Едва Се Юй закончил готовить магический круг, как ладонь обжёг короткий всплеск жара. Мгновение — и всё утихло.
Кто-то попытался сорвать проклятие, лежащее на Сун Цинмине.
Се Юй нахмурился. Он сразу понял, что Шэнь Лоу отправился к Сун Цинмину искать неприятностей. Впрочем, снять это проклятие Шэнь Лоу всё равно не под силу.
Теперь оставалось лишь заманить Шэнь Лоу к себе. Се Юй перестал сдерживать своё дыхание: тёмные узоры проклятия, извиваясь, расползлись со лба к самым глазам, обезображивая его лицо.
В чистом небе глухо прогрохотал сухой раскат грома.
В следующее мгновение прямо из воздуха вывалился силуэт и с глухим стуком рухнул на землю.
Шэнь Лоу распластался в пыли и долго не мог подняться.
Почувствовав, что тот ранен, Се Юй подошёл ближе и присел на корточки. Но едва он протянул руку, как Шэнь Лоу мёртвой хваткой вцепился ему в запястье.
— Се! Юй! — процедил Шэнь Лоу сквозь зубы. Голос его звучал едва слышным хрипом. Он с трудом поднял голову; из уголка губ всё ещё сочилась свежая кровь. — Что за чёрт твой суженый?! Почему ему подчиняется Священный фолиант Тёмной Свечи и как он сумел выхватить Меч Перерождения?!
При упоминании Меча Перерождения лицо Се Юя на миг одеревенело.
— Он смог обнажить Меч Перерождения?
Шэнь Лоу со свистом отбросил его руку и сплюнул:
— Мать твою! Да он не просто его выхватил — он искалечил меня! В жизни никто не наносил мне такого урона!
Се Юй поднялся, выражение его лица оставалось холодным:
— Тебя никто не просил к нему лезть.
— Ах ты сукин сын, Се Юй! — Шэнь Лоу дрожал от закипающего бешенства. Опираясь на клинок, он с трудом встал на ноги. — Сегодня ты выложишь мне всё без тайн... Хотя к чёрту, один хрен соврёшь! Я уволоку тебя и твоего любовника в Подземное царство, а там Судьи живо выведут вас на чистую воду!
С этими словами он вскинул меч.
Несмотря на грозный вид, мелкая дрожь в его кисти выдавала полную беспомощность: он держался из последних сил.
«Если уж этот ублюдок изранен до такой степени, то Цинмин...»
Мысль об этом заставила Се Юя помрачнеть. Он резко развернулся, намереваясь броситься к постоялому двору и проверить Сун Цинмина.
Едва он сделал шаг, как клинок Шэнь Лоу с оглушительным свистом устремился к его затылку. Се Юй чуть наклонил голову, пропуская сталь мимо, и мгновенно активировал магический круг под ногами противника.
Взметнулись клубы пыли. Из земли взвились сотни тонких тёмных теней. За доли секунды они сплелись в глухую клетку, запечатав Шэнь Лоу внутри. Поскольку прутья лишь удерживали его, не причиняя ни единой царапины, артефакт "Компас Небесной и Земной Сети" остался слеп и глух.
«А Се Юй хитёр, опять нашёл лазейку!»
Вне себя от ярости Шэнь Лоу с размаху ударил мечом по клетке. Раз десять обрушил он удары, но прутья не получили ни царапины, а вот на его собственном клинке появились глубокие зазубрины.
— Се Юй, что ты опять задумал?! Выпусти меня! — взревел Шэнь Лоу.
— Ты запер меня в Люйчжоу, — ледяным тоном отозвался Се Юй, — а я запру тебя на этом пятачке. Посмотрим, чьё терпение лопнет раньше.
Шэнь Лоу со всей дури яростно пихнул ногой прутья:
— Не думай, что я перед тобой прогнусь! Будем гнить здесь вместе!
— У меня нет ни малейшего желания гнить с тобой за компанию.
Шипящие слова Се Юя растаяли в воздухе. Сам он исчез из виду, а окрестности погрузились в густую, давящую тьму.
Что-то тяжёлое опустилось на крышу клетки.
Шэнь Лоу вскинул голову и встретился взглядом с абсолютно чёрными, бездонными глазами Се Юя.
Узоры проклятия на его лице набухали, прорастая острой чёрной чешуёй, захватившей всю левую щеку. Тяжёлый, удушливый запах свежей крови шлейфом потянулся во все стороны.
Обычно Се Юй показывал окружающим лишь сглаженную, изящную вязь своего проклятия. Но прямо сейчас перед Шэнь Лоу предстал его истинный облик — уродливый, жуткий, внушающий лишь омерзение и липкий страх.
— Шэнь Лоу, если ты продолжишь испытывать моё терпение, я запихну тебя в клетку поменьше, — прохрипел Се Юй. Его голос изменился до неузнаваемости, став сиплым и глубоким, словно заговорила древняя тварь.
