Бойня наконец замерла. Тяжёлые ворота со скрипом разошлись, а оглашенный Ван Синь словно сквозь землю провалился. Линь Шэн и Чжан Цзю смешались с толпой отработавших смену рабочих и вышли наружу.
Путь до дежурки прошёл без происшествий, но на обоих не было лиц. Чжан Цзю, всю дорогу крепившаяся из последних сил, больше не могла сдерживаться: сгрёбшись за край стола, она согнулась пополам, и её жестоко вывернуло наизнанку.
— Это ведь была женщина?.. — пролепетала она, утирая губы. — Линь Шэн, скажи, что мне не мерещится.
Линь Шэн промолчал. Разумеется, ей не мерещилось — девушка просто отчаянно цеплялась за отрицание. Пусть они побывали в мороке, Линь Шэн не сомневался: кошмар, развернувшийся перед их глазами в цеху, когда-то случился на самом деле.
— Поначалу я думал, будто в Ван Синя вселилась та призрачная женщина в лифте, — Линь Шэн расстегнул верхнюю пуговицу сорочки и плеснул в лицо ледяной водой из-под крана.
В тот миг, когда появился Ван Синь, Линь Шэн ненадолго потерял контроль над собственным телом, и это знакомое оцепенение сразу напомнило о призраке из лифта.
— Но теперь ясно: это кто-то другой.
Сущность, заточившая их в иллюзии, явно не желала им зла — иначе оба давно бы легли костями. А вот призрачная женщина в лифте пылала лютой ненавистью и при первой же встрече вознамерилась пустить Линь Шэна на распил.
Тварь же, сидевшая в Ван Сине, лишь заставила их стать свидетелями того, как расправились с несчастной женщиной.
— Помнишь, что забормотал Ван Синь перед тем, как затолкнуть нас в цех?
Чжан Цзю нахмурилась, судорожно восстанавливая в памяти детали. Тот ужас отпечатался в её голове намертво:
— Он сказал... «Я заперта внутри».
Теперь пазл сложился. Ван Синем овладел дух. Дух не искал крови игроков — он лишь пытался поведать о зверствах, творившихся на бойне. Судя по той фразе, невидимой пленницей оказалась та самая расчленённая женщина. Скончавшись в муках и не найдя покоя, она жаждала возмездия руками выживших.
Но отчего же сгинул сам Ван Синь?
— Ван Синь начал вести себя странно аккурат после того, как пропало тело младенца, — восстанавливал цепочку событий Линь Шэн. Потеря первого игрока требовала тщательного анализа: нужно было досконально понять причину гибели.
— Тот женский призрак можно сразу сбросить со счетов, — подала голос Чжан Цзю. — К нам она была безразлична, да и Ван Синя укокошить бы не стала.
Они перебирали версии одну за другой, когда порог дежурки переступили Чэнь Ци и У Цзыань.
— С какого перепугу лифт встал? — с порога буркнул Чэнь Ци.
— Вы что, опять на нём кататься собрались? — тут же взвилась Чжан Цзю. — Линь Шэн же русским языком предупреждал, что встретил там неупокоенную!
— Да не собирались мы кататься! — отмахнулась У Цзыань с нескрываемым раздражением. — Просто засекли странность. Впрочем, толку с вас... Забудьте.
Чжан Цзю поперхнулась от такой наглости и закатила глаза.
У Цзыань с Чэнь Ци направились к сломанному подъёмнику. Линь Шэн поднялся и пошёл следом: игнорировать зацепки нельзя. Чжан Цзю хоть и затаила обиду, но упускать важные детали тоже не хотела, а потому увязалась за ними, ворча под нос:
«Ишь, вырядилась... Подумаешь, ветеран! Вот вырасту и посмотрю на тебя свысока!»
Впрочем, подобравшись к кабине, девушка моментально спряталась за широкую спину Линь Шэна.
На цифровом табло горел унылый прочерк.
— Когда он отключился? — спросил Линь Шэн у Чэнь Ци.
— Да с полчаса назад, — Чэнь Ци потыкал пальцем в запавшую кнопку. Разумеется, безрезультатно.
Линь Шэн прижал ухо к прохладному металлу дверей, опасаясь, что внутри мог застрять кто-то из жильцов.
— Ну что там? — прошептала Чжан Цзю.
Линь Шэн приложил палец к губам, прислушиваясь.
