— Включаем трансляцию, — предупредил оператор.
Цяо Кайцзи обернулся и приветливо помахал в камеру.
Штиль в чате мгновенно сменился бурей: сообщения посыпались одно за другим.
[Наконец-то дошла очередь до Цяо Кайцзи!]
Кайцзи посмотрел в объектив, затем на съёмочную группу за ним. Оператор и помощники подбадривающе кивнули: по дороге сюда они договорились, что юноша сам введёт зрителей в курс дела.
— Всем привет, я Цяо Кайцзи. Мой рабочий день завершился ещё утром. О том, чем именно я занимаюсь, вы сможете узнать в основном выпуске шоу. А сейчас я получил внезапное задание от режиссёра: выбрать одного из участников и отправиться к нему в гости.
Он сделал небольшую паузу и с мягкой улыбкой добавил:
— Пока мы в пути, предлагаю вам поразмыслить, к кому же я направляюсь.
[Что-о-о?! Я так долго ждала, когда покажут его работу!]
[Так быстро всё закончилось? Что за профессия у него такая? Теперь ещё любопытнее!]
[Сяо Цяо, ты испортился! Ты же был таким послушным, милым мальчиком! А теперь интригуешь не хуже продюсеров!]
[Кто же это?! А-а-а-а, у меня аж дыхание перехватило!]
Комментарии мелькали с бешеной скоростью.
Наблюдавший за эфиром режиссёр Ли невольно качнул головой. Не знай он заранее, чем зарабатывает на жизнь этот юноша, и не видя его в деле лично, никогда бы не догадался — слишком уж кротким и покладистым тот казался сейчас перед камерой.
— Держи, — один из сотрудников протянул ему монопод.
Чтобы дойти до Чжао Цзингэ, юноше предстояло вести съёмку от первого лица.
Приняв монопод, Кайцзи случайно качнул устройство. Желая проверить, всё ли в порядке, он поднёс экран поближе к лицу. В ту же секунду его невероятно утончённые, почти нереальные черты заполнили весь кадр — зрители на том конце провода могли сосчитать каждую его ресницу.
[Слишком близко! У меня сейчас сердце выскочит!]
[Боже, вблизи он ещё прекраснее...]
[Это фильтры или что? Если нет, то какая же у него фарфоровая кожа, завидую!]
[Да наверняка загримировали.]
[Вообще не похоже на макияж!]
В чате разгорелась жаркая дискуссия.
Убедившись, что связь в норме, Кайцзи направился к месту назначения. И хотя он так и не произнёс ни имени, мелькавший за его спиной пейзаж выдал юношу с потрохами. Первыми обстановку опознали фанаты баскетбола, а вслед за ними догадались и остальные: спортивный комплекс трудно было спутать с чём-либо ещё. Всякий, кто обладал хоть капелькой внимания, понимал — Цяо Кайцзи идёт к Чжао Цзингэ.
О профессии Цзингэ стало известно ещё во время утреннего эфира, хотя для большинства зрителей это и так не являлось секретом. Режиссёр Ли лишь досадно вздохнул: ему хотелось подольше удержать интригу. Но с таким задним планом сохранять секрет удавалось бы разве что первые две минуты трансляции.
Вскоре Кайцзи добрался до нужного зала.
Время приближалось к половине второго, Чжао Цзингэ тренировался вместе с командой. Сегодня было двенадцатое ноября; до старта регулярного чемпионата профессиональной баскетбольной лиги оставалось около двух месяцев, и скоро у спортсмена не останется ни одной свободной минуты. Съёмки шоу рассчитывали провести за три месяца, и оставалось лишь гадать, какими правдами и неправдами режиссёр Ли уговорил руководство клуба отпустить своего ведущего игрока на реалити. Вряд ли Цзингэ сможет регулярно приезжать на площадку проекта, когда начнутся официальные матчи.
Сейчас у баскетболистов, судя по всему, был перерыв: Цзингэ с парнями гоняли «три на три».
Надо признать, запечатлённые в движении мужчины выглядели чертовски привлекательно. В зале поддерживалась комфортная температура около двадцати градусов; спортсмены в командных джерси и шортах сбрасывали напряжение на паркете. При каждом рывке или прыжке к корзине под их влажной кожей отчётливо проступали литые, выверенные мотором тренировок мышцы.
Если утреннее проявление силы Цяо Кайцзи во время фотосессии отдавало строгим изяществом и контролем, то от Цзингэ веяло безудержной, кипящей жизненной энергией. Это первобытное буйство страсти заставляло кровь в жилах закипать, заражая каждого зрителя неудержимым азартом.
На площадке Чжао Цзингэ преображался: от дурашливого болтуна не оставалось и следа. С мячом в руках он легко пробивал оборону соперников. Годы изнурительных тренировок сделали его тело безупречным оружием, излучавшим дикую, необузданную мощь. Даже среди других профессионалов он мгновенно притягивал к себе все взгляды.
Кайцзи вовремя сориентировался и перевёл камеру на него.
