Вчерашний вечер.
Проводив Хаймана до жилого блока, Харрис налил себе ещё несколько стопок. Ужасное, леденящее душу подозрение не давало ему покоя, заставляя нервно мерить шагами комнату.
Чарли умер вовсе не от сердечного приступа. Харрис отдал медицине слишком много лет, чтобы так глупо ошибиться. Назвать истинную причину при всех он просто побоялся, но симптомы указывали на одно: смертельная передозировка морфия.
А единственный человек на всей полярной станции, кому Харрис выписывал этот препарат... был Херман. Тот самый тип, которого врач подспудно побаивался.
Херман — бывший военный. Если верить его рассказам, правую голень он ампутировал себе сам. Когда-то в джунглях его укусила ядовитая змея. Решение заняло доли секунды: Херман не задумываясь взмахнул топором и отрубил отравленную конечность. Потеряв сознание от боли и кровопотери, очнулся он уже в госпитале.
Херман любил повторять: помешкай он хоть мгновение — давно кормил бы червей. От этой истории у Харриса всякий раз выступал холодный пот. Каким же нечеловеческим хладнокровием нужно обладать, чтобы сотворить такое с собой? А если подобный монстр решит применить силу к другим, пощады ждать не приходится.
Ночь уже глубоко вступила в свои права, станция погрузилась в сон. Харрис долго колебался, но всё же решил прокрасться на склад и провести повторный осмотр тела. Если догадка верна, Херман на одном убийстве не остановится.
Сквозь метель и пронизывающий ледяной ветер Харрис добрался до заснеженного ангара. Он уже протянул руку к дверной ручке, как вдруг замер.
Липкое, неприятное предчувствие сдавило грудь. Вместо того чтобы открывать дверь, Харрис обогнул здание, пригнулся и осторожно заглянул в небольшое пыльное окошко.
В глубине склада теплился слабый, тусклый свет. Когда глаза привыкли к полумраку, Харрис разглядел силуэт, стоявший у холодильного контейнера. Сердце врача пропустило удар.
Человек стоял спиной к окну, но его массивную, слегка прихрамывающую фигуру невозможно было перепутать ни с кем.
Херман.
Он что-то делал с трупом Чарли. Согнувшись в три погибели, он запустил руки внутрь термобокса, копошась там несколько минут, затем перешел к другой стороне. Харрис за окном едва не замерз насмерть, но боялся даже дышать, чтобы не выдать себя.
Наконец Херман отошел от контейнера. Но то, что произошло дальше, окончательно лишило врача дара речи.
Херман ненадолго скрылся из виду, а когда вернулся, Харрис отчетливо разглядел: вслед за ним плетётся нечто человекоподобное!
Это существо не поддавалось никакой логике и выходило далеко за рамки разумного. Черты отдалённо напоминали человека, но верхняя часть туловища неестественно изогнулась, а кожа отливала мертвенным синюшно-фиолетовым оттенком. Вместо правой руки у твари темнел массивный металлический механизм. Харрис прижался лицом почти к самому стеклу, пытаясь разглядеть детальнее.
Херман застыл в стороне, молча наблюдая, как этот ходячий труп приближается к боксу с телом Чарли.
Существо подняло правую руку.
Лишь когда из склада донесся оглушительный, пронзительный рев мотора, Харрис в ужасе осознал: металлическая штуковина на руке твари была бензопилой! Оно пилило труп Чарли!
Кровавая, безумная картина окончательно подорвала рассудок врача. Звук въедающегося в кости и плоть лезвия вызвал подступающий к горлу тошнотворный позыв.
Херман — законченный психопат!
Это он убил Чарли? И что за тварь стояла рядом с ним?!
Рой диких вопросов захлестнул разум. Дрожа всем телом от дикого страха, Харрис бросился прочь и во весь опор побежал к жилым корпусам.
Он был уверен, что его никто не заметил. И не увидел, как спустя мгновение после его бегства на темном стекле окошка проявилось бледное, искаженное злобой лицо...
* * *
Сюй Янли перепугался до полусмерти. Не в силах совладать с дрожью, он запричитал:
— Вы закончили осматривать?! Пошли отсюда, скорее, уходим!
