Чжао Цзингэ поднялся с ложкой как раз в тот момент, когда Цяо Кайцзи убирал красное вино и ставил вместо него пиво.
Цзингэ опешил, но тут же вспомнил недавние вздохи Кайцзи по поводу Ле И, и его лицо озарилось широкой улыбкой.
А ведь Цяо Кайцзи и впрямь сочувствовал искренне! Он заранее приготовил для Ле И вино, да кто ж знал, что тот сообразит на ужин нечто настолько приземлённое? Пришлось срочно менять напитки на пиво.
Изначально Чжао Цзингэ хотел просто перекинуться с Кайцзи парой слов, но после этих двух эпизодов его симпатия к парню заметно возросла. Сяо Чжао находил его ужасно интересным.
Ему страшно хотелось поболтать ещё, да вот беда — правила передачи связывали руки. Съёмочная группа строго запретила разглашать личную информацию, и трепло-Цзингэ словно лишился воздуха, не зная, за какую тему зацепиться.
Пришлось импровизировать на ходу.
— Кайцзи, а как вы там расселились? — спросил он, нарочито выделяя имя по слогам, вроде как в благодарность за то, что тот сразу назвал его просто по имени.
— Мы с Ле И в одной комнате, а Тун Шэн один, — ответил Кайцзи.
— Значит, вы по вечерам болтать можете. Тун Шэн-то совсем молчун.
— Не получится, — качнул головой Цяо Кайцзи. — Комнаты смежные, шум дойдёт до Тун Шэна. Если и устраивать посиделки, то только всем вместе. — И, не давая собеседнику вставить слово, тут же перехватил инициативу: — А вы как?
— А мы с Нань-гэ, — Цзингэ уже на ходу прилепил уважительное «брат».
Из троицы «активов» разница в возрасте бросалась в глаза сразу: Бе Наньсин и Се Юнькэ выглядели куда взрослее Сяо Чжао, к тому же оба держались сдержанно и солидно.
— Ты мне подал идею! Я-то думал вечерком перетереть с Нань-гэ, а теперь понимаю — Юнь-гэ шум помешает, придётся просто в игры залипать, — с досадой вздохнул Цзингэ.
Кто такой этот Се Юнькэ и чем занимается, Сяо Чжао уразуметь так и не смог. Бе Наньсин — звезда первой величины, но перед ним робости не возникало. А вот от третьего «актива», Се Юнькэ, у него почему-то мурашки бегали по коже. И дело было вовсе не в молчаливости последнего — скорее уж давила чистая, незамутнённая иерархическая аура!
Чжао Цзингэ до смерти хотелось с кем-нибудь этим поделиться. Он рассчитывал излить душу Бе Наньсину, но раз уж тот отпадал, оставалось выплеснуть всё на Цяо Кайцзи.
[Бе Наньсин пронёсся в миллиметре от катастрофы.]
[Цзингэ, ты на романтическое шоу пришёл или в мужской клуб?]
[Ору! Шоу быстрых свиданий превратилось в съезд по интересам!]
— Ну а у тебя самого как? Есть хоть кто-то, кто симпатичен? — опять затарахтел Цзингэ.
Режиссёр Ли за пультом извёлся от неопределённости. Ле И изо всех сил пытался подбивать клинья к Бе Наньсину, и пусть тот отмалчивался, это хотя бы походило на формат романтического шоу. А вот трескотня Цзингэ с Кайцзи в концепцию свиданий не лезла ни боком, ни козырем.
Ли-ПД уже не знал, какой угол выводить крупным планом, как вдруг Сяо Чжао сам повернул руль куда надо. В лоб спросил про симпатии!
Цяо Кайцзи пришёл сюда вовсе не за любовью, но отлично помнил задачи передачи и установки руководства.
— Слишком мало времени прошло, — раздал он всем по френдзоне. — Пока никто особо не зацепил, но ребята собрались отличные.
Цзингэ заглотил наживку:
— И к Юнь-гэ у тебя такое же отношение? Я вот тоже считаю, что все классные, да и Юнь-гэ парень мутный, но явно добряк... Вот только почему-то, когда я на него смотрю, мне аж жутко становится, даже заговорить боюсь.
Цяо Кайцзи подвис на пару секунд. Он банально не сразу сообразил, кто такой «Юнь-гэ». И лишь мгновение спустя в памяти всплыл Се Юнькэ.
— Хм... А ты в школе нормально учился? — вдруг спросил Кайцзи.
Встрепенувшийся было Цзингэ мгновенно застыл с открытым ртом.
— А?.. Н-ну, не то чтобы очень... — смущённо пробормотал он, совершенно не понимая, к чему этот вопрос.
