Утреннюю тишину разбил первый осознанный вздох: Цяо Кайцзи открыл глаза раньше всех. Переведя дыхание, он перво-наперво убедился, что за ночь не перевернулся и никого под себя не подмял.
Мизинец Пэй Цы до сих пор переплетался с его безымянным пальцем.
Высвобождая кисть, Кайцзи не удержался и слегка пощекотал неугомонную чужую ладонь.
Откинув одеяло, он осторожно сполз с футона и потому упустил момент, когда на губах лежащего рядом Пэй Цы проскользнула едва заметная усмешка.
Стоило Кайцзи встать, как Пэй Цы тоже неторопливо подал признаки жизни:
— Уже встал? — спросил он с ленивой хрипотцой.
— Угу.
Кайцзи втайне порадовался раннему подъёму — попадись он с этой пощекотанной ладонью надуманным свидетелям, неловкости было бы не миновать.
На шорох начали просыпаться и остальные.
— Сколько мы вообще дрыхли? — потягиваясь, проворчал Чжао Цзингэ. — Всё тело затекло, будто переехали.
Се Юнькэ нащупал лежащий рядом телефон, мазнул взглядом по экрану:
— Восемь.
Вечером заснули рано, едва пробило девять, так что одиннадцать часов полноценного сна ощущались почти роскошью.
Участники поднимались с пола; Сюй Яньцань, чей матрас лежал у самого окна, раздёрнул шторы и настежь распахнул створки вместе с дверью на балкон. Комнату тотчас захлестнул свежий морской бриз.
— Теперь я понимаю, почему Кайцзи с Пэй Цы выбрали морской бриз, — заметил Бе Наньсин. — В нём и правда есть что-то особенное.
И прохлада, и соленый терпкий запах отличались от всего, что им доводилось чувствовать раньше.
Дверь была не заперта; раздался тихий щелчок, и в образовавшийся проём просунулась голова режиссёра Ли.
— Да как так-то? — разочарованно протянул тот. — Я всего-то в туалет отлучился! Пять минут назад вы же пластом лежали! А я хотел снять классическую сцену: тот, кто проснулся первым, будит остальных.
Ход избитый, но для реалити-шоу золотой — беспроигрышная классика.
— Да какие проблемы! — мгновенно отреагировал Чжао Цзингэ, вскидывая руку. — Сейчас залезем обратно!
— Вот уж не думал, — со вздохом покачал головой режиссёр Ли, — что вы настолько испорчены. Я же даю вам полную свободу, никакого сценария! Откуда у вас эта тяга к фальшивкам?
Парни дружно расхохотались.
— Так снимаем или забить? — уточнял Се Юнькэ, прямо с постели. — Если нет, я поднимаюсь.
— А, черт с ним, ложитесь! — поразмыслив, решил Ли. — А то за всё шоу — ни единой постановки. Аж неуютно как-то. Кто, говорите, проснулся первым?
— Я, — отозвался Цяо Кайцзи.
Режиссёра озарило. Теперь понятно, отчего Чжао Цзингэ так рвался устраивать этот спектакль!
«Такой шанс выпадает раз в сто лет», — ухмыльнулся Ли-ПД и поспешно скомандовал:
— Нарóд, всем притворяться спящими!
Все послушно повалились обратно.
Цяо Кайцзи сел на футоне. Ему искренне верилось с трудом, что с его навыками актерской игры он потянет подобный перформанс.
Режиссёр Ли подскочил к нему. Вид у него был до того комичный, что Кайцзи изо всех сил давился смешком. От этих потуг у него даже выступили слезинки, а взгляд сделался совершенно сонным и блуждающим — идеальная имитация пробуждения.
Режиссёр Ли обомлел от восторга. Кто бы мог подумать, что Цяо Кайцзи — скрытый гений драматического искусства!
— Назначаю тебя главным! — таинственным шепотом выдал Ли-ПД. — Ты у нас пташка ранняя, так что шагай расталкивать этих сонь.
— Понял, — кивнул Кайцзи и оглядел лежащих по бокам соседей. Сначала он потормошил за плечо Пэй Цы: — Эй, вставай.
Тот не шелохнулся.
Кайцзи вспомнил, как всего пару минут назад стоило ему шелохнуться, как вся комната дружно поднялась на ноги. На этом фоне происходящее выглядело верхом фальши. Неужели придётся доигрывать этот фарс до конца?
Однако режиссёр Ли и не думал останавливать съёмку. Делать нечего, пришлось стараться дальше.
