Вся эта история, казалось, улеглась сама собой. Ли Юйянь больше к ней не возвращался, и лишь спустя время Шэнь Мо сообразил: парень вовсе не был таким мелочным, каким показался. Просто Шэнь Мо сам подставился, а Юйянь ловко воспользовался случаем и выдвинул вполне умеренную «компенсацию».
Поняв это, Шэнь Мо даже не рассердился. В конце концов, обычный милый флирт между влюблёнными, ничего страшного. К тому же выкраивать время для встреч и впрямь удавалось с трудом, так что не грех иногда и побаловать Юйяня, исполнив его маленький каприз.
Он раз за разом перечитывал рабочий график, но выводы напрашивались неутешительные: в ближайшие дни обнять друг друга им точно не светило. Оставалось лишь после всех съёмок и мероприятий созваниваться по вечерам — голосом или по видеосвязи. Досадно, конечно, а что поделаешь?
В таком бешеном ритме пролетели недели две. И вот во время очередного ночного разговора Ли Юйянь со смешком обронил, что его родители на днях возвращаются из-за границы и вроде как горят желанием приехать на встречу.
Шэнь Мо опешил — он совсем выкинул из головы этот расклад. О родителях Юйяня он знал не густо, хотя в шоу-бизнесе о них ходили самые разные слухи. Впрочем, достаточно было посмотреть на самого Ли Юйяня, его манеры и хладнокровие, чтобы понять: семья там далеко не из простых.
Сам Шэнь Мо сплетни не переносил и чужими тайнами никогда не интересовался. Но одно дело — светская молва, и совсем другое — личная встреча. Тут уж страусиная политика не пройдёт.
Его одолели совершенно конкретные опасения. Помявшись, он спросил в трубку:
— Слушай... а они нормально ко мне отнесутся? Не сочтут моё поведение или характер... неприемлемыми?
На том конце провода сначала воцарилась тишина. Ли Юйянь выждал паузу и с мягкой иронией заметил:
— Вообще-то... вы уже знакомы.
Шэнь Мо застыл. До него лишь сейчас дошло: он же находится в мире фанфика! И по канону местной вселенной они с родителями Юйяня уже пересекались. Более того, сам Ли Юйянь успел навестить его мать ещё до того, как той не стало.
Шэнь Мо напряг память. Кажется, автор фанфика уделял этому пару абзацев: судя по всему, писатель стремился к хэппи-энду, так что старшее поколение приняло избранника сына без лишней драмы. Во всяком случае, устраивать скандалы с заламыванием рук или вставлять палки в колёса, превращая историю в колючую драму, они точно не собирались.
Шэнь Мо мысленно перекрестился. Он был уже слишком взрослым человеком для мыльных опер в духе дешёвых сериалов. От одной мысли о том, что ему придётся с каменным лицом выдавать нечто вроде: «Позвольте мне заботиться о вашем сыне!», по коже пробегал мороз.
Не то чтобы он не был готов пойти ради Юйяня на край света, просто подобный пафос отдавал такой картонной книжностью, что у любого нормального человека вызвал бы нервный смешок.
— Так что выбрось из головы бредни про «понравлюсь — не понравлюсь», — продолжил Ли Юйянь. — Они к тебе относятся отлично. Сказали только, что давно не виделись, а тут как раз подвернулись дела в стране, вот и захотели собраться за одним столом. Спросили, сможешь ли ты выкроить вечер.
Шэнь Мо про себя ухмыльнулся: тут уж хочешь не хочешь, а время найдёшь. Выкроить пару часов ради такого случая в графике он просто обязан.
— У нас в семье никаких строгих церемоний нет, — добавил Юйянь. — Ты просто скажи, когда свободен, а они подстроятся под тебя.
Вот от этого стало ещё неловко. Старики изъявили желание увидеться, а им приходится подстраиваться под время какого-то артиста! Хоть Ли Юйянь и твердил, что всё в порядке и работа есть работа, совесть Шэнь Мо всё равно попискивала от неловкости.
В телефонном разговоре он старался держаться невозмутимо, но в душе всё переворачивалось. Сухие строчки фанфика — это одно, а живые люди — совсем другое. Он ведь понятия не имел, каков у них характер на самом деле и не вызовет ли его нынешнее поведение отторжения.
Делиться сомнениями с Юйянем он не стал. Вместо этого он решил зайти издалека и проведать обстановку у Сяо Тана. Ассистент в тот момент как раз рубился в какую-то игрушку на смартфоне, но стоило Шэнь Мо обронить, что ему требуется пара советов, как парень тут же отложил гаджет, выпрямился в струнку и принял предельно чеканный вид:
— Слушаю вас, брат Мо! Спрашивайте о чём угодно, выложу всё как на духу!
Шэнь Мо подбирал слова, взвешивая каждую фразу:
— Э-э... да тут такое дело. Скажи, Тан, у тебя сейчас есть девушка?
Сяо Тан завис на секунду, а затем выпятил грудь колесом:
— Брат Шэнь, моё сердце навеки отдано работе! Никаких романов, даже в мыслях нет!
