В глухой тьме Юй Чи услышал два отчетливых стука.
В воздухе всё ещё витал едва уловимый, сладковатый детский запах.
Он с трудом разлепил веки. Вокруг царил полумрак, и лишь со стороны «Прибрежного домика» льстился теплый свет. Опершись об окно микроавтобуса, сотрудник съемочной группы тихо шепнул:
— Учитель Юй, мы приехали.
Юй Чи отозвался тихим угу. От жары его бросило в пот, голова налилась тяжестью, в висках тупо ломило.
Сюаньсюань заснул, тяжело навалившись на его правую руку, и та полностью онемела, точно от удара током.
Юй Чи попытался аккуратно высвободить пальцы, но его левую ладонь, наоборот, сжали ещё сильнее.
Сидевший рядом Чжу Е рывком открыл глаза. Сжав пальцы Юй Чи, он уставился на него в упор.
Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.
— Приехали, — тихо проговорил Юй Чи.
Только тогда Чжу Е разжал пальцы.
Дверь машины распахнулась. Мать Сюаньсюаня поднялась в салон и забрала спящего ребенка, после чего оба мужчины вышли следом.
Поскольку малыш крепко спал в комнате Чжу Е, тому пришлось на время занять ванную у Юй Чи. У них давно сложился негласный уговор: первым всегда умывается Юй Чи.
Забрав выстиранное белье, Юй Чи вышел на балкон. Раздвижная стеклянная дверь за его спиной со скрипом открылась и тут же тихо закрылась.
Кользнув взглядом по тени на полу, Юй Чи как ни в чём не бывало продолжил снимать вещи с веревки.
— Юй Чи.
Юй Ин никогда не отличался терпением.
— То видео из подземного гаража... ведь это ты его снял?
Юй Чи чуть приподнял бровь.
Отправив запись Чжу Е, он скинул её нескольким знакомым из сферы маркетинга — чтобы подогреть интерес перед полноценным сливом. У команды Юй Ина были обширные связи в медиа, так что дошедшие до него слухи не стали сюрпризом.
— Не знаю, что тебе пообещала Су Цунъинь, но если ты удалишь запись, я заплачу вдвое больше, — произнёс Киноимператор Юй. — Я знаю, что ты увяз в долгах и судорожно ищешь деньги. И знаю, что ты уже сунул нос в несколько чужих бракоразводных процессов.
Он положил пухлую папку на крышку общей стиральной машины.
— Удалишь видео — получишь двойную сумму. И вот эти материалы в придачу.
Юй Чи молчал, лишь подушечкой указательного пальца медленно гладил гладкий металл сушильной штанги.
Двойная цена. Условие и впрямь заманчивое.
Видя его молчание, Юй Ин решил зайти с козырей:
— На днях мне предложили роль в одном крупном проекте. Тебе он точно понравится. Я могу выступить твоим поручителем и рекомендателем.
— Надо же, — Юй Чи обернулся с едва уловимой усмешкой. — И всё это ради одного-единственного видео? А ты щедр.
Юй Ин решил, что тот клюнул.
— Слышал, долг на тебе висит немаленький. Что с тебя может взять эта баба, Су Цунъинь? Сколько у неё вообще денег? Со мной выгода очевидна.
Он снисходительно улыбнулся:
— Ты ведь не хочешь, чтобы Чжу Е узнал о твоих прошлых грешках на съёмочной площадке? В его глазах ты всё ещё недосягаемый идеал, чистый и безгрешный.
— Не смей угрожать мне Чжу Е.
Юй Чи произнёс это всё с той же лёгкой улыбкой, но голос его прозвучал невесомо и холодно.
За его спиной простиралась густая лунная тень. Взгляд, которым он одарил Юй Ина, казался равнодушным, но в сочетании с ночным ветром в нём проскользнуло нечто опасное. В этой отстранённой грации таилась затаённая угроза, от которой даже у Юй Ина, всю жизнь предпочитавшего женщин, на мгновение перехватило дыхание.
