— Расслабься, — Бе Наньсин дружески похлопал Се Юнькэ по плечу.
Выглядел Се Юнькэ, мягко говоря, паршиво.
Вся компания участников как раз направлялась на домашнюю арену баскетбольного клуба «Цзиньцзян». Сегодня давался старт первому матчу регулярного чемпионата: «Цзиньцзян» против «Цидянь» — настоящий взрыв на старте сезона. «Цзиньцзян» принимали гостей на своей площадке, «Цидянь» выступали на выезде.
Чжао Цзингэ уехал в клуб ещё с самого утра, а остальным участникам предстояло занять места на трибунах вместе с обычными зрителями и болеть за «Цзиньцзян».
Сбылся худший кошмар Се Юнькэ.
Говорили, будто ещё до начала съёмок продюсеры договорились с руководством «Цзиньцзянь»: первая игра регулярного чемпионата обязательно войдёт в шоу как промо-матч. Это было одним из условий, на которых Чжао Цзингэ отпустили на проект.
И вот результат: шумиха вокруг программы взвинтила рейтинг до небес, матч привлёк невиданное внимание, а клуб «Цзиньцзян» сорвал куш, оформив отличную сделку.
Их соперники из «Цидянь» тоже погрелись в лучах чужой славы. Точнее сказать, пусть сам клуб в шоу и не светился, упоминания о нём гремели повсюду — команда стала счастливчиком, получившим колоссальный пиар, не приложив к этому ни малейших усилий.
И всё благодаря Се Юнькэ — преданному фанату «Цидянь».
Вот только сам Се Юнькэ оказался единственной пострадавшей стороной во всей этой истории. Ему предстояло на глазах у всей страны поддерживать заклятых врагов своей любимой команды.
Цяо Кайцзи попытался его утешить:
— Относись к этому так, будто ты просто пришёл поддержать Чжао Цзингэ. У каждого игрока ведь полно персональных поклонников.
Вчера вечером Цяо Кайцзи спешно зазубривал баскетбольные термины, забив голову всякой всячиной.
Се Юнькэ повесил нос:
— Но я ведь не персональный фанат Чжао Цзингэ.
Ле И подал идею:
— А ты не можешь просто спросить у режиссёра Ли, нельзя ли тебе сесть на трибуну соперников?
Се Юнькэ замер.
А ведь и правда! Неужели всё решается так просто?
Спустя пару минут он вернулся — ещё более мрачный, чем прежде.
Режиссёр Ли ответил категорическим отказом: уговор с клубом «Цзиньцзян» есть уговор, сегодня все участники и съёмочная группа обязаны поддерживать хозяев паркета.
Пэй Цы бросил на Се Юнькэ короткий взгляд, но ничего не сказал. Разумеется, никто бы не позволил ему уйти на противоположную трибуну. Главными героями этого матча были Чжао Цзингэ и, конечно же, сам Се Юнькэ. Толпа зрителей жаждала зрелищ: всем хотелось посмотреть, как ярый фанат будет переживать предательство родного клуба.
Режиссёр Ли ни за что бы не упустил такой сочный сюжетный ход.
* * *
Участники прибыли к спортивному комплексу. Возле входа уже выстроились длинные очереди болельщиков, ждущих запуска.
По задумке продюсеров, герои шоу должны были с головой погрузиться в фанатскую культуру, а потому им пришлось встать в общую очередь. Впрочем, всё это являлось лишь красивым предлогом — на самом деле съёмочной группе просто требовалось устроить очередное шоу.
Прямая трансляция уже шла. Суббота, семь вечера — самое прайм-тайм время. Зрители, поужинав и запасясь снеками, прилипли к экранам. Все с нетерпением ждали обещанной драмы с «предательством» Се Юнькэ.
Большую часть толпы составляли парни. Учитывая невероятную популярность «Ловушки для любви», добрый десяток из них так или иначе слышал о проекте, хотя и стеснялся признаться в этом открыто.
Появление участников моментально приковало к себе все взоры. На лицах болельщиков читался с трудом сдерживаемый азарт и любопытство. Впрочем, подходить близко никто не решался.
