Шэнь Мо посмотрел на него и вдруг спросил:
— Почему у тебя не сложились отношения с тем, другим Шэнь Мо?
Ли Юйянь взглянул на него в ответ:
— На самом деле не то чтобы не сложились. Скорее наоборот — я никогда его не недолюбливал.
Он неспешно продолжил:
— Много лет назад, ещё до моего дебюта, мы с ним однажды виделись.
Глаза Шэнь Мо распахнулись. Несколько секунд он пребывал в полном недоумении — до дебюта Ли Юйяня у него с этим парнем не было вообще никаких точек соприкосновения. Откуда взяться встрече? Может, он что-то напутал? Неужели этот Ли Юйянь вовсе не из его мира?
Ли Юйянь, похоже, угадал его мысли и уверенно повторил:
— Виделись, точно виделись. В парке аттракционов.
Парк аттракционов? Шэнь Мо принялся перетряхивать свою жалкую память, пытаясь вспомнить те смутные, беспросветные годы — встречал ли он вообще когда-нибудь Ли Юйяня? Тот ведь не обычный человек: судя по нынешнему лицу, и в детстве вряд ли выглядел плохо. Если бы Шэнь Мо действительно его видел, память бы точно что-то сохранила.
Ли Юйянь начал рассказывать неторопливо, впервые распечатывая эту запертую в памяти историю и выкладывая её на свет. Несмотря на прошедшие годы, картины оставались отчётливыми.
Из-за работы родителям в детстве Ли Юйяня редко хватало времени побыть с ним рядом. Как бы они ни старались выкроить хоть немного, в тот день они всё равно пропустили обещанную поездку в парк аттракционов и отправили его туда с домработницей.
Возможно, у той были свои соображения: раз уж всё равно ехать в парк, она без предупреждения прихватила с собой родного внука, будто бы для того, чтобы найти Ли Юйяню компанию для игр. Но в тот день настроение у мальчика было далеко не радужным, да и в его возрасте сопливый внучок домработницы совершенно его не интересовал — тем более не хотелось с ним играть.
Так что он тихонько улизнул, оставив этих двоих наедине, и бесцельно бродил по парку в одиночестве. Просто гулял, ни на один аттракцион даже не заглядываясь.
Столкновение с Шэнь Мо стало для него полной неожиданностью. Тот тогда казался ему довольно высоким, разговаривал с кем-то по телефону — лицо, куда моложе нынешнего, нахмурено, губы сжаты в тонкую линию. Большую часть времени он просто слушал собеседника на другом конце линии, и Ли Юйянь ясно видел: настроение у него ужасное.
Когда разговор закончился, Шэнь Мо даже сделал резкий замах, будто собирался швырнуть телефон, но в последний момент сдержался, пару раз глубоко вздохнул, опустил руку и убрал телефон в карман. Потом взгляд его скользнул в сторону, подбородок чуть качнулся:
— Эй, мелкий, насмотрелся уже?
Ли Юйянь скривился — щёки, ещё по-детски пухлые, так и просились, чтобы их ущипнули, — явно задетый этими словами, и без единого слова развернулся, собираясь уйти.
Но Шэнь Мо вдруг придвинулся и вовремя перехватил его, не дав уйти, приобнял за плечо:
— Потерялся? Отвести тебя к стойке объявлений?
Ли Юйянь запрокинул голову и сердито глянул на него:
— Не надо.
Шэнь Мо посмотрел на него сверху вниз:
— Тогда что? Из дома сбежал?
Ли Юйянь и сам толком не понимал, да и объяснять этому чужаку не было никакого смысла, поэтому упрямо буркнул:
— Никуда я не сбегал.
— А, — Шэнь Мо задержал взгляд на нём, будто разглядывая ещё не сошедшую детскую пухлость его щёк и прикидывая, приятно ли будет ущипнуть. — Такой мелкий, а один в парке? Ни друзей, ни родни, ни одноклассников рядом?
Ли Юйянь покачал головой:
— Нет никого.
Он уже начинал жалеть, что вообще остановился и так долго на этого человека таращился, — теперь просто так уйти не получалось.
