Шэнь Мо на пару секунд опешил:
— С чего ты это взял? Я действительно пришёл расставить все точки над «i».
Ли Юйянь тяжело вздохнул:
— Ладно. И что дальше?
Шэнь Мо, так и не поняв причины его раздражения, продолжил. Прежде чем прийти к Ли Юйяню, он всё трезво взвесил и теперь хотел спокойно обсудить накопленные вопросы.
— В общем, ты мне слишком много помогаешь. Это неправильно, тебе...
Договорить он не успел: Ли Юйянь резко подался вперёд и зажал ему рот ладонью.
Шэнь Мо уставился на него с немым вопросом.
Ли Юйянь молчал несколько секунд, подавляя вспышку эмоций:
— Если ты пришёл только ради этих бредней, на сегодня закончим. Иди к себе и отдыхай.
«Он что, совсем сдурел, этот пацан? — у Шэнь Мо даже слов не нашлось. — У него аллергия на чужую благодарность, что ли?»
Ли Юйянь пристально всматривался в его лицо:
— Ну так что? Если есть сказать что-то дельное — мигни дважды. Если кроме этой чуши ничего нет — проваливай.
От такой наглости Шэнь Мо окончательно потерял дар речи. Вот ведь властный индюк! То есть всё, что ему не по вкусу, он просто пролетает мимо ушей?
Он попытался сдёрнуть чужую руку со своего лица, но Ли Юйянь упрямо соревновался с ним в силе, явно не намереваясь отпускать, пока не получит нужного знака. Взгляд Шэнь Мо скользнул ниже и зацепился за запястье парня. Там всё ещё алел след от вчерашнего укуса — не слишком глубокий, поскольку укусил он не в полную силу.
Шэнь Мо выразительно кивнул подбородком на этот след: мол, не отпустишь — добавлю ещё один.
Но Ли Юйянь боли не боялся, и угроза повторного укуса его нисколько не испугала.
После непродолжительного молчаливого противостояния Шэнь Мо всё же сдался. Он быстренько мигнул два раза, про себя проклиная этот идиотский жест — со стороны он наверняка выглядел полнейшим дураком.
Ли Юйянь измерил его долгим взглядом и лишь потом нехотя опустил руку.
— И ближе к делу, — безжалостно отрезал он.
«Да если говорить только по делу, это будет звучать максимально чёрство!» — мысленно возмутился Шэнь Мо. Слушаться он, естественно, не собирался. Потерев одеревеневшие щёки, он тяжело выдохнул, про себя поражаясь: кто бы мог подумать, что упёртость этого парня окажется настолько невыносимой.
Сразу выкладывать карты на стол он не стал:
— Сначала я хочу кое-что у тебя спросить.
Ли Юйянь опустился на диван подле него:
— Спрашивай.
Шэнь Мо чуть подался вбок, пристально всматриваясь в его лицо:
— Отвечай предельно честно. Серьёзно, даже не думай вилять, иначе нам просто не о чем дальше разговаривать.
В голосе Ли Юйяня проскользнула едва уловимая беспомощность, которой тот, похоже, и сам не заметил:
— Ладно. Спрашивай, отвечу как на духу.
Шэнь Мо впился в него взглядом, не желая упустить ни малейшего изменения в мимике:
— Скажи... ты ведь правда не настоящий Ли Юйянь?
Тот ответил абсолютно спокойно, даже глазом не моргнув:
— Я знаю, что мы находимся в мире фанатского фика.
Шэнь Мо отшатнулся. По позвоночнику от копчика к затылку промчалась ледяная волна жути, а в голове будто искринул оборванный провод, отчего на мгновение всё поплыло перед глазами:
— Охренеть! Так ты и впрямь попаданец?! Да как вообще возможны такие совпадения?!
Ли Юйянь помедлил несколько секунд:
— Я ведь уже говорил тебе.
— А я решил, что ты стебёшься! — повысил голос Шэнь Мо, но тут же осёкся и сбавил тон: — Так кто ты на самом деле?..
— Кто знает. Может, пришёл из параллельного мира, — Ли Юйянь непринуждённо пожал плечами. Он явно намеренно мутил воду, оборвав попытку Шэнь Мо выяснить, не из одной ли реальности они прибыли, и уводя разговор в сторону. — Удивительное совпадение. Я ведь поначалу тоже думал, что ты просто разыгрываешь меня.
— Постой-постой, — Шэнь Мо замахал руками. — А когда именно ты здесь очутился?
Ли Юйянь на секунду задумался, прибирая в уме подходящую дату — такую, чтобы Шэнь Мо не припомнил ему прошлые грешки и не обвинил в шкурном интересе.
Заметив его замешательство, Шэнь Мо прищурился:
— Ты чего замялся? Придумываешь отмазку? Только не говори, что мы переместились одновременно...
Ли Юйянь постарался придать своему лицу максимально невинное выражение:
— Да нет... Промолчал, потому что стыдно признаться. Память дырявая, не помню точного дня.
