Шоу «Ловушка для любви» завоевало популярность ещё до официального выхода в эфир.
О проекте гудел весь интернет: даже те, кто отродясь не смотрел реалити-шоу, невольно оказались наслышаны о громкой премьере.
Все семеро участников успели обзавестись первыми поклонниками. Впрочем, наибольшим вниманием и впечатляющей фанатской базой ожидаемо пользовался Бе Наньсин.
Опубликованные съёмочной группой нарезки набирали десятки тысяч репостов, и это без учёта личного медийного ресурса Наньсина. Такому ажиотажу на стадии анонса позавидовали бы даже крупнейшие музыкальные шоу талантов.
За день до первого выпуска продюсеры подогрели интерес новым тизером.
Первый же кадр отвели, разумеется, Бе Наньсину как самому медийному участнику. В ролике он стоял у кухонной плиты плечом к плечу с потрясающе красивым парнем. Они о чём-то тихо переговаривались, после чего Наньсин смущённо улыбнулся, а его привлекательный спутник ответил нежным, буквально излучающим тепло взглядом.
Зрители, впервые увидевшие эти кадры, едва успели затаить дыхание, как картинка сменилась.
Высокий, подтянутый баскетболист Чжао Цзингэ с сияющей открытой улыбкой прижимался со спины к другому участнику, аккуратно направляя его руки и пытаясь научить броску в корзину. Кадр выглядел невероятно эстетично и дурашливо-романтично.
Но уже в следующее мгновение тяжёлые двери распахивались, и в помещение вступал статный, отстранённый мужчина. Его холодный, властный взгляд буквально прожигал экран.
Аудитория мгновенно оказалась под гипнозом этой тяжелой ауры Пэй Цы. Невольно напрашивался вопрос: неужели хоть кто-то способен растопить этот лёд?
И всё же именно этого «вечного холостяка», по мнению публики, неожиданно заключал в крепкие объятия один из участников.
И суровые черты Пэй Цы моментально смягчались.
Однако за спиной обнимающейся пары стоял Чжао Цзингэ — с потемневшим, ледяным лицом.
В следующем кадре утончённый красавец Тун Шэн скрещивал взгляд с вечно бесстрастным Се Юнькэ, после чего они синхронно отворачивались друг от друга.
Двухминутный ролик заставил аудиторию схватиться за головы.
«Ничего себе! Вы там совсем с ума сошли?!»
«Прошло всего пару дней, а тут уже целая драма с любовными треугольниками?!»
Следом съёмочная группа выкатила персональные промо-ролики.
[Бе Наньсин гуляет по магазинам в поисках подарка. Он сосредоточенно рассматривает витрины и тихо бормочет: «Что же ему может понравиться?..» Его взгляд полон нежности. Похоже, он уже определился с фаворитом.]
[Чжао Цзингэ на баскетбольной тренировке. Он совершает точный бросок, задрав свободную майку и обнажив рельефный пресс. Молодое, крепкое тело буквально излучает маскулинность.
«Увидишь того, кто нравится, просто задери футболку и покажи кубики — он сразу влюбится!» — со смехом подначивают товарищи по команде.
Цзингэ смеётся и шутливо отталкивает соотрядника, а его щёки заливает румянец — то ли от физической нагрузки, то ли от смущения.]
[Се Юнькэ сидит в кабинете. В очках в тонкой оправе, погружен в изучение документов. Наконец он поднимает холодный, отстранённый взгляд и сухо чеканит: «Есть у меня симпатия или нет — вас не касается». Голос звучит как застывший лёд.]
[Пэй Цы восседает во главе стола в переговорной, перед ним длинный ряд подчинённых. На его лице — уверенная, едва уловимая ухмылка человека, контролирующего всё вокруг. Кадр замирает, фон размывается и меняется на другую обстановку, но улыбка Пэй Цы остается той же — с той лишь разницей, что смотрит он теперь не на сотрудников, а в экран смартфона.]
[Тун Шэн стоит под грандиозной статуей. Он плавно прикрывает глаза, и его яркое, броское лицо словно озаряется мягким светом. Голос за кадром спрашивает, появилось ли у него на проекте чувство к кому-то из участников. В ответ Шэн лишь с легким пренебрежением бросает: «Нет».]