— Ну, у меня тоже никого нет, — Шэнь Мо вдруг взъерошил ему волосы и произнёс, будто сам не зная зачем: — Ладно, раз уж так вышло, уходить пока не хочется. Что скажешь, мелкий, на американские горки прокатимся?
Ли Юйянь приоткрыл рот, но отказать не успел — Шэнь Мо уже потащил его за собой. Горки оказались ближайшим аттракционом. Шэнь Мо обнимал его за плечи, точно старший брат младшего, и семейная поездка неожиданно превратилась в прогулку с незнакомцем. Телефон в кармане то и дело вибрировал — наверное, звонила домработница.
Они молча обошли все аттракционы парка, а под конец Шэнь Мо купил ему мороженое и сунул прямо в руки. Ли Юйянь обычно такое не ел, но Шэнь Мо действовал быстрее, чем он ожидал, — обёртка уже была сорвана, выбрасывать теперь не годилось, и он, скривившись, запихнул в рот мороженое странной формы.
Шэнь Мо вдруг протянул руку и щипнул его за щёку.
Ли Юйянь поднял глаза, а тот рассмеялся:
— И правда приятно на ощупь.
Шэнь Мо склонил голову набок, разглядывая его, и на лице у него наконец проступила улыбка, растопившая прежний холод:
— Сбежал ведь, признавайся?
Ли Юйянь ответил:
— Сколько раз повторять — нет.
Шэнь Мо со смехом покачал головой:
— Ладно, — развернул обёртку собственного мороженого на палочке, откусил кусок и задумчиво заметил: — Подсластителя перебор.
Ли Юйянь промолчал. Поначалу поведение Шэнь Мо смахивало на повадки юного похитителя детей, но теперь его образ в глазах Ли Юйяня повысился до праздношатающегося, тоскующего молодого человека.
Правда, лицо у него было очень красивое.
Недостатка в красивых людях вокруг Ли Юйяня не наблюдалось — его собственные родители и то были красавцем и красавицей под стать друг другу, — но, встретив Шэнь Мо, он всё равно подумал, что этот парень, выглядевший на несколько лет старше него, необычайно хорош собой.
А важнее всего были глаза.
Пока Шэнь Мо разговаривал по телефону, Ли Юйянь застыл на месте, зачарованно глядя в эти глаза — в глубине их полыхал огонь, яростный и жгучий, яркий и раскалённый. Ли Юйянь никогда прежде не видел ничего подобного в чужом взгляде и в тот момент нашёл Шэнь Мо невероятно притягательным.
В таком возрасте боготворить кого-то старше слишком легко, а уж тем более — такого человека, как Шэнь Мо.
Сам Шэнь Мо тогда всё ещё воевал с Чэнь Яном, бунтарский дух в нём и не думал остывать, а необузданность превосходила даже те времена, когда он только дебютировал. С трудом улизнув, он тут же попался фотографам, Чэнь Ян мгновенно позвонил и отчитал его без всякой пощады — на тот вечер, как назло, ещё и было назначено деловое мероприятие.
Позже, доев мороженое, Шэнь Мо не спешил расставаться с Ли Юйянем — водил его туда-сюда по парку, и вместе они досмотрели вечерний фейерверк.
Ощущение было странное: с родителями он объездил немало мест, видел фейерверки куда красивее этого, и не раз, — но именно тот вечер запомнился ему на долгие годы.
В конце концов Шэнь Мо всё же отвёл его к стойке объявлений. Немного растерянно Ли Юйянь связался с домработницей — раньше он уже отвечал на её сообщения, просил не волноваться и спокойно проводить время с внуком, обещая объявиться попозже.
На прощание Ли Юйянь запрокинул голову, глядя на него снизу вверх, и заколебался — хотелось попросить контакт для связи. Такой поступок был совсем не в его духе, да и сам порыв казался необъяснимым, но в итоге он так и не решился произнести это вслух.
Потому что у Шэнь Мо было очень грустное лицо.