— У него аура как у строгого завуча, — пояснил Кайцзи. — Или классного руководителя.
Осенивший оскал на лице Цзингэ надо было видеть.
[Боже, я сейчас со смеху умру!]
[Спасайте, я уже шипперю Второй Актив и Третий Пассив! Есть тут кто живой? Болтун и милый простофля — это же идеальный тандем!]
[Впервые вижу, чтобы Сяо Чжао так легко сбили с мысли двумя словами. Капитан Лю, наш младшенький, похоже, встретил свою судьбу!]
[Какая чистота! Реально вайбы первой школьной любви. Не думал, что на реалити-шоу увижу настолько милую парочку!]
Чжао Цзингэ посмотрел на Цяо Кайцзи с благоговейным трепетом. Вот уж поистине непростой человек! Говорит мало, зато каждое слово — прямо в яблочко.
А Кайцзи даже не понял, что произошло. Всё, что от него требовалось, он выполнил, и теперь оставалось лишь ждать, пока Ле И с компанией закончат стряпать ужин.
Сяо Чжао воспылал к Кайцзи глубочайшим интересом. Он так и крутился рядом, неумолкаемо треща обо всём подряд. Правда, темы быстро иссякли: ему страшно хотелось рассказать какую-нибудь байку из жизни, но вся его жизнь крутилась вокруг баскетбольной команды, а раскрывать детали запрещалось. В итоге парень то и дело спотыкался на полуслове, мучительно подбирая выражения.
— Ты бы присел пока, — посоветовал Кайцзи, вернувшись из кухни. — Ребята скоро закончат.
— Да как-то неловко... Все там пашут, а мы тут прохлаждаемся. — Цзингэ от природы отличался прямотой. Камер он совершенно не боялся — привык жить под прицелом объективов, да ещё и статус спортсмена вместе с юным возрастом давал пропуск на непосредственность. За прошедшие полдня ему толком не дали выговориться, и парень уже просто задыхался от нехватки общения.
— Ничего страшного. Зато мы потом посуду помоем, — успокоил его Цяо Кайцзи, у которого всё давно было просчитано.
Цзингэ аж рот раскрыл.
А так можно было?!
На его лице снова отобразилось просветление, смешанное с детским восторгом. Кайцзи сказал «мы», неосознанно причислив Цзингэ к «своим».
Сам Чжао Цзингэ не горел особым желанием крутить романы на камеру, но остаться совсем без сообщений симпатии было бы обидно.
[Я так переживала, что Сяо Чжао рановато попёрся на романтическое шоу, а теперь спокойна.]
[В «Цзиньцзяне» больше не осталось людей, готовых терпеть его болтовню?]
[Я влюбилась в Третьего Пассива! Какой золотой характер: спокойно поддерживает разговор, не перебивает и не бесится. Я бы на его месте уже прибила этого балаболку.]
[Наш Сяо Чжао вообще-то прелесть!]
Пока они разговаривали, Ле И с остальными начали накрывать на стол.
Все уселись за длинный прямоугольный стол напротив друг друга. Чжао Цзингэ опустился первым, рассчитывая, что Кайцзи сядет напротив. Однако Цяо Кайцзи придержал стул для Ле И, и освободившееся место напротив Цзингэ неожиданно занял Се Юнькэ.
Чжао Цзингэ: «...» Страшный «завуч» настиг его.
Тун Шэн устроился рядом. Бе Наньсин двигался подчёркнуто неспешно, бросая короткие взгляды на Кайцзи и пытаясь угадать, куда тот приткнётся. Ле И же выжидал движения Бе Наньсина.
А вот сам Цяо Кайцзи, совершенно не замечая бурливших вокруг подводных течений, спокойно уселся напротив Тун Шэна. В итоге Ле И и Бе Наньсину ничего не оставалось, кроме как сесть друг против друга.
Кайцзи оказался в самом центре: по бокам от него расположились Чжао Цзингэ и Ле И. Лицо Цзингэ немного разгладилось. Ну, хотя бы рядом — тоже неплохо.
Зато режиссёр Ли за кулисами буквально позеленел.
Да, он сам виноват, что не проинструктировал участников заранее. Но как, скажите на милость, можно было усесться настолько бестолково?! В его идеальном плане «активы» и «пассивы» должны были сидеть рядами друг напротив друга. А тут? Единственная правильная пара напротив — это Второй Пассив Ле И и Первый Актив Бе Наньсин.
А остальные? Первый Пассив Тун Шэн сидит напротив Третьего Пассива Цяо Кайцзи, а Второй Актив Чжао Цзингэ — напротив Третьего Актива Се Юнькэ!
