Разобрав багаж, вся восьмёрка дружно переступила порог «Прибрежного домика».
Едва переступив порог, участники заметили в прихожей небольшую грифельную доску с правилами:
Правила проживания в «Прибрежном домике» (Передача «Последний месяц»)
1. На время съёмок любое использование электронных денег строго запрещено.
2. Каждый вечер до 23:00 необходимо заходить на «Чердак эмоций» и записывать самое радостное или самое неприятное событие дня.
Впрочем, о запрете на безналичную оплату съёмочная группа предупредила заранее. В наш век цифровых технологий подобное ограничение практически лишало участников средств к существованию.
Суета у входа отняла немало сил, поэтому, распределив между собой комнаты, все разошлись немного передохнуть.
Юй Чи, отличавшийся особой чистоплотностью, первым делом принял быстрый душ и только потом вышел из спальни.
Чтобы помочь гостям освоиться, организаторы проявили заботу и заранее приготовили первый обед.
Юй Рао, сидевшая на строгой диете ради новой роли, предпочла поесть у себя. Без неё Чжоу И тоже не проявил интереса к общему сбору и, покончив с едой, сразу ушёл к себе.
После обеда заботливая Су Цунъинь нарезала фрукты и красиво разложила их на журнальном столике. За исключением Юй Чи и Чжу Е, остальные две пары уже расположились в гостиной, непринуждённо беседуя и ближе знакомясь друг с другом.
Диванов на всех не хватало, к тому же гости странным образом держались на дистанции — втискиваться между кем-то казалось неловким. Юй Чи просто подвернул штанины, подогнул ноги и устроился прямо на полу, прислонившись спиной к подлокотнику.
Вскоре из своей комнаты вышел Чжу Е. Выбирая место, он на мгновение замешкался, но в итоге опустился в кресло напротив Юй Чи.
Краткий миг согласия испарился, и между ними снова воцарилось привычное молчание.
Пока остальные оживлённо беседовали, эти двое существовали каждый в своём мире: один уткнулся в документы в телефоне, другой увлечённо смотрел телевизор. Казалось, мимолётная идиллия у ворот всем просто мерещилась.
Спустя пару минут Чжу Е вышел на балкон ответить на звонок. Впрочем, он поступил хитро: встал лицом к гостиной, чтобы не упускать Юй Чи из виду.
В этот момент Лу Янь завела разговор о том, как меняются отношения до и после свадьбы. Обратившись к Юй Чи, она пошутила:
— Вы сидите так далеко друг от друга... Даже не верится, что вы когда-то встречались!
Юй Чи слегка улыбнулся:
— На самом деле разницы почти нет.
— Серьёзно? — искренне удивилась Лу Янь. — И какой Чжу Е с тобой наедине? Властный босс?
Фан Гэ тут же рассмеялся:
— Тебе бы поменьше читать глупых любовных романов!
Юй Чи не обиделся и даже задумался на секунду:
— Да и в обычной жизни всё так же. Мы оба вечно загружены, графики практически не совпадают. А когда удаётся пересечься, сил на разговоры уже не остаётся.
Он бросил беглый взгляд на камеру и утаил подробности.
До брака Чжу Е ещё держал себя в руках, но после свадьбы его сдержанность как рукой сняло. Он без зазрения совести заявлял, что «энергию нужно тратить на то, что действительно того стоит», так что всё их общение сводилось к ночным утехам. Из-за неуёмного аппетита мужа Юй Чи, которому нужно было свежо выглядеть перед камерами, неоднократно делал ему тонкие намёки. Когда это не помогло, он стал под любыми предлогами задерживаться на работе или вовсе снимать номер в отеле, лишь бы выспаться.
Юй Ин, до этого листавший ленту в телефоне, вдруг вставил:
— Так уж и заняты?
То, что Юй Чи уже полгода не получал никаких предложений и сидел без работы, не было секретом ни для кого. Эта реплика звучала как прямая провокация.
Юй Чи сохранил безупречную вежливую улыбку:
— Именно. Мне далеко до тебя, брат Юй. Ты крутишься как белка в колесе, но успеваешь и карьеру делать, и двоих детей воспитывать.
В начале года Киноимператор Юй снялся в шоу со своими двойняшками. Очаровательные и послушные малыши покорили зрителей, а сам Юй Ин мгновенно завоевал статус образцового отца.