[Ле И улыбается Бе Наньсину, в его глазах читается искренняя влюблённость. Однако в следующем кадре он осушает стакан за стаканом, выглядя совершенно подавленным: «Если тот, кто тебе нравится, не отвечает взаимностью...» — договаривает он с горькой тоской.]
[Цяо Кайцзи держит в руке бокал. Его взгляд, чистый и наивный, странно контрастирует с утончёнными чертами лица.
«На моём месте лучше найти кого-то богатого, — неожиданно заявляет он прямо в камеру. — Чтобы бездельно сидеть дома, нужны деньги».
Это заявление звучит как гром среди ясного неба. Кадр резко меняется: Кайцзи сидит за обеденным столом, Бе Наньсин пытается завести с ним разговор, а Чжао Цзингэ и Пэй Цы пристально смотрят на него. Кайцзи отвечает им едва заметной, мягкой улыбкой.]
После выхода анонсов зрители, следившие за прямыми трансляциями, почувствовали себя обманутыми: они точно смотрели ТО ЖЕ САМОЕ реалити?!
Неужели у шоу НАСТОЛЬКО закрученный сценарий? События казались и знакомыми, и совершенно чужими одновременно.
Те же, кто не видел трансляций, пребывали в глубоком шоке. Любовные линии участников переплетались в безумный клубок: здесь были и любовные треугольники, и безответные чувства, и полнейшее равнодушие.
«Они что, реально настолько прямолинейные?! Это же всё-таки национальное шоу!»
«Так вот ты какое, первое в стране гей-реалити?! Вот это накал страстей!»
Продюсеры денег не жалели: буквально за час после публикации тизеров на Вэйбо были выкуплены топовые хэштеги, в Доуине запущена агрессивная реклама, и рейтинг ожидания взлетел до небес. Нарезки сыпались одна за другой — персональные, групповые, парные, — заставляя публику буквально терять голову от изобилия.
Впрочем, под тизером Цяо Кайцзи быстро набралось огромное количество желчных комментариев.
— Ну даёт! Все мечтают о халяве, но чтоб вот так в открытую ляпнуть на камеру — это мощно!
— Участники-то тут все непростые, денежные. Неужели этот альфонс реально кого-то зацепит?
— Вы видели кадры после его слов? Типичный манипулятор высшей пробы, так называемый «зелёный чай»! Все активы вокруг него так и вьются!
— Ха-ха, да мужикам без разницы, натуралы они или геи — от таких «чайных мастеров» все теряют голову!
— Боже, а я-то с первого взгляда повелась на его внешность. Личико красивое, а душонка гнилая.
— Бессовестный!
Большинство отзывов были негативными. Даже если каждый второй втайне мечтал завести богатого покровителя и уйти на покой, вываливать подобные мысли в эфир считалось верхом бестактности.
Тем не менее часть пользователей, изучив групповые ролики, заметила: двое участников явно проявляли к Кайцзи недвусмысленный интерес.
Ого! А парень-то с прицелом!
— Какая жестокая игра! Бедняга, кто-то же искренне влюбится, а получит шиш с маслом.
— Он любит его, тот любит другого, а этот вообще никого не любит!
— В тизерах у всех мельком показали профессию, и только у Цяо Кайцзи — ничего. Боже мой, он что, реально обычный тунеядец?!
— Бред какой-то. Где продюсеры вообще отрыли этого персонажа?
Фанаты, смотревшие прямые трансляции, пытались защитить парня:
— Цяо Кайцзи совершенно не такой! Чёртов дьявольский монтаж! Раньше, когда не было лайвов, редакция безнаказанно вешала лапшу на уши, но сейчас-то все видели стримы! Какая наглость!
— Кайцзи невероятно милый и искренний! Не верьте этим нарезанным фейкам!
— У него есть работа! Он модель!
Но диванные хейтеры не спешили сдавать позиции:
— Да хорош вам! Эти слова звучали из его рта? Звучали! Что ещё тут обсуждать?
— Пересмотрел ролик. Он там с бокалом стоит. Видимо, набрался от неопытности и вывалил всю подноготную. Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке.
— Модель — тоже мне профессия! Снять пару шмоток для интернет-магазина сейчас любой дурак может. Полно таких голодранцев.
— «Модель»... Ну да, знаем мы этих моделей, плавали...
