Разобравшись с комнатами, все первым делом занялись багажом.
Цяо Кайцзи, по сути, сбежал из дома, так что вещей в его чемодане набралось немного, зато всё необходимое — удобно, когда собираешься на съёмки шоу.
— Эта камера что, до сих пор снимает? Неужели прямой эфир идёт прямо сейчас? — Ле И бросил чемодан у кровати и, не торопясь распаковывать вещи, первым делом подошёл к камере у изголовья и потрогал её.
Когда его миловидное, почти кукольное лицо оказалось у самого объектива, чат взорвался восторженными воплями.
[Аааааа, да что за прелесть этот Второй пассив!]
[Пойду сейчас же покажу хейтерам, какой Ле И красавчик, блин, вечно кто-то ноет, что это фильтры на всю катушку!]
[Волнуюсь, не думала, что малыш и правда пойдёт на шоу знакомств, ещё в прошлом месяце в эфире всё бубнил, что хочет влюбиться, а кто-то говорил, что он просто косит под холостяка — вот вам, оказывается, он и правда один!]
[Активы тут все как на подбор, давай, Ле И, вперёд, найди мне парочку, чтобы было за кого болеть!]
Ле И был стримером — вёл трансляции без году неделя, каких-то два года: играл в игры в прямом эфире, иногда пел. Благодаря хорошей технике и привлекательной внешности он выделился в жёсткой конкуренции стримерской ниши и успел обзавестись немалой армией поклонников.
Сейчас интернет-знаменитостям, как и звёздам, приходится выстраивать себе образ, а то и подвязываться к какой-нибудь паре для хайпа. Ле И уже пытался найти подходящего партнёра для такой связки, но всё как-то не складывалось. И тут кстати подвернулся друг, знакомый с людьми из съёмочной группы «Ловушки для любви», — так он и решил пойти на шоу, чтобы раскрутить пейринг.
Первой целью, разумеется, был Бе Наньсин.
Ещё бы — настоящая звезда! Причём известная. Если получится по-настоящему раскрутить с ним пару, о том, чтобы скатиться в безвестность, можно будет не думать ближайшие несколько лет.
Совсем не обязательно, чтобы всё вышло по-настоящему, — достаточно создать хоть немного атмосферы.
Ле И был человеком целеустремлённым, а как публичная персона ни на секунду не забывал о главной задаче — привлекать подписчиков.
То, что он сейчас красовался перед камерой, было продумано заранее.
— Ага, режиссёр говорил, что трансляция идёт постоянно, камеры в комнатах выключают только на ночь, — подхватил Цяо Кайцзи.
Он уже успел разложить все свои вещи и от возни немного взмок, так что снял верхнее пальто.
Ле И поболтал ещё немного и, решив, что сыграл свою роль достаточно, собрался заняться другими делами. Обернувшись, он произнёс:
— Если даже сон снимают, это уже слишком... — неловко.
Он невольно сглотнул.
Цяо Кайцзи, оставшийся в одной тонкой рубашке, теперь демонстрировал свои длинные стройные ноги во всей красе. Поправив на себе одежду — движения были чёткими, уверенными, — он источал в каждом жесте ленивую, естественную чувственность. Услышав, что голос Ле И оборвался на полуслове, он поднял голову и взглянул на него:
— Слишком что?
— Неловко, — с трудом выдавил из себя Ле И и снова сглотнул.
То ли из-за удачного освещения в комнате, но лицо Цяо Кайцзи будто светилось изнутри, а в сочетании с его волнующей фигурой это било прямо в сердце.
Щёки Ле И запылали.
К счастью, он стоял спиной к камере.
Не будь рядом Цяо Кайцзи, да ещё и камера за спиной, он бы точно отвесил себе пощёчину.
"Это же пассив! Пассив! Он пришёл на это шоу раскручивать пейринг, у него своя цель, своя задача! Как можно было так размякнуть перед человеком того же типа?"
Он вдруг пожалел, что опрометчиво предложил Цяо Кайцзи поселиться в одной комнате: ещё пара таких моментов — и он не выдержит.
"Влюбиться по-настоящему в человека своего же амплуа — это было бы просто смешно"
Этот Тун Шэн, конечно, был хорош собой, но слишком холоден. Ле И не был мазохистом — сколько бы он ни любовался, пара ушатов ледяной воды быстро остужали пыл.