Ду Мин взял у него очки, вытер пыль рукавом и водрузил их на нос. Левая линза пошла мелкой паутиной трещин, так что присматриваться к останкам Чарли пришлось одним правым глазом. Нахмурившись, он пробормотал:
— Какая дикость... Зачем кому-то делать такое?
Ма Ичэнь не выдержал зрелища, отвернулся и с содроганием задвинул крышку контейнера. Цюй Ин тихонько потянула его за рукав:
— Пойдёмте назад...
Чжэн Юйчжэ даже близко подойти не осмелился. Судя по перекошенным лицам спутников, внутри лежало нечто ужасающее. Ему и без того хватило утреннего вида изуродованного трупа Харриса — парень был на грани истерики. Он с детства панически боялся вида крови и любой чертовщины. В подростковом возрасте, пытаясь закалить характер, Чжэн Юйчжэ затворялся в комнате и силой заставлял себя смотреть ужастики. Итог оказался печальным: за одно лето он не только не перестал бояться, но и заработал нервный срыв, после чего долго лечился у психотерапевта.
После внезапной смерти его душа попала в «Небесную Завесу». А кто не знает, что «Небесная Завеса» — это сплошной кошмар на выживание? Узнав, куда угодил, Чжэн Юйчжэ готов был на коленях молить судьбу о пощаде.
И хотя изменить выбор игры не удалось, система позволяла свободно распределять характеристики персонажа. Чтобы хоть как-то обезопасить себя, Чжэн Юйчжэ без колебаний влил абсолютно все очки навыков в силу.
Услышав предложение уходить, он первым выскочил вперед и обеими руками поддержал идею. Быстрым шагом подойдя к двери склада, он налег на нее всем телом — но та даже не шелохнулась.
— Что за чертовщина?! — Чжэн Юйчжэ толкал дверь снова и снова, но засов держал мертвой хваткой.
Цюй Ин и Ма Ичэнь, входившие последними, четко помнили, что не запирали за собой замок.
Сила у Чжэн Юйчжэ была нечеловеческой, однако тяжелая створка не поддалась ни на миллиметр. Остальные тут же бросились на помощь, изо всех сил уперлись в дерево, но не смогли добиться даже крошечной щели.
Игроки переглянулись. До каждого постепенно доходила жуткая истина:
Их заперли снаружи.
Адский антарктический мороз далеко выходил за пределы человеческой выносливости. По самым скромным подсчетам, температура внутри неотапливаемого склада стремительно падала к минус тридцати. Без источника тепла они замерзнут насмерть за считанные десятки минут.
Чжэн Юйчжэ бессильно опустился на промороженный пол и откровенно зарыдал. В любом фильме ужасов подобный расклад означал немедленный смертный приговор.
Всё, кончено. Не нужно было ему идти со всеми! Теперь они все сгинут в этом проклятом ангаре!
Глядя, как здоровый, мускулистый амбал сидит на корточках и жалобно всхлипывает, Цюй Ин чувствовала, как рушится её картина мира. Она и сама едва сдерживала слёзы, но, глядя на эту сцену, она расхотела плакать окончательно.
— Без паники. Давайте осмотримся, должен быть другой выход, — попытался взять себя в руки Линь Шэн, хотя у самого внутри всё сжалось от тревоги. Это лишь первое испытание. Их шестеро, и если действовать сообща, решение обязательно найдется.
Выбора не оставалось.
Склад был завален горами старого хлама. Включив фонарики, люди рассредоточились по помещению. Видя, что остальные взялись за дело, Чжэн Юйчжэ не решился дальше сидеть в одиночестве — остаться одному в темном углу было еще страшнее.
Главное правило хорроров: отбился от группы — мертвец.
— Линь Шэн! Подожди меня, я с тобой!
* * *
Чтобы хоть как-то заглушить нарастающий ужас, Чжэн Юйчжэ принялся болтать обо всем подряд. Из короткого разговора Линь Шэн узнал, что его спутник тоже погиб в реальном мире и очнулся в «Небесной Завесе».
— Это самый настоящий заговор! — негодовал Чжэн Юйчжэ. — Даже после смерти покоя не дают! Я до смерти боюсь всякой жути, а эта дырявая игра решила укокошить меня во второй раз?!
— Я мало что знаю об игре, — заметил Линь Шэн, — но слышал, будто победители «Небесной Завесы» могут вернуться в реальный мир.