В итоге фанаты решили отрываться на самом доступном объекте — Се Юнькэ.
— Учитель Се! Вы-то что тут забыли? Вы же преданный фанат «Цидянь»! — выкрикнул кто-то из очереди, сорвав голос.
Се Юнькэ: «...»
Он заранее готовился к подобным выпадам, потому сделав вид, будто ничего не слышит, застыл с невозмутимым видом.
— Да бросьте вы этот «Цидянь»! «Цзиньцзян» куда круче, у нас и Чжао Цзингэ есть! — подхватил другой голос.
Тут уж Се Юнькэ не выдержал и буркнул:
— А мне-то что до вашего Чжао Цзингэ?
Очередь грянула оглушительным хохотом. Атмосфера мгновенно разрядилась.
[Ха-ха-ха, умираю! Хозяин площадки — Чжао Цзингэ, а все липнут к Учителю Се!]
[Учитель Се в глубокой печали.]
[Не обижайте нашего честного человека!]
Благодаря Се Юнькэ лед был сломан, и болельщики окончательно раскрепостились. Следующей мишенью для подколов стал Цяо Кайцзи.
— Ну да, логично! Наш Сяо Чжао ведь вздыхает совсем по другому человеку!
— О-о-о-о-о-о-о!!!
— Цяо Кайцзи, обрати внимание на нашего Сяо Чжао! Рост метр девяносто пять, и милый, и суровый, и мяч водит, и трехочковые кладет, да ещё и красавчик! Не выберешь его — локти кусать будешь! — во весь голос закричал один из парней, явно неплохо подкованный в теме шоу.
— А ещё у него стальной пресс! Не пожалеешь! — добавил другой.
— Ва-а-а-у-у-у!!!
[Мамочки! Сцена из фанфика в реальной жизни!]
[Откажите мне ноги! Я сгораю от смущения, но рот сам расплывается до ушей, пальцы на ногах сжимаются... Кто-нибудь понимает это чувство?!]
[Фанаты дают жару! Такое можно увидеть только в прямом эфире, из ТВ-версии всё безбожно вырежут!]
[Парни обожают сплетничать и подкалывать, они куда громче девушек! Кайцзи попал!]
[Черт, я фанат совсем другого пейринга, но мне так весело! Ребята, орите громче!]
Цяо Кайцзи стоял между Бе Наньсином и Пэй Цы. От смущения ему хотелось провалиться сквозь землю. Свои риски он просчитывал ещё до приезда и даже морально готовился, но реальность переплюнула любые фантазии. Щёки запылали огнем. К счастью, стемнело, и хотя фонари возле арены горели ярко, вечерний полумрак скрадывал румянец. Иначе он бы просто сбежал.
Пэй Цы, стоявший позади, едва заметно потянул его за край одежды.
Вдруг из толпы раздался женский визг:
— Я против этого брака!
— Детские друзья — вот единственная тру-пара! Даже Чжао Цзингэ не разлучит их!
Выкрикнув это, девушка тут же юркнула в глубину толпы.
— Это кто там такой дерзкий?! Как можно нести подобную ахинею у дверей нашего «Цзиньцзян»?!
— Гоните её! Гоните!
— Как вам не стыдно предавать Чжао Цзингэ? Он же так искренне добивается Цяо Кайцзи! — распалился один из парней, с жаром истинного фаната Чжао Цзингэ.
— Но Кайцзи-то нравится Бе Наньсин! — пискляво крикнул кто-то из глубины толпы.
— Не вешай лапшу на уши!
— Выходи на честный разговор, раз такой умный! Откуда в наших рядах взялся этот трус?!
[Ха-ха-ха, всё, конец! Я-то думала, весь «Цзиньцзян» будет за Чжао Цзингэ, а тут столько предателей!]