Сумбур в сети заставил сомневаться даже тех, кто прилежно включал трансляции. Вдруг они действительно что-то упустили? Неужели Цяо Кайцзи и правда такой меркантильный?
Стримы длились по двенадцать часов в сутки. Никто не мог непрерывно сидеть перед экраном — у людей есть работа и личная жизнь, поэтому полностью эфиры не видел практически никто. В основном в сети дежурили фанаты Бе Наньсина и Чжао Цзингэ.
«Неужели мы правда что-то просмотрели? И Кайцзи вовсе не такой уж ангел?»
Дискуссии разгорелись с небывалой силой. Комментарии сыпались тысячами, кликабельность зашкаливала.
Режиссёр Ли, глядя на цифры просмотров, судорожно затянулся сигаретой. Он понимал: выпуская этот тизер, он рисковал собственной головой — руководство могло стереть его в порошок.
Эффект получился колоссальным, но сам он находился на грани катастрофы.
А пошёл он на такой риск по двум причинам: во-первых, чтобы взвинтить рейтинги до небес, а во-вторых... приберечь информацию о настоящей профессии Кайцзи.
А потом обухом оглушить зрителей!
* * *
Пока интернет сотрясался от жарких споров, обитатели виллы только начали просыпаться.
Накануне вечером троица из группы пассивов изрядно перебрала и вернулась на такси лишь к десяти вечера.
Вся четвёрка активов ждала их в гостиной. Едва снаружи донёсся шум подъехавшей машины, все, кроме Се Юнькэ, дружно поднялись с мест.
В тот вечер основной эфир был отдан группе активов. Напряжённое противостояние троих соперников вышло настолько зрелищным, что чат трансляции разрывался от азартных комментариев, а кадров с пассивами практически не показывали — продюсеры намеренно приберегали эту часть для шоу.
— Снимайте крупные планы! Фиксируйте каждую микроэмоцию! — распоряжался режиссёр Ли.
Несмотря на поздний час, съёмочная группа бодрствовала, сгорала от нетерпения: сейчас начнётся самое интересное! Этого момента ждали все.
Пэй Цы хмурился.
Слишком поздно.
Если не считать рабочих вопросов, Кайцзи никогда не задерживался до такой ночи. И пусть Пэй Цы знал, что тот ушёл не один, а в компании остальных участников, в душе всё равно копошилась тревога.
Но больше всего раздражало другое: рамки реалити-шоу связывали его по рукам и ногам, не позволяя сорваться и поехать на поиски.
Он уже порывался отправиться вслед за ними, когда Се Юнькэ подал голос — со свойственной ему саркастичной прохладой:
— Ты ему друг детства, а не отец. Время не такое уж и позднее, парни просто отдыхают. К чему эта драма?
Пэй Цы одарил Юнькэ тяжёлым взглядом, но всё же опустился обратно на диван. Дело было не в страхе перед соперником — задела за живое фраза «не отец».
И то правда: он не являлся членом семьи Кайцзи. В рамках проекта он хотел выступать как обычный поклонник, добивающийся взаимности. Чрезмерная гиперопека лишь навредила бы.
— Редкий момент, когда вся наша группа собралась без посторонних. Не хотите немного поболтать? — с мягкой улыбкой предложил Бе Наньсин.
Пэй Цы смерил его пристальным взглядом.
Наньсин всегда казался ему фальшивым. И хотя этим вечером тот держался в привычной манере, в нём ощущалась какая-то перемена — словно он сбросил невиданные оковы.
— О чём разговаривать? — огрызнулся Чжао Цзингэ, хотя взгляд его мгновенно нахохлился иголками, направленными прямо на Пэй Цы.
Се Юнькэ отстранённо потягивал напиток через соломинку.
«Ха-ха-ха, у третьего актива взгляд такой, будто его насильно заставили смотреть этот цирк!»
«Се Юнькэ такой: „Вообще не понимаю, нахрена вы тут устроили цирк“».
«Бе Наньсин — тот ещё скрытый игрок! Когда он уже признается соперникам, что запал на Кайцзи?»
«Да не факт еще, что запал, пока просто присматривается и ощупывает почву».
«Не-не-не, раз уж он сегодня сам инициировал разговор, у него точно есть скрытый мотив!»
«Вот это битвы титанов в обеих группах!»
— Сегодня вечером нужно отправить подарки. Вы уже определились с местами для свиданий? — поинтересовался Наньсин.
