Ли Цинчжи плелся ближе к хвосту колонны. Если ученики из Данатека нагонят их, он со своим темпом неизбежно станет обузой. Эта мысль заставила его прибавить шаг и приложить все силы, чтобы вписаться в общий ритм.
Подняв взгляд в поисках решения, юноша к своему удивлению обнаружил, что прямо перед ним шагает Людвиг. Златовласый маг сегодня почему-то не рвался во главу отряда: он шел неспешно, с собранной и ленивой грацией, уступая привычное место лидера.
Заметив, насколько близко оказался Людвиг, юный даос на мгновение опешил. Смятение улеглось не сразу, но Цинчжи взял себя в руки: разборки с собственными чувствами подождут, сейчас главное — не отстать.
Поразмыслив над прошлым опытом, Цинчжи призвал своих каменных львов. Сяо Цзо и Сяо Ю соткались из воздуха и мгновенно рванули вперед, пробивая мощными тушами дорогу сквозь чащу.
Главной бедой Туманной долины оставались почти нулевая видимость и густой бурелом, из-за которого бежать во весь опор казалось безумием. Теперь же массивные звери таранили препятствия, избавляя хозяина от необходимости следить за каждым шагом. Избавившись от сковывающего страха споткнуться или угодить в ловушку, Цинчжи ощутимо прибавил в скорости.
Ученики Эйрмонта — за исключением Людвига, державшего ровный темп без всяких ухищрений, — оценили находчивость даоса и следом за ним вызвали собственных фамильяров. Впрочем, студенты Данатека не отставали: они ответили тем же и рьяно бросились в погоню. Разрыв между отрядами стремительно сокращался.
К тому же отряд углубился далеко в долину. Шумиха и магический гул, сопровождавшие их продвижение, разбудили то, чему лучше было бы спать.
Вскоре обе группы уловили странный шуршащий гул, нарастающий в тумане. Земля под ногами едва заметно дрогнула, и до каждого дошло: к ним стремительно приближается какая-то исполинская тварь.
Студенты мигом насторожились. Карл, шедший впереди, сбавил ход и вперил тревожный взгляд в белесую пелену. Преследователи из Данатека тоже оглянулись, готовясь встретить опасность лицом к лицу.
Не произнося ни слова, Людвиг сбавил шаг и незаметно прижался ближе к Ли Цинчжи.
Шум в тумане набрал силу. За мгновение до удара Цинчжи уловил возле самого уха зловещее шипение.
— Осторожно! — звонкий крик Мели прорезал мрак.
Юный даос мгновенно скомпоновал чары Растений: ухватившись за выскочившую из земли толстую лиану, он сиганул влево. Черная тень пронеслась в миллиметре от него, распоров туман.
Промахнувшись, затаившийся монстр выскочил на открытое место, явив себя во всем ужасающем величии. Цинчжи, тяжело дыша, оглянулся и оцепенел: на месте, где он стоял секунду назад, вилась огромная гигантская змея.
Пасть твари разинулась, обнажая жуткие клыки, а на лбу отчетливо светился знак серпа луны, переливающийся фиолетовым сиянием. Излучаемая им магическая мощь не оставляла сомнений: перед ними запредельно опасный дикий зверь.
Людвиг чуть нахмурился, вглядываясь в очертания монстра:
— Змея Лунного Прилива.
Лицо Карла мгновенно побледнело:
— Дело дрянь! Ее яд смертелен, не подставляйтесь!
Не успели отзвучать его слова, как гигантская рептилия снова рванулась вперед. Направив пасть на отряд, она выплеснула тугую струю иссиня-черного, смертоносного яда.
Маги сработали слаженно. Мели мгновенно ударила заклятием Водной Тюрьмы, сковав гадину в водяном куполе. Ли Цинчжи сплел из земли Щит из Лиан, перехвативший ядовитые брызги, а Карл поднял перед отрядом массивный барьер из камня.
Не теряя ни секунды, Карл подхватил тяжеленную каменную плиту и с ревом рванулся к плененной змее, обрушивая на ее туловище сокрушительный удар. Фамильяры остальных студентов тут же набросились на тварь, осыпая ее когтями и заклятиями.
Однако в тот самый миг, когда Карл готов был размозжить монстру голову, метка Луны на лбу змеи вспыхнула слепящим светом. Волны дикой, первобытной магии хлынули во все стороны.
Змея Лунного Прилива взревела, одним махом разорвала водные оковы и яростно метнулась к Карлу, раскрывая пасть для смертельного укуса. Мели попыталась выставить новую ловушку, но набравшего силу звера обычные чары уже не удерживали.
Цинчжи среагировал мгновенно: из-под земли взвились толстые, колючие плети, мертвой хваткой оплетшие тело рептилии. В ту же секунду Хорас развернул ментальный круг, обрушив на разум твари заклятие Подавления.
А затем в дело вступил Людвиг.
Яростный поток пламени высокого уровня захлестнул рептилию. Монстр попытался увернуться, но скованное плетями Цинчжи и затуманенное чарами Хораса тело не послушалось.
Змея извивалась, испуская пронзительное, полное боли шипение, пока огонь не выжег ее дотла, превратив в обугленную тушу.
