На следующее утро почти весь дом проспал.
Исключением стал разве что Сюй Яньцань. Впрочем, день выдался выходным, так что никто никуда не спешил. Цяо Кайцзи поднялся с постели едва ли не самым последним.
Тун Шэн всё ещё крепко спал — вчерашний заплыв явно дался ему нелегко.
Выйдя из комнаты, Кайцзи к своему немалому удивлению застал на первом этаже всю четвёрку из группы активов.
— Вы встали раньше меня? — изумился он. — И что, мышцы совсем не ломит?
Ему самому, хоть он и проплыл лишь половину дистанции, каждый шаг давался с трудом.
Бе Наньсин ответил мягкой, но откровенно беспомощной улыбкой:
— Ещё как ломит. Ужасно устали, просто…
Некоторые присутствующие обладали чересчур болезненным самолюбием, из-за чего и всем остальным приходилось держать фасон, не позволяя себе позорно отсыпаться.
Чжао Цзингэ демонстративно отвернулся, Пэй Цы сохранял безупречно каменное выражение лица, а Се Юнькэ с глубокомысленным видом разглядывал зелень за окном.
— Время уже одиннадцатый час, так что давайте сразу перейдём к обеду, — произнёс Сюй Яньцань, выходя из кухни в фартуке.
— Отличная идея. Я помогу, — тут же откликнулся Кайцзи и, повернувшись к четверым из группы активов, добавил: — А вы пока отдыхайте. Сегодня мы с Яньцанем готовим, а завтра уже ваша очередь.
— Главное, чтобы они кухню не разнесли, — поддел их Сюй Яньцань.
Мужчины из группы активов одновременно перевели дух. На самом деле они сейчас даже руки толком поднять не могли.
Вскоре к кулинарному процессу подключился и Ле И. Обед стряпали дружно, а за столом ели с аппетитом.
Заканчивая свою порцию, Ле И поинтересовался:
— Вы во второй половине дня куда-нибудь собираетесь?
— Да, я поеду встречусь с друзьями, — первым ответил Цяо Кайцзи.
Планы на сегодня переиграли буквально вчера вечером. Изначально режиссёр Ли рассчитывал устроить общее мероприятие для всех восьмерых участников, чтобы подтолкнуть развитие отношений. Однако вчерашнее состязание в бассейне надломило сразу пятерых парней. Какой уж тут интерактив — они по лестницам-то передвигались с утиной раскорякой, расставляя ноги в стороны.
Пускать подобное в эфир было рискованно: зрители могли и растерять симпатии от столь неэстетичного зрелища. Поэтому съёмочная группа экстренно вернулась к классической схеме: разъезды по городу, встречи с близкими и друзьями, обсуждение жизни в доме и лёгкие намеки на сложившиеся любовные линии.
Впрочем, судя по состоянию «пятерки калек», даже эта простая задача казалась для них трудновыполнимой.
— Я тоже уезжаю, — продолжил расспросы Ле И, обведя присутствующих взглядом. — А остальные так и останутся дома?
Все промолчали. Ковылять на встречу такой походкой никому не хотелось — позора не оберёшься.
— Раз так, выходим только мы вдвоём, — подытожил Ле И, обращаясь к Кайцзи. — Я отвезу тебя на машине, а вечером вместе вернёмся.
Собственного транспорта у Кайцзи в распоряжении не было, поэтому он охотно согласился:
— Договорились. Заодно на обратном пути заскочим в магазин, а то в холодильнике опять пустовато.
Едва посуда опустела, обязанность по уборке стола благополучно перешла к группе активов.
— Вы четверо сегодня сидите в комнатах и восстанавливайте силы. И без глупых соревнований, — специально заглянув на кухню, строго наставил их режиссёр Ли.
Тем временем Кайцзи уточнял у Ле И организационные детали:
— У тебя в машине есть зонт? В прогнозе погоды обещали дождь.
— Один лежал.