— Ну так что? По рукам?
Юй Чи казался куда сговорчивее, чем предполагалось, и уверенность Юй Ина взлетела до небес.
— Тебе совершенно незачем портить со мной отношения из-за какой-то бабы.
Он продолжал давить:
— У тебя ведь ещё мать есть, верно? Семья распалась, у родителей новые браки, свои дети. А мать твоя так и живёт в старом доме. Адрес узнать — пара пустяков.
Юй Чи, крутивший в руках штангу для сушки белья, вдруг тихо спросил:
— Я что, похож на человека с хорошим характером?
— Что? — не понял Юй Ин.
Юй Чи разжал пальцы, разминая кисть, и медленно приподнял металлическую жердь. Острый крюк на её конце остановился прямо у подбородка собеседника.
Юй Ин замер. Увидев ржавое, заточенное остриё у своего горла, он наконец распознал явную угрозу в голосе Юй Чи.
Штанга дернулась вперёд.
Юй Ин отшатнулся от неожиданности. Но крюк тут же зацепил его за воротник и рывком потянул обратно.
Обманный манёвр.
В груди у Киноимператора всё похолодело.
— То есть сотрудничать ты не намерен?
— Предупреждаю, не думай, что сможешь меня испугать...
Спокойный до этого Юй Чи резко выбросил руку вперёд. Вспышка дикой боли пронзила затылок — Юй Чи с силой вцепился ему в волосы, потянув назад. Юй Ин даже не успел осознать произошедшее.
Прямо перед его лицом разверзлась тьма. Внизу, за низким ограждением балкона, о скалы с глухим грохотом бились морские волны. Чёрная, непроглядная бездна.
Юй Чи держал его за волосы, силой наклоняя над обрывом.
— Нравится? — тихо спросил Юй Чи над самым ухом. — Хочешь прогуляться вниз?
— Юй Чи! Ты что творишь?! — в панике заверещал Юй Ин, теряя всякое обладание собой. — Не глупи! Это уголовка!
Лицо Юй Чи оставалось абсолютно невозмутимым.
Глаза, казавшиеся минуту назад чарующими, сейчас напоминали созерцательные зрачки ядовитой змеи.
— Ты ведь знаешь, что произошло со мной на съёмках, — с улыбкой прошептал Юй Чи, наклоняя его голову ещё ниже к морю. — А знаешь, почему после того, как меня внесли в чёрный список, ни одна тварь так и не рискнула ко мне полезть?
У Юй Ина подкосились ноги.
— Что... что ты несешь?!
— Неужели они тебе не рассказывали? — с тихим смешком спросил Юй Чи.
— Отпусти! Это преступление! — Юй Ин был на грани истерики. — Ты псих! Юй Чи, ты долбаный псих!
Юй Чи неторопливо хмыкнул, перехватил его за горло и ласково произнес:
— Ты ведь сам хотел со мной сотрудничать. И даже в такую простую игру сыграть не можешь?
Он разомкнул пальцы.
Юй Ин мешком обрушился на бетонный пол.
За матовым стеклом балкона мельком проскользнула чья-то тень. Юй Чи краем глаза заметил проходившую мимо Юй Рао. Их взгляды встретились.
Не ждя никаких объяснений, Юй Рао просто развернулась и ушла, будто ничего не заметила.
Юй Чи собрал высохшие вещи и, не обращая внимания на скулящего мужчину, перешагнул через его распластанные ноги.
— Я просто пошутил. Надавать вам по шее я бы всё равно не решился. Не кипятитесь, учитель Юй.
Юй Ин сидел, прижавшись спиной к ледяным перилам, словно только что выкарабкался с того света.
— Сумасшедший... — пробормотал он.
Лишь спустя пару минут до него дошло, что его откровенно унизили. Он дико вскочил:
— Юй Чи, ты конченый психопат!
