Ввосьмером в одном шатре оказалось неожиданно уютно и тепло. Бе Наньсин, как самый опытный шоумен, первым озаботился рабочими моментами:
— Где камера? Смотрите, не раздавите!
Чжао Цзингэ нащупал объектив за своей спиной, аккуратно установил прибор на ровную поверхность и, хоть делал всё бережно, ворчливо буркнул:
— Нашел о чём думать в такой момент.
Ле И беспокоился за съёмочную группу:
— Ребята из съёмочной как там? В порядке?
Бе Наньсин, сидевший ближе всех к выходу, приоткрыл полы тента и выглянул наружу:
— Вроде всё нормально. Их там много, держат палатки своими силами.
У Чжао Цзингэ настроение было хуже некуда. Ещё бы: выпал единственный шанс провести ночь в одном шатре с Цяо Кайцзи, а тут такая подстава! Он поднял глаза и онемел от возмущения — Кайцзи сидел прямо напротив него, зажатый между Пэй Цы слева и Тун Шэном справа.
Цзингэ едва не взвился.
И это вы называете «у нас сломался шатёр, можно переждать»?! Обстановка аварийная, а они всё равно успели подсуетиться и занять лучшие места! Наглость какая!
Жаль, устраивать разборки прямо сейчас было не к месту.
— Наш проект хоть раз обходился без накладок? — первым подал голос Ле И.
На прошлой неделе во время соревнования по плаванию Тун Шэн содрал ноготь, а на этой — пожалуйста, штормовое предупреждение в реальном времени.
Пэй Цы достал телефон, глянул сводку и вступился за организаторов:
— В дневном прогнозе про ночной ливень ничего не было.
Сюй Яньцань, сидевший под боком у Пэй Цы, постарался всех успокоить:
— Затяжным такой дождь не будет. Пошумит и перестанет.
Кайцзи тем временем уже зажег небольшой портативный фонарь и поставил его в самый центр их круга.
— Который час? — спросил Ле И.
— Полтретьего, — откликнулся Пэй Цы.
— Подъём в пять, — прикинул Бе Наньсин. — Осталось всего два с половиной часа.
— Встретить рассвет нам точно не светит, — мрачно подытожил Чжао Цзингэ. — В такую собачью погоду солнце хрен вылезет.
Ле И решил разрядить обстановку:
— Раз уж под такой грохот сна всё равно ни в одном глазу, может, сыграем во что-нибудь?
— Как насчёт страшилок? — почесал подбородок Сюй Яньцань.
Тун Шэн с Ле И одновременно замерли.
— Тут и так жутковато, давай без этого, — воспротивился Ле И.
У Чжао Цзингэ созрела другая идея:
— Связь-то ловит? Может, зачитаем комментарии из сети?
Пока они спорили, снаружи подошёл режиссёр Ли. Бе Наньсин приоткрыл застёжку, и режиссёр просунул в щель мокрую голову:
— Ваш шатёр тоже сложился?! — испугался Чжао Цзингэ.
— С чего бы? — огрызнулся Ли-ПД. — У нас упал ровно один шатёр!
И, не обращая внимания на Цзингэ, обратился к остальным:
— Камеру выставили? Я не ослышался, Чжао Цзингэ только что предложил сыграть в игру? Во что собрались играть?
Цзингэ всё ещё кипел от праведного гнева — он так и знал, что эти хищники его прокинули! Но, задавив раздражение, изложил задумку режиссёру.
Ли-ПД засомневался:
— Давать вам читать всё подряд — идея так себе...
— Да ладно вам, я и так уже всё перечитал! — выболтал Цзингэ.
Все присутствующие молча переглянулись и воззрились на него.
— Я имел в виду... — попытался оправдаться тот.
— Всё-всё, замяли, — отмахнулся режиссёр. — Понял я, вас всё равно не удержать. Только чур не с телефонов. Я сейчас сам подберу пару десятков и выпишу на листочки.