Кайцзи поначалу хотел попросить ключи от машины у Пэй Цы, чтобы забрать зонтик из его салона, но, сделав шаг, внезапно осекся и попятился назад.
— Режиссёр Ли, одолжите зонт, пожалуйста.
— На первом этаже в подсобке несколько штук висит, выбери любой, — отозвался постановщик.
Кайцзи сходил в кладовку и взял первый попавшийся. Режиссёр Ли долго и пристально всматривался в его лицо, пока не заметил еле уловимые детали. «Ну точно, вчера в кабинете между ними что-то произошло», — подумал он.
— Цяо Кайцзи, когда вернёшься, нам надо будет поговорить, — произнёс Ли.
Кайцзи сразу понял, что от проницательного взгляда продюсера ничто не укрылось. Что ж, так даже лучше. Он действительно находился в тупике и совершенно не представлял, как поступать дальше. Встреча с друзьями сегодня была как нельзя кстати — ему требовалось с кем-то выговориться.
За руль сел Ле И, Кайцзи расположился на переднем пассажирском сиденье, а двое операторов заняли задний ряд. Маршрут они утвердили заранее: места назначения находились примерно в одной стороне, только заведение Ле И располагалось ближе, а точка встречи Кайцзи — чуть дальше.
Сперва они подкатили к ресторану, где Ле И ждал его знакомый. Когда тот вышел, Кайцзи перебрался на место водителя.
— Сейчас час дня. Подъезжай за мной примерно к трём, и вместе рванём в супермаркет, — ещё раз сверил часы Ле И.
— Хорошо.
Спустя десять минут Кайцзи уже припарковался у нужного заведения. Линь Футянь и Сяо Е ждали его в кофейне.
Захватив с собой оператора, Кайцзи толкнул стеклянную дверь и сразу заметил знакомые фигуры в углу — не угадать Сяо Е было невозможно, уж больно колоритной внешностью тот обладал.
— Вы чего так рано? — спросил Кайцзи, подходя к столику. На фоне остальных посетителей он мгновенно приковал к себе все взгляды.
Договаривались они на полвторого, а на часах едва перевалило за час.
— Да нормальное время, мы сразу решили, что ты приедешь раньше, — Линь Футянь жестом пригласил его садиться.
— Мне уже заказывали что-нибудь?
— Твой любимый холодный американо, — ответил Линь Футянь.
Кайцзи не то чтобы обожал этот напиток, просто в компании этих двоих заказать сладкий газированный кофе означало обречь себя на их убийственные взгляды.
Опустившись на диванчик, Кайцзи глянул на сидящего напротив Сяо Е и не удержался от улыбки:
— Ты что, нервничаешь?
Сяо Е, чьи мысли угадали с ходу, мгновенно вспыхнул, но сдаваться не захотел:
— Вовсе нет. Просто здесь прохладно.
Линь Футянь окинул его выразительным взглядом. Они сидели в кондиционированном тепле уже минут десять, так что отговорка про холод звучала смехотворно. Впрочем, развивать тему Линь Футянь не стал и переключился на Кайцзи:
— Ну как ты там? Прожили вместе неделю, какие впечатления?
Кайцзи отпил кофе, подбирая слова.
— Наверняка у тебя от поклонников отбоя нет? В первом выпуске тебе, кажется, кучу сообщений прислали? — продолжал допытываться Футянь.
— Там и дружеские были! — торопливо возразил Кайцзи, но тут же пожалел о сказанном.
Раньше он действительно искренне так думал. Поначалу не мог разобрать, от кого приходят «сообщения симпатии», но методом исключения составить картину вроде бы удалось. Ему казалось, будто Пэй Цы писал ему исключительно из-за их давней дружбы, Тун Шэн выражал приятельскую поддержку, а Бе Наньсин со временем перестал проявлять активность, переключившись на Ле И.
