Последнее, что запомнил Линь Шэн перед провалом в небытие, — как сразу после окончания двадцать третьего выпуска программы Шарп прямо в классе окончательно слетел с катушек.
Воспитательница Линда увлечённо смотрела передачу, когда в тишине комнаты раздался исполненный ярости детский визг.
— Замолчи! Прекрати орать! — сходу рявкнула Линда, порываясь утихомирить мальчишку.
Но впавший в безумие Шарп уже не походил на обычного ребёнка. Воспитательница могла скрутить бившегося в истерике Юй Синя, но к Шарпу подступиться не успела. Мальчик вскочил с места, и игроки замерли от ужаса: в руке у него скрежетал тяжёлый топор!
Линда застыла как вкопанная. Шарп с мрачным, наливающимся тьмой лицом потащил топор к доске. Тяжёлое стальное лезвие с оглушительным скрежетом драло пол.
Обув обретённые ступни, Шарп двигался с невероятной скоростью. В одно мгновение он оказался перед Линдой и с размаху, с жестокой точностью вогнал лезвие ей прямо в шею.
Из перебитой артерии фонтаном брызнула кровь, ударив в потолок.
Линда вылупила глаза. Из её рта с бульканьем повалили кровавые пузыри, заливая подбородок — точь-в-точь под цвет её алой помады.
Наконец её тело с глухим стуком рухнуло на пол.
Всё произошло за доли секунды. Вспыхнувшая кровавая драма повергла игроков в панику, заставив их броситься кто куда.
Парень с родимым пятном, А-Мин, уплетавший на бегу, заорал:
— Откуда у него топор?!
— Не знаю! — откликнулся Хэ Юй. — Возможно, это персональное оружие босса!
Хэ Юй оказался прав: к этому моменту до всех игроков наконец дошло — финальным боссом этого инстанса был вовсе не Господин Медведь, а Шарп!
Мальчишка с топором наперевес крушил всё вокруг, точно озверевший мясник. С багровыми, налитыми кровью глазами он полностью лишился рассудка — вылитый монстр из игры, впавший в фазу ярости после потери половины здоровья.
В классе воцарился хаос. Шарп тяжёлым ударом снёс кого-то из игроков — тот согнулся, сжимая разрубленную руку, и завопил, валясь на пол.
Линь Шэн выглянул из укрытия и узнал раненого: это был Цай Цюн.
Тот упал в первом ряду слева. Однако его сопартиец У Цзэсинь даже не подумал о спасении товарища и дал дёру, точно ветер.
В сложившейся обстановке никто не смел рисковать жизнью ради чужого спасения. К тому же рана Цай Цюня хоть и истекала кровью, смертельной пока не казалась. Но главное — Шарп не стал увязать в драке: похоже, он рубанул Цай Цюня лишь потому, что тот попался под горячую руку.
Игнорируя вопли раненого, Шарп опустил топор и двинулся прямо к телевизору.
Линь Шэн пристально следил за каждым движением мальчишки, остро ощущая, как мало он на самом деле о нём знает.
В экране телевизора Шарп уже испустил дух. Господин Медведь поднялся, подхватил его труп и уложил на ступени. Густая кровь потекла по детским голеням, медленно стекая со ступеньки на ступеньку.
Связанные дети, глядя на это, побелели до цвета мела и застыли изваяниями.
Если этот изверг не пощадил родного сына, то их участь уж точно предрешена...
По эту сторону экрана Шарп неподвижно замер перед телевизором, уставившись на собственный труп. Сцена выглядела до того жуткой, что Линь Шэн затаил дыхание.
Происходящее давно вышло за рамки разумного. Линь Шэн не мог вообразить, что чувствует ребёнок, наяву видя собственную гибель, но любая реакция здесь казалась оправданной.
В этот миг Господин Медведь на экране снова поднял голову. Его лицо, имевшее несомненное сходство с чертами Шарпа, заставило сжаться все сердца.