— Чушь собачья, так я и поверил! — Шэнь Мо смерил его гневным взглядом. — Ты что, провалился сюда ещё до того, как мы впервые пересеклись?
Ли Юйянь усмехнулся уголками губ:
— А ты сам-то выложил мне всё начистоту в первый же день?
Получив этот отпор, Шэнь Мо проглотил язык.
А ведь и правда... Не выложил.
В тот период жизнь его трещала по швам, и, столкнувшись с мистической аномалией, он совсем потерял почву под ногами — метался, осторожничал, вечно сомневался... Сейчас, оглядываясь назад, Шэнь Мо и сам отдал бы себе премию за глупость.
— Всё это уже неважно, — перебил его мысли Ли Юйянь. — Ты убедился, кто я. Что дальше? О чём ты хотел поговорить?
Шэнь Мо уставился на него, приоткрыв рот. На пару мгновений в голове образовалась звенящая пустота — от неожиданного поворота мысли все подготовленные речи просто улетучились.
Ли Юйянь не торопил его. Он лишь спокойно ждал, встречая его взгляд, пока Шэнь Мо наконец не обрёл дар речи и не промямлил сбивчиво:
— Ну... а ты... ты почему вообще... эм...
Ли Юйянь, казалось, без труда уловил суть этого бессвязного лепета и подхватил мысль:
— То, что ты мне нравишься, никак не связано с прежним Шэнь Мо. Я прекрасно понимаю: тот персонаж — выдумка, а ты — настоящий.
«Ну и дурацкий же у тебя вкус», — пронеслось в голове у Шэнь Мо.
Нарисованные герои идеальны ровно потому, что лишены изъянов. По крайней мере, читая тот фанфик, он не наткнулся ни на одну черту главного героя, которая выбивала бы из колеи. А вот сам он... Занимаясь самокопанием, Шэнь Мо мог составить целый талмуд собственных недостатков.
Выдержав паузу, он выдавил из себя:
— Понятно... Значит, когда я обозвал тебя бабником — это был мой косяк. Извини.
Ли Юйянь аж со смеху прыснул от возмущения:
— И это всё?
Шэнь Мо искренне удивился:
— А ты чего ожидал услышать?
Ли Юйяня накрыло волной бессилия:
— Ты специально из меня кишки выматываешь, да?
Шэнь Мо протяжно «а-а-а-кнул» с такой преувеличенной заторможенностью, что Ли Юйянь на мгновение усомнился, не притворяется ли тот дурачком. На его лице застыло ангельски-невредимое выражение — вылитая копия той невинной мины, с которой сам Ли Юйянь когда-то вешал ему лапшу на уши. Что ж, ученик превзошёл учителя в искусстве доводить до белого каления.
— Ладно, я понял, к чему ты клонишь, — Шэнь Мо выпрямился и сел ровно, пытаясь всем видом продемонстрировать предельно серьёзный настрой. — В общем, я считаю, нам надо сразу всё прояснить. В конце концов, нам ещё работать вместе на съёмочной площадке. К чему плодить неловкость?
Ли Юйянь поморщился от нетерпения:
— Ближе к делу.
Лицо Шэнь Мо окончательно одеревенело. Похоже, ему никогда раньше не приходилось вести подобные разговоры, потому что кончики ушей вспыхнули пунцовым цветом:
— Ну... в общем, я не готов на такое согласиться.
— Не готов встречаться со мной? — мгновенно перебил Ли Юйянь. — Ты что, гетеро?
— Не знаю, — буркнул Шэнь Мо.
Ли Юйянь въелся в него взглядом:
— Тогда в чём проблема?
Шэнь Мо залился краской ещё гуще:
— В том, что я сам не понимаю, нравишься ты мне или нет!
Ли Юйянь лишился дара речи.
Только сейчас Шэнь Мо осознал, почему сценаристы так любят заставлять своих персонажей отчаянно ерошить затылок в моменты сомнений. В эту самую секунду кожа на затылке так зачесалась, что дико захотелось запустить туда пальцы, лишь бы сбить накалившееся напряжение.
— Нравится — значит нравится, не нравится — значит не нравится. Что ещё за «не знаю»? — сдвинув брови, с нажимом спросил Ли Юйянь.
Шэнь Мо выдавил подобие кривой ухмылки:
— Ну... я вообще-то ни с кем никогда не встречался. И понятия не имею, каково это — испытывать к кому-то романтические чувства. Такое объяснение тебя устроит?
— Какая-то ахинея, — резюмировал Ли Юйянь.
Шэнь Мо поперхнулся воздухом.
— Ты ведь знаешь, вызывает у тебя человек отвращение или нет? — продолжал парень. — Я тебе противен?
Шэнь Мо отрицательно качнул головой.
— Ну так давай встречаться, — отрезал Ли Юйянь. — Ты ведь всё равно не питаешь ко мне неприязни.
Шэнь Мо воспротивился этой абсурдной логике:
— Да мне куча народа не противна! Я что, с каждым из них должен под венец идти?