С этими словами он скрылся в темноте.
— Я его понимаю, — неожиданно заступился за режиссёра Пэй Цы. — В сети полно желчи, не стоит тащить сюда весь негатив.
Чжао Цзингэ был с ним полностью согласен: когда он сам впервые наткнулся на хейт, не удержался и ввязался в перепалку с комментаторами.
Вскоре съёмочная группа передала им стопку бумажек. Ребята сформировали восемь сложенных карточек с именами участников.
— Читаем по очереди, — предложил Ле И.
Бе Наньсин первым вытянул свою бумажку и, пробежав её взглядом, хмыкнул:
— Ого, мне досталось целых три. Первая... Кхм. «Бе Наньсин, вы просто обязаны быть вместе с Ле И, вы невероятно подходите друг другу!».
Ему стало немного неловко. Режиссёрская группа знала своё дело — они отлично отслеживали тренды шипперов. Одно дело видеть это на экране, а совсем другое — зачитывать вслух перед всеми. По шатру прокатился понимающий смех.
— Вторая: «Бе Наньсин, срочно скажи спасибо своему менеджеру за то, что не заставил тебя петь ради денег!».
Здесь Наньсин расслабился и искренне расхохотался:
— За что ему спасибо-то? Я как раз рвался спеть, да он встал грудью и не пустил!
— Значит, спасибо нужно говорить именно менеджеру, — подмигнул Се Юнькэ.
Наньсин развернул карточку до конца:
— Третья: «Наньсин, ты потрясающий актёр, очень искренний и милый. Впереди...» — он осёкся, голос у него прервался. Сглотнув подступивший к горлу ком, он всё же дочитал: — «...впереди тебя ждут лучшие роли, оглушительный успех и главные кинопремии!».
— Это явно кто-то из фанатов писал, — улыбнулся Сюй Яньцань.
— Не ожидал от нашей группы такой душевности, — пробурчал Чжао Цзингэ.
Цяо Кайцзи взглянул на Наньсина. Он догадывался, что это не просто комментарий из интернета, а тёплые слова поддержки от самих сотрудников шоу.
— Ты ведь правда такой и есть, — тихо сказал Кайцзи.
Бе Наньсин благодарно ему улыбнулся.
Следом за Наньсином карточку взял Ле И. Он заметно нервничал: не перегнули ли палку организаторы?
Раскрыв листок, он прочитал с наигранным драматизмом:
— «Ле И, ты правда поступил в магистратуру, а потом бросил?! Не надо так!».
В шатре снова раздался хохот. Для людей, у которых образование стоит на первом месте, известие об уходе из магистратуры звучало куда болезненнее, чем развал любимого пейринга.
— На самом деле мне этот вопрос на каждой трансляции задают, — почесал щеку Ле И. — Я уже отвечал, но, видимо, не все слышали. Пользуясь случаем, заявляю на всю страну: да, я действительно поступил, и да, действительно забрал документы. Вернуться уже нельзя. Но, честно говоря, жалеть тут не о чем — сейчас у меня всё отлично!
Он пожал плечами. Вспоминая то решение, он ни капли не раскаивался. Если бы он остался учиться, неизвестно, был бы он сейчас вообще жив и способен ли дурачиться на романтическом шоу.
— Поддерживаю, — кивнул Сюй Яньцань. — Учеба нужна, чтобы расширить кругозор, набраться опыта и найти свое место в жизни. Ты этого достиг, так к чему формальности?
Се Юнькэ развернул камеру чуток к Ле И и строго добавил:
— Предупреждение для зрителей: не повторять в реальной жизни!
— Ой, слушать такое от преподавателя даже как-то жутко, — передёрнул плечами Чжао Цзингэ.
Атмосфера окончательно разрядилась, шутки сыпались одна за другой.
Ле И перешел ко второму комментарию:
— «Леле, ты...» — он резко осёкся и втянул воздух.