[Ещё бы! Многие пришли за «Цзиньцзян» именно из-за Сяо Чжао, а посмотрели шоу — и переметнулись в другие пейринги! Мой парень на словах за Чжао Цзингэ и запрещал мне шипперить Сюй Яньцаня с Кайцзи, а потом я заглянула в его телефон — а он сам тайком фанатеет по детским друзьям! Мы с ним чуть не подрались!]
[Детские друзья — рулят!]
[??? Фанаты детских друзей ловко ловят рыбу в мутной воде! Мы вообще о том сейчас говорим?]
[Всё, у нас в чате тоже сейчас начнётся махач.]
На улице бушевали страсти. Те, кто раньше стеснялся подать голос за любимую пару, теперь, вдохновившись чужой смелостью, орали во всё горло. Снаружи творился настоящий хаос.
К счастью, вскоре всех начали запускать внутрь, и споры о пейрингах утихли. Теперь перед ними стоял общий враг — фанаты «Цидянь»!
Участников усадили в первом ряду. Болельщики «Цидянь», сидевшие напротив, при виде Се Юнькэ расплылись в злорадных ухмылках. Зная, что тот сидит здесь по принуждению, они принялись подшучивать:
— Учитель Се, когда матч закончится, вы сможете хохотать во весь голос среди толпы убитых горем людей!
Се Юнькэ: «...»
«И меня тут же забьют до смерти, да?»
Команды вышли на паркет. Едва завидев Цяо Кайцзи, Чжао Цзингэ тут же активно замахал ему рукой.
Трибуны хозяев сорвались на улюлюканье, а фанаты «Цидянь», словно ждавшие этого момента, дружно заскандировали:
— Цяо Кайцзи любит Пэй Цы!
В общей многоголосице мелькали и имена других участников — видать, верные поклонники остальных пар не желали сдавать позиций.
Чжао Цзингэ от досады скривился и лишь ценой невероятных усилий удержался от того, чтобы не выкинуть фанатам соперника средний палец.
Цяо Кайцзи замер в смущении, Пэй Цы заметно повеселел, а вот лица остальных гостей хоть и сохраняли дежурные улыбки, но в глазах застыл лед.
Фанаты «Цидянь» выбрали пару Пэй Цы и Цяо Кайцзи, чтобы подколоть Чжао Цзингэ, но это отражало и настроение большинства зрителей. В глазах публики именно Пэй Цы и Цяо Кайцзи смотрелись наиболее гармонично. То ли дело было во внешности, то ли в статусе, то ли в той неуловимой химии, что витала между ними.
Так или иначе, результат был налицо. И для остальных соперников это послужило тревожным сигналом: Пэй Цы незаметно для всех уходил всё дальше в отрыв.
На прошлой неделе, после возвращения с горнолыжного курорта, голосование симпатий проводить не стали. С учётом того, что вернулись они только во вторник, а до этого были праздники, да и дел по дому накопилась куча, а тут ещё матч Чжао Цзингэ — отправку сообщений симпатии отложили. Но сегодня, после игры, смс-ки придётся отправлять обязательно, и напряжение среди парней нарастало.
Неужели зрители со стороны видят куда больше, чем они сами, находясь внутри этой чехарды?
Пока гости предавались размышлениям, на паркете свисток возвестил о начале игры.
То ли присутствие Цяо Кайцзи так подхлестнуло Чжао Цзингэ, то ли сработала провокация «Цидянь», но сегодня он играл с невиданным азартом и яростью.
Сзади трибуны заходились в таком орe, что едва не сносило крышу, а фанаты «Цидянь» сыпали проклятиями, нарочно выкрикивая имена Цяо Кайцзи и Пэй Цы, пытаясь сбить настрой форварда.
Бесполезно.
Чжао Цзингэ играл лишь лучше. Сегодня он превзошёл сам себя: и трансляционные камеры, и операторы шоу следовали исключительно за ним.
В конце концов, даже болельщики соперников сдались, предпочтя молча восхищаться его мастерством. В чате трансляции началось безумие.
[Охренеть! Охренеть! Охренеть!]
[Чжао Цзингэ — ты бог!]
[Красава!]