—... — Шэнь Мо мысленно вздохнул и сменил заход: — Я не о том. Представь ситуацию: у меня есть один знакомый. Он недавно начал встречаться с человеком, и родители этого человека захотели с моим другом познакомиться.
— А-а, — понимающе закивал Сяо Тан. — Знакомство с родителями. Дело житейское.
— Вот именно, — ухватился за мысль Шэнь Мо. — Так вот, мой друг с ними уже пересекался в прошлом. Тогда он был тихим, скромным, эдаким послушным шелковым мальчиком. Но со временем кое-что изменилось, и сейчас он стал... как бы помягче сказать... более резким, острым на язык и непосредственным. Как думаешь, старших не заденет такой контраст?
Сяо Тан на мгновение задумался:
— Ну, тут раз на раз не приходится. Но вообще-то старшее поколение обычно любит кротких и послушных. А если в памяти запечатлелся один образ, а перед ними вдруг предстанет абсолютно другой человек — возникнет диссонанс. Многим отцам и матерям такое резкое перерождение даётся тяжело.
И тут же с любопытством прищурился:
— Брат Шэнь, а вы чего расспрашиваете? Кто-то из ваших знакомых обратился за любовным советом?
Лицо Шэнь Мо не дрогнуло ни единым мускулом. Он поднялся, дружески похлопал ассистента по плечу и бросил:
— Да так, к слову пришлось. Ладно, отдыхай.
Помимо банального волнения перед неизвестностью, именно эта нестыковка характеров пугала Шэнь Мо больше всего. Что ж, выводы сделаны: при родителях Юйяня лучше притворяться прежним тихоней. Поменьше болтать, не паясничать, удержаться от подколок в адрес Юйяня — короче, надеть привычную маску и не нарываться.
Сыграть роль послушного парня — задача не из самых сложных.
Ли Юйянь о его метаниях даже не догадывался. Лишь в день X, уже перед самым рестораном, он заметил, как сильно нервничает Шэнь Мо: когда они переплели пальцы, ладонь старшего оказалась влажной, а хватка — судорожно-крепкой.
Юйянь ещё накануне предупреждал: никаких подарков покупать не нужно. Родители просто соскучились и хотят провести вечер без всяких официальных церемоний.
Шэнь Мо пришлось переспросить раз пять, прежде чем он отказался от мысли купить хоть какой-то презент. Прийти к старшим с пустыми руками казалось ему верхом дурного тона. Пусть даже его подношения для таких богатых людей — сущие пустяки, правила приличия никто не отменял.
Лишившись этого «щита вежливости», Шэнь Мо перепугался ещё пуще. Чтобы хоть как-то задобрить судьбу и укрепить образ «славного мальчика», он надел светлый джемпер мягких тонов, излучающий уют и умиротворение, а чёлку аккуратно зачесал на лоб. Выглядел он теперь исключительно миловидным и располагающим к себе.
Ли Юйянь мягко обнял его за плечи, наклонился и запечатлел нежный поцелуй на щеке:
— Да не трясись ты так. Это для тебя текущего всё в новинку, а для них ты давно родной человек. Расслабься и будь собой.
Сказать-то легко, а вот сделать... Шэнь Мо кивнул для вида, но пальцы сами собой вцепились в рукав Юйяня, пока они шли по направлению к отдельному кабинету.
Из-за плотного съёмочного графика Шэнь Мо слегка задерживался, так что старшее поколение прибыло в ресторан первым. Совесть с новой силой заскребла когтями. Сгорая от смущения, Шэнь Мо преодолел бесконечный коридор вслед за официантом.
Дверь залы распахнулась, и Шэнь Мо даже сообразить ничего не успел, как оказался в тёплых, крепких объятиях. Его окутал изысканный тонкий парфюм. Женщина с поразительной естественностью погладила его по затылку и тепло проговорила:
— Сколько же мы не виделись, а? Боже мой, да ты совсем исхудал! — Она чуть отстранилась и с заботливым прищуром окинула его взглядом. — Точно, одни кости да кожа остались!
Затем строгим взглядом смерила сына:
— А ты почему ни капли не сбросил?
—? — Ли Юйянь от неожиданности аж бровь поднял. — В смысле? Намекаешь, что я растолстел?
— Намекаю, что ты баклуши бьёшь и совершенно не заботишься о Момо!
«Момо?» — растерянно подумал Шэнь Мо. — «Это она обо мне?..»
Женщина перед ним была матерью Ли Юйяня — Тао И. Вместо надменной светской львицы Шэнь Мо увидел невероятно душевную, тёплую женщину. Её искренняя ласка на мгновение выбила его из колеи — таких настоящих, материнских объятий он не ощущал уже очень, очень давно.
Тао И лучилась улыбкой. Она осторожно прикоснулась ладонью к его щеке и, удостоверившись, что никаких «запасов» там не образовалось, сокрушённо вздохнула:
— Ах, глупенький... Работа работой, но о здоровье тоже нельзя забывать. Скажи своим ассистентам, пусть готовят тебе отдельно! В конце концов, полноценная еда — это самое главное.