Вчерашний день разбил эти наивные иллюзии в пух и прах. Оказалось, что те две эсэмэски были самыми настоящими признаниями. А вечернее послание от Се Юнькэ вообще повергло его в шок. Кайцзи чуть было излишне самонадеянно не решил, будто и Юнькэ к нему неравнодушен. К счастью, вовремя вспомнил их ночной разговор по душам — тот просто проникся уважением и симпатией как к человеку. У Се Юнькэ действительно не было объекта романтического интереса. И судя по всему, вряд ли появится в ближайшее время.
Глядя на сменяющие друг друга эмоции на лице Кайцзи, Линь Футянь и Сяо Е переглянулись и синхронно прыснули.
— Когда мы смотрели первый эпизод, в тебя уже были влюблены как минимум двое. Сейчас, небось, ещё больше?
Кайцзи оторопел. Кроме Чжао Цзингэ? Кто ещё?!
Стоявший неподалёку оператор демонстративно покашлял.
Линь Футянь усмехнулся:
— Оу, про это нельзя вслух? Ну ладно, проехали.
— Ну и выматывающее у вас шоу, — подал голос Сяо Е.
— Вот потому тебя туда и не зовут, — подколол его Линь Футянь. — На то они и любовные реалити-шоу. Вся суть в интриге, флирте и учащенном пульсе. До самого финала никто не знает, кто с кем останется.
Сяо Е скривил губы:
— То есть ты сейчас намеренно крутишь интрижки?
Кайцзи аккуратно поставил чашку на стол. В компании этих двоих лучше вообще ничего не пить, иначе рискуешь стать первым участником романтического шоу, угодившим в больницу с забитыми кофе лёгкими.
— У тебя сам-то кто-то появился, кто действительно нравится? — Линь Футянь задал вопрос куда более грамотно. Задав его, он небрежно отвесил Сяо Е щелбан.
Тот вытаращил глаза, но промолчал.
Оператор с профессиональной въедливостью тут же взял их крупным планом. Сяо Е заметив это, недовольно буркнул:
— Ты чего объектив так близко суёшь?
Линь Футянь расхохотался, да и Кайцзи не удержался от смешка. Оператор смущённо отвёл камеру назад, возвращая в кадр всю троицу. Ничего не поделаешь, уж больно хороша была мизансцена — сработал профессиональный инстинкт. Впрочем, даже после этого он продолжал с подозрением посматривать на Футяня и Сяо Е. «Они точно не пара?»
Сяо Е выглядел так, будто проглотил муху, но сделать ничего не мог — камеры работали.
Эта небольшая разрядка заметно подняла Кайцзи настроение.
— Я сам пока не понимаю, что у меня в голове, — честно признался он с лёгким вздохом.
Сяо Е, не отличавшийся дипломатичностью, тут же ляпнул:
— Звучит так, будто ты тут заделался главным бабником.
Линь Футянь без лишних слов просто поднёс чашку с кофе прямо к его губам, принудительно затыкая поток красноречия.
— Не слушай этого любовного профана, — спокойно произнёс Футянь. — Двигайся в своём темпе. Даже если ты нравишься остальным семерым участникам, ты имеешь полное право ответить отказом каждому, если сам ничего не чувствуешь. Чья-то симпатия — это не твоя вина и не твоя обязанность. Ты не обязан отвечать взаимностью всем подряд. Иначе тебе пришлось бы бросить работу и целыми днями только и делать, что выслушивать чужие признания.
Кайцзи оценил его манеру рассуждать:
— Ну ты обо мне слишком высокого мнения. Не так уж много людей в меня влюблено.
После этих слов Линь Футянь и Сяо Е уставились на него с таким выражением, в котором читалось нечто совершенно недоступное пониманию Кайцзи. Над его головой словно завис огромный знак вопроса.
Сяо Е, довольный ситуацией, ухмыльнулся:
— Ты давай быстрей заводи себе парня. Вот найдешь кого-то — тогда я тебе кое-что расскажу.
— Что расскажу? — полюбопытствовал Кайцзи.
— Про твою личную жизнь.
— Так у меня же не было романов! — запутался Кайцзи ещё сильнее.
Сяо Е едва не заржал в голос.