[Перед матчем все кому не лень гадали, мол, Чжао Цзингэ ушел в любовь с головой, какие тут тренировки? Думали, в первой же игре его разнесут. А он взял и доказал: любовь любовью, а пахоту на тренировках никто не отменял!]
[Какое же давление было на пацана! Ему всего двадцать, а он выдержал. Мужик!]
Итог матча — победа «Цзиньцзян».
Фанаты хозяев повскакивали с мест, ликуя. Лишь Се Юнькэ остался сидеть, хотя и он с уважением поаплодировал. Эту игру, усилия и мастерство Чжао Цзингэ оценил бы каждый.
Обнявшись с партнерами по команде, Чжао Цзингэ под прицелом сотен глаз рванул прямо к Цяо Кайцзи.
От этой сцены у всех присутствующих перехватило дыхание. Кое-кто уже начал фантазировать: неужели он сделает предложение прямо сейчас?!
К счастью, голова у Чжао Цзингэ работала исправно. С его лица градом капал пот, а в глазах под софитами горел влажный азарт.
Он улыбнулся Цяо Кайцзи и с надеждой в голосе спросил:
— Ну как? Я ведь крут?
Цяо Кайцзи, всё это время аплодировавший ему, искренне ответил:
— Ещё бы! Ты был невероятен!
Улыбка Чжао Цзингэ стала ещё шире и трогательнее.
Трибуны зашлись в свисте и улюлюканье, а кто-то и вовсе крикнул:
— Обними его!
Идею мгновенно подхватила арена — над паркетом раскатилась волна скандирований: «Обними! Обними!», переходящая в «Поцелуй!».
Цяо Кайцзи взглянул на Чжао Цзингэ, сиявшего от ожидания, и понял, что в такой обстановке отказать будет крайне неловко. В конце концов, обычное объятие — это ещё не признание в любви.
Кайцзи замешкался на пару секунд, но не успел он и шагу сделать, как Пэй Цы выступил вперёд и сам крепко обнял Чжао Цзингэ.
Улыбка на лице спортсмена мгновенно закостенела.
— Пообнимались, а теперь тебе пора, — спокойно произнёс Пэй Цы.
Чжао Цзингэ смерил его взглядом, полным немягких слов. Но делать было нечего — время уходить действительно пришло, и ему пришлось убраться восвояси в крайнем недовольстве.
Пэй Цы повернулся к Цяо Кайцзи и с легким укором произнес:
— Имей своё мнение, не делай всё, что тебе говорят.
Цяо Кайцзи не сдержал тихой улыбки:
— Я знаю.
Трибуны сокрушенно загудели: надо же, обижать Чжао Цзингэ прямо на глазах у его фанатов!
В чате тоже кипели страсти:
[Взгляд Цяо Кайцзи на Пэй Цы — это нечто особенное.]
[Чжао Цзингэ, прости! Ты чертовски хорош, но сегодня тебя умыли. Вон даже объятия не досталось!]
[Пэй Цы учит Кайцзи уму-разуму, а тот так улыбается... Тут точно что-то есть.]
[Да ладно вам, в такой обстановке Цяо Кайцзи просто засмущался. И с чего вы взяли, что он не хотел обнять Чжао Цзингэ? Он же только руку потянул! Если бы не Пэй Цы, они бы обнялись!]
[Чжао Цзингэ за время игры столько раз давал пасы операторам на Цяо Кайцзи! Вы хотите сказать, что Кайцзи к нему абсолютно равнодушен?]
[Не деритесь, девчонки! Интересно, покажут сегодня результаты сообщений симпатии?]
[Я так нервничаю!]
[Если Чжао Цзингэ и в этот раз не получит сообщение, думаю, он окончательно выбывает из гонки.]
* * *
После матча все вернулись на виллу. Чжао Цзингэ поехал вместе с ними. Участники ненадолго отложили свои сопернические обиды и от души нахваливали виновника торжества.
Сюй Яньцань предложил отметить это дело выпивкой, и идею поддержали единогласно. Заехали в шашлычную, набрали закусок на несколько сотен юаней, прихватили пару бочонков пива и расположились в гостиной.