Ну и гады же в съемочной группе! Ладно бы он читал это один, но ведь только что Наньсин зачитал комментарий про их пейринг! Организаторы прямо-таки пылали желанием устроить провокацию.
Справившись с эмоциями, Ле И продолжил:
— «Леле, борись за свою любовь! Цяо Кайцзи так круто заслонил тебя тогда, это было очень сексуально. Я за то, чтобы ты переключился на него!».
Режиссерская сволочь даже понаставила восклицательных знаков в конце!
Ле И, конечно, не стал зачитывать их с фанатичным надрывом, но даже сдержанного тона хватило, чтобы веселое оживление в шатре сменилось гробовой тишиной.
Кое-кто из присутствующих насупился, в воздухе повисло напряжение.
Пэй Цы хмыкнул первым:
— Наш Кайцзи, конечно, крепким здоровьем не отличается, но приемам самообороны обучен. Действует всегда четко и эффектно. В такой момент трудно не восхититься.
Бе Наньсин промолчал — ему сейчас встревать было не с руки.
Пэй Цы среагировал мгновенно: вместо того чтобы обсуждать, мог ли Ле И охладеть к Наньсину, он перевел всю тему на Кайцзи, сведя порыв Ле И к сиюминутной вспышке благодарности. Мол, это не любовь, перед таким поступком любой бы не устоял.
Тун Шэн уловил его мысль и подхватил:
— Да, я видел то видео. И правда выглядит потрясающе.
Они хором переключили внимание на Кайцзи, принявшись наперебой нахваливать его сноровку.
Ле И закусил губу. Он ведь не дурак и отлично понимал, куда клонят эти двое. Внутри закипало раздражение: с чего они решили, будто имеют право раскладывать его чувства по полочкам? По-ихнему получается, что он не может влюбиться в Кайцзи по-настоящему? Это не была разовая вспышка. Он влюблен до сих пор и совсем недавно твердо решил бороться за свои чувства.
Спорить с ними Ле И не стал, просто перешел к последней строчке:
— «Ле И, ты красивый и умный, давай пробивайся в топ-1 стримеров!».
Ле И с улыбкой отбросил записку:
— Где они только откапывают эти комментарии? Мне в чат ни разу ничего настолько елейного не писали.
Это был хитроумный ход съемочной группы — дать разрядку после острого момента.
Следующим была очередь Сюй Яньцаня. Он неуверенно взял карточку:
— Про меня-то откуда много отзывов? Я же почти не появлялся в кадре.
Официально вышло всего два эпизода, и Яньцань мелькнул лишь в самом конце второго.
Раскрыв листок, он усмехнулся:
— «Пришел на полмесяца позже остальных! Если не поднажмешь прямо сейчас, останешься холостяком. Давай шустрее, так хочется посмотреть на твои ухаживания!».
— Это явно сам режиссер написал, — заметил Цяо Кайцзи.
— Точно, им не терпится поддать жару, — согласился Се Юнькэ.
Чжао Цзингэ издал неопределенный смешок:
— Мне вот с трудом верится, что в третьем выпуске они смогут адекватно смонтировать твою любовную линию.
Эта тема живо зацепила всех.
— Признавайтесь, кто-нибудь вообще смотрел готовые серии? — устроил внезапную проверку Ле И.
Чжао Цзингэ скривился:
— Мечтал, да некогда! Операторы шагу ступить не дают. Почитать пару комментариев — уже предел моих возможностей.
— Я видел нарезки, — подал голос Тун Шэн. — Мне одноклассники присылали фанатские эдиты. Дикое ощущение... Я даже не подозревал, что у меня бывает такое выражение лица, когда я это говорю.
Ему до сих пор было слегка неловко за те кадры. Он-то думал, что держится сдержанно, а на монтаже вышло так, будто у него на лбу аршинными буквами написано «влюблен».