Глядя на эту рассадку, Ли-ПД почувствовал, как к горлу подступает подлинная тошнота. С таким раскладом они вообще хоть один роман закрутят?!
Зато чат взрывался от восторга.
[Пусть внешне всё тихо, но мой многолетний опыт шипперства чует в воздухе запах пороха!]
[Сколько же тут скрытых взглядов!]
[И только некоторые держатся с невозмутимым видом.]
[Третий Пассив просто легенда: «Можете звать меня по имени».]
— В основном всё приготовил Ле И. Давайте попробуем, как получилось, — произнёс Бе Наньсин, разряжая обстановку. Ему не хотелось связываться с Ле И, но и отмалчиваться звезде не подобало.
Все взялись за палочки.
— Вкусно, — искренне оценил Цяо Кайцзи.
Ле И облегчённо перевёл дух, и улыбка на его лице стала заметно теплее.
Участники пригубили пива, стряхивая скованность. Тун Шэн и Се Юнькэ тоже немного расслабились.
— Поначалу все ужасно зажались, а если присмотреться, у нас тут полная комната «знаменитостей», — снова взял на себя роль ведущего Бе Наньсин. Кандидат, заманивание которого стоило продюсерам колоссальных усилий, заранее изучил анкеты и знал, что среди них есть популярный блогер и профессиональный спортсмен.
— Эх, съёмочная группа у нас слишком консервативная, всё по старинке делает. Интересно, когда приедут ещё двое? — подхватил Чжао Цзингэ. Он имел в виду Четвёртого Актива и Четвёртого Пассива, которые по регламенту должны были появиться со дня на день.
— Завтра раскроют наши профессии, тогда и общаться станет проще, — заметил Ле И. Ему уже не терпелось узнать, чем занимаются Чжао Цзингэ и Се Юнькэ, чтобы выбрать новую мишень для создания экранной пары. Ибо Бе Наньсин, как он успел заметить, идти на контакт категорически не желал.
После ужина Цяо Кайцзи и Чжао Цзингэ добровольно вызвались вымыть посуду. Поскольку в готовке оба толком не участвовали, возражать никто не стал.
Бе Наньсина охватило глухое раздражение. Он весь вечер искал удобный момент пообщаться с Кайцзи, но тот словно сквозь пальцы уплывал.
Кайцзи и Цзингэ убрали со стола и понесли тарелки в кухню.
— Ты часто дома посуду моешь? — поинтересовался Цзингэ.
— Ни разу, — спокойно ответил Кайцзи. — Дома не разрешали.
Прозвучало это настолько буднично, будто он просто констатировал очевидный факт.
— Ну, значит, тебя дома сильно баловали, — пожал плечами Цзингэ. Сам он, естественно, тоже отродясь к раковине не подходил.
[Точно мажорчик!]
[Не факт! Все приехали на люксовых тачках, и только он один прикатил на обычном такси.]
[Жду не дождусь завтрашнего разоблачения профессий!]
Цяо Кайцзи на секунду замешкался.
В итоге два абсолютно не приспособленных к быту парня принялись в четыре руки соображать, как подступиться к раковине. Опасаясь, что средства окажется мало, они накапали его от души — чат в трансляции буквально завопил о расточительстве.
Кайцзи подошёл к делу со всей ответственностью. Раковина быстро заполнилась пышной пеной. Из-за опущенной головы чёлка начала лезть в глаза, и Цяо Кайцзи небрежно отмахнулся тыльной стороной ладони — в результате прямо на тёмных прядях уселась белая мыльная шапка.
— Эй, ты же весь испачкался, — Цзингэ потянулся смыть пену.
На мгновение в его голове всё спуталось.
Он прекрасно видел, что Цяо Кайцзи красив. Но Цзингэ за свою жизнь встречал столько красавцев, что давно перестал реагировать на внешность. Однако то ли свет в кухне упал под правильным углом, то ли разница в росте создала идеальный ракурс, но, глянув сверху вниз на точёный профиль Кайцзи, парень на мгновение потерял дар речи.
Когда прохладные подушечки пальцев коснулись его щеки, Цяо Кайцзи невольно моргнул. Влажный, мерцающий блеск его глаз заставил сердце Чжао Цзингэ пропустить удар.
— Убрал? — Цяо Кайцзи замер, по-детски послушно ожидая ответа.
Лицо Цзингэ мгновенно вспыхнуло густым румянцем.
Чат взревел от смеха.
[Едва зародившаяся романтическая атмосфера лопнула как мыльный пузырь!]