Юй Ин благосклонно принял похвалу, ничуть не смутившись:
— Главное — желание и правильный тайм-менеджмент. Тогда всё можно успеть.
Лу Янь, которой до этого не приходилось так близко общаться с однополыми парами, продолжила расспросы:
— А если вы ссоритесь? Кто обычно делает первый шаг к примирению?
«Мы не ссоримся. Мы сразу уходим в глухую холодную войну», — подумал Юй Чи. Но перед миллионной аудиторией прямой трансляции он приукрасил реальность:
— Обычно мы просто даём друг другу остыть. Но если честно... он чаще пытается меня задобрить.
Лу Янь и Фан Гэ переглянулись. По их представлению, Чжу Е меньше всего походил на человека, способного кого-то умасливать.
— А пока встречались? Тоже ругались? — не унималась Лу Янь.
Юй Чи задумчиво качнул головой:
— Наш роман вообще начался как-то странно. Если честно, словом «соседи по квартире» наши нынешние отношения можно описать куда точнее, чем «супруги».
[— Похоже на постановку...]
[— Такое чувство, что они вообще чужие люди. Возле входа Чжу Е помог с чемоданом, а Юй Чи ему даже «спасибо» сказал, как незнакомцу.]
[— Ха-ха-ха, «соседи по квартире» — это в точку! Реально вылитые соседи!]
Сидевшая чуть отдаль Су Цунъинь молча заваривала чай. Её движения были изящными и отточенными — сразу видно, что ей часто приходилось принимать гостей.
— Брат Юй, ну и везёт же тебе! — восхитилась Лу Янь. — Иметь такую красивую и хозяйственную жену — настоящее счастье!
Юй Ин перевёл взгляд на Су Цунъинь, и в его глазах мелькнула лёгкая грусть:
— Да, ей приходится несладко дома. Я всегда очень переживаю за неё.
Только тут Лу Янь спохватилась: эта пара приехала сюда, чтобы оформить развод сразу после шоу. На её лице отразилось смущение, и она неловко отпила чай, не зная, куда девать взгляд.
Юй Чи же, глядя в экран телевизора, вдруг едва заметно изогнул губы в усмешке.
[— Киноимператор Юй такой заботливый! Он ценит всё, что делает Су Цунъинь, а она в трейлере только и делала, что жаловалась на него!]
[— Разница налицо!]
[— Я с самого начала был против их брака! Су Цунъинь вообще не пара Юй Ину.]
[— Опа, фирменная ухмылочка Юй Чи!]
[— Он что, насмехается? Никакого сочувствия...]
Юй Чи оторвал взгляд от экрана и непринуждённо произнёс:
— Брат Юй, не нальёшь мне чаю?
Чайник стоял слишком далеко от Юй Чи, но аккурат перед Юй Ином.
Тот лишь кивнул и, повелительно поведя подбородком, бросил жене:
— Цунъинь, налей ему.
Как раз в этот момент с балкона вернулся Чжу Е. Су Цунъинь на автомате выполнила просьбу: налила пиалу Юй Чи, а затем наполнила ещё одну и подала Чжу Е.
Юй Чи принял чай, вежливо поблагодарив.
Чжу Е принял чашку обеими руками. С его приходом предыдущая тема замялась сама собой. Желая разрядить обстановку, Лу Янь поинтересовалась:
— Ты так внимательно смотришь этот сериал. О чём он?
— О супружеской паре, — ответил Юй Чи, не отрываясь от экрана. В его голосе звучал явный интерес. — Муж там наглейшим образом гоняет жену и заставляет делать всю работу, но стоит ему произнести пару фальшивых слов о том, как он за неё «переживает», как все вокруг тут же начинают считать его заботливым и нежным супругом.
В гостиной воцарилась звонкая тишина.
[— Не, мне не показалось... Юй Чи реально решил устроить драму!]
[— Офигеть, вот это градус накалился!]
[— Улыбка-предупреждение! Всегда бьёт без промаха!]
А Юй Чи, словно не замечая произведённого эффекта, невинно посмотрел на Юй Ина:
— Что-то не так, брат Юй? Я разве в чём-то ошибся?
Остальные четверо участников, до этого витавшие в облаках, мгновенно уловили подтекст и одновременно уставились на Киноимператора.
