Чжу Е сдернулся с места:
— Драка?!
Он все ещё не мог поверить:
— Да ну, разводят нас! Чжоу И и мухи не обидит, какая, к черту, драка?
[В соседней трансляции темный экран]
[Реально подрались?]
[Да не может быть! Что там вообще произошло? Чжоу И совсем не похож на того, кто станет распускать руки]
Зрители в чате не успели толком ничего обсудить, как эфир принудительно отключили.
Когда фанаты переподключились, трансляция «Последнего месяца» снова оказалась приостановлена. В официальном аккаунте шоу спешно выпустили объявление: «В связи с временными техническими неполадками оборудования требуется настройка системы».
Когда Юй Чи, Чжу Е и Чу Юй прибежали на место, толпа уже почти рассеялась.
У Чжоу И была рассечена губа, а на правой скуле наливался синяк. Понурившись, он стоял лицом к стене и упорно молчал.
Рядом с ним суетились сотрудники съемочной группы, пытаясь провести воспитательную беседу. Не успели они вымолвить и пары фраз, как Юй Рао, не выдержав, принялась его отчитывать:
— Сколько тебе лет, чтобы связываться с малолетками?! Обычно и слова не вытянешь, а тут надо же, какого орла из себя изобразил! Что же ты только что такой смелый был, а сейчас языком прикипел? Умным себя считаешь? Или думаешь, тебя незаслуженно обидели?!
Чжоу И оправдывал свое имя — был упертым и молчаливым, точно булыжник. Говори ему что угодно, а он уставился в одну точку и ноль реакции.
Чу Юй, наблюдавший всю сцену от начала до конца, незаметно отступил от камер и шепнул на ухо Юй Чи:
— На самом деле винить одного Чжоу И нельзя. Эти школьники — из класса Юй Рао. Когда они с девчонками утром зашли на урок, те пацаны на задних партиях сразу начали гоготать.
Чжу Е старался сохранять невозмутимый вид, но сам невольно притирался плечом к Юй Чи, втискиваясь между ним и Чу Юем.
Юй Чи легким щелчком осадил его по затылку.
Чжу Е в ту же секунду выпрямился как по струнке и со всей серьезностью уставился на Юй Чи, делая вид, будто ничего не произошло.
Чу Юй взглянул на них и продолжил:
— Чжоу И на перемене приходил к Юй Рао взять денег на расходы, верно? И как раз наткнулся на то, как эти типы за глаза перемывали ей косточки.
Он неопределенно качнул головой:
— В общем, говорили мерзости. Чжоу И распалился, подошел и велел им заткнуть рты. А те в ответ начали дерзить, обозвали его приживалом и альфонсом, который подбирает чужое.
Как человек не из шоу-бизнеса, Чжоу И был ничем не примечателен — тихий, незаметный, даже спустя целый сезон съемок оставался тенью. Разговаривать не умел, завлекать публикой тоже, дерзкий и неотесанный. А вот Юй Рао... Когда она только дебютировала, её сверстницы поголовно играли милых невинных девочек, и лишь она одна выбрала яркий, роковой образ. Она снималась в откровенных сценах, и в сети о ней ходило немерено грязных слухов.
Когда такие двое сходились вместе, в интернете неизбежно всплывали самые сомнительные ярлыки.
Чжоу И привык держать всё в себе.
Даже вспылив, он не стал бы срываться на недорослей. Сжал зубы и проглотил обиду.
Но чуть позже, когда они с Чу Юем несли в музыкальный класс ноты и проходили мимо кабинета, Чжоу И заметил через окно, как те же пацаны разглядывают в телефонах утренние тайком сделанные кадры Юй Рао. Они отфотошопили их в черно-белые ритуальные снимки, пририсовали непристойности и пересылали в общий чат, заходясь от хохота.
Заподозрив неладное, Чжоу И замер у задней двери.
Подростки, ничего не замечая, дымили сигаретами и травили пошлости одна другой паршивее:
«Откуда у Юй Рао столько крутых ролей? Да через постель, понятное дело!»
«Видали, как на ней форма трещит? Напялила, шлюха, типа малолетка...»
«Говорят, она любит поглубже да помладше. Вдруг она сюда за этим и приперлась? Вы там аккуратнее, а то приметит кого — не отмоетесь!»
«Да пусть примечает! Бесплатная баба...»
Чу Юй пытался удержать Чжоу И, но тот рывком вырвал руку, с ноги выбил дверь и влетел за порог.