— Ещё бы! Я весь маршрут до мелочей распланировал! — первым выпалил Чжао Цзингэ.
Се Юнькэ лишь равнодушно буркнул что-то неопределённое.
Пэй Цы промолчал.
Будучи фактическим боссом съёмочной группы, он пользовался скромными привилегиями: ещё в обед ему скинули гифки со стрима, где Цяо Кайцзи, Бе Наньсин и Тун Шэн вместе ходили за продуктами.
Компания выглядела безобидно, и по коротким отрывкам невозможно было понять, на кого упал взгляд Наньсина — на Кайцзи или на Тун Шэна. Но даже понимая, что Наньсин сплошь фальшив и работает на камеру, одна мысль о том, что тот смеет играть роль перед Цяо Кайцзи, вызывала глухое раздражение.
— Надеюсь, тот, с кем я хочу пойти на свидание, выберет именно мою карточку, — со вздохом произнёс Бе Наньсин.
— У тебя уже есть фаворит?! — изумился Цзингэ.
Наньсин кивнул.
Открывать карты и выкладывать, что его целью стал Цяо Кайцзи, он пока не намеревался — точек соприкосновения было маловато, требовалось поднакопить козырей. Чтобы не выглядеть явным предателем в глазах сожителей, он решил лишь слегка закинуть наживку.
Они перебросились ещё несколькими общими фразами. Первым, не выдержав пустой болтовни, ушёл в душ Се Юнькэ, за ним проследовал Бе Наньсин.
Чжао Цзингэ и Пэй Цы не сдвинулись с места. Оба опасались упустить приход Кайцзи и взаимно подстраховывали друг друга.
В десять вечера прямой эфир отключился, и вскоре входная дверь наконец издала долгожданный щелчок.
Первым вошёл Тун Шэн. Надиво крепкий для своего хрупкого вида, он втащил на спине Цяо Кайцзи, пока Ле И аккуратно придерживал того сзади.
Кайцзи абсолютно не умел пить: единственная бутылка пива свалила его с ног. Впрочем, хмелея, он становился удивительно кротким: его красивое лицо заливал густой румянец, губы влажно блестели, а сам он не устраивал никаких дебошей. Вторую половину ужина он тихо просидел в уголке, обнимая плюшевую сову, которую ему купил Ле И.
На каждую фразу компаньонов он отвечать старался четко и по делу, отчего со стороны даже нельзя было заподозрить опьянение. Разве что пустился в откровения, с обидой пожаловавшись, что родня категорически против его работы моделью.
Только тогда Тун Шэн и Ле И осознали, к чему относились его слова про «полугодовое сидение дома» и «поиски богача». Очевидно, из-за протестов семьи он не мог устроиться на нормальную работу. Раз уж он рос вместе с Пэй Цы, его семейство наверняка утопало в роскоши.
— А сейчас? Всё ещё против? — сочувственно спросил Тун Шэн.
— Угу, до сих пор... — Кайцзи обиженно надул губы.
— А ты... как же ты тогда?.. — Ле И затруднялся подобрать слова.
Опьянённый разум Кайцзи соображал с задержкой. Он замешкался.
— Если сложно говорить, не надо. Всё в порядке, — попытался успокоить его Ле И.
Кайцзи подался вперёд, прислоняясь к нему, наклонился к самому уху и еле слышно прошептал:
— Я сбежал из дома...
Затем проделал тот же трюк с Тун Шэном.
Шэн и без того горел от смущения, а тут его щёки вспыхнули ещё ярче. Он судорожно сжал кулаки: губы Кайцзи касались его щеки, находясь в полумиллиметре от поцелуя.
— Сбежал... — повторил тот.
Ле И и Тун Шэн переглянулись: похоже, им только что доверили секрет, который ни в коем случае нельзя было разглашать.
— Только никому! — шепотом наказал Кайцзи. Голос его обмяк и звучал чарующе-ласково.
Он обернулся к оператору:
— И это... в эфир не пускать! — Он изо всех сил вытращил глаза, пытаясь изобразить предельно трезвый и строгий вид.
Оператор невпопад закивал, отчего объектив хаотично задергался.
Кайцзи расплылся в глуповатой, наивной улыбке.
Камера снова задрожала — оператор тихонько прыснул, не в силах сдержать умиления.