Чат разразился восторженными воплями. Даже те из зрителей, кто в жизни не интересовался спортом, наперебой писали, что сегодня же вечером найдут и посмотрят какую-нибудь трансляцию.
[Боже мой, мужики в спорте — это нечто!]
[Раньше не смотрела матчи с Цзингэ и по эфирам думала, что он просто милый мальчик... Но сейчас! Какой же он мужественный!]
[Хочу реакцию Кайцзи!]
Громовой треск от данка заставил всех вздрогнуть.
— Кайцзи! Ты как здесь?
Свисток судьи ознаменовал паузу в игре. Цзингэ перевёл дыхание, вытер лицо и, повернув голову, замешкался: у самого края площадки стоял Цяо Кайцзи.
Заметить его не составило труда — Кайцзи слишком выбивался из общей массы. Он стоял среди зрителей словно под невидимым софитом, неприлично красивый, будто принадлежащий совершенно иному миру.
Мокрый от пота, с влажными липнущими ко лбу волосами, Цзингэ расплылся в такой широкой и сияющей улыбке, что та чуть не затмила освещение зала. С горящими азартом глазами он рванул к юноше — точь-в-точь как огромный, счастливый пёс, углядевший любимого хозяина.
Объектив смартфона всё ещё был направлен на него, так что миллионы зрителей наблюдали эту картину в прямом эфире.
[Процитирую банальность, но в ту секунду его мир реально озарился светом!]
[Вы видели его взгляд?! Он же буквально сияет!]
[Ы-ы-ы, мой милый щеночек!!!]
[Сердце зашлось! Быстрее переведите камеру на Кайцзи, я сейчас умру от умиления!]
[Господи, вот она — настоящая любовь!]
[Теперь я знаю, как выглядит школьный роман моей мечты.]
Оператор мысленно проклинал всё на свете, жалея, что у него нет второй камеры: ему до смерти хотелось снять крупным планом одновременно и восторг Цзингэ, и реакцию Кайцзи. Заметавшись, он успел запечатлеть лишь приближающегося баскетболиста, а затем перевёл фокус на юношу.
Какая бесценная фактура пропала!
— Цзингэ, — тихо окликнул его Кайцзи.
Спортсмен замер перед ним как вкопанный.
Нахлынувший после интенсивной игры адреналин требовал выхода: Цзингэ порывался сгрести юношу в охапку. Но стоит ему сделать шаг, как на пути встал выдвинутый монопод. Баскетболист тут же сник, превратившись в наивного золотистого ретривера, которому отказали в ласке.
Кайцзи улыбнулся, повернул камеру к себе и, убрав препятствие, сделав шаг навстречу, приобнял Цзингэ.
Объятие вышло коротким и едва ощутимым, но зрителям у экранов хватило и этого, чтобы зайтись в немом восторге.
Партнёры по команде и съёмочная группа застыли с открытыми ртами. События развивались стремительно, но выглядело это невероятно трогательно. В жесте Кайцзи не прослеживалось и капли пошлости — всё было настолько чистым и прозрачным, словно глоток ключевой воды с едва уловимым сладковатым послевкусием.
Немного придя в себя, Цзингэ сам разомкнул руки. Он был мокрым от пота и из уважения к гостю заставил себя отступить.
До этого момента баскетболист упрямо отнекивался: мол, парень ему просто симпатичен, о настоящих чувствах и речи нет. Да, это шоу о любви, но с порога влюбляться и превращаться в угодливого кавалера — последнее дело.
Но теперь всё изменилось. Кайцзи не только отправил ему сообщение, но и пришёл прямо на тренировку!
Пульс Цзингэ подскочил. К счастью, распалённая нагрузкой кожа скрывала проступивший на щеках румянец, иначе все присутствующие увидели бы, как он смущён.
— Ты как здесь оказался? Это сюрприз от организаторов? — подавляя ликование, попытался безразлично спросить Цзингэ.
Он и не подозревал, что в объективе оператора выглядит как человек, увязший влюблённостью по самые уши.
Стоявшие неподалёку игроки недоуменно хмурились, но то и дело переводили взгляды на Кайцзи. Узнав, что их товарищ отправляется на романтическое реалити, они посчитали это глупой затеей: трудно было вообразить, кто вообще способен составить пару их несносному парню.
Однако при виде Цяо Кайцзи у них перехватило дыхание.
Нашёл-таки! Да с таким партнёром Цзингэ должен от счастья на седьмом небе летать!
Спортсмены украдкой разглядывали гостя, еле сдерживая азарт. Ещё бы — с пылу с жару такая сочная сплетня! Будь они обычными дворовыми парнями, а не публичными атлетами под прицелом камер, уже вовсю бы свистели и отпускали похабные шуточки.
А так пришлось изображать сдержанную невозмутимость, к немалому разочарованию публики, ожидавшей бурной реакции. Впрочем, пару человек уже прикидывали, как будут подкалывать Цзингэ, едва за этим парнем закроется дверь.
Кайцзи не стал ничего скрывать и прямо объяснил, что его собственная смена окончена, а визит сюда — специальное задание съёмочной группы.