— Странно... Будто капает что-то. Чит-чит-чит... Неужто труба протекла?
У Цзыань и Чэнь Ци обменялись переглядами.
— Что там с Ван Синем? — в упор спросила У Цзыань.
Системное оповещение о смерти игрока приходит всем одновременно. Линь Шэн вкратце обрисовал недавние события на бойне. У Цзыань нахмурилась:
— Господин Чжан до сих пор висит на первом месте в списке активности. Хотя висит на волоске, но живой. Иронично: подшефный NPC цел, а игрок отбросил коньки раньше него.
Значит, защита подопечных — далеко не единственный фактор выживания. Неупокоенные духи могут забрать любого, если потерять бдительность.
У Цзыань крутанула рычаг аварийного открытия дверей — ноль реакции.
— Чэнь Ци, тащи лом.
— Чего?! — вытаращился тот. — В смысле «лом»? Ты сошла с ума — дверь взламывать?!
Там же чертовщина водится!
Однако спорить с У Цзыань было бесполезно. Девушка проявила упрямство, и Чэнь Ци, поворчав, покорно отправился на поиски инструмента. Линь Шэн чувствовал смутную тревогу, но мешать не стал: если уж У Цзыань так упёрлась, значит, рассчитывает нарыть что-то стоящее.
Попотеть пришлось знатно, но сцепка поддалась, и створки разъехались. Внутри было пусто.
Из шахты отчётливо доносился мерный стук падающих капель. У Цзыань заглянула внутрь и задрала голову, сканируя каждый сантиметр кабины.
Взгляд её зацепился за аварийный люк в потолке.
— А вот и отгадка.
Чэнь Ци осторожно подобрался ближе:
— Где?
В следующий миг он разглядел тёмно-алые струйки, просачивающиеся сквозь щели потолочного люка, и отшатнулся с проклятием.
Матовое стекло скрывало то, что лежало на крыше кабины, но догадаться было несложно. Пока здоровый мужик Чэнь Ци бледнел и заикался, У Цзыань проявила ледяное спокойствие:
— Поднимемся на второй этаж и вскроем створки там. Сразу станет ясно, чья кровь цедится в шахту.
Повторив процедуру на втором этаже, они заглянули на крышу застрявшей между ярусами кабины. Там ничком лежал не кто иной, как Ван Синь.
— Кровь из рта и носа, оторваны левая рука и нога... — У Цзыань с медицинским бесстрашием осмотрела останки. — Судя по характеру повреждений, его тупо размозжило от удара.
Закончив осмотр, она подняла подбородок и вгляделась в зияющую темноту шахты:
— Как думаете, это тварь с седьмого этажа спустила его с небес на землю?
Чжан Цзю обдало морозом. Значит, Ван Синю не показалось! Он выбросил призрачного младенца из окна седьмого этажа, а мстительный ублюдок вернулся и отплатил той же монетой, сбросив обидчика в глухую шахту...
Закономерный финал.
— Ну и лютая же смерть... — Чжан Цзю обхватила себя за плечи, содрогаясь. Перспектива остаться единственной защитницей квартиры 703 вводила её в ужас.
— Сам виноват, — хмуро бросил Чэнь Ци. — Нечего было сгоряча выбрасывать ребёнка из окна.
— Психика не выдержала, — констатировал Линь Шэн.
— Напомнить хочу, — пробормотала Чжан Цзю, — Ван Синь обмолвился, будто ночью ему снился тот самый младенец. Деталей он не раскрыл, но...
— Думаешь, его сломали во сне? — фыркнул Чэнь Ци. — Ха! Здоровый мужик, а наложил в штаны из-за кошмара?
— Здешние твари способны подчинять чужой разум, — веско возразил Линь Шэн. — Мы с Чжан Цзю только что побывали в мороке. Кто знает, что Ван Синю явилось во сне?
— Да мне тоже всякая дрянь снилась, — отмахнулся Чэнь Ци. — И ничего, живой. Приснилась куча кошек.
— Кошек? — Линь Шэн мгновенно вскинул голову, вспомнив гору кошачьих трупиков, откопанных возле дома. Чутьё подсказывало: тут кроется зацепка. — Расскажи подробнее.
— Да чё рассказывать? — нахмурился Чэнь Ци. — Снилось, будто вокруг меня вьются кошки. Чёрные, белые, трёхцветные... Орали во всё горло, пока я не проснулся.