Тун Шэн чувствовал, как внутри всё тает от этой нежности; ему безумно хотелось прижать Кайцзи к себе и затискать, но присутствие Ле И и объектива сдерживало порыв.
— Так вот ты какой, когда выпьешь... — пробормотал Шэн, обращаясь к парню, но словно говоря с самим собой.
— Ага, вот такой, — послушно кивнул Кайцзи.
Ле И изумился:
— Ты первый человек на моей памяти, который, опьянев, честно признаётся, что пьян!
Кайцзи слегка озадаченно нахмурился, но с абсолютной серьёзностью возразил:
— Ну если пьян, значит пьян. Чего врать-то?
Тун Шэн тихо рассмеялся, судорожно тиская плюшевую гусеничку-антистресс — иначе рука самовольно потянулась бы погладить Кайцзи по голове.
В хмелю Цяо Кайцзи становился невероятно прямолинейным.
— В разведку тебя брать нельзя: пару стопок выпьешь и с потрохами всё сдашь, — пошутил Ле И.
— Ну и не пойду в разведку, — фыркнул Кайцзи.
Все снова дружно засмеялись.
Оператор неустанно крутил кассету: опьяневший Кайцзи был до того очарователен, что оторваться от объектива казалось невозможным. Как здоровый парень ростом за метр восемьдесят может быть настолько трогательным и мягким?! В этот момент оператор впервые осознал чувства фанаток, называющих взрослых кумиров «нашими малышами».
Вступила пауза. Кайцзи притих, уплывая мыслями в туманную даль.
Тун Шэн преподнёс немало сюрпризов. Казалось, он едва держится на ногах от пары глотков, но в итоге стойко выдержал весь вечер.
А вот Ле И обладал наивысшей выдержкой — дома он легко справлялся с крепким алкоголем, так что его «хмель» являлся лишь частью игры. Он отчаянно пытался отыграть заготовленный сценарий, да только удобного момента так и не представилось.
— Время поздно, пора возвращаться, — подвёл итог Тун Шэн.
Ле И помассировал виски. Что ж, придется отложить задуманное до завершения первого свидания.
Ле И вызвал «трезвого водителя», а Шэн тем временем подошёл к Кайцзи:
— Сам шагать сможешь?
Кайцзи попытался подняться, но земля ушла из-под ног, и он завалился набок. Шэн мгновенно подхватил его.
— Сам не смогу, — вынес вердикт Кайцзи.
Пока он сидел, всё казалось нормальным, но в стоячем положении голова пошла кругом.
— Тогда опирайся на меня, я доведу, — Тун Шэн подставил плечо, и Кайцзи без колебаний прильнул к нему.
— Спасибо тебе... — прошептал тот.
Кайцзи пылал. От него веяло чистым жаром, который мгновенно передался Тун Шэну, заставляя его нервы натянуться струной.
От Кайцзи пахло уютным, едва уловимым ароматом сладковатой ванили. Вплотную прижавшись друг к другу, Шэн с головой погрузился в этот тёплый шлейф.
Он не был пьян. Но сейчас почувствовал, будто хмель туманит и его собственный разум.
Гибкое тело парня, шелковистая кожа, невольный наклон из-за разницы в росте — в точках соприкосновения словно разгорался настоящий пожар.
— Водитель подъезжает, пошли... — начал Ле И, возвращаясь с улицы.
Заметив сплетённые фигуры, он осекся. Голос невольно встал комом в горле.
Опять это чувство.
Ле И не был дураком. Поведение Тун Шэна сегодня зашкаливало за рамки обычного дружелюбия. И хотя разгадка казалась дикой, Ле И не мог не сложить два и два. Каждое движение, каждый взгляд Шэна лишь подтверждали догадку:
Тун Шэн влюблён в Цяо Кайцзи.
Казалось бы, какое ему до этого дело? Его текущим фаворитом числился Бе Наньсин. Если с Наньсином не выгорит, стратегия переключится на Пэй Цы. В любом случае, соседи по комнате не входили в его планы.
Но почему же тогда внутри всё сжималось от неприятного, едкого осадка?
Такси подали быстро. Троица расположилась в салоне: Тун Шэн с Кайцзи заняли заднее сиденье, а Ле И пришлось устроиться на пассажирском спереди. Помятуя о предупреждении о съёмках, шофёр хранил молчание и напряжённо смотрел на дорогу.