Чат ухохатывался.
[Похоже, Второму пассиву тяжко приходится, наверное, мечется сейчас между «сердце ёкнуло» и «блин, тот же тип»?]
[Второй пассив: и правда неловко.]
[Почему нам, драгоценным зрителям, нельзя посмотреть, как вы спите ночью? Я хочу смотреть!]
[Второй пассив, часом, не сгорит ночью от... сами понимаете чего!]
Цяо Кайцзи обо всём этом не подозревал. Взглянув на время, он заметил, что съёмочная группа уже прячется в углу с табличками, подавая знак: пора выходить готовить ужин.
— Тун Шэн, ты уже разобрался? — Цяо Кайцзи подошёл к соединяющему комнаты коридору и, не заглядывая внутрь, вежливо окликнул соседа.
На это шоу Цяо Кайцзи попал совершенно случайно. Формально он считался «золотой молодёжью», отпрыском состоятельной семьи, но подчиняться родительским планам не желал. В знак протеста он целый год просидел затворником дома, за что получил порцию упрёков от родителей, брата и сестры — а заодно и заблокированную карту.
Цяо Кайцзи недолго думая схватил чемодан и сбежал из дома.
Можно сказать, что он ушёл из дома в буквальном смысле.
Случилось всё внезапно, ни к чему он не готовился, да и понятия не имел, куда податься. Пока он стоял посреди улицы и раздумывал, что делать дальше, к нему подошёл режиссёр программы. Как раз в этот момент у Цяо Кайцзи не было при себе ни гроша, а узнав, что тут кормят, дают жильё да ещё платят, он согласился не раздумывая.
Режиссёр Ли тогда объяснил ему: хотя шоу и о поиске любви, влюбляться вовсе не обязательно. Кроме него будет ещё несколько участников, а сам он нужен лишь для подстраховки — можно спокойно филонить, изображать фон, лишь бы количество набралось.
Вот чего ждал от него режиссёр Ли.
Цяо Кайцзи, разумеется, никакого давления не чувствовал. Он спокойно определил своё место — тихо просидеть весь проект статистом для галочки.
В благодарность за доброту режиссёра Ли Цяо Кайцзи решил по мере сил помогать остальным — стать этаким связующим звеном, добросовестно выполняющим все требования съёмочной группы. Скажем, отвести Тун Шэна на кухню, чтобы выполнить очередное задание.
Не мог же он, раз ему велели быть фоном, и правда просто стоять столбом, не говоря ни слова и не шевелясь, точно мебель.
— Да, — Тун Шэн, как обычно, был скуп на слова.
[Неожиданно, я думала, что красавчик Третий пассив — ледышка, а он такой заботливый!]
[Слов мало, зато на удивление внимателен, ещё и о чужих чувствах думает — вроде не мой типаж, а сердце уже дрогнуло...]
[Обычно в аниме не западаю на «доброго и мягкого», но в жизни встретить такого красавца — тут никто не устоит, кто ж не любит заботливых красавцев!]
Когда Цяо Кайцзи только вошёл, он привлёк немало внимания одной лишь внешностью и фигурой, но с тех пор молчал и не подавал признаков жизни, так что о нём начали забывать. Стоило же ему чуть шевельнуться — и зрители тут же оживились.
"Это... совсем не то, чего они ожидали!"
Цяо Кайцзи добрался до виллы уже в три часа дня. С учётом знакомства, экскурсии по дому, распределения комнат и разбора вещей время подошло к пяти — пора было готовить ужин.
Готовка в любом шоу о знакомствах — дело серьёзное. Это редкий момент, когда все участники собираются вместе.
Поначалу всё сплошь осторожность да недомолвки, а вот дальше вполне может превратиться в настоящее поле боя!
Все, кто пришёл на шоу, особенно те, у кого имелись скрытые мотивы, прекрасно это понимали.
Позвав Тун Шэна, Цяо Кайцзи счёл свою миссию выполненной. Активы к тому времени тоже разобрали вещи, и все шестеро вместе отправились на кухню.
— Кто умеет готовить? — простодушно бросил Второй актив, Чжао Цзингэ, сам не зная, было ли это частью образа или просто его натурой.