— И всё?
— И всё.
Линь Шэн нахмурился. Слишком мало данных. Но почему именно кошки? Не псы, не крысы. Сон явно был вещим.
— А у Чжао Аня ты был? — спросил он. — В его квартире есть что-нибудь подозрительное?
— Парнишка живёт один, хата захламлена, кошек — пруд пруди, вонь стоит адская. А так — ничего особенного.
За разговором четвёрка вернулась в пост охраны. На этот раз внутри находился Дай И.
У Цзыань уселась за мониторы. Системные функции обычно позволяли смотреть лишь эфир в реальном времени, но девушка умела обходить ограничения: Линь Шэн заметил, как запись на экране помчалась в обратную сторону на ускоренной перемотке.
Она искала момент, когда Ван Синь заходил в лифт.
В кадре промелькнул силуэт. У Цзыань сбросила скорость.
Запись показала: после того как Линь Шэн с Чжан Цзю ушли искать тело младенца, Ван Синь некоторое время сидел на полу, словно истукан. Затем его тело судорожно дёрнулось. Он поднялся с таким видом, будто очнулся от глубокого сна, вышел в холл и вызвал подъёмник.
Зная о жуткой кончине Ван Синя, смотреть на эти кадры было тошнотворно. Но хуже всего выглядела его походка.
Ван Синь всегда ходил вразвалочку, по-медвежьи. На видео же он двигался странными, подпрыгивающими шажками — точь-в-точь как тот аномальный ребёнок с седьмого этажа.
Тук-тук-тук.
Внезапный стук в дверь дежурки заставил всех вздрогнуть.
— Кто там?
Тишина. У Цзыань стояла ближе всех к выходу. Глянув в окошко и никого не обнаружив, она распахнула дверь.
На пороге стояла та самая девочка, удочерённая жильцами с седьмого этажа. Из-за её крошечного роста У Цзыань сначала подумала, что за дверью никого нет.
Игроки онемели. Дело было не только в том, что эта малявка полчаса назад зверски разделалась с Ван Синем, но и в самом её виде.
Со слов Линь Шэна они знали о её аномалии, но увидеть собственными глазами — совсем другое дело. Ещё недавно это было грудное младенчество в пелёнках, а теперь перед ними стояла девчушка, способная бегать, прыгать и изъясняться связными фразами. Скорость её роста пугала до чертиков.
Забавно повязанные хвостики-рожки, ровная чёлка. Заметив У Цзыань, девочка склонила голову набок и ангельски улыбнулась:
— Старшая сестрёнка, ты не видела моих улиток?
У Цзыань опешила, пытаясь сообразить, о настоящих ли моллюсках речь или о какой-то иносказательной жути.
— Что?.. — выдохнула она, беря себя в руки.
Девчушка сощурилась и указала пальчиком внутрь комнаты — аккурат на стул, где любил сидеть покойный Ван Синь:
— Мои улиточки уползли к вам. Они такие прожорливые! Можно я заберу их домой?
Её подчёркнутая вежливость отдавала такой леденящей ненормальностью, что у игроков волосы встали дыбом. Они молча расступились, давая странной гостье дорогу.
Девчушка просеменила к столу, водя глазами по сторонам. Наконец её взгляд замер на выдвижном ящике.
Она выдвинула его и радостно всплеснула руками:
— Нашла-а-а!
Внутренность деревянного ящика сплошь кишела улитками. Раковины сидели впритирку друг к другу, образуя шевелящийся, осклизлый ковёр. У любого трипофоба от такого зрелища разрыв сердца случился бы на месте.
Все ахнули.
Линь Шэн скривился, ощущая, как по коже бежит крупная дрожь. Они сто раз проходили мимо этого стола и понятия не имели, когда и кто успел напихать туда мерзких моллюсков.
— Я их заберу, ладно? — девочка обхватила ящик за края и обернулась с вопросительным видом.
Чэнь Ци, которого мутило от одного вида этой шевелящейся массы, истошно замахал руками:
— Забирай! Да хоть вместе со столом забирай, только сгинь!
Никого уже не удивляло, откуда у маленькой девочки сила выдернуть тяжёлый ящик из массива дуба. Происходящее давно вышло за рамки здравого смысла. Побледневшие игроки молча проследили, как девчушка вприпрыжку уходит прочь.