Разница в возрасте — это ведь не только разрыв в годах, но и в пережитом опыте. Порой, даже расскажи ему Шэнь Мо о наболевшем прямо, Ли Юйянь вряд ли сумел бы его понять.
Долго после того, как они разошлись, Ли Юйянь то и дело вспоминал этого человека — вспоминал фейерверк той ночью, как Шэнь Мо смотрел на него сверху вниз и спрашивал, не поднять ли его на руки, чтобы лучше видно было.
Совсем ненормальный. Конечно же он отказался.
Позже, увидев это лицо снова — уже на экране телевизора, — Ли Юйянь наконец понял, кем на самом деле был тот человек.
У его семьи хватало связей, чтобы организовать посиделки со звёздами, — стоило только попросить, и он вполне мог бы снова встретиться с Шэнь Мо. Но в итоге Ли Юйянь так и не заикнулся об этом родителям.
Выслушав всё это, Шэнь Мо погрузился в воспоминания давно минувших дней. Только после слов Ли Юйяня в памяти проступило что-то смутное — да, действительно, было такое. Но на фоне всего пережитого позже тот фейерверк казался сущей мелочью, постепенно выцветая и стираясь из памяти, — до сегодняшнего дня, пока о нём снова не напомнили.
Честно говоря, сам он тогда не ожидал от себя подобного поступка. Из-за постоянного контроля Чэнь Яна настроение у него было отвратительным — он улизнул, чтобы хоть немного оторваться, а в итоге всё равно попался тому же Чэнь Яну.
То, что он потащил за собой Ли Юйяня, было по большей части чистым порывом: просто подумал, что мальчишка симпатичный, что детская пухлость на щеках так и манит ущипнуть, да ещё и стоит он совсем один, замёрзший и потерянный, ничего с собой не взял — выглядел таким одиноким, немного похожим на самого Шэнь Мо.
Шэнь Мо застыл, глядя на него, будто с трудом веря услышанному:
— Как же так... неужели просто совпадение?
— Да. Просто совпадение, — Ли Юйянь смотрел на него с нежностью во взгляде. — Поэтому я никогда тебя не недолюбливал.
Только позже, когда огонь в глазах Шэнь Мо погас, пришло смутное разочарование — особенно когда довелось столкнуться с ним лично и обнаружить, что тот стал похож на марионетку, которую дёргают за ниточки и толкают куда-то. От этого стало ещё досаднее.
В душе Ли Юйяня Шэнь Мо навсегда остался таким, каким был в тот день, — весь пропитанный гордостью, вскинувший подбородок навстречу взгляду, от которого у собеседника замирало сердце.
Шэнь Мо смотрел на него, и в голове уже всё выстроилось: Ли Юйянь, должно быть, давно понял, что перед ним тот самый Шэнь Мо, пришедший из его собственного мира, — оттого и рассказал ему всё это.
Так вот оно что... Ли Юйянь встречал его так давно?
— Тогда почему... — Шэнь Мо немного сбивался, будто до сих пор не мог поймать волну разговора. — Почему? Не понимаю. Вокруг тебя столько людей, и уж наверняка все они ничем не хуже.
Почему он помнил об этом так долго?
Ли Юйянь усмехнулся, потёр нос:
— Когда я был помладше, честно говоря, немного тобой восхищался. Ты тогда ещё не был таким... ну, даже на шоу, даже в интервью держался гордо, жёстко. Знаю, многим это не нравилось, но мне тогда казалось — до чего же круто. Одно время даже подражал твоей манере говорить.
Шэнь Мо приоткрыл рот и не мог вымолвить ни слова, будто услышал что-то абсолютно непостижимое.
— Потом, со временем, уже совершеннолетним, я специально какое-то время не следил за новостями о тебе. Думал — ну случайная встреча, только и всего. У тебя по работе столько людей проходит, меня ты бы всё равно не вспомнил, а раз никакой настоящей связи между нами нет — незачем и дальше так за тобой наблюдать.
Шэнь Мо спросил:
— А что было потом?
Ли Юйянь слабо улыбнулся:
— А потом действительно долгое время я за тобой совсем не следил. Пока однажды, совершенно случайно, не увидел тебя снова.