Линь Футянь, подперев подбородок рукой, неторопливо произнёс:
— Ну ладно… Раз уж ты всё равно пошёл на шоу, кое-что можно раскрыть.
Сяо Е прекратил смеяться и свирепо уставился на Футяня. Он-то рассчитывал приберечь эти истории, чтобы потом подкалывать Кайцзи!
— Знаешь, от скольких ухажёров я тебя в своё время отвадил? — продолжал Линь Футянь. — Ты слишком недооцениваешь свою привлекательность. Ты пользуешься бешеной популярностью.
Оператор мгновенно приблизил зум, ловя в один кадр крайнее изумление Кайцзи и откровенно снисходительные усмешки его друзей.
Кайцзи выдохнул лишь растерянное:
— А?..
— Так что успокойся, — подвёл итог Линь Футянь. — Парни на проекте — это ещё не весь мир. Выбирай спокойно того, с кем действительно захочешь быть. А не найдёшь — я сам тебя с кем-нибудь познакомлю.
Кайцзи попытался собраться с мыслями:
— То есть раньше вы от меня всех отгоняли, а теперь пихаете в отношения?
— Всё логично: ты вырос, созрел для любви.
Кайцзи лишился дара речи. Сяо Е, видя его замешательство, расплылся в довольной ухмылке. «Ну и ну, вот уж действительно друзья-вредители», — подумал про себя оператор.
— Кстати, сегодня твой эфир будет идти в трансляции? — вспомнил Кайцзи. Им вроде бы обещали стримы на весь день.
— Режиссёр Ли распорядился твои материалы в лайв не пускать, — ответил оператор за спиной. — Всё пойдёт только в основной выпуск.
Слыша, что прямая трансляция ему не грозит, Сяо Е заметно расслабился и фыркнул:
— Ну ты и шишка.
— Он сейчас в самом центре любовного треугольника — разумеется, статус обязывает, — подмигнул Футянь.
—…Прекратите уже.
— А чем ты недоволен? Мужики там собрались отличные. Твой друг детства, насколько я помню… — Линь Футянь сделал глоток кофе.
Оператор затаил дыхание, вытаращив глаза. «Ну же, давай, говори дальше!»
Линь Футянь прекрасно знал, что Пэй Цы — высшее руководство компании-производителя этого шоу. Раз в эфире об этом не распространялись, значит, информация не для публики.
Заметив, что Футянь упомянул Пэй Цы, Кайцзи невольно напрягся:
— А что Пэй Цы?
— Да ничего, просто он вполне себе отличный кандидат. Не сбрасывай его со счетов только потому, что вы слишком давно знакомы.
Кайцзи не знал, что ответить. Сбросить Пэй Цы со счетов? Да его присутствие и так было ощутимее некуда!
В разговор вмешался Сяо Е:
— И как тебе остальные?
Помянув наказ оператора о необходимости выдать характеристики участникам ради сюжета, Кайцзи начал делиться впечатлениями:
— Бе Наньсин в жизни совсем не такой, как на экране. Очень простой в общении, мягкий, приятный человек. Чжао Цзингэ гиперактивный, открытый… прямо как младший братишка. С Се Юнькэ мы толком не общались до вчерашнего дня. Он… хм, пожалуй, чересчур правильный.
Кайцзи ненадолго замялся. Можно ли такое говорить?
— Правильный — это не недостаток, а достоинство, — вступился Линь Футянь.
Кайцзи улыбнулся:
— Мне кажется, с таким характером ему будет сложно кого-то найти на шоу.
Футянь и Сяо Е не удержались от смешка:
— Тебе сказали расслабиться, так ты вообще фильтры отключил!
— Ну а про Пэй Цы и говорить нечего, — махнул рукой Кайцзи.
— Это ещё почему? Рассказывай! — тут же уцепился за поводок Сяо Е.
Линь Футянь слегка хлопнул Сяо Е по тыльной стороне ладони, призывая к спокойствию — у того совершенно отсутствовало чувство такта. Зато сам Футянь умело расставил ловушку:
— Если абстрагироваться от того, что он твой друг детства… Как бы ты оценил его просто как участника проекта или потенциального партнёра?