Он бесцеремонно цапнул Пэй Цы за щёку. Задумывалось это как безобидная подлянка, но, ощутив под пальцами гладкую кожу, Кайцзи неожиданно для себя задержал руку и слегка потискал его. Вроде бы Пэй Цы никакой косметикой не пользовался, а в рабочие авралы и вовсе не вылезал из ночных смен — так с чего у него кожа гладкая, как у младенца?
Дальше притворяться спящим Пэй Цы уже не мог. Посчитав, что момент идеален, он разлепил веки и с максимально невинным видом спросил:
— М-м? Что случилось?
Режиссёр Ли разочарованно качнул головой. Актер из Пэй Цы был аховый: в мгновение ока, стоит векам приподняться, его взгляд сделался совершенно ясным, до краев налитым обожанием. Симпатия просто плескалась через край — где тут сонная муть?
— Утренний квест, — пояснил Цяо Кайцзи. — Я встал первым, так что должен будить остальных.
Кайцзи вознамерился было подняться и переключиться на следующую «жертву», но успел разгнуться лишь наполовину: Пэй Цы внезапно выпростал руку и крепко сжал его запястье.
— Погоди. Я ещё не до конца проснулся.
Остальные участники: «...»
Первым не выдержал Чжао Цзингэ. И без того изображать сон было сплошным мучением, так Пэй Цы ещё и наглеет на ровном месте! Разве мог его взрывной характер вынести подобное?
Вскочив с матраса, он сцапал подушку и уже занёс её над головой Пэй Цы. Вот только прямо на траектории броска стоял Цяо Кайцзи, и рисковать задеть его Цзингэ не смел.
Пока он раздумывал, молчаливый Тун Шэн без лишних слов запечатал собственную подушку прямо в Пэй Цы. Тот ловко выставил блок — и «снаряд» отлетел аккурат в физиономию Се Юнькэ.
— Вы с ума сошли с утра пораньше?! — взвился ошарашенный Се Юнькэ.
— А это всё Пэй Цы со своими бзиками! — разгневанно завел Ле И.
Пэй Цы с абсолютным хладнокровием принял сидячее положение:
— Постойте, вы разве не должны изображать глубокий сон?
— Притворяться спящими, — ледяным тоном уточнил Сюй Яньцань.
— Вот-вот, — ни капли не смутился Пэй Цы. — А кто притворяется, того не разбудишь.
Намерения этого типа были шиты белыми нитками! И вел он себя при этом откровенно провокационно.
Играть в поддавки желающих больше не осталось. Все в сердцах поднялись с постелей, тогда как у Пэй Цы настроение явно взлетело до небес.
Пэй Цы похлопал Кайцзи по плечу:
— Вот и ладушки, цирк окончен. Пойдём лучше позавтракаем.
Цяо Кайцзи обомлел: неужели Пэй Цы понял, что тот еле сдерживает фальшь, и разыграл эту сцену исключительно ради него?
Будто прочитав его мысли, Пэй Цы вдруг заходился откровенным хохотом. Он заливался так, что хватался за живот, и до Кайцзи моментально дошло: он слишком хорошо об этом типе подумал!
Вспыхнув до кончиков ушей, Кайцзи сцапал собственную подушку и снайперским ударом запечатал её аккурат Пэй Цы в физиономию:
— Ну и бездарь! Простейшую сценку сыграть не в состоянии!
Остальные участники были глубоко тронуты. Вот кто истинный миротворец — восстановление справедливости взял на себя!
Наблюдавший за этой баталией режиссёр Ли лишь покачал головой. Какая наивность!
Разбившись попарно, парням пришлось втискиваться в ванную комнату, чтобы почистить зубы и умыться.
Кайцзи оказался вместе с Сюй Яньцанем. Вообще-то Сюй Яньцань всегда тратил кучу времени на гардероб и стиль, но Кайцзи казалось, что привлекательнее всего тот выглядит именно так — только что с постели. В нём жила особая, трудноподдающаяся копированию вальяжность, органично дополнявшая любой продуманный аутфит. Однако утренний Яньцань казался свежим, чуть домашним и удивительно настоящим — и именно эта противоречивость делала его образ настолько броским.
— Ты защитный крем взял? — поинтересовался Сюй Яньцань. — Солнце тут злое, ультрафиолет шпарит вовсю. Вчера мы проскочили, но сегодня без защиты никуда.
Кайцзи был в свободной футболка оверсайз; из-за широкого выреза Сюй Яньцаню открывался вид на нежную, гладкую кожу у самых ключиц. Обычно он не обращал внимания, но сейчас этот полунамёк заставил сердце ёкнуть.
— Взял, — подтвердил Кайцзи.