Ле И поднял взгляд на зеркало заднего вида.
Ночной город мерцал неоновыми огнями. В холодном отсвете уличных фонарей было отлично видно, как Кайцзи, откинув голову на подголовник, обнажил изящную, белеющую фарфором шею.
На кочке машину тряхнуло, и Кайцзи свалился плечом на Тун Шэна.
— Устал? Положи голову, — тихо прошептал Шэн и мягко прижал голову Кайцзи к своему плечу.
Ле И сжал кулаки так, что побелели костяшки.
Тун Шэн даже не пытался скрывать свои чувства. Он действительно запал на Цяо Кайцзи.
«Как вообще можно влюбиться в парня из своей же группы пассивов?!»
Впрочем, мысль растаяла, едва возникнув. Воображение тут же нарисовало образ Кайцзи — милого, теплого, невероятного.
Да любой на месте Тун Шэна потерял бы голову. Это было слишком естественно.
В полумраке заднего сиденья Ле И отчетливо разглядел торжествующую, счастливую улыбку на губах Шэна. Искреннюю влюблённость не утаишь за семью печатями.
Ле И знал, что портативная камера фиксирует каждое движение, но силы поддерживать идеальную мину иссякли. Замысел провалился, вдобавок навалилось осознание чужой тайны. На душе скребли кошки.
— Приехали, вам сюда? — подал голос водитель.
Тун Шэн вздрогнул, выныривая из грёз. Кайцзи смежил веки, будто уснул. На его полусонное лицо приятно было смотреть — нежность затапливала разум Шэна без остатка.
Ле И что-то невнятно буркнул и распахнул дверцу.
— Я протрезвел, давай дальше я понесу Кайцзи, — предложил он, когда они вышли. До крыльца оставалось метров двадцать.
Он сам не мог объяснить, что за бес толкнул его под руку. Если рассуждать прагматично, ради раскрутки и продвижения ему следовало играть на стороне Шэна. Ведь Пэй Цы, его потенциальная цель, явно неровно дышал к Кайцзи. Если Кайцзи сойдётся с Шэном, Пэй Цы освободится — и дорога будет открыта.
Сухая логика велела помочь другу, но эмоции полностью взяли верх над разумом.
— Не надо, — отрезал Шэн и, присев, с лёгкостью закинул Кайцзи себе на спину.
Спящий в машине Кайцзи толком не успел очнуться. Почувствовав под собой опору, он на автомате обвил руками шею Тун Шэна.
Шэн поднялся — уверенно, без единого намека на тяжесть.
Они смотрелись невероятно гармонично. Ле И, будучи опытным завсегдатаем соцсетей, с ходу мог придумать с десяток ярлыков для этой парочки. Кто бы из них ни числился сверху, а кто снизу — визуально они составляли идеальный пейринг.
Троица переступила порог виллы.
Активы уже поджидали их в холле.
— Вы что, пили?! — мгновенно сориентировался Бе Наньсин.
Находившийся без настроения Ле И лишь угрюмо кивнул, даже не пытаясь изобразить дружелюбие.
— Нифига себе, да он в дрова! Много выпили, что ли? — выскочил вперёд Чжао Цзингэ.
Он вплотную приблизился к Кайцзи. С губ срывались слова упрёка, но в душе всё замирало: как человек вообще может быть настолько милым во хмелю?! Полыхающее румянцем лицо Кайцзи дышало такой ангельской покорностью, что сердце Цзингэ буквально таяло.
Тун Шэн заметно смурнел. Привычка активов вести себя так, будто он вообще не конкурент, и по-хозяйски распоряжаться Кайцзи вызывала у него острое отвращение.
— Вряд ли много. У него катастрофически низкая устойчивость к алкоголю, — сделал шаг вперёд Пэй Цы, слегка нахмурившись.
— Если вопросов нет, мы пойдём к себе. И вам пора спать, — отрезал Шэн, не намереваясь отдавать Кайцзи в чужие руки.
— Э, в смысле уже?! — опешил Цзингэ. Он прождал весь вечер, а ему дали едва мазнуть взглядом! Да, Кайцзи был безумно хорош, но разойтись вот так сразу — настоящее ограбление!
— Время к ночи, парень нетрезв. Какой смысл устраивать посиделки? — логично парировал Тун Шэн.