Все ещё чувствовали себя скованно, обменивались взглядами, но тут Второй пассив, Ле И, бодро поднял руку и вышел вперёд:
— Я умею!
За ним вызвались Первый актив, Бе Наньсин, и Третий актив, Се Юнькэ.
Се Юнькэ был здесь самым молчаливым — с момента приезда вряд ли произнёс больше пяти фраз. И теперь высказался коротко:
— Умею только самое простое.
— Тогда будете у меня на подхвате, — Ле И оживил атмосферу.
Перед съёмками он усердно подтягивал кулинарные навыки именно ради этого момента — и чат, конечно, не поскупился на похвалы.
[Второй пассив такой малыш, а на деле такой надёжный!]
[Ле И недаром считается разносторонним стримером.]
[Не думала, что Бе Наньсин тоже умеет готовить, я была уверена, что такие звёзды и палец о палец не ударят.]
[Ха, просто имидж, не более.]
Все занялись делом: Ле И взял на себя главную роль, Бе Наньсин ему помогал, Се Юнькэ откровенно филонил, а не умеющие готовить Чжао Цзингэ и Тун Шэн перебирали и мыли овощи у них за спиной, подсобляя, чем могли.
Отличная возможность себя показать.
Цяо Кайцзи в толчею не лез, держался с краю — расставлял на столе посуду, принёс красное вино, навёл идеальный порядок, а под конец даже поправил цветы в вазе. Оглядев результат, он удовлетворённо кивнул.
Недаром режиссёр Ли успел снять не одно популярное шоу.
Помимо основного экрана с кухонной суетой, он не забыл выделить отдельное окошко для Цяо Кайцзи, так что зрители, следя за оживлённой пятёркой на кухне, никак не могли пропустить и одинокую фигуру, старательно накрывающую на стол.
[Что там Третий пассив в одиночку делает?! У меня уже сердце не на месте.]
[Там уже начинается движуха, а он тут стол сервирует!]
[Кстати, эти цветы стояли как попало, а он их переставил — и сразу стало красиво.]
[Так какой у Третьего пассива всё-таки образ? Думала, ледяная красота, а сейчас смахивает на милого простофилю!]
Когда он вернулся на кухню, там кипела работа: Ле И стоял за главного, Бе Наньсин помогал ему — и по разделению труда, и по расположению они держались совсем рядом. Ле И, всей душой мечтая раскрутить пейринг с Бе Наньсином, то и дело подкидывал ему пару фраз.
Но мысли Бе Наньсина были заняты вовсе не Ле И.
На шоу Бе Наньсин пришёл, разумеется, ради популярности, а значит, ему требовалось подобрать подходящего партнёра. Из троих пассивов с самой первой встречи больше всех отвечал его вкусу и симпатиям Цяо Кайцзи.
Бе Наньсин весь день пытался заговорить с Цяо Кайцзи, но Ле И не давал ему шанса. Когда наконец подошло время готовки, он рассчитывал, что Цяо Кайцзи, желая себя показать, обязательно останется на кухне, — а раз так, появится возможность поговорить.
Но Цяо Кайцзи, как назло, действовал не по сценарию — взял и ушёл в столовую!
Бе Наньсин разгадал маленькую хитрость Ле И. Он понимал: Ле И — стример, а стример ему не подходит, ведь потом от такой связки будет трудно избавиться, и это может навредить карьере.
С Тун Шэном тоже было непонятно — тут он думал так же, как Ле И: слишком холоден, вряд ли получится раскрутить с ним пару, да и подступиться к нему было решительно непонятно как.
Сколько ни прикидывай, оставался только Цяо Кайцзи.
Когда Цяо Кайцзи вошёл, глаза Бе Наньсина заметно засветились. Он расплылся в улыбке:
— Ты куда пропадал?
— Ходил стол накрывать. Много уже наготовили? — Цяо Кайцзи хотел взглянуть, что там получилось, но с этого места не было видно, поэтому слегка склонил голову набок. Заметив два дымящихся блюда, он не сдержал удивления: — Это ты готовил, Ле И?
Ле И стоял как раз напротив него: наклон головы Цяо Кайцзи и без того заставил его сердце забиться чаще, а когда тот ещё и заговорил, нервы натянулись совсем.
"Про себя он разразился отборной бранью. Его целью был Бе Наньсин! Участник группы активов! Ну какого чёрта он всё время млеет от пассива своего же типа?"