— Отлично. Тогда потом поможем друг другу намазать спины — самому туда не дотянуться, а что за конкурсы нам подкинут, ещё неизвестно. — Голос Сюй Яньцаня звучал подчеркнуто деловито.
Цяо Кайцзи подвоха не уловил:
— По рукам.
Когда они закончили, Бе Наньсин, прошмыгнувший в ванную первым, уже вовсю хозяйничал на кухне. Чжао Цзингэ буквально бредил своими вчерашними морскими водорослями, сгорая от желания сварить из них деликатесный суп.
Кайцзи с Чжао Цзингэ достали санскрины. Режиссёр Ли, до сих пор мозоливший глаза в коридоре, сходу приметил эти движения.
— Крем от солнца наглаживаете? — ухмыльнулся Ли-ПД.
— Ага, — подтвердил Кайцзи.
Ли-ПД уже вознамерился спуститься, но тут в его голове закрутились шестерёнки, и он заорал на весь дом:
— Чжао Цзингэ! Бе Наньсин! Вы же не нанесли защитный крем! Живо наверх, мажьтесь! Тут уже абсолютно все мажутся!
Бе Наньсин с Чжао Цзингэ предполагали, что крем дело не срочное, и собирались заняться этим после завтрака. Однако Бе Наньсина осенило мгновенное озарение: бросив нарезку, он кубарем помчался на второй этаж. Чжао Цзингэ сообразил не сразу, но когда до него дошел скрытый подтекст этой спешки, он ломанулся следом за конкурентом.
Чуть не упустил момент!
И не прогадал: едва дверь распахнулась, взору открылся Цяо Кайцзи, втирающий крем в кожу.
А ведь Кайцзи только-только вздохнул с облегчением, радуясь, что в комнате полупусто. Двое застряли в ванной, еще двое хлопотали на кухне... Каково же было его удивление, когда спустя секунду спальня вновь оказалась забита под завязку.
Кайцзи моментально раскусил коварный замысел Ли-ПД. Сохраняя невозмутимый вид, он произнес:
— Вы свои средства прихватили? Если нет, могу поделиться.
У Бе Наньсина, само собой, всё было при себе. А вот Чжао Цзингэ в подобных тонкостях не разбирался вовсе, потому остался без тюбика.
— Раз не взял, держи мой, — вставил Ле И. — Я с запасом захватил, две штуки.
И с этими словами сунул один из флаконов прямо в руки Чжао Цзингэ.
Уже нацелившийся было протиснуться к Кайцзи Чжао Цзингэ одарил Ле И тоскливо-убийственным взглядом и крайне неохотно сжал пластиковый флакон.
Вышедший из ванной Пэй Цы насмешливо фыркнул:
— Вот уж воистину монументальное зрелище.
И не поспоришь. Целая орава рослых парней толпится в спальне и созерцательно наглаживает себя кремами.
Кайцзи закончил обработку лица, шеи и рук, замешкавшись: стоило ли наносить средство под одежду?
«Эх, надо было мазаться снаружи...» Находиться в этой комнате становилось как-то совсем неловко.
— Советую нанести абсолютно везде, — просунувшись в дверь, дал напутствие Ли-ПД. — От плавок вы сегодня всё равно не отвертитесь.
С этими словами он наконец исчез.
Фигуры друг друга парни успели оценить ещё во время соревнований по плаванию. Поддавшись намеку режиссера, большинство без лишних смущений сбросило верх, продемонстрировав подтянутые, рельефные торсы. Негласная дуэль, скрытое соперничество без единого слова.
Единственным, чьё тело оставалось тайной, был Сюй Яньцань — он совершенно не выглядел любителем раскачанной мускулатуры. Однако Яньцань быстро развеял их заблуждения: сложен он оказался безупречно — поджарый, статный, из тех, о ком говорят: «в одежде стройный, без одежды — подтянутый и фактурный». И ведь никто из присутствующих не замечал, чтобы тот хоть раз переступил порог спортзала!
Цяо Кайцзи про себя стиснул зубы: Ли-ПД просто обожает разжигать огонь на ровном месте. Вздохнув, он решительно сдернул с себя футболку. В то же мгновение на него скрестились взгляды всех присутствующих.
Сложен он был невероятно гармонично: белоснежная, словно фарфоровая кожа, поджарый тонкий рельеф и сухая, узкая талия. Не мудрствуя лукаво, он выдавил щедрую порцию крема прямо на тело и принялся растирать. Густая белая масса плотными пятнами легла на кожу, а затем под нажимом его тонких пальцев стала постепенно таять.
У половины присутствующих от этой картины мигом вспыхнули уши.