[— Раньше я думал, что Чжу Е тут главный босс, но настоящий дьявол — это Юй Чи...]
[— В тихом омуте! Он же режет без ножа!]
[— Тупым ножом по живому! Попал в самое уязвимое место!]
Прижатый к стене публичным вопросом, Юй Ин застрял в ловушке: ответить — значит признать вину, промолчать — выдать себя. Гнев подступил к самому горлу. Насколько он помнил, они с Юй Чи никогда не переходили друг другу дорогу, так с чего тот взъелся на него с самого приезда? Неужели из-за их развода с Су Цунъинь?
Су Цунъинь, почувствовав неладное, подняла голову и встретилась взглядом с Юй Чи. Тот всё так же мягко улыбался, сохраняя абсолютно безгрешный вид, и тут же отвёл глаза.
Вдруг Су Цунъинь ощутила на себе чей-то тяжёлый, испепеляющий взгляд. Впрочем, нет — смотрели не на неё. Она почти физически почувствовала, как этот полный ярости взор пронзает её насквозь и вонзается прямо в Юй Чи.
Картина напоминала сцену измены, где обманутый муж сквозь зубы наблюдает за неверной супругой.
С другой стороны, Юй Ин, находясь вне зоны видимости камер, тоже метал молнии в сторону Юй Чи.
Однако не прошло и пары секунд, как Чжу Е поднялся со своего места, без церемоний пролез через тесный проход и уселся прямо под бок к Юй Чи, полностью заслонив его от ядовитого взгляда Юй Ина.
[— Чжу Е ревнует, Юй Ин в бешенстве, Юй Чи перемигивается с Су Цунъинь... Су Цунъинь тут главный победитель?!]
[— Ревность ревностью, а жёнку в обиду не даст!]
[— Ха-ха-ха, вот это драма началась!]
Лицо Юй Ина потемнело, и он процедил:
— Делать выводы, судя только по обёртке? Предвзятость — плохая привычка. В сценарии этой драмы чётко прописано: что посеешь, то и пожнёшь. Закон кармы. Посмотри на этого персонажа: жена изменила, развод, работу потерял... Сам виноват, поделом ему!
И тут же добавил с фальшивым извинением:
— Извини, я человек прямой, говорю как есть, ничего личного.
Чтобы перетянуть инициативу, он искал поддержки у Чжу Е:
— А ты как думаешь, Сяо Чжу?
Память Юй Ина подбрасывала ему эпизод у ворот, где они оба отказались угадывать вещи друг друга. Вдобавок слухи о скандальном разводе убеждали его: Чжу Е презирает Юй Чи не меньше его самого.
Расчёт был безупречен. По правилам подобных шоу, в первый день никто не станет устраивать публичные скандалы. К тому же он, как-никак, заслуженный Киноимператор и старший коллега. Даже если они не близкие друзья, Чжу Е обязан проявить элементарное уважение.
Чего он не знал, так это того, что наступил на самую мозоль Чжу Е.
Тот со стуком поставил пиалу на стол и усмехнулся:
— Как я думаю?
Даже не пытаясь соблюдать приличия, он выдал сходу:
— Я думаю, что ты сам сидишь по уши в дерьме, а всё туда же — лезешь в чужие дела.
Юй Ин опешил.
Чжу Е дерзко вскинул подбородок:
— Мы все тут собрались на шоу для разведённых. Кто из нас лучше? Нашёл перед кем выпендриваться, Сяо Юй.
Юй Ин уже открыл рот, чтобы вспыхнуть, но боковым зрением заметил ассистента, который отчаянно махал ему головой.
Сквозь слепую ярость в сознании вспыхнула простая мысль: Чжу Е носит фамилию Чжу. Ему плевать на иерархию и статус «старшего».
Только сейчас Юй Ин вспомнил, каким видел Чжу Е на светских раутах. В окружении высокомерных золотых мальчиков, способных сломать чужую жизнь одним щелчком пальцев, тот восседал с бокалом вина, холодно и равнодушно глядя в телефон, а вся эта заносчивая элита выслуживалась перед ним.
Тогда один знакомый шепнул Юй Ину, глядя на Чжу Е: «Видишь? Вот они — настоящие хозяева жизни, родившиеся в Риме».
Спина Юй Ина мгновенно покрылась холодным потом.