— Ну, он замечательный, тут без вариантов, — не задумываясь выпалил Кайцзи.
Линь Футянь отпил кофе с видом триумфатора. Сяо Е же скрыть эмоций не смог и лишь качнул головой, цокнув языком.
Не давая Кайцзи времени спохватиться, Футянь перевёл тему:
— А что насчёт парней из вашей группы? Вам же теперь разрешили внутренние симпатии?
— Тун Шэн с виду холодноват, но внутри очень тёплый. Ле И его больше не боится и вечно подкалывает, а тот постоянно попадается на его уловки.
— У меня полно знакомых, которые от Тун Шэна без ума, — кивнул Сяо Е.
— Ле И вообще очаровательный. Если бы вы с ними познакомились, быстро бы нашли общий язык. А ещё есть Сюй Яньцань, вы его вряд ли видели, но он невероятно крут, — Кайцзи кратко обрисовал его профессию.
Линь Футянь проникся уважением:
— Да уж, пробиться в этой сфере — огромный труд.
Наговоренного материала с лихвой хватало для монтажа. Понимая это, друзья переключились на рабочие вопросы.
— Ты сейчас спокойно участвуй в проекте. Через меня уже пытались выйти на тебя с предложениями, но я считаю, торопиться не стоит — твоя ценность ещё вырастет.
Футянь повернулся к оператору:
— У вас там такой ажиотаж, рекламщики ещё не выстраиваются в очередь на фотосессии?
— В последнее время к режиссёру Ли действительно часто обращаются по поводу рекламы и постеров. Думаю, скоро позовут на съёмки, — подтвердил оператор.
— Вот и отлично, попробуешь себя на площадке от проекта, набьёшь руку, — планировал Футянь. — Насмотревшись шоу и послушав тебя, я и сам загорелся идеей сделать пару кадров с вашими участниками. Парни все как на подбор красавцы, да ещё и с характером. Работать с такими — одно удовольствие.
— Если вы возьмётесь за съёмку, наш режиссёр Ли от счастья прыгать будет, — оживился оператор.
— Что ж, будет возможность — сработаемся, — Линь Футянь действительно был не прочь поработать, не ради денег или славы, а ради чистого азарта.
Пока они обсуждали съёмки, Кайцзи повернулся к Сяо Е:
— А у тебя как дела?
— Да как обычно, — без объектива камеры Сяо Е сразу как-то обмяк. — Ты сейчас, небось, в интернет не лазишь, комментарии не читаешь?
Кайцзи качнул головой.
— Твой режиссёр Ли — тот ещё фрукт. У людей, живущих за счёт хайпа, сердца чёрные. Впрочем, не бери в голову. Фанатов у тебя добавилось будь здоров, так что просто держись своего курса.
Сяо Е не стал вдаваться в подробности, но Кайцзи и так всё понял: в сети наверняка хватало негатива, но параллельно росла и база поклонников.
Кайцзи тепло улыбнулся:
— А ты в меня, я смотрю, веришь.
— Да ну тебя, пошёл ты! Я тут из благих побуждений заботу проявляю, — огрызнулся Сяо Е.
Они просидели примерно до половины третьего. Кайцзи сверкнул взглядом на часы — до трёх оставалось полчаса. Учитывая, что Ле И мог закончить раньше, лучше было подъехать заранее.
— Ну, я пошёл, — Кайцзи поднялся из-за стола.
— Давай. Скоро увидимся, так что не накручивай себя понапрасну, — напутствовал Линь Футянь, который уже успел обменяться парой слов с режиссёром Ли и договориться о фотосессии.
— Вот уж не знал, ради кого мы встречались — ради меня или ради тебя, раз ты себе работу урвал.
— Это всё благодаря моему высочайшему профессионализму!
С шутками и смехом они покинули кофейню. Кайцзи сел за руль и направился по адресу, указанному Ле И.