И с лёгким прищуром добавила:
— Или ты, как все артисты, боишься лишний грамм проглотить, чтобы камера не полнила?
Шэнь Мо смущённо качнул головой:
— Да нет, что вы, я ем нормально... Просто метаболизм такой, жир совсем не откладывается, вот и кажусь худым.
Тао И снова ласково прижала его к себе, прикоснувшись щекой к его щеке:
— Ладно-ладно. Сегодня обязательно отъешься как следует! Мы вырвали тебя из рабочего графика, так что изволишь компенсировать это вкусным ужином.
— Что вы, вовсе нет! — замахал руками Шэнь Мо. Он замялся, не зная, какие ещё подобрать слова, и умоляюще уставился на Юйяня.
Ли Юйянь тихо фыркнул от смеха, шагнул вперёд и бережно вызволил Шэнь Мо из объятий матери:
— Мам, ну хватит мучить человека прямо с порога. Давайте присядем, у нас ещё вся ночь впереди для разговоров. Я, между прочим, с голоду умираю.
Ли Юань одобрительно кивнул и жестом подозвал жену:
— Сяо И, сынок прав, пойдём к столу.
Шэнь Мо перевёл взгляд на отца Юйяня. Тот оказался совсем не похож на грозного главу семейства. Несмотря на солидный возраст, Ли Юань выглядел чрезвычайно импозантно — именно от него Юйянь унаследовал свои точёные, мужественные черты лица. Сейчас старший Ли смотрел на них с такой добротой и теплом, что у Шэнь Мо на мгновение перехватило дыхание.
Когда они приблизились, Ли Юань мягко погладил Шэнь Мо по голове — по-отцовски, абсолютно естественным жестом:
— И впрямь отощал... Давно мы не виделись, А-Мо. Как работа? Не слишком выматывает?
У Шэнь Мо отчаянно щипало в носу.
Родители развелись, когда он был совсем маленьким, и всю жизнь его растила мама. Тепла отцовских рук он не знал никогда. Шэнь Мо всегда казалось, будто ему всё равно, но лишь сейчас до него дошло: нет на свете человека, который не мечтал бы о семейном уюте. Просто кому-то не везёт его познать.
Картина, разворачивающаяся перед ним, казалась несбыточным сном.
Юйянь как-то уверял его, будто ничего особого в его семье нет — так, пара успешных компаний да скромный капитал. Шэнь Мо тогда понял, что парень скромничает, но подкалывать не стал. И вот теперь, глядя на этих людей, окончательно во всём убедился.
Весь ужин прошёл в лёгкой, непринуждённой беседе. Старшие расспрашивали об их здоровье, съёмках, проектах, непрестанно подкладывая в пиалы лучшие кусочки. Встреча, от которой Шэнь Мо ждал лишь неловкости и натянутых улыбок, вышла удивительно душевной.
Никаких странностей в его поведении они не заметили. Впрочем, Шэнь Мо и сам лишний раз рот не открывал, дабы не выдать себя: кротко отвечал на вопросы, улыбался и заверил, что нагрузки переносит легко.
К собственному сыну у них, похоже, претензий было куда больше: родители без конца подшучивали над Юйянем и велели ему уступать А-Мо во всём, не проявляя ребячества.
Шэнь Мо не сдержал тихой усмешки, за что тут же получил лёгкий тычок коленом под столом. * «Мать меня при всех высмеивает, а ты и рад?»* — читалось во взгляде Юйяня.
Шэнь Мо лишь выразительно повёл бровью: * «Ну... есть немного».*
Да чего уж греха таить — не немного, а вполне достаточно. В Ли Юйяне до сих пор жила эта мальчишеская искренность и чистый азарт. Звучит, может, чересчур возвышенно, но Юйянь просто умел оставаться верным себе и не прогибаться под изменчивый мир.
И Шэнь Мо ценил в нём именно это качество. Сам он в своё время смирился и пошёл на уступки, но если бы тогда выстоял — наверное, стал бы точно таким же, как Юйянь.
Впрочем, жалеть не о чем. Он сделал паузу, переосмыслил прошлые ошибки и теперь был готов повернуть вспять, выбрать новый путь и догнать человека, который терпеливо ждал его впереди. Время ещё оставалось.
Вечер пролетел незаметно. На прощание Тао И долго держала Шэнь Мо за руку, давая последние напутствия. Манера речи у неё была изумительной — ни единой неловкой паузы, лишь тепло, подобное ласковому весеннему бризу. Сердце Шэнь Мо оттаяло, и он лишь послушно кивал в ответ.
Тао И с улыбкой погладила его по худощавой щеке:
— Ну всё, милый. Поработайте ещё немного, а как разгребёте дела — обязательно возьмите отпуск. Не выжимайте из себя все соки.
И, хитровато улыбнувшись, добавила:
— К слову, я смотрела ваше шоу. И правильно делаешь! Нечего баловать Сяо Яня, держи его в ежовых рукавицах, а то совсем страх потеряет!
Шэнь Мо опешил:
— Вы... смотрели то шоу?