Чу Юй даже охнуть не успел. Пришлось срочно звать на помощь сотрудников, а сам помчался за подмогой.
А самым надежным человеком в его глазах был Юй Чи.
Выслушав историю, Юй Чи спросил лишь одно:
— Юй Рао знает?
— Вряд ли, — качнул головой Чу Юй.
— Этот чурбан скорее в землю закроется, чем сам признается, — подал голос Чжу Е.
— Они сейчас пошли к классному руководителю, — добавил Чу Юй. — Школьники не пострадали, но устроили истерику: орут, ревут, требуют вызвать родителей. Чжоу И, конечно, виноват, что полез с кулаками, но ребята из съемочной группы говорят, он держится в рамках — только шума нагнал, всерьез никого не калечил.
— А губу ему кто тогда разбил? — нахмурился Чжу Е.
Чу Юй пожал плечами:
— Говорят, пацаны увидели, что он бить их не собирается, и швырнули в него чем-то тяжелым. Камеры висят только в коридоре, внутри ничего не снято.
Тут к ним, тяжело дыша, подбежали Фан Гэ, Лу Янь и Фан Суй. Свалившись на стену и держась за колени, они задыхались:
— Все... все целы?!
— Целы, — ответил Юй Чи. — Вопрос в другом: как поступить с этими супостатами?
— Да как тут поступишь? — пожал плечами Чу Юй. — Ученики целы, а Чжоу И с разбитым лицом. К тому же эти мелкие паршивцы распускали язык. Пусть извинятся перед Юй Рао, а если не поймут — вызывать родителей и разбираться по-взрослому.
Фан Гэ и Лу Янь еще не совсем вникли в суть, но понимали, что Чжоу И не стал бы драться без причины:
— У нас есть съемочные материалы, да и в школе должны быть камеры. Если Чжоу И не виноват, можно всё объяснить.
— Чжоу И взрослый мужчина, а они — несовершеннолетние школьники, — покачал головой Юй Чи. — Помягче скажешь — припугнул, а по-плохому — совершил нападение и запугивал детей. Если бы вы были родителями, чьих детей в школе перепугал посторонний мужик из съемочной группы, вы стали бы слушать разумные доводы или сразу поднимете шум на всю округу?
Он говорил чуть быстрее обычного, но четко и чеканно. Вдумавшись в его слова, остальные остыли — Юй Чи был абсолютно прав.
Чжу Е мгновенно уловил его мысль:
— Эти малолетки не постесняются наврать с три короба. Хоть пострадал Чжоу И, из-за их статуса «несовершеннолетних жертв» приехавшие родители раздуют скандал, и виноватым сделают его.
«Несовершеннолетние жертвы».
Словосочетание попало в самую точку.
В глазах Юй Чи мелькнула едва заметная искра.
Не успел затихнуть разговор, как из соседнего кабинета донеслись вопли школьников. Опекаемые организаторами подростки орали, требовали, чтобы Чжоу И встал перед ними на колени, визжали про моральный ущерб, травлю и дедовщину.
Вот уж воистину — перевернуть всё с ног на голову они умели мастерски.
Кто бы мог подумать, что рядовые съемки реалити-шоу обернутся подобным грязевым замесом.
Все погрузились в тяжелое молчание.
В кабинете Юй Рао вместе с персоналом безуспешно пыталась вытянуть из Чжоу И хоть слово. Обвиснув в проеме, она увидела толпу из шести человек, застывшую у задней двери.
— Извините, что втянула вас в это, — с горечью выдохнула Юй Рао.
Они снимались в одном проекте, и если скандал выплывет наружу, достанется всем без исключения. Юй Рао слишком давно крутилась в шоу-бизнесе и знала, насколько холоден этот мир. Ей не хотелось привязываться к людям, но еще больше она не любила быть обузой.
— Я сама всё улажу.
— И как ты собираешься это улаживать? — спросил Юй Чи.
Юй Рао горько ухмыльнулась:
— А как еще? Если они намерены раздуть историю, пусть зовут родителей. Попробуем извиниться, выплатим компенсацию, проявим покорность... Если удастся замять дело без суда — значит, зачтется.
Юй Чи окинул взглядом объективы камер съемочной группы, заглянул в класс, проверяя слепые зоны школьного наблюдения.
— Пусть зовут родителей. Но повод должен быть другим.
— Каким?