Автомобиль он припарковал на открытой площадке перед торговым комплексом. Место оказалось крайне удачным: прямо напротив расположилась стеклянная витрина заведения, за которой просматривался Ле И, увлечённо беседующий с приятелем.
— Это тоже его коллега по стримингу? — спросил Кайцзи у оператора.
Тот сверялся по эсэмэс с коллегой, дежурившим внутри:
— Нет, школьный друг, они знакомы уже много лет.
Кайцзи слегка удивился. Учитывая характер Ле И, он ожидал увидеть кого-то из интернет-тусовки. Похоже, к участию в шоу тот относился куда искреннее, чем казалось со стороны.
Они прождали снаружи около десяти минут. Связывавшая парней дружба явно была крепкой — Кайцзи видел, как оба за столом сотрясаются от смеха. Наблюдать за этим со стороны было приятно, и Кайцзи сам невольно расплылся в улыбке.
Но в следующий миг его бровки нахмурились:
— Это ещё кто?
Из-за расстояния разглядеть детали не удавалось, угадывались лишь силуэты — похоже, сутулая пара средних лет.
Мужчина и женщина остановились прямо возле столика Ле И. Дорогу спрашивают? Узнали участника шоу? Поклонники?
Все догадки мгновенно испарились, когда Ле И резко вскочил на ноги и тут же получил оглушительную звонкую пощёчину.
— Цяо Кайцзи! — вскрикнул оператор.
Но Кайцзи уже выскочил из машины, даже не вытащив ключ из замка зажигания, и стремительным шагом рванул к дверям заведения. Оператор едва успел выдернуть ключи и бросился следом. Ну и влипли!
Когда Кайцзи толкнул дверь ресторана, там уже царил настоящий хаос.
— Ах ты, тварь безумная! — долетел до него визгливый мужской выкрик. — Ты как вообще на телевидение вылезти осмелился?! Ни стыда, ни совести! Зачем я только тебя на свет выносила, надо было ещё в зародыше избавиться!
Женщина сыпала проклятиями не менее яростно.
Кайцзи мгновенно сообразил, кто перед ним. Ле И вовсе не был низкого роста — среди гигантов из группы активов он терялся, но на улице выглядел вполне высоким и статным парнем. Однако сейчас он стоял, ссутулившись и опустив голову, полностью лишённый привычного задора и общительности.
За окном незаметно сгустились тучи, пошёл мелкий, сеющий дождь. Ле И замер в этой давящей тени. Кайцзи не видел его лица, но вся его фигура выражала беспросветное, удушающее отчаяние.
— Как у тебя только рожа не треснула на проект заявиться?! — Отец Ле И снова занёс руку для удара.
Кайцзи преодолел разделявшее их расстояние в два широких шага. Он с силой толкнул мужчину в грудь, оттесняя его назад, и заслонил собой Ле И.
Тот вздрогнул.
Кайцзи не обладал мощным телосложением, но был выше Ле И, с широким разворотом плеч и безупречной выправкой. Таким Ле И его ещё не видел. От одной только спины Кайцзи сейчас веяло непоколебимой уверенностью и праведным гневом.
Ле И пальцами вцепился в его одежду. Сам того не замечая, он плакал — слёзы молча текли по щекам, но в эту секунду он впервые за долгое время почувствовал себя в полной безопасности.
— Ты ещё кто такой?! — Отец Ле И, опешив от такого напора, поневоле отступил на шаг.
— Я его друг.
— А ты знаешь, кто я ему прихожусь?!
— Мне всё равно, кто вы. Рукоприкладство в общественном месте — это нарушение закона. Если вы продолжите, я вызову полицию, — произнёс Кайцзи, доставая телефон.
Мать Ле И тут же ринулась вперёд, намереваясь вырвать мобильный. Кайцзи поднял руку выше, и взбешённая парочка с кулаками бросилась на него.
Зрители вокруг даже зажмуриться не успели, а ситуация уже разрешилась.
