[Игрок Цюй Ин погибла]
[Осталось игроков: 5]
Сообщение Системы заставило всех замереть от неожиданности. В тот же миг Сюй Янли вихрем ворвался внутрь и с грохотом захлопнул массивную дверь станции. Едва дыша от дикого ужаса, он судорожно защёлкнул оба засова.
Дверь была не деревянной, а прочной, металлической — на вид вполне надежной. Одно оставалось неизвестным: выдержит ли она натиск твари?
Взбежавший первым Чжэн Юйчжэ прилип к окну и, всматриваясь в метель, заорал:
— Замерло! Чудовище замерло!
Убив человека, монстр словно лишился питания: его движения мгновенно затормозились. Он ещё попытался сделать пару шагов, чтобы догнать остальных, но застыл на месте. Пропеллер на его голове со скрежетом замедлил вращение и окончательно остановился. Тварь рухнула ничком в сугроб.
Игроки, всё ещё не веря своим глазам, переглянулись и с облегчением выдохнули.
Вокруг воцарилась звонкая тишина. Все замерли, не смея вздохнуть и пристально всматриваясь в белую муть за окном. Тело Цюй Ин уже наполовину занесло снегом. Рядом неподвижной тушей лежало чудовище. Лишь бешеный ветер швырял в воздух снежные хлопья.
Белоснежная пустыня смотрелась противоестественно чистой — будто и не было здесь никакой кровавой бойни.
Но стереть случившееся из памяти было невозможно.
Ма Ичэнь остекленело смотрел в окно, не мигая, а по его щекам текли обжигающие слёзы.
Спустя мгновение из его груди вырвался надрывный, полный отчаяния вопль. Он осел на пол, обхватив голову руками, и забился в истерике.
Выбегая со склада, они с Цюй Ин потеряли друг друга из виду. Кто мог знать, что эта разлука станет последней?
Сюй Янли неловко отступил в тень. Увидев, что остальные бросились утешать парня, он с облегчением понял: его предательского поступка никто не заметил.
Гибель персонажа и смерть живого товарища ощущались совершенно по-разному. У Линь Шэна тяжелело на душе. Случившееся предельно ясно доказало: игра «Небесная Завеса» смертельно опасна. Здесь требуется абсолютная бдительность. Но главное — слаженность. Ведь эгоизм одного человека может стоить жизни всем остальным. Линь Шэн понимал, что появление чудовища было неизбежным, но жестокая гибель Цюй Ин всё равно отозвалась в нём горькой виной.
Ма Ичэнь свернулся калачиком на полу, его плечи судорожно вздрагивали, а хриплые, надрывные всхлипы резали слух, точно ржавая пила.
Они попали в «Небесную Завесу» по разным причинам и, толком не успев разобраться в происходящем, оказались вброшены в первый же испытательный мир. Возможно, до этого момента кто-то ещё питал иллюзии, но смерть первого игрока подвела черту. Кровавая игра за выживание началась.
Пятеро выживших молча сидели за столом в столовой. Пустующий стул подле Ма Ичэня молчаливым укором напоминал о том, насколько близка смерть. Никто не ронял ни слова, но у каждого в голове крутилась одна и та же липкая мысль:
«Чудовище уже вышло на охоту... Кто станет следующей жертвой?»
В этот момент в разуме каждого игрока одновременно прозвучал бесстрастный системный голос:
[Обновление задания: Голосование]
[Осталось игроков: 5]
[Люди на полярной станции гибнут один за другим. Кто должен ответить за эту бойню? Всем игрокам необходимо проголосовать независимо друг от друга. Обсуждение разрешено только после завершения голосования.]
[Варианты:]
[- А. Херман]
[- B. Доктор Хайман]
[Внимание: Результат голосования критически важен. Персонаж, набравший большинство голосов, будет временно под стражей. Если под стражу попадет истинный убийца, игра завершится автоматически после финала сюжета. Если истинный убийца останется на свободе, сложность следующих событий автоматически возрастет до адского уровня. Делайте выбор осмотрительно.]
Система не дала игрокам времени перевести дух. На выбор отводилось ровно три минуты, и на этот период налагался строгий запрет на разговоры.
Игра близилась к развязке. Смерти Чарли, Харриса и Цюй Ин давали достаточно пищи для размышлений. У каждого уже должно было сложиться собственное мнение. Запрет на обсуждение ввели не просто так: Система пресекала любые попытки повлиять на чужой выбор. Здесь каждое решение стоило жизни, и навязывание своего мнения приравнивалось к распоряжению чужой судьбой.
Спустя три минуты все пятеро сделали свой выбор.
Блокировка речи спала, но Система не спешила объявлять результаты. Игроки переглядывались, напряженно ожидая вердикта, но вокруг стояла всё та же звенящая тишина.
Результат определял общую судьбу, хотя голос каждого составлял лишь одну пятую часть от целого. Это чувство беспомощности и потери контроля над собственной жизнью давило на психику. Каждого терзала одна мысль: за кого проголосовали остальные?
— Вы за кого отдали голос? — нарушил молчание Чжэн Юйчжэ. — Я проголосовал за Хермана.
Его слова словно взорвали пороховой погреб. Едва успевший успокоиться Ма Ичэнь тут же насупился и вспыхнул:
— Почему опять Херман?! Я своими глазами видел, что этот чертов доктор Хайман вытворял с подопытными мышами в лаборатории! — Он сжал кулаки, голос его дрожал от ярости. — Тварь, способная на такие извращения, виновна по определению! Мутант на складе — наверняка его рук дело! Это Хайман убил мою девушку!