— Не факт, что это было именно то выражение, — заметил Бе Наньсин. — Монтажеры любят склеивать реакцию из абсолютно другого момента, чтобы добавить драмы.
— Очень в их духе, — кивнул Сюй Яньцань.
— Пользуетесь тем, что они нас сейчас не слышат? — рассмеялся Ле И. — Вот увидят исходники на постобработке — их же кондрашка хватит от наших разговоров!
— Ничего, это будет уже после того, как мы спустимся с горы, — вальяжно заметил Пэй Цы.
Яньцань перешел ко второй карточке:
— «Брат Сюй, ты бы не мог как-нибудь провести стрим про ювелирку? Моя мама опять накупила какого-то стеклянного барахла и пластика и меня не слушает!».
Народ в шатре дружно заходил ходуном от смеха.
Ле И тут же поднял руку:
— Отличная идея! Давай замутим совместный эфир прямо в моем стриме!
— У тебя аж счеты в глазах защелкали, — покачал головой Цяо Кайцзи.
— Это называется взаимовыгодное сотрудничество! — парировал Ле И.
Бе Наньсин поинтересовался:
— А вообще шоу дало приток клиентов? Ты же наверняка продвигаешь свой бренд?
Поскольку съемка шла в офлайн-формате игры, они могли спокойно болтать обо всем — вырезать это или оставить, решать всё равно продюсерам.
— Шоу еще толком не развернулось, а у меня в мастерской уже завал, — признался Сюй Яньцань. — Думаю, не пора ли расширяться и открывать филиал.
— Создавай собственный полноценный бренд, — подсказал интуитивно Чжао Цзингэ.
Яньцань кивнул, не скрывая амбиций:
— Планы есть, но торопиться не хочу. Вдруг это разовый всплеск популярности? Боюсь не потянуть объемы, я ведь пока просто крафтовая мастерская.
Он развернул последний листок:
— О, а вот это комплимент от души: «Сюй Яньцань такой красивый! Хоть у меня и начинается приступ социофобии при виде стильных парней, я все равно твой фанат».
Яньцань подпер подбородок рукой:
— Да ладно вам, неужели я прямо такой недоступный франт?
Остальные тут же принялись его подкалывать: если не ты, то кто вообще?!
Настала очередь Пэй Цы. Он развернул свою бумажку и нахмурился:
— «Пэй Цы, не надо любить так сильно».
Он слегка встряхнул листок:
— Почему всем дают советы «смелее борись за любовь», а мне — «притормози»?
— Это значит, что у зрителей зоркий глаз, — хмыкнул Се Юнькэ.
Соперники предпочли не развивать тему.
Тун Шэн, вспомнив про свой тайный альянс с Сюй Яньцанем, решил забросить удочку:
— Зрители имеют в виду, что не стоит зацикливаться на одном человеке. Оглянись вокруг, может, в тебя кто-то еще влюблен?
Пэй Цы изогнул бровь:
— Это кто же? Ты, что ли?
—... Пшел ты, — буркнул Тун Шэн.
Цяо Кайцзи тихо засмеялся от их пикировки, но тут же понял, кого имел в виду Тун Шэн, и быстро бросил взгляд на Сюй Яньцаня.
Тот как раз не сводил глаз с Пэй Цы.
Кайцзи поджал губы.
— Оставим это на их совести, — небрежно бросил Пэй Цы. — Посмотрим второй комментарий: «Босс, а насколько вы богаты? Вы пришли на шоу не ради рекламы своей компании? Почему я до сих пор не знаю, чем вы владеете?».
Пэй Цы посмотрел на Цзингэ:
— Чжао Цзингэ мне уже задавал этот вопрос.
Цзингэ удивленно вылупился на него: когда это он такое спрашивал?!
— Я пришел на проект ради Кайцзи, а не ради пиара, — ровным тоном чеканно произнес Пэй Цы, не дав никому опомниться, и тут же зачитал последний текст: — «Вы самый красивый среди богачей, самый богатый среди красавчиков и самый красивый из всех богатых красавчиков».