* * *
На улице Чжу Е разблокировал телефон и увидел сообщение от Сяо Фу.
[Тот самый тип из недвижимости]: Заходи в видеочат, я кинул приглашение.
[Чжу Е]: ? Ты совсем сдурел?
[Тот самый тип из недвижимости]: Время есть, давай побазарим.
Чжу Е выдал в ответ ядовитую ухмылку.
[Чжу Е]: У меня жена в ванной моется, а я с тобой болтать буду? Я, по-твоему, идиот?
[Чжу Е]: Думаешь, у меня личной жизни нет?
[Чжу Е]: Не всем же быть такими бездельниками, как ты.
[Тот самый тип из недвижимости]: Напомнить, кто тут главный фартовый? Стоило тебе мне поплакаться, как Юй Чи сразу сменил гнев на милость. Забыл?
Чжу Е перечитал текст. На секунду в груди ёкнуло.
Перечитал ещё раз — ёкнуло сильнее.
Сяо Фу прислал повторный вызов: Зайдёшь? Задоначу десять «ракет», пустишь себе на заначку.
[Чжу Е]: .
На экран тут же выскочило приглашение к видеозвонку, и Чжу Е нажал «принять».
В тот же миг Сяо Фу запустил трансляцию, и перед публикой впервые предстал загадочный «тип из недвижимости».
Смуглый, стриженный под ёжик парень с ямочками на щеках. Когда он молчал, то выглядел даже стильно, с эдакой лёгкой поволокой дерзости, но едва начался эфир и набежали зрители, его лицо расплылось в широкой, глуповатой улыбке. Типичный дурачок из спортивной секции.
Комментаторы реагировали мгновенно:
【Неудивительно, что они с Чжу Е кореша. У обоих внешность аристократов, а внутри — два чистокровных валенка.】
Чжу Е сходу подвох почувствовал:
— Ты что, стрим врубил?
— Да народ одолел! — заявил Сяо Фу. — Все допытываются, как вы с Юй Чи познакомились. Намекали, что даже хату у меня купят, лишь бы разузнать. Ну я и совмещаю приятное с полезным.
Чжу Е изобразил полное равнодушие:
— А про нас-то что рассказывать?
— Серьёзно? — хохотнул Сяо Фу. — А кто мне в соплях звонил и орал, что Юй Чи его не признает, крутит романы направо и налево, а на законного мужа всем плевать?
Чжу Е: «...»
Сяо Фу принялся поучать с видом умудренного старца:
— Ты ничего не шаришь в информационной войне. Нужно, чтобы пипл на подкорке усвоил: вы с Юй Чи — пара навеки!
【Ору в голос! Только Чжу Е можно развести на такую дичь. Они на шоу про развод приперлись, кому не пофиг, пара они или нет?!】
【Ха-ха-ха, факты выше!】
Чжу Е подпёр подбородок рукой. А ведь в словах этого идиота есть зерно истины...
— Ладно, о чём бакланить будем?
— Давай про ваш первый разрыв. Это когда было?
Чжу Е налил себе воды, вспомнил, что Юй Чи за день толком ничего не пил, и пошёл ставить чайник.
Из динамика телефона, оставшегося на столе, глухо донеслось:
— Третий курс.
— Во-во, третий курс! За день до твоего дня рождения.
Для Сяо Фу тот день стал настоящим судным днем.
Он тогда катил на своем мопеде возле общаги, везя в пакете горячую лапшу на поздний ужин, и радовался жизни. Как назло, на самом крутом подъеме зазвонил телефон.
Из-за ухабистой дороги ответить сразу не вышло.
Через пару секунд Чжу Е набрал снова.
Назойливая трель заставила Сяо Фу дернуться, мопед завалился набок, а лапша живописно облепила асфальт.
Сжав зубы от досады, он рябнул в трубку:
— Алло! Ты, блин...
Но закончить не успел.