Вспышка движения — и тонкая, казалось бы, хрупкая фигура Кайцзи с удивительной лёгкостью скрутила отца Ле И. Движения были настолько выверенными и точными, что выглядели почти невесомыми.
Вот только сам нападавший извивался и орал от боли — Кайцзи зафиксировал его намертво. С детства не отличаясь крепким здоровьем, Кайцзи по настоянию семьи обучался элементарным приёмам самообороны. Ничего сверхсложного, но против обычного человека — более чем достаточно.
— Отпусти его! — взвизгнула мать Ле И. Она орала во всё горло, но подойти ближе уже не решалась: уж больно перекосило от боли лицо её мужа.
— Ах ты, никчёмный слизняк! Нашёл себе защитников?! — продолжал орать скрученный отец. — Мы твои родители! Родителей при тебе крутят, а ты молчишь?!
— Дрянь неблагодарная! — вторила ему мать.
— Набери полицию, — бросил Кайцзи оператору.
Разговаривать с этими людьми конструктивно было невозможно.
— Только попробуй! Наберёшь — я тебя прямо сегодня домой уволоку и под замок посажу! — визжала мать. — Я вспомнила! Ты из той же шарашки, с того же шоу! Бессовестные, нечестивые твари! На весь свет позоритесь, мужиков себе ищете!
Кайцзи даже отвечать не стал. На его телефоне уже крутился диктофон — чем больше эта парочка наговорит, тем лучше. От мысли, что эти люди вырастили Ле И, тошнота подступала к горлу.
— Отпусти, кому говорю! Чему вас только родители учили, бесстыжие! — продолжал бесноваться отец.
Кайцзи действительно разжал пальцы и шагнул назад — подоспели охранники торгового центра и перехватили дебоширов.
Полиция прибыла практически мгновенно — её вызвала администрация заведения. Съёмочная группа среагировала оперативно и направила в участок адвокатов. Друга Ле И отправили домой — парень и так перепугался насмерть.
В отделении родителю Ле И устроили настоящий концерт. Даже перед лицом стражей порядка они не унимались, а видя собирающуюся толпу глазеющих, распалялись ещё пуще, выплёскивая тонны грязи.
Ле И стоял в центре этого ада, принимая на себя десятки чужих взглядов: жалостливых, любопытных, брезгливых, осуждающих. Словно выброшенная на сушу рыба, он беспомощно глотал раскалённый воздух. Жизнь утекала из него капля за каплей.
Ещё немного — и он задохнётся.
Вдруг на его плечо опустилась ладонь. Будто прохладная волна накрыла высохший берег, возвращая к жизни. Ле И смог сделать вдох.
Когда они вышли из участка, небо окрасилось в сочные оранжевые тона заката. Воздух пах свежестью после прошедшего дождя.
— Ле И, твоих родителей пока удалось отправить домой, — успокаивал его подошедший сотрудник съёмочной группы. — Не накручивай себя, вблизь они к тебе больше не подступят.
Адвокаты проекта совместно с полицией оказали на парочку серьёзное давление: раз дело ограничилось лишь одной пощёчиной без увечий, пустить в ход уголовку не вышло, но их строго предупредили — любое повторение подобного выльется в реальный административный арест. Этого хватило, чтобы охладить пыл неадекватных родственников.
— Всё в порядке… Я просто немного устал, — Ле И потёр виски.
Кайцзи проводил его до машины. Камеры внутри салона были заранее сняты, оставляя им абсолютно изолированное, личное пространство.
Они молча просидели минут десять, прежде чем Ле И заговорил первым:
— Прости, что тебе пришлось стать свидетелем этого позора.
— Это не позор, — Кайцзи мягко коснулся его головы и тут же убрал руку.
— Можно… на тебя опереться? — тихо попросил Ле И.
— Конечно.
Ле И прислонился головой к его плечу. Кайцзи чуть сменил позу, чтобы тому было удобнее.
— Всё из-за ориентации? — спросил Кайцзи.
— Отчасти… Но не только.