В глазах чудовища вспыхнула лютая злоба, а губы расплылись в оскале, адресованном прямо в объектив камеры.
Шарп стоял перед экраном. Его грудь тяжёло вздымалась — проскочившая искра окончательно разжгла в нём ярость.
В следующий миг под отчаянные вопли игроков Шарп занёс топор и одним сокрушительным ударом расколол телевизор пополам...
* * *
Придя в себя, Линь Шэн обнаружил, что в огромном классе остались только они втроём.
Чжэн Юйчжэ разомкнул веки. Дикий ужас перед Шарпом ещё не успел выветриться из его головы, и парень на автомате потянулся укрыться под столом.
Впрочем, до него быстро дошло: разъярённого мальчика поблизости нет.
— Э-э?.. Что... что случилось?
Он чётко помнил, как секунду назад здесь разворачивалась кровавая рубка. Куда в одно мгновение испарились и Шарп, и воспитательница Линда? Почему вокруг остался только он, Чжоу Мучэнь и Линь Шэн?
В помещении стояла давящая, гробовая тишина. Ощущение было такое, будто тебя только что сдёрнули с бешеных американских горок и усадили в уютной чайной пить пиалу с ароматическим напитком. Резкий контраст порождал стойкое чувство сюрреалистичности происходящего.
У Чжэн Юйчжэ закружилась голова. Он торопливо бросился к двери, надеясь проверить, что творится снаружи.
Однако, дёрнув за ручку, обнаружил: дверь заперта с той стороны.
— А окна? — подал голос очнувшийся Чжоу Мучэнь.
Чжэн Юйчжэ запрыгнул на стул, оттуда — на стол. Увы, окна, как и дверь, оказались запечатаны намертво.
Сквозь стекло проглядывал абсолютно пустой, вымерший коридор.
Линь Шэн прижал ладонь ко лбу и со вздохом покачал головой:
— Слазь. Никого там нет. Нас опять списали со счетов и отправили на пересдачу.
Чжэн Юйчжэ уставился на него в полном недоумении:
— Откуда ты... — Он хотел спросить «откуда ты знаешь?», но тут же вспомнил, как в прошлый раз очнулся в подвале домика точно так же — в запертой ловушке, не понимая, что произошло.
— Да почему опять полный вайп-то?!
На сей раз даже Чжоу Мучэнь выглядел растерянным.
Как бы ни хотелось этого признавать, положение дел в точности соответствовало словам Линь Шэна.
Однако Чжоу Мучэнь намерен был докопаться до сути: если не разобраться в причинах, они зависнут в этой петле навечно.
Троица сгрудилась в кучу.
Прошлый вайп произошёл из-за того, что всех поднял на ноги топот Шарпа посреди ночи. На сей раз до ночи даже не дошло — Шарп закончил бойню прямо во время просмотра передачи.
Тенденция складывалась скверная: с каждым новым витком сюжета босс расправлялся с группой всё быстрее и эффективнее...
Чжэн Юйчжэ судорожно сглотнул. Хотя он давно потерял нить повествования, это не мешало ему всей шкурой чувствовать давящий гнёт игры.
Линь Шэн обхватил голову руками, впившись пальцами в волосы. Он пытался с помощью боли прочистить мозги и понять, где именно они совершили фатальную ошибку.
— Не паникуем, — произнёс Чжоу Мучэнь. — Разложим всё по полочкам с самого начала.
Если он не ошибался, в этой замкнутой комнате им снова предстоит столкнуться с какой-то дрянью. И если им удастся вырваться из учебного корпуса, они просто-напросто заскочат на очередной виток цикла.
А это означало лишь одно: в предыдущей петле игроки потерпели полное поражение. Они не смогли найти способ пройти инстанс до того, как босс окончательно переродился в монстра, а потому игра перезапустила процесс...
Так в чём же промах?
Линь Шэн мысленно перебирал цепочку событий.