Из динамика донеслись судорожные всхлипы. Его кореш — тот самый, что даже со сломанным локтем в травмпункте не уронил ни слезинки, — задыхался от слез:
— Сяо Фу... мы с Юй Чи расстались!
Чат взорвался:
【Всхлипывал? Глядя на эту довольную рожу Чжу Е, вообще не могу представить, как он ревёт в три ручья!】
【Похоже на художественный свист.】
— Никакого свиста! — перебил Сяо Фу. — Чжу Е ревел так, что поджимки тряслись. Впрочем, не суть. Слушайте дальше, чистый эксклюзив.
Сяо Фу отпил водички.
Тогда, сидя на обочине, он долго колебался между разлитым ужином и рыдающим другом. В итоге присел на корточки и принялся успокаивать Чжу Е.
Это затянулось на два часа.
Чжу Е сорвал голос, но продолжал сухенько давиться слезами.
Лапша окончательно остыла.
Пожертвовав едой ради дружбы, Сяо Фу спросил:
— Расстались? Вы же только в прошлом году сошлись?
В трубке раздался новый приступ рыданий:
— Да не сходились мы! Черт бы побрал этого Юй Чи! Я к нему как к жене, а он ко мне — как к перекосу на одну ночь!
Сяо Фу выпал в осадок:
— Э-э... Так ты в плюсе вроде?
Чжу Е поперхнулся и взвыл ещё громче, скрежеща зубами:
— Да что ты понимаешь?! Стал бы я ради «одной ночи» пхаться четыре часа на автобусе, чтобы самолично притащить свое тело в его койку?! Чёртов Юй Чи! Поматросил и бросил! Поимел и душу, и тело! Тварь!
У Сяо Фу волоски на холке дыбом встали. За десять лет знакомства он впервые видел Чжу Е в таком разобранном состоянии.
— Так, хорош паковать чемоданы. Ты где сейчас? Сиди на месте, я приеду.
— Не надо, — шмыгнул носом Чжу Е. — Я отстегнул сожителям три косаря, чтобы они свалили в кабак, а сам заперся в туалете. Стыдно же...
Немного переведя дух, Чжу Е продолжал:
— Всё кончено. Я-то думал, у нас всё всерьёз, а он заявил, будто считал это обычной ночной сделкой без обязательств. Ну мы и сцепились. Я в сердцах буркнул, мол, забудь мой номер и удали отовсюду. И этот гад реально меня удалил!
Чем больше Чжу Е говорил, тем глубже погружался в пучину отчаяния. Сидя на корточках в туалете, он заливал слезами кафель:
— Я набрал его двадцать восемь раз! Он кинул меня в чёрный список! Я натрачил ему объяснительную на тысячу слов, а он даже не ответил!
Сяо Фу, плюнув на мопед, поймал такси и помчался к общежитию Чжу Е, наглаживая его по телефону, чтобы тот не выкинул глупость.
— Всё, нет у меня больше жены-ы-ы... — завывал Чжу Е. — Представлю, что дальше придется жить без Юй Чи, и мир рушится. Он же такой хороший, такой мягкий, лучше всех меня понимал и поддерживал! Он же как вторая половина меня, как ребро, вынутое из моей груди!
— Анатомию учи, дурак, не ребро, а... — попытался вставить Сяо Фу.
— Как мне без него жить-то-о-о?!
— Ладно, давай я ему наберу и все объясню?
Слезы Чжу Е высохли за долю секунды:
— Давай! Живо! Ну ты и брат, золотой человек!
Не успел Сяо Фу ответить, как Чжу Е сбросил вызов и прислал номер Юй Чи.
В груди у Сяо Фу зародилось недоброе предчувствие, но времени размышлять не было. В машине он набрал Юй Чи.
Трубку сняли.
— Алло, слушаю, — раздался ледяной голос.
Сяо Фу аж сглотнул от такой прохлады:
— Я... это, друг Чжу Е. Он тут не может до тебя дозвониться, закрылся в туалете общаги и ревёт.
