей, она вдруг уловила какой-то смутный звук.
«Топ-топ».
Самый чуткий нерв Сяо Гао мгновенно натянулся до предела; она настороженно оглядела комнату, не понимая, откуда исходит этот странный звук, похожий на человеческие шаги.
В следующий миг её взгляд остановился на телефоне.
«Топ. Топ. Топ».
Точно — звук шагов доносился именно оттуда.
Взгляд её метнулся в трансляцию, следя за происходящим на экране.
В следующую секунду она увидела, как в кадре появился Юй Чи, ведущий за руку Сюаньсюаня.
Тот, одетый в тонкую пижаму, с напряжённым лицом цеплялся за указательный палец Юй Чи и настороженно озирался по сторонам.
Стоило зажечься свету в коридоре, как мальчик, шаркая тапочками, поспешно засеменил в сторону туалета.
«Так вот оно что, — подумала Сяо Гао. — Не привык к туалету в своей комнате, вот и спустился вниз».
На экране Сюаньсюань скрылся в туалете, но Юй Чи не остался ждать его на месте — вместо этого он развернулся и подошёл к дивану.
Чжу Е, свернувшись на диване с одеждой Юй Чи в объятиях, спал явно неудобно.
Куртка, которой он укрывался, во время очередного переворота соскользнула на пол.
Юй Чи присел рядом, немного понаблюдал за ним, а затем легонько похлопал его по щеке.
Чжу Е во сне нахмурился и спрятал лицо в сторону.
— Чжу Е.
Юй Чи тихо позвал его по имени.
Глаза Чжу Е дрогнули под веками, но он так и не открыл их — только крепче прижал к себе одежду.
Юй Чи опустил взгляд на смятую от долгих объятий белую футболку в руках Чжу Е и невольно рассмеялся от досады.
«Вот, значит, почему у меня то и дело пропадает одежда. Оказывается, в доме завёлся воришка».
Он взялся за ткань, собираясь отобрать у Чжу Е свою одежду.
Не успел он потянуть, как Чжу Е распахнул глаза и резко рванул футболку обратно на себя:
— Не отбирай мою жену!
Юй Чи вздрогнул от неожиданности и чуть не завалился прямо в объятия Чжу Е.
Похоже, Чжу Е приснился кошмар.
Едва увидев Юй Чи, он мёртвой хваткой обвил его талию, привстал на коленях и крепко прижал к себе, ни за что не желая отпускать.
— Юй Чи.
Толком не проснувшись, Чжу Е уткнулся носом в его ключицу, жадно вдыхая знакомый запах, и снова обиженно позвал:
— Юй Чи... плохая рыбка.
Юй Чи постепенно расслабился, хмыкнул и успокаивающе погладил его по голове.
— Почему ты спишь тут, а не в комнате?
Чжу Е промолчал.
— Я только потому и заметил, что тебя нет, что Сюаньсюань разбудил меня среди ночи, — сказал Юй Чи. — Настолько не хочешь спать со мной?
— Не в этом дело.
Чжу Е наконец окончательно проснулся и посмотрел на Юй Чи взглядом, полным такой обиды, что, казалось, он вот-вот расплачется:
— Я думал, это ты не хочешь спать со мной.
Узнав, что Юй Чи, возможно, собирается окончательно провести между ними черту, он долго приходил в себя в ванной.
В голове стоял сплошной гул, ни одной внятной мысли — знал он одно: нельзя допустить, чтобы Юй Чи и дальше его недолюбливал.
Боясь, что Юй Чи не захочет спать с ним рядом, он предпочёл в одиночку тесниться на диване, лишь бы не навязываться и не раздражать его своим присутствием.
Юй Чи ничего не ответил, лишь поднял с пола упавшую куртку.
Сюаньсюань закончил дела в туалете, сам смыл за собой воду и вышел, шаркая тапочками, снова сам ухватившись за палец Юй Чи.
Заметив, что Чжу Е тоже здесь, он окликнул его:
— Братик Чжу Е.
Опасаясь, что мальчик простудится, Юй Чи одной рукой взял куртку Чжу Е, другой — за руку Сюаньсюаня, собираясь отвести его обратно в комнату.
Сделав пару шагов, он заметил, что позади — тишина, и обернулся.
Чжу Е так и стоял на коленях на диване, не поднимаясь, — просто задрав голову, смотрел на него.
Юй Чи не представлял, что у того опять творится в голове, и беспомощно спросил:
— Не идёшь? Тебе тоже, как Сюаньсюаню, нужно, чтобы я за руку вёл?
Сюаньсюань обернулся и сам протянул свободную руку в его сторону.
Глаза Чжу Е загорелись.
В ту же секунду он спрыгнул с дивана.
— Иду, иду!
Свет вытянул тени всех троих в длинные силуэты, затем постепенно сжал их — и наконец они скрылись из виду.
* * *
На следующий день, из-за особенностей задания, нескольким командам нужно было встать в пять-шесть утра, чтобы подготовиться к торговле на рынке, — трансляция началась раньше обычного.
Зрители, дежурившие у экранов, по очереди проверяли комнаты.
Комната Су Цунъинь и Юй Ина — пусто.
Комната Чжу Е — пусто.
Комната Юй Рао — та уже встала и собиралась умываться.
Комната Чжоу И — он тоже разбудил ребёнка.
В комнате Лу Янь и Фан Гэ обстановка была примерно такой же.
Зрители, не заставшие вчерашнюю ночную трансляцию, наперебой вздыхали:
[Бедный Чжу Е, всё ещё жмётся на диване]
[Наверняка всю ночь толком не спал]
[Глупый пёс, боится, что Юй Чи станет его недолюбливать, вот и мучается один в углу. И глупо, и жалко — аж сердце сжимается]
Когда камеры по очереди показали все комнаты, дошла очередь и до комнаты Юй Чи.
За плотно задёрнутыми шторами слышалось три разных по силе и ритму дыхания.
Первым в кадре все увидели Сюаньсюаня: мальчик, обнимая игрушечный пистолет, лежал на боку, занимая большую часть кровати, — одеяло он, судя по всему, скинул ещё ночью, и теперь оно наполовину свисало на пол.
На другой же стороне кровати вытянулся Чжу Е — раскинув руки, он крепко обнимал Юй Чи.
Зазвенел будильник, первым проснулся Юй Чи и попытался приподняться, упираясь в грудь Чжу Е.
Не успел он и слова сказать, как большая ладонь Чжу Е полуобхватила его затылок и снова прижала к себе.
Чжу Е, ещё толком не проснувшись, чмокнул его в лоб и низко, сонно пробормотал:
— Ещё пять минуточек.
Голос звучал хрипловато спросонья, глаза покраснели — то ли от недосыпа, то ли ещё от чего, но веки казались слегка припухшими.
Зрители, ещё секунду назад наперебой сокрушавшиеся, мгновенно притихли.
[... Чжу Е опять среди ночи забрался в постель к Юй Чи?]
[Пожалуй, забираю обратно свою жалость]