Гибель Цюй Ин подкосила его, и доктор Хайман стал для него заклятым врагом. Услышав, что Чжэн Юйчжэ проголосовал иначе, Ма Ичэнь сорвался на крик.
Когда он смолк, Ду Мин хладнокровно поправил очки на переносье и взял слово:
— Я тоже выбрал доктора Хаймана. Раньше я подозревал Хермана, но, как верно заметил Линь Шэн, всё это были домыслы без единой улики. Зато пробирка в комнате Харриса прямиком указывает на Хаймана. К тому же он сам признался, что вывел из строя рацию. По идее, профессора должно было заботить спасение экспедиции, но, пытаясь помешать Чарли донести на него, он намеренно уничтожил связь. Мотив очевиден. Смерти Чарли и Харриса — его рук дело. У меня есть все основания полагать, что за всем стоит именно доктор Хайман.
Итого: один за Хермана, двое — за доктора Хаймана.
Поняв, что уже двое выбрали Хаймана, Сюй Янли взбесился.
— Вы что, издеваетесь?! — сорвался он, с грохотом грохнув ладонями по столу и подскочив на месте. — С ума посходили?!
Он тяжело задышал, переводя дикий взгляд с одного на другого:
— Выбирать надо было Хермана! Вы что, идиоты?! Доктор Хайман понятия не имел, что Харрис мёртв! Такую эмоцию не сыграешь! А эта хренова пробирка — чистой воды подстава Хермана!
Сюй Янли орал во всё горло. Озвученные расклады повергли его в панику: если доктор Хайман получит ещё хоть один голос, сложность подскочит до адского уровня! Он с таким трудом вырвался из лап смерти, выбил себе бонусные очки, всё шло как по маслу... И тут Система подсовывает это грёбаное голосование! Почему ему досталась команда таких кретинов?!
— Ты кого кретином назвал, мразь?! — Ма Ичэнь тоже вскочил, набычившись. Напряжение в комнате достигло предела.
— Всякого, кто проголосовал за Хаймана!
Сюй Янли брызгал слюной:
— Включи мозги! Херман — единственный, кроме доктора, у кого был доступ к морфию! Он прикончил Чарли, а потом убрал Харриса как свидетеля! Старик Хайман, может, и тщеславен, но он не мог предвидеть буран! Он не собирался замуровывать нас здесь! А вот Херман... Херман сломал вертолёт! Это он делает всё, чтобы ни одна сука не выбралась со станции живой! Хочешь сдохнуть — сдыхай сам, не тяни меня за собой!
Сюй Янли распалялся всё больше. Всё же очевидно! Хайман — всего лишь козёл отпущения. Да, профессор далеко не святой, но настоящий дьявол здесь — Херман!
— Что ты сказал? — прищурился Линь Шэн, мгновенно уцепившись за его слова. — Херман вывел из строя вертолёт?
Остальные тоже замерли. Сюй Янли сболтнул то, о чём никто из них ранее не слышал.
— Сюй Янли, ты что-то от нас утаил?
Тот осекся и оцепенел.
Проклятье! На эмоциях выболтал лишнее.
В первый же день Система отправила Сюй Янли осмотреть вертолёт. В кабине он нашёл гаечный ключ, принадлежавший Херману. Но из собственных соображений предпочёл промолчать.
Заметив его бегающий взгляд, Линь Шэн убедился в своей догадке. Изумление сменилось глухим гневом.
Все они — новички, выброшенные в смертоносный чужой мир. Единственная опора — это товарищи по несчастью. Они должны держаться вместе, но в их рядах затеялась настоящая гнида!
Гаечный ключ — важнейшая улика. Поделись Сюй Янли информацией вовремя, расклад при голосовании мог быть иным. Своей скрытностью он подставил всех, включая самого себя.
Линь Шэн шагнул вперёд, сгреб Сюй Янли за грудки и рывком вздёрнул на ноги.
— Сюй Янли, благодаря кому ты вообще до сих пор коптишь небо, а?! Если бы мы не делились с тобой найденными зацепками, ты бы давно костей не собрал в каком-нибудь сугробе!
Линь Шэн вспомнил, как в первую же ночь вместе с двумя другими ходил в подвал проверять, жив ли этот ублюдок, и к горлу подступила тошнота. Напрасно перевели добро!
Ду Мин сжал в руке блокнот. Чувство глубокой обиды и досады жгло изнутри: он ведь сам показывал свои записи этому гаду! Знай он, что Сюй Янли держит камень за пазухой, ни за что не стал бы откровеничать. Девятиклассник впервые лицом к лицу столкнулся с грязью и лицемерием взрослых. Эту науку он запомнит навсегда.
Но сейчас стоял вопрос поважнее.
Глядя на сцепившихся игроков, Ду Мин устало прикрикнул:
— Да уймитесь вы! Ещё один голос не озвучен!
С учётом выбора Сюй Янли, расклад был равным: два голоса за Хермана и два за доктора Хаймана. Всё решал последний бюллетень.
Теперь, когда выяснилось утаивание важнейшей улики, проголосовавшие за Хаймана паниковали, гадая, не совершили ли они роковую ошибку. Остальные метались словно на раскалённых углях.
Чжэн Юйчжэ от нервов судорожно сжимал перед собой дрожащие ладони, непрерывно бормоча под нос какую-то молитву. Ду Мин до крови прикусил губу. Ма Ичэнь сокрушительно взглянул на Сюй Янли: если Линь Шэн назовёт доктора Хаймана, он тут же набросится на этого предателя и забьёт до смерти — на адской сложности всё равно не выжить.
Все взоры устремились на Линь Шэна.
Линь Шэн обвёл собравшихся спокойным, выверенным взглядом и ровно произнес:
— Мой голос — за Хермана.