Цзингэ не нашёл, что возразить.
— Ты долго нёс его, устал. Дальше я сам, — Пэй Цы шагнул вплотную.
Шэн только собрался выдать отказ, как пальцы Пэй Цы уже легли на плечо Кайцзи.
— Пошли спать, — негромко произнёс Пэй Цы.
Услышав знакомый голос, Кайцзи, не открывая глаз, разом разомкнул руки на шее Шэна и, потянувшись на родное тепло, перекочевал прямо в объятия Пэй Цы, уютно устраиваясь у него на груди.
Лица Тун Шэна и Чжао Цзингэ перекосило.
Фактор «друга детства» был наглым чит-кодом: даже пьяный в дрова Цяо Кайцзи на уровне инстинктов доверял Пэй Цы больше всех.
Пэй Цы сперва порывался подхватить парня на руки, но, смерив взглядом позеленевших соперников, решил не перегибать палку и проявил милосердие, взвалив Кайцзи на спину.
— Завтра свидания, а подарки выбрать уже не успеем. Сделаете это утром, — бросил Пэй Цы группе пассивов.
Заодно это послужит напоминанием и режиссёру Ли.
И действительно, увлёкшись развернувшейся драмой, Ли-ПД начисто забыл об этапах с обменом презентами. Пэй Цы был прав: ночь на дворе, процедуру придётся перенести на утро.
Интересно, во сколько поднимутся эти пьяные голубчики? Переменных в этом шоу оказалось куда больше, чем планировалось. Премьера на носу, предстоит срочно монтировать свежие анонсы... Впрочем, сегодняшнего материала хватит на десяток гениальных ходов!
С этими словами Пэй Цы направился к лестнице.
Даже за два десятка лет дружбы столь интимной близости между ними почти не бывало. Повернув голову, Пэй Цы щекой касался шелковистой кожи Кайцзи, и сердце сладостно сжималось.
Он прекрасно помнил, насколько чарующим становился Кайцзи во хмелю. По разным причинам за двадцать с лишним лет знакомства ему лишь единожды довелось наблюдать его в таком состоянии.
И вот — второй раз.
Кайцзи сам доверчиво обнял его за шею. Эта безоговорочная преданность наполняла душу Пэй Цы одновременно нежностью и тихой грустью.
— Только не говори моим, что я пил... — прошептал Кайцзи прямо в ухо Пэй Цы. В его голосе зазвенели просительные нотки.
— Ого, спохватился? А раньше чем думал? — усмехнулся Пэй Цы. Руки были заняты, поэтому он лишь слегка соприкоснулся своим лбом с его лбом.
— Да не то чтобы я боюсь... Просто не капай им на мозги, и всё, — пробормотал Кайцзи и потерся щекой о щеку Пэй Цы.
— Не крутись, — мягко осадил его Пэй Цы.
Кайцзи тут же замер.
— По лестнице иду, — пояснил Пэй Цы.
— Всё-всё, больше не буду, — послушно пообещал Кайцзи, замерев и боясь спровоцировать падение.
Пэй Цы сглотнул. Дело было вовсе не в ступенях. Если этот негодник продолжит так ластиться, удержать себя в руках станет невозможно. Пьянящий аромат, горячее тело — всё это ежесекундно искушало его.
Он бережно опустил Кайцзи на кровать. Оглядев соседние спальные места, Пэй Цы досадливо нахмурился: слишком близко! Идея поселить всех в двух смежных блоках теперь казалась удручающим промахом. Интересно, согласятся ли продюсеры переиграть расселение?
— Ничего не болит? — совладав с собой, Пэй Цы ласково взъерошил мягкие волосы Кайцзи.
—... Спать хочу, — тихо отозывался тот.
Пэй Цы тепло улыбнулся:
— Сегодня никаких сообщений отправлять не надо. Подарки выберешь утром.
— Угу...
Уходить не хотелось катастрофически. Но Тун Шэн с Ле И вот-вот должны были подняться, а за ними неизбежно притащился бы и Чжао Цзингэ.
— Увидимся завтра на свидании, — на прощание произнёс Пэй Цы.
Он не прятался от объективов, не пытался снизить тон. Он вынес собственный вердикт и сделал выбор.
Ему нравится Цяо Кайцзи.
И теперь об этом знает весь мир.