Прошлый цикл начался в подвале. Найдя дневник на втором этаже, игроки укрепились во мнении, что ключевая зацепка кроется в Шарпе. Проверка на лужайке подтвердила: отрезанные ступни принадлежат ему.
Шарп из детского сада полностью соответствовал образу из дневника — замкнутый, нелюдимый ребёнок. Линь Шэн также заметил, что Шарп таил лютую злобу на тех, кто пытался над ним издеваться.
Затем последовал просмотр 23-го выпуска программы вместе с Линдой.
Выпуск представлял собой архивную запись о том, как Шарп привёл домой одноклассников и случайно вскрыл жуткий секрет отца, истязавшего детей.
В конце записи отец убил Шарпа, отрубил ему обе ноги, а перед самой смертью мальчика зазомбировал его труп гипнозом, заставив забыть увиденное в подвале кошмарное злодеяние.
Это объясняло, почему Шарп у телевизора мгновенно потерял контроль над собой: призрак мальчика не помнил обстоятельств своей гибели. Именно поэтому после смерти он послушно помогал Господину Медведю охотиться на детей, совершенно не сознавая, что делает.
Все трое сходились во мнении: копать под Шарпа было единственно верным направлением. Но почему тогда выскочила плохая концовка?
Чжоу Мучэнь тоже бился над этой загадкой. Все трое погрузились в угрюмое молчание.
Спустя некоторое время Линь Шэн внезапно повернулся к Чжэн Юйчжэ:
— Чжэн Юйчжэ, опиши мне своего самого нелюбимого зомби.
Сейчас важно было не столько вычислить триггер плохой концовки, сколько подготовиться к надвигающейся угрозе.
Линь Шэн пересмотрел кучу фильмов про зомби, и кинематографические ожившие мертвецы сильно отличались — азиатские хорроры были совсем не похожи на западные боевики.
Чжэн Юйчжэ поджал губы и тревожно произнёс:
— Они... они уже близко?
Он пугливо огляделся. Помехи пока не наблюдалось, но от этой тишины становилось лишь жутче: неизвестно, с какой стороны ждать удара.
— Брат, если я от страха хлопнусь в обморок, ты ж меня не бросишь?!
Увидев наяву воплощение своего детского кошмара, Чжэн Юйчжэ вряд ли повёл бы себя мужественнее Чжоу Мучэня. Хоть ему в детстве и не отгрызали пальцы на ногах, одних лишь беспросветных ночных кошмаров хватило бы на всю жизнь.
— Ты сначала опиши, что именно тебе снилось, чтобы я знал, к чему готовиться, — перебил Линь Шэн.
Судя по прошлому опыту, ключ от двери этого класса снова запрятан в туше самого отвратительного для них монстра. Выслушав сбивчивый рассказ Чжэн Юйчжэ, Линь Шэн примерный расклад понял. Он поднялся на ноги и попытался встряхнуться:
— Соберите всё, что сойдёт за оружие. Ломы, палки, ножи...
Он не успел договорить, как в тишине раздался чёткий, сухой щелчок.
Все трое разом уставились на источник звука и с немым изумлением увидели, как дверное полотно... само собой медленно приоткрылось!
Только что готовившийся выбивать ключ из зомби Линь Шэн застыл.
Опять лицо подставил под пощёчину, плак-плак.
Выглянув в образовавшуюся щель, они увидели, что распахнулась не только их дверь — все комнаты вдоль коридора стояли настежь. Словно кто-то нажал на мастер-пульте главную кнопку разблокировки здания...
Погодите-ка!
Во ВСЕХ комнатах?!
А если в одной из них держали запертыми...
Линь Шэн обернулся к Чжэн Юйчжэ и тихо выдохнул:
— Готовься. Они идут.
Чжэн Юйчжэ в ужасе сжал кулаки.
* * *
В ночных кошмарах Чжэн Юйчжэ они с друзьями уплетали от зомби по всему корпусу, мечась из одного конца коридора в другой и скатываясь по лестницам.