Едва за ней закрылась дверь, присутствующие разом высыпали на улицу — сидеть в комнате, где мебель кишит неизвестной дрянью, не было никаких сил.
Лишь Дай И остался внутри. Он медленно обошёл комнату, погружённый в раздумья.
Зачем девочке-призраку понадобилось устраивать этот спектакль на глазах у всех? Если бы она хотела убрать игроков, ей незачем было раскрывать карты. Вбросить улиток она могла тайно — а значит, и убить способна сотней иных способов. Так какова её цель? Просто похвастаться питомцами?
Дай И замер подле осиротевшего стола. Что-то тут не сходилось. Наклонившись, он вгляделся в тёмную нишу, откуда вытащили ящик.
Там, в глубокой щели, блестела ещё одна раковина.
* * *
День четвёртый.
В животе у Чжан Цзю уныло заурчало.
На душе у неё было паршиво: вчерашние картины из бойни стояли перед глазами, а ночной визит девочки с улиточными потрохами окончательно добил аппетит. Желудок требовал топлива, но при мысли о еде накатывала тошнота.
Остальные чувствовали себя не лучше. Все понимали: в играх на выживание истощение равносильно смерти. Но предложи им сейчас сочный стейк — вырвало бы прямо на ковёр. Любой намёк на мясо вызывал стойкое отвращение.
Время обеда снова собрало всех в будке охраны. Четыре пары глаз выжидательно уставились на Линь Шэна.
Тот лишь вздохнул.
За последние дни, благодаря вылазкам Дай И, кулинарная книга Линь Шэна разрослась до размеров ресторанного меню.
— Так... — протянул он. — Как насчёт свежего овощного салата?
При слове «овощной» лица присутствующих заметно прояснились.
— Согласен на всё, — оживился Чэнь Ци.
— Салат — это то, что надо! — подхватила Чжан Цзю.
Даже хмурая У Цзыань подала голос:
— Каждый день радуешь разнообразием. Спасибо за труды.
— Да пустяки, — улыбнулся Линь Шэн и мимоходом взглянул на Дай И.
Тот, похоже, не хотел афишировать, что вместо поиска зацепок занимался провиантом, так что Линь Шэн предпочёл сохранить их маленькую тайну.
Перед игроками материализовались пять глубоких мисок. Сочная зелень и ярко-красные черри выглядели настолько свежо и аппетитно, что тоска моментально отступила.
Чэнь Ци уплетал за обе щёки и управился в считаные минуты. Поглаживая сытый живот, он блаженно зажмурился: когда ещё в «Небесной Завесе» выпадала возможность кушать от пуза, да ещё и такую вкуснотищу?
— Брат, от души! — он покровительственно хлопнул Линь Шэна по плечу. — Вот бы и в следующем инстансе с тобой пересечься!
Чжан Цзю была полностью согласна. В прошлый раз, будучи новичком, она перебивалась с хлеба на воду и чувствовала себя дикарем. Сравнивая с нынешним комфортом, она с двойным удовольствием отправила в рот хрустящий огурец.
— Кстати, — вспомнил Чэнь Ци, — Линь Шэн, ты уже состоишь в гильдии?
— Ещё нет, — качнул головой тот. — Я на Платформе-то был всего один раз.
Чэнь Ци понизил голос, покосившись на доедающую салат У Цзыань:
— Если выберусь отсюда живым, меня официально примут в «Сердце Розы». Тогда я и тебя подтяну!
«Подтяну»? Линь Шэн мысленно хмыкнул. Отчего-то в этом посуле проскользнули нотки вербовки в сетевую пирамиду.
Впрочем, Чэнь Ци говорил искренне. Он действительно проникся благодарностью — да и кто откажется от собственного шеф-повара в команде? Но у Линь Шэна имелись собственные соображения, афишировать которые он не спешил.
Из слов собеседника выходило, что этот инстанс служил для Чэнь Ци вступительным испытанием. Пройдёт — получит заветный билет в гильдию.
Теперь понятно, отчего он так выслуживался перед У Цзыань. Девушка упоминала о слабом здоровье — вот и обзавелась личным адъютантом.
Покончив с трапезой, игроки разошлись по объектам. Линь Шэн уже нацелился на восьмой этаж, когда его окликнул Дай И:
— Глянь-ка, сможешь вписать это в рецепт?