— А среди всех тех, кто тебе не противен, есть хоть кто-то, кто любит тебя? — парировал Ли Юйянь. — Кто любит тебя по-настоящему? Кто знает тебя до последнего штриха?
Шэнь Мо поджал губы:
— Выдаёшь желаемое за действительное. Будто сам меня насквозь видишь.
Ли Юйянь едва заметно улыбнулся:
— Смею тебя заверить: да, вижу.
Понизив голос, он отчеканил:
— К тому же, ты пришелец в этом мире. А значит, тех, кто способен заглянуть тебе в душу, почти не существует.
Он неожиданно подался вперёд — настолько близко, что Шэнь Мо увидел в отражении его тёмных зрачков собственный силуэт.
— Да будь ты трижды искренним, сбрось ты свою привычную маску полностью — они увидят твой истинный характер, но никогда не узнают, откуда ты явился на самом деле. По одной простой причине. Ты сам им ничего не расскажешь.
Шэнь Мо сдвинул брови, чувствуя невольный укол досады от такой самоуверенности:
— С чего ты взял? Вдруг в один прекрасный день я решусь выложить всё как есть?
Ли Юйянь сощурился, его взгляд сделался тяжёлым, почти опасным:
— Неужели? И что, ты уже откроешься своему ассистенту? Сяо Тану? Он ведь сейчас твой самый близкий человек.
Шэнь Мо смолчал.
Никому. Ни одной живой душе.
Где-то в глубине души, в самые потаённые секунды, он всё ещё воспринимал окружающих лишь как бумажных персонажей с книжных страниц. Как бы он ни убеждал себя в обратном, между ним и местными жителями всегда высилась невидимая, глухая стена, которую он был не в силах разрушить.
Ли Юйянь коротко усмехнулся — в уголке его губ промелькнула ядовитая, заносчивая нотка:
— Сколько бы ты ни отнекивался, прямо сейчас единственная душа во всём этом мире, с которой ты по-настоящему близок — это я.
Шэнь Мо нахмурился ещё сильнее.
— Разумеется, я говорю это не для того, чтобы загнать тебя в угол, — голосом Ли Юйяня овладел мягкий, почти бархатный, убаюкивающий тон. — Это просто часть твоей натуры. Твоей истинной сущности. И если ты бросишься переделывать себя лишь из-за моих слов, это будет противоречить твоему же стремлению сбросить фальшивые личины. Так что, как бы неприятно это ни звучало, трезво взгляни на вещи: это неоспоримый факт.
Шэнь Мо уставился на него, чувствуя, как внутри закипает липкое раздражение. Ли Юйянь был прав. Он чертовски хорошо его знал — и далеко не поверхностно. Казалось, пока Шэнь Мо не видел, этот парень вскрыл его грудную клетку и часами разглядывал трусливо сжатое сердце, запоминая каждый сосуд, каждую жилку. Он изучил все скрытые тайны и тёмные, неприглядные мысли, скрывавшиеся за безупречным фасадом.
И зная всё это... он всё равно ухитрился влюбиться. Ли Юйянь определённо был с приветом.
— Знаешь, а ведь сейчас ты мне неприятен, — процедил Шэнь Мо.
— Не страшно, — Ли Юйянь подался ещё ближе. Его ладонь скользнула на затылок Шэнь Мо, не позволяя тому отвернуться. Голос парня упал до бархатного шёпота, в котором засквозила неожиданная мольба: — Зато я люблю тебя. Если сам не можешь разобраться в своих чувствах — дай нам шанс. Попробуй со мной, а?
Шэнь Мо чуть расширил глаза, но не стал сразу отталкивать его:
— Попробовать?..
— Именно, — Ли Юйянь ласково уткнулся носом в его нос. Заострённые черты лица моментально смягчились, и на миг он снова превратился в того мальчишку с шоу, который тайком от телекамер искал любой возможности с ним посюсюкать. — Давай попробуем, а?
У Шэнь Мо перехватило дыхание, словно невидимая рука сжала горло. Он хотел что-то ответить, выдать какую-нибудь колкость, но губы не слушались. Он застыл истуканом, позволяя Ли Юйяню приближаться всё ближе и ближе — так, что между их губами оставалось лишь мгновение.
В последнюю секунду Шэнь Мо резко отвернулся.
Ли Юйянь замер. Он смотрел на него молча, не делая больше ни единого движения.
Голос Шэнь Мо заметно дрогнул, и он сам толком не понял, как выговорил:
— Я сейчас не хочу никаких отношений.
—... Ясно.
Лишь спустя долгую паузу Ли Юйянь выронил этот короткий звук, после чего отстранился и поднялся с места:
— Я всё понял. Ты объяснился. Возвращайся к себе.
Шэнь Мо вскинул голову, желая заглянуть ему в глаза, но Ли Юйянь уже отвернулся. Он подошёл к кровати и задул трепещущий огонёк свечи. Тонкие струйки сизого дыма поплыли в полумраке, и горьковатый аромат ароматического воска стал ещё ощутимее.
Стоя к нему спиной, Ли Юйянь сухо бросил:
— Спокойной ночи.