Поэтому местные мертвецы оказались чертовски прыткими — они неслись за троицей по пятам, щёлкая зубами и тяня когтистые лапы. Настоящие гонки со смертью.
Преодолев бесконечный коридор, Линь Шэн с товарищами вихрем скатился по ступеням, точь-в-точь повторяя маршрут из сна Чжэн Юйчжэ.
И лишь когда Линь Шэн собственными руками вышиб тяжёлую дверь первого этажа, висевшие на хвосте твари мгновенно испарились без следа.
— Фу-у-х...
Все трое перевели дух, стряхивая напряжение.
На лужайке перед учебным корпусом их уже поджидали остальные игроки.
Линь Шэн даже оторопел: по логике вещей, пройдя испытание, выбравшиеся должны были сразу вернуться в детский сад. Но группа А-Мина явно торчала здесь уже давненько.
Завидев троицу, А-Мин энергично замахал рукой.
У Линь Шэна сложилось стойкое ощущение, что А-Мин не уходил исключительно ради встречи с ними.
Едва они приблизились, А-Мин возбуждённо выпалил:
— Я понял, как закрыть этот инстанс!
— Что ты сказал?!
А-Мин был человеком прямым и не любил ходить вокруг да около. Он даже не стал тратить время на дежурные приветствия, но именно эта прямота сейчас чертовски располагала к себе.
А-Мин широко улыбнулся:
— Вообще-то спасибо надо сказать А-Шую, меня натолкнула на мысль его случайная реплика.
— Очнувшись, мы сразу сообразили, что нас опять пустили в расход, — неспешно начал А-Мин. — Я никак не мог уразуметь: отчего этот инстанс такой непроходимый? Почему нас раз за разом вырезают подчистую?!
Линь Шэн с товарищами, естественно, бились над тем же вопросом.
— И тут А-Шуй внезапно бросил одну фразу.
— Он сказал: «Игроков вырезали, местных вырезали... А, точно, единственным, кто смог вырваться наружу, был Джон».
И всё?
Остальные не сразу уловили суть. Чжоу Мучэнь нахмурил брови:
— Что это значит? Объясни толком.
А-Мин ответил:
— Прежде чем объяснять, я задам вам один вопрос.
Он кивнул подбородком в сторону учебного корпуса:
— Твари там, внутри — они настоящие или нет?
— Конечно, фальшивки, — не задумываясь, откликнулся Чжэн Юйчжэ.
Огромные крысы и зомби — лишь материализовавшиеся страхи игроков, созданные как испытание.
А-Мин кивнул:
— Верно. А теперь ответьте: то, что происходит в самом детском саду — это реальность или иллюзия?
На сей раз никто не торопился с ответом.
Линь Шэн быстро раскинул мозгами. А-Мин завёл этот разговор не просто так. Помявшись, он осторожно спросил:
— Тоже фальшивка?
А-Мин тяжёло и уверенно кивнул:
— Именно так я и считаю.
Чжоу Мучэнь нахмурился:
— Почему ты так решил?
— Да потому что реальная временная линия не способна зацикливаться раз за разом!
Мёртвые не воскресают. События Городка Радости явно нарушали законы природы, но до сих пор никто из игроков просто не задумывался о грани между явью и мороком.
А-Мин продолжал:
— Всё здесь — фальшь. Воспитательница Линда — фальшивка. Шарп — фальшивка. И Господин Медведь, с которым мы столкнулись, тоже фальшивка! Но знаете, что здесь ЕДИНСТВЕННО реальное?
— То, что записано на кассете! Джон выжил и сбежал — вот единственная правда!
В финале видеозаписи Шарп и остальные ребятишки оказались заперты в ловушке, а Джон улепетывал через чащу без оглядки...
Эти слова прозвучали как удар грома. У Линь Шэна расширились зрачки — А-Мин попал в самую точку! Показное заявление полицейского о происшествии восемнадцатилетней давности доказывало: события с кассеты происходили на самом деле. Но главное — никто из игроков ни разу не встречал Джона в детском саду. Тот фигурировал исключительно в кассетах и дневнике Шарпа.