Впервые увидав Се Юя в таком виде, Шэнь Лоу по-настоящему содрогнулся.
О грехах Се Юя в Подземном царстве слагали легенды, но Шэнь Лоу всегда считал их дешёвкой для дураков.
Триста смертных грехов за плечами... Не будь его прах развеян по ветру, его бы заставили пройти все круги Ада — Гору Ножей, Кровавое море, Морозный и Огненный ад, — да и того бы не хватило искупить содеянное.
Но с другой стороны, кабы его не испепелили, с такой мощью он с потрохами сместил бы Чу Яньмэн и занял место верховного Судьи.
Похоже, молва ни капли не врала.
Руки Шэнь Лоу предательски задрожали, но он всё ещё пытался держать фасон:
— Думаешь, испугал?
Се Юй чуть прищурился, в глубине его зрачков полыхнул кроваво-алый огонь.
— Дай-ка подумать... А что если я запру тебя в собственном брюхе? Как тебе мысль?
И он тихо, зловеще расхохотался.
По коже Шэнь Лоу побежали мурашки. Этот ублюдок точно не шутит.
— Тронь меня хоть пальцем, и Небесная и земная сеть испепелит тебя молниями! — прорычал Шэнь Лоу.
Се Юй ухмыльнулся:
— Я всего лишь проглочу тебя целиком. Обещаю, ты останешься цел и невредим. Просто больше никогда не увидишь дневного света.
— Тварь паршивая! — выплюнул Шэнь Лоу.
— Отплачиваю той же монетой, не более.
Се Юй прошёлся длинным остриём ногтя по прутьям клетки. Раздался скрежет, от которого заломило зубы. На его губах застыла мягкая улыбка, казавшаяся Шэнь Лоу воплощением бесовского коварства.
Шэнь Лоу понял: Се Юй торопит.
Сжав зубы, Шэнь Лоу лихорадочно размышлял. В конце концов, плевать на гордость. Сейчас появились дела поважнее Се Юя.
«Кем же приходится Се Юю этот юноша? Неужели и впрямь...»
Но Тот Самый ни за что не покинул бы Обитель Теней ради мира смертных! Что здесь, матушка их, происходит? Нужно всё разузнать. Умный в гору не пойдёт — сейчас лучше уступить, а расплатиться с этим гадом он успеет и позже.
— Ладно! Забирай свой Компас Небесной и Земной Сети и выпускай меня, — буркнул Шэнь Лоу и потянулся за пазуху. Однако, пошарив во внутренних карманах, он вдруг остолбенел: — Ч-что?! Пропал!
Се Юй иронично приподнял бровь. Наблюдая, как Шэнь Лоу в панике хлопает себя по отворотам халата, он сразу понял, в чём дело. Усмехнувшись про себя, Се Юй щёлкнул пальцами, и в прутьях клетки мгновенно соткался дверной проём:
— Раз уж ты его посеял, так и быть, иди на все четыре стороны.
Шэнь Лоу, ни о чём не подозревая, просиял и закивал:
— А ты, оказывается, сговорчивый малый!
С этими словами он выскочил наружу. Но едва обе его ноги переступили порог клетки, как в силу вступило ещё одно проклятие.
Шэнь Лоу с ужасом увидел, как его тело стремительно уменьшается, пока не сжалось до размеров ладони, превратившись в крошечную тряпичную куклу Буйвологлавого с игрушечным сабельником в лапках.
Кукла плюхнулась на землю, огромная рогатая башка бессильно свесилась набок.
Се Юй к тому времени уже вернул свой прежний утончённый вид. С мягкой улыбкой он подошёл, поднял куклу с земли и слегка сжал её ватное тельце:
— Ты уж извини, но отпустить тебя я пока не могу. Если ты побежишь к Судьям или Вучанам болтать обо мне и Цинмине, у меня добавятся лишние хлопоты. Так что будь добр, погости в этом облике в мире смертных пару-тройку десятков лет.
Кукла-бык принялась отчаянно лупить Се Юя по запястью тканевым мечом, но мягкая тряпка не причиняла ни малейшего вреда.
Глядя на беззаботную ухмылку Се Юя, набитая паклей морда Буйвологлавого сменилась плачущим ликом младенца.
Зацепив Шэнь Лоу на пояс словно амулет, Се Юй мгновенно взмыл в воздух и устремился к постоялому двору.
Ворвавшись на постоялый двор "Счастье" и увидав царящий в зале разгром, Се Юй мёртвой хваткой вцепился в лацканы трактирщика:
— Где Цинмин?!
Управляющий, бледный как полотно, забормотал в ужасе:
— Тот господин... его стошнило кровью, и он грохнулся прямо на пол! Я хотел помочь ему подняться и послать за лекарем, да он и близко к себе не подпустил! Никого не слушал, сам с трудом поплелся наверх... Теперь уж и не ведаю, жив ли он вообще...