— Да, я готовил, — отозвался Ле И.
— А я думал, ты сделаешь что-то из тех красивых блюд, что показывают в интернете, а тут вон как по-простому, — искренне заметил Цяо Кайцзи.
Ле И на мгновение опешил, пару секунд соображая, похвала это была или подколка.
Остальные — вот Чжао Цзингэ, к примеру, — прыснули со смеху; у Бе Наньсина уголки губ поползли вверх сами собой; даже вечно бесстрастные Тун Шэн и Се Юнькэ едва заметно улыбнулись.
Атмосфера в один миг потеплела, а режиссёр Ли вместе с остальной командой облегчённо выдохнул.
Ведь пока Цяо Кайцзи отсутствовал, эти пятеро на кухне едва наскребли десяток фраз на всех: Ле И старался завязать разговор с Бе Наньсином, а тот попросту его игнорировал.
Чжао Цзингэ, конечно, не прочь был поболтать, но собеседников у него оставалось только двое — и оба ледышки. Так что народу на кухне до прихода Цяо Кайцзи хватало, а вот атмосфера была натянутой хоть выжимай.
Чат тоже покатывался.
[Третий пассив и правда милый простофиля, теперь точно вижу.]
[Он же совершенно искренне сказал, я вот тоже была уверена, что Ле И умеет готовить только по модным рецептам из интернета.]
[У Второго пассива на секунду лицо стало пустым.]
[Ле И: это меня похвалили или обругали?]
Спохватившись, Цяо Кайцзи снова улыбнулся:
— Я хотел сказать, что получилось хорошо.
Тёплый оранжево-жёлтый свет кухни, сам по себе мягкий, падая на лицо Цяо Кайцзи, превращал того в настоящее ходячее орудие обольщения.
Ле И стало ещё хуже.
Перед камерой глаза не зажмуришь, а Цяо Кайцзи стоял слишком близко, и убойная сила этого зрелища оказалась почти невыносимой.
Впрочем, ему и самому было немного неловко.
На самом деле... он тоже мечтал сделать что-нибудь эффектное, достойное фотографии, вот только наспех выученного за пару дней недостаточно, чтобы стать мастером в одночасье, да ещё и та компания, что резала овощи, накромсала их вкривь и вкось. Как ни старайся, красиво уже не выйдет — оставалось только махнуть на всё рукой.
Кто бы мог подумать, что в итоге он всё же заслужит похвалу от Цяо Кайцзи.
Цяо Кайцзи отнёс готовое блюдо на стол, а закончивший подсобные дела Чжао Цзингэ, воспользовавшись моментом, улизнул следом.
Он давно приглядывался к Цяо Кайцзи — вовсе не из романтических соображений, а просто отчаянно нуждался хоть с кем-то поговорить.
[Чжао Цзингэ и правда знаменитый болтун...]
[Неудивительно, что «Цзиньцзян» согласился его отпустить — видимо, остальные ребята из команды уже наелись его болтовни и мечтали, чтобы кто-то разделил с ними эту муку.]
[Цяо Кайцзи ещё не осознаёт всей серьёзности положения!]
— Тебя зовут Цяо Кайцзи, да? — непринуждённо подошёл заговорить Чжао Цзингэ.
Ростом он вымахал под метр девяносто пять, так что Цяо Кайцзи, разговаривая с ним, невольно задирал голову.
Впрочем, и сам Цяо Кайцзи был не коротышкой — метр восемьдесят три, самый высокий среди троих пассивов, — но рядом с Чжао Цзингэ этого всё равно оказалось маловато.
Такая разница в росте вызвала в чате волну восторженных воплей.
— Да, а ты Чжао Цзингэ, — у Цяо Кайцзи была хорошая память.
Улыбка Чжао Цзингэ стала чуть шире: он всего лишь искал, с кем развеяться, а собеседник оказался вполне приятным.
— Тогда буду звать тебя братом Цяо, — Чжао Цзингэ продолжал держаться запросто, будто они давно знакомы.
На кухне Ле И мечтал говорить только с Бе Наньсином, а на его долю достались двое молчунов — вот уж где было тошно.
[Ахахаха, Третий пассив, беги, стоит ему прицепиться — тебе конец!]