Юй Чи, кажется, иронично хмыкнул:
— Он мне только что накропал, что «лучше погибнуть со славой, чем жить в позоре», и что скорее сдохнет, чем снова уронит из-за меня хоть слезинку. А у тебя он, оказывается, великий страдалец? Пусть уже повзрослеет.
Юй Чи, будучи образцовым студентом, выдал такую риторическую триаду, что Сяо Фу мгновенно почувствовал себя виноватым за друга.
— Я сам с ним разберусь. Спасибо за звонок, — вежливо закончил Юй Чи и повесил трубку.
Сяо Фу перевел дух. Но ровно через три минуты Чжу Е снова набрал его:
— На крыше пятого этажа такой холодный ветер...
Сяо Фу: «?»
— Знаешь, я смотрю вниз, и мне кажется, будто сам сатана машет мне рукой и зовёт шагнуть...
Сяо Фу чуть не выронил телефон.
Сатана?! Машет?!
— Господи-и-и!
— Жизнь потеряла всякий смысл, — хлюпал носом Чжу Е. — Как подумаю, что Юй Чи достанется кому-то другому, так жить не хочется. А-а-а! Я же его верный пёс, он мое сокровище! Ты понимаешь, каково это — потерять жену?! Сердце разрывается!
Сяо Фу перескочил через три ступеньки, проигнорировав лифт, и на одном дыхании взлетел с первого на седьмой этаж.
Он выбил дверь в комнату Чжу Е... и опешил.
В комнате были двое. Юй Чи стоял спиной к двери и даже не обернулся.
А Чжу Е, мёртвой хваткой вцепившись в него со спины, с опухшими от слёз глазами активно строил Сяо Фу рожи и отчаянно махал рукой, мол, вали отсюда!
Сяо Фу: «...»
Чжу Е тем временем продолжал исполнять арию страдающего Отелло, сипло подвывая Юй Чи в затылок:
— Хнык... Зайка, я без тебя умру! Не бросай меня, а? Я был неправ, честно! Прости меня за те глупости!
Сяо Фу едва не потерял дар речи:
«Ты кого из меня делаешь, сука?!»
Юй Чи, в голосе которого не проскальзывало ни единой эмоции, спросил, не оборачиваясь:
— И в чём же ты неправ?
Чжу Е, на которого наконец обратили внимание, мгновенно забыл про свои страдания в туалете. Не сводя глаз с Юй Чи, он преданно пододвинул ему чашку с водой, а уголки его губ расплылись в победной ухмылке почти до ушей:
— Ну, у нас вышло небольшое недопонимание, но я правда тебя люблю! Запасной так запасной, перекус на ночь так перекус! Если хочешь, я буду твоим запасным колесом! Хочешь — буду бегать за тобой ещё пару лет! Только не уходи...
За всё время он ни разу не отвёл взгляд от Юй Чи, исключая тот короткий миг, когда бросил на Сяо Фу свирепый взгляд: «Чего встал? Вали!».
На следующий день Сяо Фу получил от Чжу Е перевод на 999 юаней с пометкой: «За лайк и коммент к первому посту».
Следом Чжу Е выложил пост в соцсетях.
Три снимка в приглушённом свете.
Сяо Фу выкрутил яркость на максимум и понял, что кадры сделаны в номере дорогого отеля.
На первом — темный силуэт: сквозь отблеск оконного стекла угадывалось, как Чжу Е крепко обнимает Юй Чи со спины. Оба полусидели на кровати, Юй Чи доверчиво откинулся на его плечо. Их пальцы были переплетены — изящные, длинные пальцы Юй Чи и крупные, с выступающими костяшками пальцы Чжу Е, сжимавшие его ладонь с невероятной силой. Намека на откровенность не было, но этот контраст оттенков кожи и вздувшиеся вены на тыльной стороне ладони Чжу Е заставляли дыхание перехватывать.