Угроза миновала, и все перевели дух. Вспыльчивый Карл, едва не сгинувший в пасти монстра, с трудом отходил от шока:
— Святые угодники... Когда эта тварь клацнула зубами, я уже решил, что варюсь у нее в желудке!
Хорас, тоже вложившийся в победу, лишь презрительно фыркнул:
— Бесполезный никчемыш.
Карл мгновенно вспыхнул:
— Ты чего ляпнул, а ну повтори!
Мели тем временем виновато опустила глаза:
— Прости, Карл... Кабы я удержала ее Водной Тюрьмой, ты бы так не рисковал.
Парень опешил, явно не ожидая извинений, и неловко взъерошил затылок:
— Да ладно тебе... Ты-то при чем?
Однако девушка все равно бросила тревожный взгляд на Людвига. Как член Ученического совета, она считала свою ошибку непростительной:
— Простите, господин Главный ученик. Я оказалась слишком слаба.
Людвиг лишь качнул головой. Голос его оставался ровным, без тени упрека:
— Вперед. Времени в обрез.
Мели чуток отпустило, хотя осадок у нее все равно остался.
Двинувшись дальше, отряд вскоре заметил, что студенты Данатека тоже сцепились с каким-то исполинским чудовищем. Впрочем, шла состязательная гонка, а соперники и сами неплохо справлялись, так что эйрмонтцы не стали вмешиваться и устремились вперед.
На полпути Мели, наморщив лоб, задумчиво проговорила:
— Странно... А где Длиннорогие тигрозвери?
Будучи вершиной пищевой цепочки Туманной долины, эти хищники должны были учуять чужаков первыми. Но ни они, ни Данатек до сих пор не встретили ни одной из этих опаснейших тварей.
Цинчжи, уже имевший сомнительное счастье сойтись с подобной бестией в бою, тоже недоумевал. Учитель Эрнест уверял, что в долине водятся целые стаи длиннорогих тигрозверей, способных сводить магию на нет.
— Я тоже ждал нападения, — подал голос Хорас. — Даже запасался зельями восполнения маны.
Карл тут же ехидно оскалился:
— Ха! Против Камня Подавления Магии твои микстуры — что мертвому припарка. У тебя мозги окончательно усохли или от рождения таких не водилось?
Хорас посерел от злости:
— Заткнись, если сказать нечего.
— Запас карман не трет! Откуда тупому супостату знать про подготовку?
Сварка возобновилась с новой силой. Остальные студенты лишь вздыхали: к перепалкам этой парочки все успели привыкнуть.
Людвиг и вовсе игнорировал их. Наказывать обоих он стал бы лишь за нарушение устава, а тратить нервы на ребячливую грызню не собирался.
Лишь Ли Цинчжи, не выносивший ссор, попытался аккуратно вмешаться:
— Ну хватит вам... Вы оба по-своему правы, тут дело лишь в привычке...
Но разгоряченный Карл огрызнулся и на миротворца:
— Ли! Хорас — законченный болван! Ты что, сам не видишь? Чего ты его защищаешь?
— Что-о-о?! — взвился Хорас. — Это я-то болван?! На себя в зеркало глянь, чучело!
Словесный перестрел вспыхнул с пущей яростью, а Цинчжи оказался прямо в центре назревающей потасовки.
Мели, сочувствовавшая симпатичному восточному студенту, уже занесла руку, чтобы растащить крикунов и защитить юношу. Но опередить ее не успела.
Людвиг, доселе сохранявший ледяное равнодушие, внезапно остановился и резко нахмурился.
— Заткнулись. Оба, — чеканно произнес он. — До каких пор я буду слушать этот лай? Никакой дисциплины. Еще хоть слово — и оба вылетаете с турнира обратно в академический корпус.
Даже когда Мели едва не запорола удержание змеи, Главный ученик не повысил голоса. Но сейчас от него веяло такой тяжелой, давящей властью, что спорить не дерзнул бы никто.
Карл и Хорас моментально прикусили языки. На собственной шкуре зная, каков Людвиг в гневе, они мгновенно остудили пыл.
Впрочем, примирением тут и не пахло: смерив друг друга лютыми взглядами, задиры отвернулись и зашагали в разные стороны.
В отряде наконец воцарилась тишина. Ли Цинчжи, едва не попавший под горячую руку, тихо вздохнул с облегчением. Пусть Людвиг и выглядел грозно, зато ссора утихла.
Тем временем ученики Данатека разделались со своим монстром и снова сели им на хвост.
Сбросив оцепенение, эйрмонтцы прибавили ход. Состязание вступало в решающую фазу: впереди маячил выход из Туманной долины, за которым простирались неизведанные, опасные Сырые топи.
* * *
А далеко позади, в глубине уединенного ущелья Туманной долины, горой покоились туши Длиннорогих тигрозверей. Их когда-то свирепые глаза потускнели и остекленели. Черные изогнутые рога, обладавшие силой подавлять магию, у всех до единого были жестоко выкорчеваны, оставив лишь обезображенные, лишенные жизни тела гнить в унылой тьме...