Юй Чи поднял глаза. Он смотрел не на Чжоу И, а прямо на Юй Рао:
— Злонамеренная клевета, травля и нарушение прав на неприкосновенность частной жизни. Вызывать родителей нужно не для оправданий, а чтобы заставить их отвечать по закону.
Он продолжал чеканить слова:
— В этой истории пострадавшая — ты. Исключи Чжоу И из уравнения. Ты действуешь от своего имени, входишь туда с адвокатом и защищаешь свои права.
Юй Рао опешила:
— Я... пострадавшая?
Чу Юй без тайн пересказал всё от начала до конца. Когда он упомянул про мерзкие слухи и отфотошопленные фотографии в групповом чате, до всех наконец дошло.
В конфликте между взрослым мужиком и школьниками общество всегда встанет на сторону детей. Но если против банды обнаглевших подростков выступает девушка, которую они тайком снимали, помоили и третировали — на чьей стороне окажутся люди?
* * *
Разбирательства с каждым из участников затянулись далеко за полночь, хотя уроки давно закончились.
Пока тянулось ожидание, Юй Чи велел Чжу Е достать Макдоналдс и угостить всех.
Чжу Е брал еду специально для Юй Чи, да и стоил этот набор не копейки. Сначала остальные смущались, символически прикоснувшись к пакету, но Юй Чи сам честно разделил порции и раздал каждому.
Когда Чжу Е вернулся, он застал Фан Суя, который, жуя картошку фри, натягивал уши Чу Юю:
— Юй Чи и Чжу Е просто святые, хнык-хнык... Как же вкусно!
Чу Юй кивал:
— Да, Юй Чи действительно отличный парень.
Чжу Е:
«...»
Он насупился и мрачно перевел взгляд на Чу Юя:
— Может, мне выдрать у него из рта то, что он дожевывает?
Он смотрел на Чу Юя так, словно тот покусился на святое:
— Я свою добычу никому не отдаю.
Чу Юй:
«...»
Когда восьмерка с рюкзаками вывалилась за ворота школы, небо успело налиться чернильной синевой. Восьмой час вечера, а ужином даже не пахло.
Едва переступив порог домика, все наперегонки ринулись в гостиную и пластом рухнули на диван. Сил говорить не было ни у кого.
На журнальном столике красовались консервные банки, заботливо выставленные съемочной группой. Вне сомнений — очередная интеграция от спонсоров.
Юй Чи механически протянул руку к ближайшей банке, но кто-то перехватил ее на полпути.
Чу Юй встретился взглядом с Чжу Е, хотя обращался к Юй Чи:
— Давай я открою.
Юй Рао и Чжоу И переглянулись.
Это был их вчерашний недоделанный конкурс — открыть крышки, намертво посаженные на клей. Чжоу И с Юй Рао пробились над ними всю ночь, да так и бросили на столике.
Как и следовало ожидать, Чу Юй долго пыхтел, но крышка даже не шелохнулась.
Чжу Е ядовито ухмыльнулся:
— Даже банку открыть не можешь... И кто тут после этого дрыщ?
Чу Юй:
«...»
Он сунул банку Чжу Е в руки:
— На, открывай. Кто не откроет — тот и дрыщ.
Чжу Е закусил губу: Первая попытка — мимо. Не поддается.
Он со всей дури постучал донышком о стол — ноль эффекта.
Было видно, как он напрягся: на тыльной стороне ладони, обхватившей крышку, набухли вены.
— Дай другую, эта же... — попытался вмешаться Чжоу И.
— Не надо!
Азарт Чжу Е вспыхнул с новой силой. Он прошелся ножницами по ободку, обернул банку краем футболки, прижал к животу и крутанул со всей дури.
Хлоп!
Крышка поддалась.
Чжоу И и Юй Рао вытаращили глаза:
«!»
Гордый, как победитель, Чжу Е протянул банку Юй Чи, сияя во все тридцать два зуба, словно только что сдал норматив всей своей жизни:
— Видишь? Я не дрыщ.
Юй Чи:
«...»
Фан Гэ наконец-то понял: этот парень реально повернут на своем прозвище.
— Что на ужин будем? — тихо подал голос из угла Фан Суй. По привычке поправив очки на переносье, он добавил: — Может, доставку закажем?
Лу Янь протяжно вздохнула, уткнувшись подбородком в подушку дивана:
— В такие моменты я скучаю по сестре Су...
Чжоу И знал, что все вымотались из-за него. Вина жгла изнутри, но нужных слов он подобрать не мог. Сидя на самом краю, он молча двигал к каждому вазу с почищенными мандаринами.