На втором кадре Юй Чи, наклонив голову, что-то укладывал, а Чжу Е с нежной улыбкой держал ладонь на его шее, уткнувшись носом в изгиб ключицы.
На третьем — праздничный торт. Чжу Е сидел рядом, снизу вверх смотря на Юй Чи снисходительным, влюбленным взглядом. У Юй Чи на щеке остался след от крема, он загадывал желание с закрытыми глазами. В теплом свете свечей его профиль казался красивее любого нарисованного нейросетью персонажа, а из-под широкой футболки проглядывали еле заметные красные отметины.
Подпись Чжу Е гласила: * «Ты — самый драгоценный подарок, который небо преподнесло мне на двадцатилетие».*
Позже Сяо Фу долго прокручивал ту историю в голове и чувствовал фальшь.
Чжу Е признался без экивоков:
— Да я ляпнул не думая! Из-за нахлынувших чувств язык понёс чушь, сам понимаешь. Прыгать я, понятно, не собирался — я же ещё Юй Чи не добился, как я мертвым-то буду ходить?! Кто ж знал, что ты его реально притащишь... Зато теперь понимаешь, почему на нашей свадьбе тебя за главный стол усадили?
— Но постой, — въедливо заметил Сяо Фу. — Юй Чи не мог дойти до твоего корпуса за три минуты. От его общаги до твоей идти минут десять. То есть когда я ему звонил, он уже был на полпути к тебе.
Чжу Е застыл.
Комментаторы мгновенно сопоставили факты:
【То есть когда Юй Чи не отвечал на сообщения, он уже шел к Чжу Е!】
【Значит, Юй Чи он был небезразличен! Иначе он бы не пошел к нему после такой ссоры. Он явно шел мириться, но Чжу Е успел сдать назад первым. Юй Чи просто не привык кричать о своих чувствах.】
【А Чжу Е решил, что Юй Чи пришел только потому, что ему позвонил Сяо Фу! В глазах Чжу Е это выглядело так: Юй Чи просто поддался давлению.】
【Сестра выше зрит в самый корень!】
Чжу Е окончательно потерял дар речи.
Все эти годы он свято верил, что безответно сох по Юй Чи, приложил тонну усилий и лишь каким-то чудом добился взаимности, и даже когда они с Юй Чи уже находились в месяце охлаждения перед разводом.
А ему только что доставили известие: Юй Чи выделял его с самого начала.
И пока Чжу Е тупил, Юй Чи сам шаг за шагом двигался ему навстречу.
Он был не прилипчивым псом, вымолившим кость, а тем самым единственным счастливчиком, которого Юй Чи выбрал сам.
Нет... Погодите.
Какой ещё счастливчик?
Чжу Е вчитался в выводы чата, переварил их и глухо спросил:
— Если так... почему он тогда сразу согласился на развод?
Сам-то Чжу Е выпалил про развод на эмоциях — хотел привлечь внимание, заставить Юй Чи забегать.
А Юй Чи?
Если он и впрямь дорожил им, почему при первом же упоминании развода просто сказал «хорошо» и даже не попытался его удержать?
【А может, Юй Чи реально хочет развестись?..】
— Бред! — нервно хохотнул Чжу Е. — Столько лет вместе... Если бы я был ему дорог, он бы...
【Чувак, он терпел тебя пять лет.】
【Он сейчас с тобой вежлив как с чужим человеком.】
【Ты подарил ему кольцо — он вернул тебе кольцо, чтобы закрыть долг.】
【Ты принес ему булыжники, а он даже брать их не стал.】
【Вчера ночью он скорее готов был замерзнуть, чем лечь с тобой под одно одеяло.】
Чжу Е: «?»
Чжу Е: «!!!»
До него наконец дошло:
— Он... любил меня, а потом передумал?!
— Я семь лет за ним бегал, ни черта не понял, а теперь всё потерял?!