Если ему удалось сбежать, сейчас ему должно быть уже за двадцать. Живой человек взрослеет, а сгинувший Шарп навечно застрял в облике пятилетнего ребёнка.
Картина пазла наконец сложилась!
Осенённый догадкой, Линь Шэн пробормотал:
— Фальшивка зациклена... Чтобы разорвать этот круг и вернуться в реальность, нам нужно найти то, что лежит ЗА ПРЕДЕЛАМИ цикла...
— Именно! — воскликнул А-Мин.
— Но мы же не сможем найти Джона!
Чжэн Юйчжэ наконец сообразил, к чему всё сводится. Объект вне цикла — это Джон, но возникал тупик: Джон давно удрал из Городка Радости. Как игрокам отыскать его?
А-Мин закусил губу — похоже, ответа на этот вопрос у него тоже не было.
— Нет, самого Джона искать не нужно, — проговорил Линь Шэн, уперевшись руками в колени.
От бешеной работы мысли у него даже слегка побледнело лицо. Посмотрев на присутствующих, он выделил:
— Искать его бессмысленно. Нам нужно всего лишь ДОСКОНАЛЬНО ПОВТОРИТЬ путь его побега!
* * *
Шестеро вернулись в детский сад.
Убитая Шарпом воспитательница Линда снова восстала из мёртвых. Она проводила с детьми игры, во время которых двое местных ребятишек сразу погибли.
Во время тишины У Цзэсинь специально запомнил имя одного из местных детей. Когда Линда пришла с проверкой, он, спрятав лицо под одеялом, громко выкрикнул это имя.
В ту же ночь выбранного ребёнка волоком утащили в Лесной домик.
Поскольку Тан Лили не смогла вернуться в детский сад, на данный момент оставалось шесть местных ребятишек и девять игроков.
Когда полицейский пунктуально вынырнул из лесной чащи, Линь Шэн не стал снова расспрашивать его про семью Шарпа. На этот раз он прямо спросил о Джоне.
— Джон? Дай-ка подумать... Хм-м, вспомнил! Восемнадцать лет назад действительно пропал мальчик по имени Джон.
— Погиб? Нет-нет-нет, Джон жив! Позже он даже возвращался в Городок Радости.
— Говорят, он поступил в какой-то престижный университет. Правда, Джон только заехал уладить формальности и тут же уехал.
Вот оно! Полицейский владел исчерпывающей информацией обо всех жителях этого городка.
Линь Шэн наконец осознал: вот каково истинное назначение полицейского!
Он появился здесь вовсе не для того, чтобы вершить правосудие за игроков — они с самого начала поняли его роль слишком примитивно.
В самый первый раз игроки сходу навели копа на домик, что привело к тотальному вайпу. На второй и третий раз Линь Шэн скорректировал тактику и вытянул из него ценнейшие зацепки.
Теперь всё прояснилось. Этот инстанс был чертовски сложен именно отсутствием прямых подсказок. Механика цикла давала игрокам бесконечное число попыток, но вместе с тем заставляла методом проб и ошибок нащупывать верную тропу.
Петля продолжала крутиться. Пока что игроки могли выставлять местных детей в качестве живого щита, но с каждым днём их число таяло. Нужно было действовать без промедления!
Во время личного времени группа Линь Шэна и группа А-Мина съехались для совета: нужно поговорить с Шарпом.
— На сей раз никаких силовых методов. Шарп люто ненавидит тех, кто над ним измывается, зато к друзьям относится вполне терпимо. Если выйдет — нужно попытаться стать его друзьями.
С доводами А-Мина соглашались все.
В прошлый раз топорная проверка А-Мина помогла выудить кое-какие сведения, но вместе с тем вызвала у Шарпа глубокое отвращение.
Опыт показывал: отношение Шарпа к игрокам напрямую завязано на продолжительность их жизни.