Места на диване не хватало, поэтому Чжу Е примостился прямо на подлокотнике рядом с Юй Чи. Вытащив пару мандаринов, он в три счета сдернул кожуру и протянул дольки Юй Чи.
Но тот не спешил забирать угощение.
Чжу Е озадаченно обернулся.
С другой стороны к Юй Чи тянулась еще одна рука — Чу Юй тоже протягивал ему очищенный мандарин.
Обе руки замерли в воздухе, ожидая, чей выбор сделает Юй Чи.
Чжу Е обычно отличался заторможенной реакцией, но сейчас в его голове вспыхнула кристальная ясность: * «Если они просто друзья, на кой черт чистить ему мандарины?!»*
Фан Гэ, вечный миротворец, чуя неладное, тут же вклинился с улыбкой:
— Ой, да ладно вам, он же два мандарина разом не съест! Поделитесь с ближним, а?
Он подмигнул Юй Чи.
Юй Чи не взял ни у кого. Он просто встал, сам взял из вазы свежий мандарин и принялся счищать кожуру.
Чжу Е и Чу Юй синхронно втянули руки обратно и сунули мандарины себе в рты.
Фан Гэ, оставшийся с носом:
«...»
Что эти двое вообще устроили?!
Не смутившись тем, что первая попытка провалилась, Чжу Е быстро очистил второй мандарин и снова пододвинул к Юй Чи.
Юй Чи даже не шелохнулся, но Чжу Е сам подался вперед:
— Этот слаще.
— У меня есть руки, — отрезал Юй Чи.
— Если ты не съешь, я не смогу заснуть, — не моргнув глазом проговорил Чжу Е. — Встану посреди ночи, начищу ведро мандаринов, буду пихать тебе в рот и шептать на ушко: «Почему ты не съел мой мандарин?»
Юй Чи представил эту картину. Чжу Е вполне мог так поступить.
Чжу Е с абсолютным спокойствием достал телефон, нажал голосовой ввод и вызвал голосового помощника:
— Сяо Ань.
[Я слушаю]
— Мой парень не хочет есть мандарин, который я ему почистил, и чистит сам. Он собирается меня бросить?
[Да]
Чжу Е:
«?»
Даже он потерял дар речи.
Фан Гэ фыркнул:
— Вот она, сила искусственного интеллекта! Режет правду-матку!
Чжу Е мрачно возрился на него:
— Ты какую херню несешь?
В гостиной воцарилась мертвая тишина.
Юй Чи вздохнул, забрал мандарин из его рук, разломил пополам и заткнул Чжу Е рот, сохраняя бесстрастное лицо:
— Я голоден.
Взгляд Чжу Е мгновенно изменился:
— Голоден? Что хочешь съесть?
Он тут же начал перебирать варианты:
— Я покупал рисовое вино и яйца. Сварить тебе суп с яйцом и рисовым вином?
— Давай.
Чжу Е только поднялся, чтобы идти на кухню, как почувствовал, что кто-то тянет его за край футболки.
Он попытался сделать шаг вперед. Футболка натянулась.
Чжу Е повернулся.
Лу Янь смущенно улыбнулась:
— А можно и мне чашечку?
Фан Гэ подхватил:
— А две можно?
Чжу Е посмотрел на Юй Чи. Он хотел готовить только для своего любимого.
Остальные уставились на Юй Чи умоляющими глазами.
Юй Чи не удержался от смешка:
— Вы чего на меня смотрите? Готовит-то Чжу Е.
Все молча продолжали гипнотизировать его взглядом.
Юй Чи сунул одну дольку мандарина Чжу Е в ладонь.
Чжу Е вздрогнул.
Юй Чи чуть прищурился, подначивая:
— Сваришь, шеф-повар Чжу?
Уши Чжу Е вспыхнули кумачом:
—... Ладно-ладно! Восемь порций сварю, устроит?!
Он развернулся и незаметно отправил дольку в рот.
Сладкий.
Среди радостных возгласов до уха Юй Чи донеслось тихое:
— Спасибо тебе.
Он повернулся на звук.
Юй Рао невращающимся шагом подошла и села слева от него, с улыбкой глядя на шумящую компанию.
— За что спасибо? — спросил Юй Чи.
— За сегодняшнюю историю. Если бы ты не вмешался, мы бы даже не поняли, как поступить. И за ужин тоже... Заставили всех ждать, да еще и Чжу Е напрягли.