Захватывающий матч действительно взвинтил нервы, все были на взводе и без конца смаковали яркие моменты игры. За разговорами и выпивкой плавно перешли на тему работы.
В начале года у всех маховик дел раскручивался с бешеной скоростью, проблем хватало выше крыши, а стоит начать жаловаться — и уже не остановить.
Тун Шэн вспомнил про съемки Цяо Кайцзи для журнала, да и на днях тот как раз снимался в рекламе для спонсора шоу. Линь Футянь теперь стал жуть каким придирчивым и на проходные проекты его не пускал, так что Цяо Кайцзи в основном отрабатывал задачи от программы.
— Как прошли съемки для журнала? — поинтересовался Тун Шэн.
— Да нормально, — ответил Кайцзи. — Правда, интервью вышло долгим, под конец дня вымотался.
Ле И аж просиял:
— Я слышал, этот журнал — крупнейший глянец в стране! Туда попадают только топовые звезды или гиганты индустрии.
— Мне просто повезло поймать волну популярности шоу, — скромно заметил Цяо Кайцзи.
Сюй Яньцань вспомнил свой недавний опыт с содроганием:
— Я тут на днях заглянул в свой магазин, так меня там едва не разорвали!
Тун Шэн нахмурился:
— У нас возле ворот университета тоже вечно дежурят фанаты.
Се Юнькэ лишь вздохнул. Из-за него администрация вуза выпустила специальный указ: посторонним вход на территорию строго воспрещен. Только так он выгадал хоть капельку покоя.
Новый год стал рубежом. До праздников всё было в рамках разумного, а после они проснулись настоящими знаменитостями. Сказалась и праздничная скука: сидя дома, люди от нечего делать смотрели шоу, ходили в гости и невольно подсаживали на проект родню.
Пэй Цы в своей компании чувствовал себя относительно спокойно, хотя кадровики жаловались, что количество присылаемых резюме зашкаливает — похоже, поклонники искали изощренные способы подступиться к кумиру.
Ле И вздохнул:
— А у меня на стримах теперь творится нечто. Народу тьма, и все допытываются про вас! Мои старые фанаты начинают ругаться, мол, какого черта вы лезете с посторонними вопросами? В итоге в чате начинается махач. Я теперь даже час просидеть в эфире не могу — в комментариях баталии нешуточные.
Казалось, они обсуждают какой-то параллельный мир, но всё это происходило с ними прямо сейчас.
Впрочем, среди них были двое, привычных к публичности. Чжао Цзингэ как профессиональный спортсмен продавал свою атрибутику тоннами, а билеты на сезон раскупили подчистую. Клуб проявил предусмотрительность, тихо пустив билеты в продажу еще до Нового года, чтобы порадовать старых фанатов. В итоге перед самым матчем цены на перекупке взлетели до небес. Если бы не эта хитрость, процентов восемьдесят публики составили бы не фанаты баскетбола, а любители шоу.
Про Бе Наньсина и говорить не приходилось: его популярность взлетела до небес, а вместе с ней и гонорары. На проекте он стабильно входил в топ-3 по народной любви.
И если у Цяо Кайцзи хватало и фанатов, и хейтеров (хотя за праздники рейтинг существенно подчистили), а основную массу составляли шипперы, то у Бе Наньсина база была куда прочнее. Он — актер, и конверсия его популярности оказалась самой высокой. Люди, полюбившие его в шоу, отправлялись пересматривать старые дорамы и превращались в преданных поклонников. Ему уже поступило несколько отличных предложений по сценариям, и он планировал отправиться на съемочную площадку сразу по окончании проекта.
Если быть честными, участие в «Ловушке для любви» принесло каждому невероятную выгоду. Это был мощный буст для карьеры, главное — не глупить.
Единственной головной болью оставались чувства. Об этом старались не говорить — за сегодня на площадке и так хватало уколов в сердце.
Цяо Кайцзи осушил бутылку пива. В голове слегка зашумело, и он тихонько прошмыгнул на улицу — подышать свежим воздухом.