Заметив, как лицом Се Юя овладевает бешенство, управляющий сошёл на еле слышное лепетание.
Се Юй отпихнул его и в несколько прыжков преодолел лестницу.
Сердце Се Юя разрывалось от боли: он ждал, что за дверью его встретит корчащийся в муках Сун Цинмин. Но стоило ему распахнуть двери, как перед ним предстал совершенно свежий и умытый юноша.
Сун Цинмин только что вылез из купальни. Он сидел на краю постели, влажные пряди свободно спадали на плечи, а просторный домашний халат слегка распахнулся на груди, отчего его и без того хрупкая фигура казалась совсем невесомой.
— Цинмин, — прошептал Се Юй, делая шаг в комнату и не сводя с него тревожного взгляда.
На лице Сун Цинмина мелькнуло лёгкое замешательство, но тут же растаяло, уступив место мягкой улыбке:
— А ты быстро. Не соврал-таки.
Однако при виде этой беззаботности Се Юй лишь сильнее перепугался. Сун Цинмин никогда не улыбался столь легко и открыто — за этим явно кроилась тяжёлая, скрытая боль.
Притворив за собой дверь, Се Юй подошёл к кровати, опустился на колени и бережно сжал его ладони в своих:
— Цинмин, я знаю, что Шэнь Лоу приходил к тебе. Если ты ранен... хоть где-то... умоляю, скажи мне!
Улыбка тут же сошла с лица Сун Цинмина. Он повернулся, запустил руку под подушку и извлёк оттуда вышитый шелковый мешочек, подаренный Се Юем:
— Как бы сильно я ни страдал, эта вещь способна исцелить любые раны, верно?
Се Юй замер, потеряв дар речи.
Сун Цинмин развязал шнурок и вытряхнул на ладонь алый прозрачный кристалл Кровавого Бодхи, испускавший едва заметное, таинственное свечение.
— Что это такое? — тихо спросил он.
У Се Юя ушла душа в пятки.
Он не мог понять, гневается ли Сун Цинмин или печалится, и совершенно не представлял, как объяснить правду — как доказать, что в его помыслах не было ни грамма зла, а лишь страстное, слепое желание удержать любимого подле себя.
Глядя на затянувшийся молчаливый ступор Се Юя, Сун Цинмин медленно произнёс:
— Ты ведь давно знал... что мой час сочтён.
На этот раз в его голосе не было ни капли сомнения — то было твёрдое заявление.
Се Юй сжал его пальцы до боли, брови сошлись на переносице.
Глядя на резкую складку между его бровями, Сун Цинмин не удержался и коснулся её подушечками пальцев, разглаживая морщинку:
— Се Юй... Мне так хочется по-настоящему разозлиться на тебя... Но, похоже, у меня совсем не осталось времени...
— Нет! — запальчиво перебил его Се Юй. — У тебя полно времени! Пока я жив, я никому тебя не отдам и уберегу от любой беды!
«Я непременно защищу тебя».
Прежде Сун Цинмин посчитал бы эти слова пустой болтовнёй. Но когда их произнёс Се Юй, он поверил.
Се Юй ни разу не нарушил слова: каждый раз, когда над Сун Цинмином нависала смертельная угроза, тот бросал всё и мчался на помощь.
— Я верю тебе, — прошептал Сун Цинмин.
В глазах Се Юя вспыхнул искренний, ликующий свет.
Сун Цинмин вновь повернулся к кровати и достал ещё одну вещь:
— Держи. Это выронил Шэнь Лоу. Полагаю, тот самый Компас Небесной и Земной Сети. Если он у тебя, Шэнь Лоу больше не сможет запереть тебя? Не хочу, чтобы ты оказался в его ловушке.
Приняв бронзовый компас из его рук, Се Юй опустил взор.
Сун Цинмин тоже переживал за него. Боялся, что его запрячут в неволю, боялся, что Шэнь Лоу уволочёт его в преисподнюю.
Разобравшись с артефактом, Сун Цинмин вновь напустил на себя суровый вид:
— С Шэнь Лоу разобрались. А теперь выкладывай: что это за проклятый камень в мешочке? Когда ты проведал, что я угасаю? И вообще... у меня к тебе столько вопросов, что за день не переслушаешь. И сегодня ты ответишь на каждый из них!
Се Юй молча понурил голову, а затем медленно поднялся.
Решив, что тот вознамерился сбежать, Сун Цинмин мгновенно перехватил его за запястье:
— Даже не думай увиливать!
— Я не стану бежать, — тихим, глубоким тоном отозвался Се Юй.
Сун Цинмин вскинул голову, собираясь пригрозить, что и заговорить себя не даст, но Се Юй наклонился к самому его лицу, остановившись буквально в волоске от его губ:
— Ради тебя я готов преодолеть весь мир... Но бежать от тебя — никогда.