Сяо Фу вздохнул:
— Ты только сейчас понял? Юй Чи не шутит, он на полном серьезе.
— Да я думал, мы на шоу закроем гештальты и начнем всё заново!
— Серьёзно? — хмыкнул Сяо Фу. — Это разводное шоу, братан. Он что, с тобой играть сюда пришёл?
【М-да, рука-лицо.】
【Мужик просрал жену и всё еще витает в облаках!】
【Я-то думала, ты притворяешься дурачком, а ты реально дурачок. Прости, ошибалась.】
【Ты реально думал, что вас отправили в романтический круиз?! Пацан, это не образ, это клиника.】
Дрожащими пальцами Чжу Е нащупал на столе темные очки и водрузил их на нос.
Голос его прозвучал подчёркнуто ровно:
— Да ну?
Сяо Фу махнул рукой:
— Ладно, раз уж вы разводитесь, какая разница.
— Вот именно, раз мы разводимся, какая разница... Да какая к черту разница?! — Чжу Е сорвался и накинулся на Сяо Фу: — Ты знал, что он всерьез?! Почему ты мне не сказал?! По-че-му?!
Сяо Фу протянул:
— Э-э... Ты сам трындел, что тебе пофиг и чувства остыли. Я и решил, что ты не врешь.
Пофиг?! Да ни черта подобного!
В памяти всплыли слова Юй Чи, сказанные накануне: * «Я любил лишь одного человека».*
Рука Чжу Е, сжимавшая стакан, заметно задрожала.
Любил.
Вчера он поверил в это лишь наполовину. Утром, получив кольцо — процентов на семьдесят. Теперь же у него не осталось ни малейших сомнений.
Юй Чи говорил правду.
В эту секунду в голове Чжу Е словно замкнуло нужные контакты, и мысли побежали с невероятной четкостью.
Почему Юй Чи не взял те два камня. Почему вернул кольцо. Почему не хочет, чтобы Чжу Е стирал его вещи. И почему теперь, когда Чжу Е капризничает и психует, Юй Чи реагирует абсолютно равнодушно — не успокаивает, не спорит и вообще почти не заговаривает первым.
— Потому что он не собирается продолжать.
Возврат кольца был попыткой подвести жирную черту.
А он, идиот, радовался как ребёнок.
Мать твоя...
Своими руками просрал жену.
Но...
Мысли Чжу Е завязались в тугой узел.
Здесь что-то не сходилось.
На втором курсе Юй Чи всё ещё вздыхал по Су Цунъинь!
Он запутался окончательно:
— Да не мог Юй Чи меня любить! На втором курсе он всё ещё посвящал песни Су Цунъинь, восторгался её имбирным отваром и даже агентство сменил ради неё!
Картина мира, которую Чжу Е выстраивал семь лет, рухнула в одночасье.
Да, он постоянно бахвалился, будто Юй Чи без ума от него. Но это был лишь способ подбодрить самого себя.
Юй Чи его не любил.
Юй Чи вообще гетеросексуал, с чего бы ему запасть на парня?
Но с другой стороны, тихий голос в глубине души упорно твердил:
«А если любил?»
А раз они разводятся — значит, больше не любит?
Значит, Юй Чи в нём окончательно разочаровался, и никакой жены у Чжу Е больше не будет?
Без жены.
Что значит «без жены»?
Это значит — есть в одиночестве. Спать в одиночестве. Ходить в кино в одиночестве. Наблюдать, как Юй Чи улыбается другому, обнимает другого, спит с другим, строжится на другого, прощает другому любые дерзости и делит с ним самую глубокую интимность на свете.
Они будут вместе чистить зубы по утрам, греть друг друга в холода, смеяться обоим понятным шуткам... А во сне Юй Чи будет бессознательно прижиматься к груди этого чужого человека...
Чжу Е в ужасе распахнул глаза под тёмными стеклами очков.
Да что это за кошмар такой, чёрт возьми?!