[Всё, приплыли, случилось самое страшное — Чжао Цзингэ и правда явился искать себе жертву.]
Те в чате, кто знал Чжао Цзингэ, разволновались не на шутку, а незнакомых с ним болельщики тут же принялись просвещать насчёт его характера — и вскоре разволновались уже все вместе.
— Разве съёмочная группа не запретила называть возраст? — не понял Цяо Кайцзи.
С чего Чжао Цзингэ вообще взял, что он непременно младше?
Чжао Цзингэ на секунду завис.
Он был самым молодым игроком в баскетбольной лиге и по привычке звал «братом» кого попало — про этот нюанс совсем забыл.
[Простодушие побеждает всухую.]
[Наивность бьёт болтливость!]
[Умираю со смеху, Чжао Цзингэ реально задумался!]
Чжао Цзингэ моргнул, на миг растерявшись, что и ответить, а Цяо Кайцзи, отведя взгляд, уже сказал:
— Если хочешь, зови так и дальше. Даже если потом объявят возраст и окажется, что ты старше, — не страшно, лишь бы тебя это не смущало.
Держался Цяо Кайцзи совсем непринуждённо.
А вот Чжао Цзингэ такое не устраивало.
Целый год он проходил в «младших братишках» — и теперь, когда выпал шанс стать старшим, разве можно было пустить дело на самотёк?
— Тогда не буду звать тебя братом Цяо, подождём, пока объявят возраст, а пока буду звать просто Кайцзи, — Чжао Цзингэ не хотел оставаться внакладе.
Цяо Кайцзи кивнул.
Такие мелочи, как обращения, его совершенно не волновали.
— Цзингэ, принеси-ка пару ложек, я вижу, Ле И собирается варить суп, — Цяо Кайцзи, расставив блюда, тут же дал Чжао Цзингэ поручение.
Чжао Цзингэ всегда сам шёл в наступление, болтливый, дружелюбный — то ласково звал «братом Цяо», то запросто «Кайцзи», и ему нередко говорили, что он флиртует, сам того не замечая. Но сегодня всё пошло не так: не успев очаровать соперника сам, он неожиданно получил встречный удар от Цяо Кайцзи.
Голос у Цяо Кайцзи и без того был приятным, а это внезапное «Цзингэ» застигло его совсем врасплох. Сердце будто кто-то легонько царапнул — засвербело, — кончики ушей порозовели, и весь он вдруг растерялся.
Смущённо потерев щёку, он выдавил:
— Хорошо.
И, не проронив больше ни слова, послушно пошёл за ложками.
[? Что вообще сейчас произошло, нашего Сяо Чжао, кажется, только что очаровали?]
[Что там Чжао Цзингэ, я сама растаяла, откуда в Цяо Кайцзи столько мастерства!]
[Всего лишь имя назвал... а сердце так и ёкнуло...]
Зрители дружно признавались, что больше не выдержат.
Цяо Кайцзи был немногословен и держался перед камерой скромно, но каждая его реплика била точно в цель.
У режиссёра Ли загорелись глаза.
Он ведь искал кого-то на замену просто для числа — и подобрал настоящее сокровище.
В шоу о знакомствах страшнее всего наигранность — куда важнее та неуловимая искра, что вспыхивает будто бы случайно, посреди самой обыденной сцены, словно в дораме, где романтика возникает внезапно, сама собой.
Даже монтажом такого добиться сложно, а тут ещё и прямой эфир.
За долгие часы трансляции многие зрители уже успели заскучать.
Между участниками не пробегало ни искры.
Изначально режиссёр делал ставку на Ле И и Бе Наньсина: всё же из всех участников один только Ле И проявлял настоящую активность и старание, хотя Бе Наньсин держался довольно отстранённо.
Но выбора получше просто не было.
Кто бы мог подумать, что почти незаметный, будто растворившийся в фоне Цяо Кайцзи преподнесёт такой сюрприз.
— Не спускайте глаз с Цяо Кайцзи, — распорядился режиссёр Ли.
Сценария у шоу, разумеется, быть не могло, но команда режиссёра вполне способна была, следя за поведением участников, направлять события так, чтобы из них сложилась настоящая «история».
Теперь было очевидно: он собирался сделать Цяо Кайцзи главным героем этого сезона.
А дальше всё зависело от того, как проявит себя сам Цяо Кайцзи.