— Кто из нас выглядит наиболее располагающе? — спросил А-Мин.
Присутствующие переглянулись. Все понимали: нужно выбрать «дипломата». Если обступить Шарпа всей оравой, тот гарантированно встанет в дыбы. Выходить на контакт должен один — самый безобидный и дружелюбный на вид.
А-Мин и Чжэн Юйчжэ выглядели слишком сурово, у Чжоу Мучэня на лице вечно гуляла едва заметная язвительная ухмылка... В конце концов взгляды всех пятерых скрестились на Линь Шэне.
— По-моему, ты идеальный кандидат.
— Ага, вид абсолютно нетипичный для угрозы.
— Ты случайно не ниже Шарпа ростом? Так он рядом с тобой почувствует себя в большей безопасности.
Линь Шэн застыл:
«???»
Это я-то низкий?! Да я просто ещё не вырос!
Разговор начал уходить куда-то не туда, и Линь Шэн поспешно их осадил:
— Ладно-ладно, уровень дружелюбия ростом не измеряется! — Он уставился на ляпнувшего про рост парня: — Ты сам-то не гигант, ещё и вид такой — низенький да злобненький.
Услышав шпильку Линь Шэна, Чжэн Юйчжэ не удержался и фыркнул. Сболтнувший лишнее игрок моментально залился краской от смущения.
А-Мину тоже стало неловко — ляпнул-то парень из его команды. Хоть и без злого умысла, но вышло действительно задиристо. А-Мин заставил соратника извиниться перед Линь Шэном.
Линь Шэн, впрочем, зла не держал. После этого короткого эпизода шестёрка быстро согласовала план действий.
* * *
Во второй половине дня Линь Шэн в роли отряжённого «дипломата» в одиночку отыскал игравшего в стороне Шарпа.
Он не стал сразу подходить вплотную и навязывать общение — зная характер мальчишки, Линь Шэн опасался напугать его или вызвать неприязнь.
В каждом цикле у игроков был лишь один шанс. В случае провала придётся крутить всю рулетку заново.
Шарп сидел на корточках и ковырял землю сухой веткой. Линь Шэн выбрал местечко неподалёку, уселся на маленький табурет и стал исподтишка наблюдать за ним.
На ножках мальчишки по-прежнему красовались кожаные ботиночки, хотя ступней внутри, скорее всего, не было. От этой мысли Линь Шэну на мгновение стало искренне жаль пацана.
Жуткая судьба. При жизни не видел ничего хорошего, а после смерти оказался заперт в бесконечном аду цикла. Совсем пацан, а вынужден тащить на себе роль трагического главного босса...
Линь Шэн отвернулся, тихонько вытащил Кулинарную книгу Линь Шэна и извлёк из неё две плитки шоколада.
Он припас их ещё во времена инстанса «Зловещий доходный дом». Чжан Цзю была ужасной сладкоежкой, и Линь Шэн отсыпал ей тогда несколько штук. По её словам, шоколад был высшего качества.
Линь Шэн намеренно начал громко и сочно шуршать обёрткой, сидя рядом с Шарпом и устраивая эдакую «шоколадную рыбалку».
Шурш-шурш, шурш-шурш...
Услышав эти звуки, Шарп заметно замер. На мгновение показалось, будто он даже втянул носом воздух, почуяв сладковатый аромат какао.
Поняв, что рыбка клюнула, Линь Шэн прекратил терзать обёртку. Он бросил скользящий взгляд на Шарпа, откусил крупный кусок и начал с аппетитом жевать:
— М-м-м... До чего вкусно!
Шарп наискосок глянул на Линь Шэна и явственно сглотнул слюну.
Линь Шэн продолжал смаковать угощение, а когда рассудил, что пацан дошёл до нужной кондиции, неторопливо поднялся. Сделав вид, будто проходит мимо, он остановился возле Шарпа и постарался изобразить самую тёплую и безобидную улыбку:
— Тебя ведь Шарп зовут, да? Хочешь шоколадку? На, держи.