Привычная фраза. За последние дни Линь Шэн привык к странным находкам Дай И, ведь именно благодаря им расширялся кулинарный арсенал.
— Давай зыркнем.
Дай И раскрыл ладонь. На широкой мозолистой ладони сидела... обычная улитка.
Линь Шэн онемел.
— Ты серьёзно?..
Народ ещё от вчерашнего шока не оправился, а этот деляга уже прикидывает, можно ли подать брюхоногое к столу?!
На лице Линь Шэна написалось крайнее отвращение, но Дай И остался непреклонен:
— Пробуй.
Вздохнув, Линь Шэн опустил моллюска на страницу книги. Улитка выпростала длинные рожки и неторопливо поползла, оставляя за собой липкую влажную дорожку.
Одна-то сама по себе выглядела вполне безобидно — совсем не так тошнотворно, как вчерашнее шевелящееся месиво. Линь Шэн даже вспомнил, что эскарго по-бургундски считаются изысканным деликатесом. Впрочем, французы вряд ли думали о восстановлении выносливости в смертельных играх...
Пока он витал в облаках, страница с шелестом перевернулась.
Линь Шэн ожидал увидеть очередной рецепт французской кухни, но текст на листе заставил его замереть:
[Наименование: Раковина улитки (Особый предмет)]
[Описание: Изготовлено из ключевого предмета инстанса «Зловещий доходный дом» — «Улитка Тянь Шицин». Прочный панцирь служит надежным укрытием от любых атак. Спрячьтесь внутри и ни о чём не беспокойтесь.]
[Длительность: 1 минута]
[Количество использования: Неограниченно]
Линь Шэн вытаращился на текст. Ещё один особый предмет!
Первым был энергетический напиток с Антарктической полярной станции. Если бы он тогда не рискнул вернуться в лабораторию, упустил бы редчайшую артефакторику.
Значит, в каждом мире спрятаны подобные вещи — главное, суметь их распознать и активировать.
И главное: эту «Раковину» можно активировать сколько угодно раз! Линь Шэн вскинул глаза на Дай И, взволнованно переводя дыхание.
Тот усмехнулся:
— Что за блюдо тебя так вставило?
— Это не блюдо! Это артефакт!
Линь Шэн скрывать ничего не стал: Дай И заслужил полное доверие, да и улитка была его находкой.
Ознакомившись с описанием, Дай И одобрительно хмыкнул:
— А в прошлом мире что ты скрафтил?
Линь Шэн без утайки выложил историю с Антарктической полярной станцией. Услышав, что он за просто так отдал энергетик Ма Ичэню, Дай И перебил его:
— Ты сдурел? Ты хоть представляешь, сколько эта жижа стоит на чёрном рынке?
Линь Шэн помялся. Дай И вёл торговлю на Платформе и ценники знал до медяка.
— И сколько?
— Скажем так: на сотню горшков с кактусами хватит.
Горшок кактуса — две тысячи монет. Сотня — это... двести тысяч?!
Линь Шэн проглотил ком. Дай И покачал головой:
— Жаба задавила?
— Вовсе нет, — качнул головой Линь Шэн.
Вспоминая прошлую игру, он вздохнул:
— Наш расклад отличался от здешнего. Мы, новички, держались вместе... Если не считать Сюй Янли. Погибшая девушка была невестой Ма Ичэня. Он горел местью, и я понимал его чувства. Мы все были зелёными, выжить — и то за счастье. Я хотел дать ему шанс.
Двести тысяч золотых — сумма огромная. Линь Шэн за весь проход получил чуть больше одиннадцати тысяч. Но есть вещи, которые не измеришь монетами.
Жизнь товарища дороже.
— Ладно, проехали, — Линь Шэн переменил тему. — Ты обратил внимание на описание? Написано: «Улитка Тянь Шицин».
Дай И кивнул:
— Тянь Шицин — это та девчушка.
— Именно. И ещё кое-что: помнишь день, когда господин Чжан и Сяо Юэ принесли её из приюта? Мы пересеклись в лифте. Они спорили из-за домашнего имени. Как только прозвучало имя «Тяньтянь», господин Чжан взвился как ужаленный.
Дай И задумчиво погладил бородку:
— Хочешь сказать, Тяньтянь — это и есть Тянь Шицин?
Линь Шэн серьёзно кивнул.