— Извини, я человек прямой, говорю как есть, ничего личного. Ты ведь не обиделся, Сяо Юй? — скопировал его же интонацию Чжу Е.
Лицо Киноимператора пошло зелёными и пурпурными пятнами. Но Чжу Е продолжал добивать с невинным видом:
— Сяо Юй, ты чего так побледнел? Простыл? Если болен — лечиться надо вовремя.
Тем временем Юй Чи спокойно попивал чай, не проявляя ни малейшего интереса к происходящему. Он протянул пустую пиалу Су Цунъинь, но на полпути её выхватила чужая рука.
[— Сяо Юй, ты как там, Сяо Юй?]
[— Какое кайфовое зрелище! «Сяо Юй, ты чего такой бледный?»]
[— Обожаю, когда супруги собачатся между собой, но против внешних врагов выступают единым фронтом!]
Чжу Е отобрал стакан у Юй Чи и со стуком грохнул его на столик.
— Чего замолкли-то? — На его губах снова заиграла лёгкая ухмылка. — Общайтесь.
Лу Янь и Фан Гэ, взявшие на себя роль миротворцев, с мученическими минами попытались сгладить неловкость.
Взгляды Су Цунъинь и Юй Чи снова скрестились в воздухе и тут же разошлись.
Спустя пару секунд телефон в её кармане завибрировал.
Она осторожно достала смартфон, скрывая экран от Юй Ина. Сообщение от Юй Чи:
* «13:30. Чердак эмоций»*.
Она погасила дисплей и невольно бросила взгляд на Чжу Е.
Тот, кто ни на секунду не упускал их из виду, опасным образом прищурился. Словно хищник, почуявший добычу, он впился пронзительным взглядом в Юй Чи.
Юй Чи остался абсолютно равнодушен к его подозрениям.
[— Вы видели взгляд Чжу Е? Настоящий зверь на охоте!]
[— Всё, хана, жёнка уходит к другой!]
[— Ха-ха-ха, злорадствовать — наше всё!]
* * *
Посидев ещё немного для приличия, все разошлись по комнатам.
Послеполуденные часы тянулись уныло и неторопливо. В трансляции ещё оставались зрители, но большинство лишь держало эфир фоном.
В 13:30 дверь спальни Юй Чи бесшумно приоткрылась и снова закрылась. Он притворил её с филигранной осторожностью — щелчок замка был едва различим.
Внимательные зрители тут же встрепенулись:
[— Юй Чи вышел?]
[— Пошёл за водой? Но почему так тихо?]
[— Ха-ха-ха, срочно переключайте на комнату Чжу Е!]
В спальне напротив Чжу Е, лежавший на кровати с ноутбуком, едва уловив тихий щелчок, мгновенно вскинул голову. Выглянув в коридор, он успел заметить, как Юй Чи на цыпочках поднимается по лестнице и скрывается в пролёте.
Чжу Е вернулся к кровати, взял планшет, открыл прямой эфир передачи «Последний месяц» и переключился на камеру у лестницы.
Юй Чи поднялся на самый верх, на «Чердак эмоций».
Спустя тридцать секунд тишины на дополнительном экране снова скрипнула дверь.
В кадре появилась Су Цунъинь. На ней было скромное платье светло-зелёного оттенка, элегантный деревянный гребень удерживал волосы, а выбившиеся пряди обрамляли лицо, придавая ей утончённый и интеллигентный вид. Подол её платья едва касался деревянных ступеней, пока она поднималась на «Чердак эмоций».
[— Су Цунъинь даже со спины выглядит божественно!]
Чжу Е проигнорировал комментарий.
[— Разговор наедине на изолированном чердаке? Чем это они там занимаются?]
Чжу Е рассуждал мысленно с ледяной уверенностью:
«У неё ребёнок, да и развод ещё не оформлен. Юй Чи никогда не свяжется с ней, у него есть чёткие моральные принципы».
[— Но это же сама Су Цунъинь!]
[— Кстати! Силуэт Су Цунъинь со спины один в один как у той женщины с папарацци-снимков, из-за которых Юй Чи попал в скандал с тайной любовницей!]
«Исключено...» — мысленно усмехнулся Чжу Е.
Но тут же замер. В памяти всплыло, как рьяно Юй Чи защищал Су Цунъинь сегодня утром.
Лицо Чжу Е перед экраном вытянулось:
«Чёрт!..»