Чжэн Юйчжэ тяжело вздохнул:
— Оно-то так, да только игроков тысячи, а победивших что-то не видно. К тому же меня реальность не особо прельщает. Я с детства из больниц не вылезал, к двадцати годам здоровье совсем в хлам превратилось. Жить там было совершенно невыносимо.
Линь Шэн окинул взглядом его рельефную, накачанную фигуру. По внешнему виду парня ни за что нельзя было сказать, что он болен.
Поймав его удивленный взгляд, Чжэн Юйчжэ смущенно улыбнулся:
— Да не, в реальности я совсем другой был. Просто со страху при создании персонажа все очки в силу вбухал.
«Значит, характеристики напрямую влияют на внешний вид в игре», — мысленно отметил Линь Шэн. Сам он вложил абсолютно всё в кулинарию. Кулинарное мастерство внешне не проявляется, потому его облик остался неизменным.
Вспомнив, что максимальная раскачка кулинарии дала ему особый предмет — Кулинарную книгу Линь Шэна, Линь Шэн осторожно заронил вопрос:
— А если влить все очки в силу, появляются какие-нибудь особые эффекты или предметы?
— Эффекты? — переспросил Чжэн Юйчжэ. — Да какие эффекты... Просто дури много становится.
С этими словами он передал фонарик Линь Шэну и, словно желая продемонстрировать свои слова, лёгким взмахом руки откинул в сторону целую гору тяжелых деревянных ящиков.
Линь Шэн молча наблюдал за этим демонстративным жестом. На мгновение его обожгло сомнение: не рассказать ли правду о своем навыке? Но немного пораскинув мозгами, решил промолчать. Кулинарная книга — его главный козырь, а открывать карты раньше времени глупо.
Внезапно из темноты раздался дикий мужской крик.
Три луча фонарей мгновенно скрестились на источнике звука.
Кричал Сюй Янли. Он подсвечивал дорогу Ду Мину, как вдруг луч выхватил из мрака человеческое лицо. От неожиданности Сюй Янли взвизгнул, заставив всех прибежать на помощь.
Дрожащим пальцем он указал на темный угол. Спустя пару секунд Ду Мин вытащил оттуда обычный пластиковый манекен.
Сюй Янли застыл с открытым ртом.
Поняв, что никакой опасности нет, все облегченно вздохнули. Сюй Янли, сгорая от стыда за свой визг, со злости пинул манекен. Голова куклы отлетела по дуге и с глухим стуком «бум» во что-то врезалась.
Линь Шэн мгновенно повернулся на звук.
Звук был странным.
— Вы слышали?
Остальные кивнули. Это был явный удар по полой деревянной панели. Линь Шэн подошел к завалу и за грудой хлама обнаружил тщательно спрятанную дверь.
Она поддалась без труда, петли не заклинило.
— Посмотрим, что там?
Глядя в непроглядную тьму за проемом, Чжэн Юйчжэ с трудом сглотнул. Внутри — ни зги не видать, кто знает, какая тварь поджидает в глубине? Им нужен был выход, а это место на выход совсем не походило...
Несколько минут игроки топтались у порога. Но тщательно обшарив каждый угол склада, другой дороги они так и не нашли. Выбора не оставалось — пришлось стиснуть зубы и готовиться к худшему.
Проход за дверью оказался настолько узким, что идти можно было только по одному, вереницей.
Но кто возглавит цепочку?
Нависла тяжелая, давящая тишина. Каждому было очевидно: если впереди подстерегает опасность, первый идущий станет первой жертвой. Естественно, желающих рисковать жизнью не находилось.
Линь Шэн размял онемевшие пальцы. От долгого пребывания на морозе тело начинало леденеть. Дальше медлить нельзя: какой смысл находить путь спасения, чтобы потом замерзнуть насмерть у самого порога?
— Хорошо. Я пойду первым.
При этих словах все взоры устремились на него. Кто-то смотрел с восхищением, кто-то молча вздохнул с облегчением.
Линь Шэн же спокойно продолжил:
— Но гуськом идти нельзя. Проход узкий: если выстроимся в длинную шеренгу из шести человек и что-то случится, мы просто заблокируем друг друга внутри.
Он сделал паузу и оглядел спутников:
— Поэтому разделимся на две группы. Первая идет на разведку, вторая ждет снаружи у двери. Я иду в первой. Кто со мной?