Очевидный подхалимаж от режиссера Ли. Причем плохой.
— Всё, я закончил. Твоя очередь, — Пэй Цы не стал комментировать лесть и сразу передал эстафету Цяо Кайцзи.
Беря карточку, Кайцзи почувствовал легкий укол волнения.
Он уже уловил схему: первый комментарий — подколка насчет личной жизни, второй — вопрос по существу, третий — похвала для поднятия духа.
При одной мысли о своей любовной линии в голове начался хаос.
Он развернул бумажку и прочел:
— «Цяо Кайцзи так профессионально держится в кадре, почему у него в последнее время нет работы? Неужели ни один спонсор не обратит внимания на нашего малыша? Отправьте его работать, а то он целыми днями сидит в коттедже на правильном питании и скоро мхом обрастет!».
Прочитав это, Кайцзи сам не удержался от смеха.
— Ну, не всё так плохо, — смущенно проговорил он.
О причинах затишья в карьере он догадывался, но выносить это на камеру не стоило. В семье знали о его участии в шоу — родственники наверняка приложили руку за кулисами. Кайцзи относился к этому спокойно.
— А что плохого в отдыхе? — вступился Сюй Яньцань.
— Слышать такое от трудоголика даже как-то дико, — фыркнул Ле И, но тут же согласился: — Хотя понимаю: когда сидишь без дела — рвешься работать, а как выйдешь в эфир — мечтаешь скорее закруглиться.
Кому охота вкалывать, если можно балдеть!
Чжао Цзингэ, боясь, что Кайцзи расстроится, поспешил добавить:
— У меня то же самое! Эти монотонные тренировки изо дня в день — скучища смертная.
— Так бросай, — невозмутимо поправил очки Се Юнькэ.
— Отвали! Мечтаешь развалить наш клуб «Цзиньцзян»? Раз так меня опасаешься, чего к себе в «Цидянь» не переманиваешь? — огрызнулся Цзингэ.
Общаться с Се Юнькэ про баскетбол — верный способ испортить себе нервы.
Се Юнькэ от этой реплики вдруг замер, словно его осенило: а ведь отличная идея!
— Съемки будут идти еще два месяца, — охладил его пыл Пэй Цы. — Ты сам подал ему мысль.
Чжао Цзингэ обомлел:
— Черт... Кайцзи, читай скорее второй комментарий! Не слушай его! — засуетился он, боясь, что Се Юнькэ прямо сейчас начнет расписывать плюсы перехода.
Кайцзи опустил взгляд на вторую строчку:
— «Хоть определенности с симпатиями пока нет, но должен же быть какой-то рейтинг? Цяо Кайцзи... как выглядит твой топ фаворитов от первого до последнего места?».
Твою мать!
Вот уж действительно: шоу не будет шоу, если съемочная группа не устроит подлянку. До этого всё было безобидно, а теперь подкинули настоящую бомбу.
Кайцзи уткнулся взглядом в листок и даже не смел поднять головы. Но даже так он физически ощущал, как к нему прикипели тяжелые, пылающие взгляды со всех сторон.
Если продюсеры хотели его прикончить, могли бы сказать прямее.
В шатре мгновенно воцарилась звонкая тишина, нарушаемая лишь шумным дыханием да редкими сглатываниями. Снаружи барабанил ливень.
— Я... — вымолвил Кайцзи, но его тут же перебил Тун Шэн:
— Постойте. У кого-нибудь есть вода? Пить захотелось.
Чжао Цзингэ протянул ему закупоренную бутылку.
Гулкие глотки Тун Шэна смешались со стуком капель по тенту, подозрительно напоминая учащенное сердцебиение всех присутствующих.
— Смотри, не скажи, будто они тебе все одинаково симпатичны, — подливая масла в огонь, усмехнулся Сюй Яньцань.