[Сяо Чжао, ты дурак или притворяешься?! Ты что натворил?]
Оказалось, что руки у самого Цзингэ были по локоть в пене, и вместо того чтобы вытереть волосы Кайцзи, он измазал его ещё сильнее.
Смущённый до предела, Цзингэ спешно ополоснул руки под краном и принялся устранять последствия своего порыва. Мокрые пряди облепили щёку Кайцзи, а прозрачные капли медленно стекали по шее. Кайцзи вымыл руки и утёрся.
— Вся голова мокрая, — констатировал он.
Цзингэ сгорал от стыда:
— Слушай, иди, наверное, в душ. А посуду я сам домою, тут всё равно пара тарелок осталась.
Кайцзи глянул в раковину — и впрямь оставалось только ополоснуть.
— Ладно, тогда я пойду помоюсь. Спасибо тебе.
Съёмочная группа застыла в немом изумлении.
Они своими глазами наблюдали, как Цяо Кайцзи спокойно развернулся и ушёл к себе в спальню, чтобы отправиться в ванную.
Остальные участники всё ещё собирались в гостиной, налаживая контакты и притираясь друг к другу, а Кайцзи, и без того державшийся особняком, просто взял и свалился в оффлайн.
Формула «5+1» снова была в деле.
Режиссёр Ли, который только-только решил сделать Кайцзи ключевой фигурой выпуска, почувствовал, как дёргается глаз.
Этот парень вообще собирается участвовать в шоу?!
К счастью, на этот раз Кайцзи отсутствовал недолго. Как только он снова появился в кадре, поток комментариев в эфире буквально взорвался.
[А-а-а! Жена! Я согласна на всё!]
[Оператор, твою мать, крупнее план!]
[Цяо Кайцзи — ты мой личный Wi-Fi, я к тебе подключена навсегда!]
Взрыв в чате был вызван простым фактом: Цяо Кайцзи вышел из ванной прямо в банном халате.
Пятеро участников в гостиной мгновенно потеряли нить разговора. Тун Шэн уже вернулся к себе, а Ле И всё ещё изо всех сил пытался изображать светскую беседу.
Тун Шэн знал, что Кайцзи пошёл мыться, но никак не ожидал настолько сильного визуального эффекта.
Организаторы не просто так устроили подобную планировку комнат. Человек, выходящий из общей ванной, неизбежно сталкивался с соседями по секции, что должно было подталкивать их к сближению, вызывать соперничество или смущение. Вот только появление Цяо Кайцзи полностью сломало задумку продюсеров.
Всё пошло совсем не по плану.
Тун Шэн и Цяо Кайцзи встретились взглядами.
Волосы Кайцзи были слегка взъерошены после полотенца, непослушные пряди хаотично торчали в разные стороны. Тёмно-синий, ярко-сапфировый халат не просто не смотрелся вульгарно — он подчёркивал аристократичную бледность его кожи. Кайцзи слегка поднял руку, поправляя пояс, завязка ослабла, открывая широкий вырез на груди.
Тун Шэн судорожно сглотнул, пальцы его сжались в кулаки.
Он с трудом разомкнул пересохшие губы:
—... Тут вообще-то трансляция идёт.
Кайцзи опустил взгляд, разглядывая себя.
Подол халата доставал почти до лодыжек, глухо закрывая всё тело.
И что не так? Разве это выглядит нескромно?
Цяо Кайцзи: «...»
Он всерьёз задумался на пару секунд.
Тем временем у Ле И, всё ещё пытавшегося «обхаживать» Бе Наньсина в гостиной, окончательно сдали нервы. Он решил завтра же узнать профессии «активов», выбрать кого-то посговорчивее и бросить Бе Наньсина.
Слушайте, этот суперстар вообще из дерева вытесан?!
Ле И с раздражением толкнул дверь в секцию, но не успел даже толком нахмуриться, как в поле его зрения влетел Цяо Кайцзи.
... А из-за чего он, собственно, только что злился?
Они были знакомы от силы часов восемь. За это время Цяо Кайцзи не произнёс и пары десятков фраз, а общались они от силы пару минут. Но образ этого парня в глазах Ле И уже успел перевернуться с ног на голову раза четыре!
Он сам не понимал, как это происходит, но каждый раз Кайцзи ухитрялся его нокаутировать своим видом!
... Может, спросить у режиссёра, можно ли закрутить роман с кем-то из своей группы? Похоже, он реально больше не мог держать себя в руках.
Мамочки, кажись, он влюбляется в парня из своей же категории!
— Тут всё ещё идёт прямой эфир! — снова сжимая кулаки, процедил Тун Шэн.