Ночь дышала морозной свежестью. Первый же вдох обожжëг носоглотку хладным воздухом, но в голове прояснилось. Стукнуло почти двенадцать. К счастью, завтра воскресенье, и никаких съёмок не намечалось.
— Пьян? — раздался за спиной голос Пэй Цы.
Участники сегодня разговорились на славу, выпили лишнего, и многие были уже хороши.
— Нет, — ответил Цяо Кайцзи.
Пэй Цы подошел ближе. Влажный блеск в глазах Кайцзи выдавал усталость, а сам он выглядел необычайно мягким и уютным.
Пэй Цы усмехнулся. Пьян, конечно.
Цяо Кайцзи уловил эту ухмылку и снова повторил:
— Я не пьян.
— Верю-верю.
Цяо Кайцзи лишь вздохнул: «Да что ты понимаешь...»
— А остальные? — спросил он.
— Тун Шэн отключился. Ле И буянит и орет, что трезв как стекло. Се Юнькэ выпить больше не мог, потому под предлогом, что уложит Ле И, увёл его к себе. Бе Наньсин, кажется, не пьян, но куда-то спрятался — скорее всего, пошел поплакать.
Пэй Цы рассказывал всё это с наигранным равнодушием. Бе Наньсин прошел через многое, и сегодняшние откровения задели его за живое. Для столь эмоционального человека пустить слезу было вполне естественно.
— А Сюй Яньцань и Чжао Цзингэ всё еще жуют.
Пэй Цы отчитался по всей форме. Цяо Кайцзи не сдержал смешка:
— Не думал, что ты столь внимателен.
— Вовсе нет, — возразил Пэй Цы. — Я просто следил, чтобы за нами никто не увязался.
Кайцзи выскользнул под предлогом «в туалет», иначе за ним обязательно кто-нибудь бы увязался. Чжао Цзингэ или Сюй Яньцань точно опомнятся с минуты на минуту.
Цяо Кайцзи на миг замер.
Пэй Цы встал рядом с ним:
— Что такое? Тебе тяжело от того, что ты не можешь ответить на чувства Чжао Цзингэ?
Сегодняшний день казался праздничным, но на деле принес немало боли. По мере того как шоу близилось к развязке, позиция Цяо Кайцзи становилась всё более очевидной. Подводные течения, о которых раньше только догадывались, вышли на поверхность. Скрыть эмоции под взглядами публики было трудно — особенно от тех, с кем прожил под одной крышей два месяца.
Цяо Кайцзи: «...»
— Нет, — возразил он.
В голосе Пэй Цы проскользнула едва уловимая досада с примесью ревности, которую он и сам толком не осознал. Ему не нравилось, что Кайцзи проявляет такую заботу о других — пусть даже в силу своей мягкости и доброты, пусть даже эта забота продиктована лишь виной за неразделенные чувства.
Цяо Кайцзи уловил это настроение.
Пэй Цы молчал.
Цяо Кайцзи вдруг проговорил:
— Я правда не пьян.
Пэй Цы: «... Ну-ну».
Цяо Кайцзи тихо рассмеялся — легко, словно погладил котёнка. Пэй Цы решил смениться на милость: да и к чему ему злиться на Кайцзи? Чай, не первый день знакомы.
Он уже вздохнул, собираясь сдать позиции, как услышал:
— Я правда трезв. Не веришь — наклонись ближе.
Пэй Цы подался вперед, гадая, что еще выкинет этот парень.
И в этот миг к его губам прикоснулось нечто прохладное и нежное. Образ стоящего напротив человека размылся в лунном свете, дохнуло легким хмельным ароматом.
Пэй Цы даже не успел осознать происходящее.
Цяо Кайцзи уже отстранился. Его глаза — всё такие же влажные — сияли, точно две звёздочки.
— Я не пьян, — повторил он.
Сердце Пэй Цы мгновенно растаяло в тёплый ком.
Он сказал, что не пьян... Значит, всё это сделано в абсолютной ясности ума.
Он сам его поцеловал.