— Ага, чисто гаремные замашки, — хмыкнул Кайцзи.
— Ого, то есть ты правда готов выстроить их по порядку? — удивился Яньцань.
Фонарь работал от аккумулятора и за это время слегка потускнел, отбрасывая мягкие, дрожащие тени.
Пэй Цы сжал кулаки так, что побелели костяшки. Ему стало трудно дышать. Он расстегнул молнию на куртке и расслабил воротник, будто одежда сдавливала горло.
Чжао Цзингэ опустил голову, не произнося ни слова.
На лице Ле И замерло смутное предвкушение, а сидевший рядом Бе Наньсин лишь горько усмехнулся.
Кайцзи снова посмотрел на бумажку и спокойно прочел:
— «Цяо Кайцзи, ты невероятно редкий тип мужчины — вообще без недостатков. Поскорее становись моделью международного уровня!».
Когда он договорил, никто даже не сразу сообразил, что произошло.
Се Юнькэ, только что размышлявший, как переманить Цзингэ, вынырнул из своих мыслей и удивленно уставился на него:
— А?..
— Мы же играем в «Зачитай комментарий»? — легким тоном пояснил Кайцзи. — Я его зачитал. Задание выполнено.
Все онемели.
Понадобилось пару секунд, чтобы переварить его слова. А когда до них дошло, лица у всех вытянулись.
Черт, а ведь он прав! Из-за того, что предыдущие участники развернуто отвечали на вопросы, все забыли простейшее правило: игра требовала только прочесть текст. Отвечать на него никто не обязывал. Это оставалось на усмотрение читающего.
Кайцзи с облегчением перевел дух:
— Ну вот и всё, я закончил. Следующий — Тун Шэн.
— Ну ты и хитрец... — протянул Тун Шэн, отпивая воду. Губы у него блестели от влаги, а сердце все еще заходилось в бешеном ритме. У него едва инфаркт не случился от ожидания, а ответ оказался пустышкой!
— Дело не в хитрости, — развел руками Кайцзи. — Я же не дурак.
Озвучь он реальный рейтинг — и ему конец.
Чжао Цзингэ сообразил, что произошло, и теперь сидел и глупо улыбался.
— Ты чего лыбишься? — недовольно буркнул на него Се Юнькэ.
— А что? Кайцзи просто гений! — с гордостью заулыбался Цзингэ, да так сиял, будто хвастался собственным парнем. Соперники одарили его сокрушительными взглядами.
— Жаль-то как, — вздохнул Сюй Яньцань. Интрига сорвалась.
Кайцзи решил немного подразнить его:
— Полный список я оглашать не буду, но вот кого бы поставил на первое место — могу сказать.
— Ой, да не гони, это и так понятно — твой давний друг Пэй Цы! — тут же подал голос Ле И, торопясь списать симпатию Кайцзи к Пэй Цы на обычную привычку.
Остальные дружно подхватили эту версию, кроме самого Пэй Цы. Тот лишь холодно усмехнулся — уж слишком топорно они пытались обесценить его преимущество.
— А вот и не Пэй Цы, — улыбнулся Кайцзи.
Атмосфера в шатре мгновенно охолонула.
Не дав им начать новый раунд молчаливой войны, Кайцзи срезал углы:
— На самом деле я бы выбрал Сюй Яньцаня.
— Мы с ним сейчас живем в одной комнате. Брат Сюй — просто загляденье: и лицом, и фигурой вышел, да еще и умница, и готовит отлично, и в обществе держаться умеет. Я в него просто влюблен!
Улыбка на лице Сюй Яньцаня, приготовившегося смотреть чужое шоу, мгновенно застыла.
Он понял: Кайцзи его подколол. В отместку за то, что Яньцань пытался выставить его на ковер перед всеми.
Он встретился взглядом с Кайцзи — глаза того так и лучились озорством.