Юй Чи разламывал оставшийся мандарин:
— Я просто подал идею. Остальное сделал Чжу Е, его и благодари.
— И все равно... Я перед тобой в долгу.
Юй Рао посмотрела на него.
Они попали в одну компанию при похожих обстоятельствах — после периода застоя. В агентстве было полно народу, и её впечатление о Юй Чи всегда оставалось поверхностным: просто «красивая пустышка», молчаливый, незаметный тип, которому повезло зацепиться за семью Чжу, чтобы выходить сухим из воды.
Лишь тогда, на балконе, когда она увидела, как он держится с Юй Ином, до нее дошло — Юй Чи не незаметный. Он просто прячет свои когти.
Тогда она сделала вид, что ничего не заметила, спасая свою шкуру.
Но сегодня он действительно помог ей.
* * *
Суп из яиц и рисового вина готовить несложно. Тем более раньше, когда они жили вместе, Чжу Е часто варил его глубокой ночью, когда просыпался голод. Он мог сделать это блюдо с закрытыми глазами.
Сняв кастрюлю с огня, он вынес две исходящие паром пиалы.
Желто-белые хлопья взбитого яйца кружились в прозрачно-молочном бульоне, а кисло-сладкий аромат рисового вина заставлял истекать слюной.
Поставив одну пиалу перед Юй Чи, он буркнул остальным:
— Ваше на кухне, забирайте сами.
Юй Чи задал тон:
— Спасибо молодому господину Дикому Цветку.
Фан Гэ и Лу Янь мгновенно подхватили, проходя мимо Чжу Е:
— Спасибо, молодой господин Дикий Цветок!
Чжу Е скривился:
— Вы можете назвать меня как-то иначе?!
Чу Юй подлил масла в огонь:
— Спасибо, молодой господин Дикий Цветок.
Фан Суй, не понимая истоков прозвища, на полном серьезе повторил:
— Спасибо, молодой господин Дикий Цветок.
Чжу Е:
«...»
Чжоу И шел последним. Он тихо проговорил:
— Спасибо, Чжу Е.
Помявшись пару секунд, он подошел к Юй Чи и так же тихо добавил:
— И тебе спасибо, Юй Чи.
Юй Чи чуть улыбнулся:
— Не за что. Скажи спасибо Юй Рао — она берет на себя все переговоры со школой и съемочной группой.
Чжоу И кивнул и снова отыскал глазами Юй Рао.
— Похоже, они совсем как мы раньше — упертые и не умеют разговаривать, — тихо проговорил Чжу Е, присаживаясь рядом. Почувствовав себя бывалым экспертом, он добавил: — Чжоу И явно до сих пор любит Юй Рао, да и она к нему не хладнокровна. Иначе зачем так лететь? Она же прибежала раньше нас всех.
Юй Чи изогнул бровь:
— Хочешь их свести?
— Мы с Чжоу И вроде как приятели, да и на пляже я у него вроде как наставником был. Если у них есть шанс, почему бы не помочь?
Не успел Юй Чи ответить, как Чжу Е достал из кармана щепотку ягод годжи:
— Добавить годжи?
Юй Чи удивился:
— Откуда у тебя годжи? Ты же сказал, что они закончились?
— Осталась самая малость. Конечно, я приберег ее для тебя, — как ни в чем не бывало ответил Чжу Е. — Ты же раньше любил с годжи. Я проходил мимо и прихватил.
Чжу Е помнил всё до мельчайших деталей.
Первый раз он варил этот суп, когда они с Юй Чи учились в университете и снимали квартиру за пределами кампуса.
Было три часа ночи. Накинув первые попавшиеся вещи, они сидели на кухне при свете единственной лампы и пили горячий суп.
Свежесваренное вино обжигало, и Юй Чи долго помешивал его ложкой, не решаясь отправить в рот. Чжу Е свою порцию почти доел, а Юй Чи даже не прикоснулся.
— Ты чего? — Чжу Е тогда еще плохо готовил и перепугался: — Невкусно?
Юй Чи сидел в накинутой на голое тело куртке. Краснота на щеках и в уголках глаз еще не сошла. Из-за фарфоровой кожи в холодном свете лампы его черные ресницы и алые губы казались невероятно хрупкими.
Он лениво сидел на кухонном столе, из-под длинной куртки виднелись белые прямые ноги, а на длинных ресницах еще дрожали слезинки от недавней страсти.
Любой дурак понял бы, что они только что закончили.