— Понял. Значит, из всех пятерых ты выбрал меня, — быстро уловил суть Цзингэ.
Юноша кивнул. Это было чистой правдой.
Улыбка на лице баскетболиста расплылась ещё шире, а стоящие рядом сокомандники скривились — от такой приторной милоты аж зубы заломило.
[Боже, что за диалог! У меня сейчас зубы сводят от сладости!]
[Мне одной кажется, что тут кроется подвох? Кайцзи ведь совсем не это имел в виду... А Цзингэ уже сам себе всё придумал и влюбился.]
[Пейринг 23, вперёд-вперёд-вперёд!!!]
Под «2» подразумевался второй актив, Чжао Цзингэ, а под «3» — третий пассив, Цяо Кайцзи. На шоу подобные сокращения использовали для обозначения пейрингов.
— Ну и как я тебе в деле? Какие впечатления? — поинтересовался Цзингэ.
— Очень круто, — ответил Кайцзи. Засомневавшись, не слишком ли сухо звучит похвала, он сдержанно добавил: — И здорово.
— Ха-ха-ха! Ну, это я ещё в полсилы выложился. Когда начнётся чемпионат, ты обязан прийти на матч! — не упустил случая договориться о встрече баскетболист.
Его искренний, звонкий хохот выдавал в нём простодушного и ласкового щенка.
— Договорились, обязательно приду, — слегка улыбнулся Кайцзи.
Выбор действительно оказался удачным: Цзингэ радовался его приходу, и они явно ладили как добрые приятели.
Пальцы Кайцзи, до этого сжатые в кулаки, наконец расслабились. С самого старта проекта он держался перед камерами безупречно спокойно, да и решение прийти сюда принял после долгих размышлений. Все считали его воплощением невозмутимости. На самом же деле юноша, с детства не умевший заводить друзей и избегавший лишнего общения, ужасно нервничал — его ладони даже слегка взмокли от волнения. Он попросту не знал, где пролегает грань в дружеских отношениях.
Но искреннее, радостное поведение Цзингэ помогло ему сбросить напряжение.
— Чжао Цзингэ! В строй! Тренировка не окончена! — раздался громкий оклик тренера от скамьи.
Баскетболист неохотно посмотрел на юношу:
— Ладно, я пошёл. Если заскучаешь, скажи съёмочной группе.
— Хорошо, иди, — послушно откликнулся Кайцзи.
[Ха-ха-ха, Пейринг 23 такие милые и невинные!]
[Цзингэ, не смеши меня! «Если заскучаешь, скажи съёмочной группе» — и что они сделают? Играть с ним начнут?!]
[Кайцзи так мило соглашается, прелесть!]
Пока Цзингэ отрабатывал упражнения, Кайцзи оставался у края площадки. К сотрудникам он всё же подошёл — но вовсе не от скуки, а чтобы уточнить, не помешает ли его присутствие работе клуба.
Разумеется, ему ответили отказом. Участие игрока в реалити-шоу было инициативой самого руководства, стремившегося поднять его коммерческую ценность. Дополнительное эфирное время привлекало фанатов, так что клуб не просто не возражал, а всячески содействовал общению гостей.
Юноша пробыл в зале до трёх часов дня. Наконец тренировка подошла к концу, и баскетболист снова направился к нему.
— Не хочешь бросить пару мячей? — спросил он с ходу.
Кайцзи опустил взгляд на свои ноги: обувь для паркета совершенно не подходила.
— Не проблема, подберём тебе кеды, — с этими словами Цзингэ свободно обнял его за плечи.
Спортсмен был целой головой выше, и его движение вышло на редкость естественным. На его фоне Кайцзи казался совсем хрупким, а с определённых ракурсов и вовсе выглядел так, будто целиком утонул в объятиях баскетболиста.
Оператор ловил каждый кадр, боясь даже моргнуть.
— Я никогда не играл в баскетбол, — признался Кайцзи, заметно поджав губы и плечи.
Он нервничал. Спортивные игры всегда оставались для него чуждой территорией. В детстве врачи и родственники строго запрещали ему любые нагрузки, а повзрослев и в целом окрепнув, юноша по привычке избегал подвижных занятий из-за гиперопеки семьи.
— Ого, серьёзно? — широко распахнул глаза Цзингэ.
Среди парней можно было встретить тех, кто плохо бросает или не любит спорт, но чтобы вообще никогда не держать в руках мяч — случай из ряда вон выходящий.
— Вообще ни разу? — переспросил он.
Кайцзи смущённо покачал головой:
— Ни разу.
— Да это же отлично! Обучу тебя с самого нуля! А то умел бы ты играть, а я бы плохим тренером оказался — вот была бы конфузия, — задорно усмехнулся Цзингэ, случайно задев губами прядь волос юноши.
Не ожидавший такого ответа Кайцзи на мгновение обомлел, но уже в следующее мгновение в его глазах затеплилась мягкая улыбка:
— Что ж, тогда рассчитываю на тебя.