В современном обществе комин-аут давно перестал быть катастрофой, и лишь узкая прослойка людей реагировала на это с подобной истерией.
— Им просто нужно тотально контролировать меня, — прерывисто произнёс Ле И. — Они ненавидят меня за то, что я свернул с предписанного ими маршрута.
Ле И с детства был тем самым «образцовым ребёнком». Родители держали его в ежовых рукавицах: музыкалка, живопись, репетиторы, а с пятого класса — только учёба, без продыху. Он поступил в престижный ВУЗ, получил рекомендацию в магистратуру…
— Но магистратуру я так и не окончил. Я просто сбежал.
Он бросил всё и ушёл в киберспорт, стал стримером. Благодаря внешности и острому уму быстро пробил себе дорогу наверх.
Ле И произнёс это с какой-то горькой иронией:
— Знаешь, почему я пошёл в игровые стримеры?
— Почему?
— Попытался взбунтоваться. Не хотел больше быть их марионеткой. Вот только самое страшное проявление бунта, которое смог выдумать мой правильный мозг — это видеоигры, — он тихо хмыкнул. — Все эти запрещённые вещества, гонки, маргинальные компании… я про всё это знал, но до смерти боялся. В итоге моим потолком бунтарства стали стримы.
Кайцзи не улыбнулся. Ему оставалось лишь крепче обнять Ле И.
— Потом я пытался научиться пить, курить… Алкоголь ещё куда ни шло, а от сигарет выворачивало. Насмотрелся на лёгкие курильщиков и выкинул пачку, успев выкурить только половинку. Пробовал питаться одними дошираками да газировкой — через три дня желудок сдал, пришлось готовить самому. Чтобы держать марку «бунтаря», принципиально не смотрел рецепты и ел отвратительную стряпню.
— Ну, сейчас-то ты готовишь отлично.
— Вот именно. Я даже нормально взбунтоваться не сумел, — Ле И горько усмехнулся. — Абсолютный неудачник.
Кайцзи перебил его:
— Если ты — неудачник, то как тогда называть остальных? Ты добился успеха во всём, за что брался, сам заработал денег, купил квартиру. Тебе всего двадцать шесть, а многих подобных высот и к тридцати пяти не достигают.
— Ну, если с этой стороны посмотреть…
Кайцзи не знал, какие ещё слова подобрать. Любые утешения сейчас звучали бы фальшиво. Ле И прожил в этой атмосфере двадцать шесть лет и, судя по всему, давно всё для себя понял и взвесил. Но детские травмы не исчезают от одного лишь осознания — они остаются глубокими шрамами на всю жизнь.
— Кстати, а ты сегодня здорово сработал, — Ле И сам перевёл тему.
Кайцзи понял, о чём он:
— Да брось, просто воспользовался тем, что противник ничего не умел. Счастье, что большинство людей драться не умеют. Вернёмся — я и тебя паре приёмов научу.
— Договорились.
Они пробыли в машине ещё минут двадцать. По большей части молчали. Если Ле И начинал говорить, Кайцзи просто внимательно слушал, не перебивая.
За это Ле И был ему неизмеримо благодарен. Он до смерти боялся услышать банальные жалостливые фразы. К счастью, Кайцзи оказался куда деликатнее.
В стекло тихо постучали.
— Время вышло, пора возвращаться, — произнёс сотрудник проекта.
Ле И взял себя в руки и выпрямился.
Едва Кайцзи взялся за ручку двери, он обернулся. За окном окончательно стемнело, и его силуэт утопал в полумраке, но голос прозвучал с невероятной, придающей сил уверенностью:
— Ле И. Ты действительно потрясающий и очень крутой. Я говорю это от чистого сердца. Мы остаёмся друзьями, так что если что-то случится — обязательно обращайся ко мне.
Не у каждого хватит мужества вырваться из токсичного окружения.
Кайцзи вышел на улицу.
Оставшись в одиночестве, Ле И закрыл лицо руками и смахнул тихо скатившуюся по щеке слёзу.