Глядя на засосы, проглядывающие из-под широкого ворота, Чжу Е залился краской. В груди снова сладко защемило, и он не удержался — наклонился и поцеловал Юй Чи в шею.
Иметь такого парня — настоящее счастье.
Юй Чи клонило в сон, но голод мучил сильнее.
— А ягоды годжи есть? — вяло спросил он.
— А? — Чжу Е не расслышал. — Чего?
— Ягоды годжи, — чуть громче повторил Юй Чи. — Хочу суп с ягодами годжи.
Чжу Е перерыл весь холодильник, но ничего не нашел.
Но Юй Чи вдруг уперся — хочу суп с годжи, и всё тут.
Чжу Е натянул куртку и посреди ночи побежал в круглосуточный магазин.
Они жили в университетском городке, и ближайший супермаркет находился в пятнадцати минутах ходьбы. Чжу Е пробегал полчаса.
Когда он вернулся, в гостиной было темно.
Он решил, что Юй Чи ушел спать. Чжу Е помнил, каким обессиленным тот выглядел после их любовных утех.
Время катилось к четырем утра.
Пока он бегал, суп остыл. Едва открыв дверь, Чжу Е попытался сбить завышенные ожидания — если спит, то и ладно, можно просто обнять свое сокровище и завалиться в теплую кровать.
Но при виде темной комнаты сердце все равно качнулось вниз.
Он сбросил кроссовки, натянул тапки и уставшим шагом поплелся вглубь квартиры.
— Вернулся? — внезапно раздался голос Юй Чи со стороны обеденного стола.
Он всё так же сидел, завернувшись в куртку, уткнувшись лицом в сложенные на столе руки. Остывшая пиала стояла рядом.
— Ты что, не ложился? — уголки губ Чжу Е сами собой поползли вверх. — Я думал, ты давно спишь.
— Я ждал годжи, — пробормотал Юй Чи, не поднимая головы. — Купил?
— Купил! — Чжу Е гордо вытащил пакетик. — Сейчас засыплю.
— Суп остыл, — Юй Чи пододвинул пиалу к нему. — Погрей мне.
Этот капризный, приказной тон, сказанный соплым от сна, растягивающим слова голосом, заставил сердце Чжу Е растаять, как жженый сахар.
Он не удержался и поцеловал Юй Чи в щеку:
— Какой же ты милый, когда капризничаешь...
Юй Чи ничего не ответил, лишь слегка изогнул губы, когда наклонился над чашкой.
С тех пор каждый раз, когда Чжу Е видел этот суп, он вспоминал тот вечер.
Они сидели друг напротив друга, над столом поднимался пар, и Юй Чи, сделав пару ложек, сам протянул ему суповую ложку, кормя его из своих рук.
Никто не знал, каким ласковым и сговорчивым становился Юй Чи в такие моменты.
Именно тогда Чжу Е впервые подумал об их общем будущем — о годах, которые они проведут вместе, о той жизни, о следующей и о всех последующих.
Чжу Е щедро высыпал ягоды годжи в пиалу Юй Чи:
— Они сладкие, я положил побольше.
* * *
Авторское примечание:
Пасхалка:
Глубокой ночью Чу Юй уставился на аккуратно сложенную объяснительную на 800 слов, подброшенную под его дверь.
Он долго размышлял, вчитывался, исправил пару орфографических ошибок и перекинул листок обратно под дверь Чжу Е.
На следующую ночь под его дверью снова материализовалась объяснительная на 800 слов.
Проходя мимо комнаты Юй Чи и Чжу Е, он услышал расстроенный голос Чжу Е:
— Он что, меня ненавидит? Почему он постоянно забраковывает мои объяснительные?!
Юй Чи ответил со всей невозмутимостью:
— Ты пишeшь с ошибками.
Раздался всхлип, и Чжу Е медвежьей тушей сгреб Юй Чи в охапку, уткнувшись носом в его теплую шею:
— Он меня точно не любит! Я же просто хотел извиниться...
Он жаловался с самым несчастным видом, но нос немилосердно усердствовал, впитывая родной аромат.
Юй Чи:
—... Мне кажется, у Чу Юя действительно есть проблемы.
— Да?! — обрадовался Чжу Е, готовый услышать, что Чу Юй просто цепляется к нему.
Но Юй Чи лишь со вздохом добавил:
— В тот раз, когда он тебя лупил, он явно пожалел сил. Слишком уж он добрый.
Чжу Е:
«...»
Чу Юй: [Уровень благорасположенности Юй Чи: +1, +1, +1, +1...]