Будучи самым популярным участником проекта, Кайцзи обладал неоспоримым шармом. И дело было вовсе не только во внешней привлекательности.
Главное скрывалось в его характере. Чистый, искренний, с легкой душой — качества, которые в определенном контексте могли казаться наивностью, в Кайцзи сияли особым светом. В литературе любят сломанных и мрачных персонажей, а добрые и светлые герои часто вызывают у читателей зависть или раздражение. Но в реальной жизни именно такие люди — излучающие тепло, эмоционально стабильные и чуткие — притягивают к себе сильнее всего.
Сюй Яньцань долго пытался сопротивляться этому притяжению.
Его собственная жизнь никогда не была гладкой. Он пробивался с самых низов, достиг успеха и признания. Но всякий раз рядом с Кайцзи он неосознанно чувствовал себя неполноценным.
Он видел собственную мрачную изнанку.
Наверное, это была зависть. Обычная зависть.
Каждый раз, когда Кайцзи угадывал его мысли или чувства, Яньцаню становилось не по себе.
Он внушал себе, что Кайцзи должен быть ему неприятен. Он держался за эту мысль изо всех сил.
Но сейчас, глядя на слегка лукавого Кайцзи, чей взгляд искрился в приглушенном свете фонаря, Яньцань ощутил, как где-то в глубине груди вспыхнула странная, жаркая волна.
Что-то выходило из-под контроля.
Справившись с собой, Яньцань усмехнулся и покачал головой:
— Черт, ну ты и язва.
Остальные тоже понимали, что Кайцзи пошутил. Но понимание не мешало им отчаянно ревновать.
— Всё, с сегодняшнего дня тоже учусь готовить, — кисло проговорил Чжао Цзингэ.
— Только столешницу подними, а то тебе придется на коленях стоять, — съязвил Ле И.
Все дружно расхохотались.
Кайцзи разрядил обстановку, и продолжать расспросы никто не стал.
Тун Шэн развернул свой листок.
— «Тун... Тун...» — с нескрываемой неловкостью пробормотал он. Зрители явно питали слабость к милым прозвищам.
Он с трудом пересилил себя и зачитал дальше:
— «Ты так круто смотришься за скульптурой! Если когда-нибудь устроешь персональную выставку, я обязательно приду!».
При упоминании любимого дела у Тун Шэна посветлело на душе, а настроение сразу поднялось.
— Договорились, — тихо проговорил он.
Затем взглянул на вторую строчку:
— «Тун Шэн, нельзя быть таким предвзятым! Вы с... Вы с Се Юнькэ поссорились из-за выставки и библиотеки, так что ты просто обязан сходить с Цяо Кайцзи на выставку!».
Шатёр взлетел от хохота — звук чуть не прорвал купол.
Зато Тун Шэн дочитал это с абсолютно каменным лицом и деревянным голосом. Учитывая контекст, то, что он вообще смог произнести это вслух, уже граничило с подвигом.
Съемочная группа окончательно страх потеряла! Им реально плевать на последствия, раз они подсовывают такие комментарии.
Се Юнькэ насупился:
— Обосраться как смешно, — мрачно процедил он.
Остальные поспешили замять тему:
— Да ладно вам, раз уж оба сейчас свободны, выберите время да сходите вместе.
Тун Шэн фыркнул:
— Зачем куда-то идти? Кайцзи и так бывал у меня в мастерской.
Тут уж соперникам стало не до смеха, и они хором заставили его переходить к последней строчке.
Тун Шэн дочитал стандартную фанатскую поддерживалку:
— «Тун Шэн, всегда занимайся тем, что тебе по душе».
А если заниматься любимым делом вместе с любимым человеком — будет вообще идеально, — мысленно добавил он.
Следующим по кругу был Се Юнькэ. По иронии судьбы, они с Тун Шэном снова оказались плечом к плечу.
И если до этого сидеть рядом казалось обычным делом, то после зачитанного комментария такое соседство выглядело невероятно комично.