— Давай я намажу тебе спину, — сделал шаг вперед Сюй Яньцань и аккуратно извлек флакон из рук Кайцзи. Он тихо, сдавленно усмехнулся: — А потом ты поможешь мне. Мы ведь так договорились, ты же помнишь?
Кайцзи молча кивнул — разумеется, он не забыл.
Сюй Яньцань и сам прекрасно понимал, что Кайцзи всё помнит. Ему просто требовалось громко и чётко заявить права перед остальными — они с Кайцзи договорились об этом заранее.
У Чжао Цзингэ от досады аж глаза налились кровью. Чёрт возьми! И почему ему самому в голову не пришла эта гениальная мысль?!
— Приляг на живот, так будет удобнее, — предложил Сюй Яньцань.
Кайцзи вдруг с неимоверной тоской вспомнил родную виллу и нормальную человеческую кровать. Отказать сейчас — значит показать, будто он придаёт этому подтекст. Пришлось послушно опуститься на футон и перевернуться на живот. Кончики его ушей полыхали алым пожаром.
Остальные застыли рядом. Кто-то, сбросив футболки, механически растирал по себе крем. Картина вырисовывалась какая-то... чертовски неловкая. Кайцзи предпочёл не углубляться в эти мысли и просто уткнулся лицом вниз.
Сюй Яньцань опустился рядом на колени. Его пальцы обжигали, а крем был прохладным; это контрастное переплетение тепла и холода, скользящее по лопаткам, заставляло кожу Кайцзи идти мурашками. Взгляд Сюй Яньцаня потемнел. Он сдерживал себя из последних сил, но стоит его пальцам коснуться поясницы, как Кайцзи невпопад вздрогнул и тихо хихикнул от щекотки. На изогнутом боку застыло белое нерастертое пятно.
Это смущённое, чистое трепетание, эти пылающие уши будто бы в одно мгновение наполнили всю комнату его невидимым дурманящим ароматом.
Сюй Яньцань и сам мгновенно вспыхнул. Поспешно растирая оставшиеся разводы, он буркнул:
— Всё. Теперь ты наноси, — в надежде скрыть залившую лицо пунцовую краску.
За все тридцать один год жизни Яньцань отдавал себя исключительно карьере. Да, происходили какие-то легкие флирты и ни к чему не обязывающие симпатии, но из-за вечной беготни они быстро сходили на нет, так и не переродившись во что-то большее. Он искренне полагал, будто предел человеческого влюбленного трепета ему давно известен, однако теперь собственными руками разрушал одну установку за другой.
Едва уловимый соблазн, невольно исходивший сейчас от Цяо Кайцзи, заставил сердце Сюй Яньцаня забиться с такой бешеной силой, что к голове прилила кровь и едва не кругом пошла голова. Это было диковинное, не испытанное ранее ощущение — словно патока, густая, тягучая, почти осязаемая сладость, опутывающая разум. Ему казалось, что он и так уже влюблен по уши, но он и помыслить не мог, что это чувство способно разгораться всё сильнее.
Принявшись растирать крем по его лопаткам, Кайцзи уточнил:
— На шею наносить?
— Да, обязательно, — отозвался Яньцань.
Изящные, тонкие, словно выточенные из нефрита пальцы Цяо Кайцзи мелькали прямо перед его глазами, заставляя Сюй Яньцаня бороться с диким порывом припасть к ним губами.
— Готово, — наконец сообщил Кайцзи.
Сюй Яньцань не торопясь поднялся и накинул поверх удлинённую защитную ветровку.
В спальне тем временем царила мертвая тишина. Все уже успели привести себя в порядок, и лишь когда Кайцзи поднялся на ноги, остальные словно очнулись от гипноза и засуетились, наперебой сзывая друг друга на завтрак.
Пэй Цы прошёл прямо к Цяо Кайцзи и протянул ему свой флакон. Он всё это время стоически выжидал своей очереди — и Кайцзи прекраснейше это видел.
— Натри мне спину тоже, — заявил тот.
Остальные участники: «...»
Какого чёрта?!
Точно! Кто сказал, что услуга должна быть взаимной?! Если уж не повезло намазать спину Кайцзи самому, что мешало попросить его намазать их собственную?!
Они-то от смущения растерялись и на автомате доверили эту задачу первому попавшемуся под руку соседу!
Чжао Цзингэ готов был завыть от досады. Он искренне считал себя парнем не промах, но до непробиваемого нахальства Пэй Цы ему было далеко, как до Луны! И этот его совершенно хозяйский, запредельно уверенный тон... Руки так и чесались съездить ему по физиономии.