Выбираясь из Туманной долины по кратчайшему маршруту, отряд уже разглядел сквозь редеющую пелену предрассветный свет — знак приближающегося финиша.
Но едва студенты поверили, что миновали самый трудный отрезок и вот-вот ступят на Сырые топи, мчавшийся впереди всех Карл резко замер как вкопанный. Лицо его исказил испуг.
— Осторожно! По курсу разлом!
Все мгновенно сбавили ход. Карл, едва не ухнувший в бездну, перевёл дух и отступил в сторону, открывая соученикам вид на зияющий провал.
— И что делать? — Карл в растерянности схватился за голову. — По правилам заклинания полёта запрещены! Как нам перебраться на ту сторону?
Мели намыслила лоб, судорожно перебирая варианты. А вот Хорас остался совершенно бесстрастен.
— Воспользуйся другими чарами, — небрежно бросил он. — Или в твоём свином котелке ничего, кроме заклятий полёта, не умещается?
— Чего-о?! — Карл вспыхнул, готовый снова сцепиться с обидчиком. Перепалка едва не вспыхнула с новой силой.
Послышавшиеся слова Хораса натолкнули Ли Цинчжи на мысль.
— У меня есть идея! — воскликнул он.
Хорас был прав: одолеть Ущелье Трещин можно и без крыльев.
Людвиг промолчал, но едва даос подал голос, золотистоволосый юноша метнул в его сторону непроницаемый взгляд — безразличие оказалось лишь видимостью. Впрочем, Цинчжи, увлечённый своей затеей, этого не заметил.
В его ладони вихрем закрутилась бледная изумрудная магия. В ходе забега даос растратил немало сил, однако сейчас, когда команде потребовалась помощь, он не намеревался держаться в стороне.
Из земли пред соучениками вымахали толстые темно-зелёные стебли. Извиваясь и разрастаясь с невиданной скоростью, они устремились через зияющий провал. Секунда — и гибкие плети сплелись над бездной, образовав широкую, надежную переправу.
Мели повеселела:
— Отлично сработано, Цинчжи!
Карл сделал осторожный шаг, проверяя мост на прочность. Стебли даже не прогнулись.
— Порядок! Можно идти, держит на ура!
— Ещё бы! — усмехнулась бойкая Мели. — Это же магия растений нашего Цинчжи, она подвести не может!
Юноша чуть смутился, но тепло улыбнулся:
— Главное, чтобы все смогли перебраться.
Импульсивный Карл первым рванул на ту сторону. Убедившись в надёжности опоры, за ним молча проследовал Хорас. Наблюдая, как соученики один за другим оказываются в безопасности, Ли Цинчжи перевёл дух.
На этом берегу оставался лишь Людвиг. Цинчжи невольно повернулся к блондину — и их взгляды скрестились. Встретившись с синевой его глаз, даос почувствовал, как сердце сжалось от тоски. Воспоминания и сумбурные чувства захлестнули его с новой силой, выбивая землю из-под ног.
Он никак не ожидал, что Главный ученик будет смотреть на него. Душу переполняли смятение и нерешительность, слова застряли в горле.
Они молчали несколько мгновений. Затем златовласый юноша отвёл взгляд. Но на этот раз он не проигнорировал даоса, как делал раньше.
— Пошли, — вполголоса произнёс Людвиг, опуская веки.
Этот едва уловимый сдвиг в поведении Людвига ещё сильнее затуманил разум Цинчжи. Но состязание продолжалось. Сколько бы недосказанного ни лежало между ними, эмоции требовалось укротить. Сжав губы, даос пересёк живой мост.
«Поговорим после турнира... А сейчас нужно выложиться по полной!»
Какими бы глубокими ни казались прошлые обиды, выход найдётся. Нельзя позволить этой пропасти между ними расти дальше. От одной мысли об этом щёки даоса вспыхнули, а сердце забилось чаще. Он твёрдо решил: как только всё закончится, он первым сделает шаг навстречу. Черноволосый юноша ещё не до конца осознавал природу вспыхнувших чувств, но внутренний голос уже подталкивал его вперёд — сближаться, а не отдаляться.
Команда Эйрмонта миновала рубеж Туманной долины, но студенты Данатека буквально сидели у них на хвосте. Сборные обеих академий одновременно преодолели пелену испарений и вступили на территорию Сырых топей.
Густые чащи сменились корявым сухостоем и гниющим прелым листом. Почва под ногами превратилась в зыбкую, коварную хляпь. Экономить силы больше не имело смысла — начался финальный спурт.
Хоть болотные трясины и грозили затянуть любого неосторожного путника, сам отрезок был куда короче горной долины. Главное — не оступиться. Заметив, как соперники из Данатека сокращают дистанцию, эйрмонтцы прибавили ходу. Мели велела своему Водному Духу-коту соткать водяные подушки под её подошвами: теперь она стремительно скользила по хлюпающей грязи, совершенно не увязая.
Карл чарами разглаживал кочки и топи перед отрядом, выравнивая дорогу. Хорас и Людвиг, задействовав глубокие резервы магии, развили невероятную скорость: их чувства обострились, позволяя на лету уворачиваться от торчащих повсюду острых сучьев.
Ли Цинчжи тоже искал способ ускориться, но вязкая топь упорно затягивала ноги. Первокурснику не хватало опыта старшекурсников, да и грандиозное заклинание растений вытянуло почти всю его магическую энергию. Мышцы налились свинцом, однако сдаваться даос не собирался.
Поразмыслив, он решился на крайнюю меру. Дальновидный юноша разумно приберёг скромный запас духовной энергии. Активировав технику циркуляции и превращения внутренней духовной ци в магию, Цинчжи ощутил, как истощённые каналы вновь заполняются плотным, горячим потоком. Живительное тепло разлилось по телу.
Мгновение — и пред ним возник Левый Каменный Лев, Сяо Цзо. Вскочив ему на спину, Ли Цинчжи без остатка перенаправил восстановленный ресурс обоим своим фамильярам. Не отличавшийся прежде особой резвостью зверь, впитав мощный магический импульс, рванул вперёд с ошеломительной скоростью, словно смяв все законы природы.
Призвав следом Правого Льва, Сяо Ю, даос пустил их таранной дуэлью. Каменные стражи крушили кочки и стремительно нагоняли авангард.
Ехавшая впереди Мели оглянулась и изумлённо ахнула:
— Цинчжи! Твои львы несутся куда быстрее, чем я думала!
От бешеной скачки у Ли Цинчжи перехватило дыхание. Напитанные силой Сяо Цзо и Сяо Ю отряхнули привычную сонливость — их движения обрели хищную грацию. На каменных спинах львов проступили алые огненные узоры; стихийные ядра вспыхнули рубиновым светом, который тут же нырнул обратно в глубину каменистой плоти.
Людвиг, державшийся ровным темпом, скользнул взглядом по даосу, оценив его нерастраченный резерв, и без лишнего шума прибавил ходу.
Отрыв эйрмонтцев от преследователей снова стал увеличиваться. Цинчжи уверенно держался в середине группы, опережая даже Хораса, чьи силы заметно таяли, и ничуть не тормозил команду.
Заметив это, Цинчжи предложил соученику перебраться на Сяо Ю. Юноша в чёрной мантии сперва заупрямился, но каменные львы летели словно на крыльях, а затяжные забеги никогда не были сильной стороной Хораса. Рискуя безнадёжно отстать, он буркнул сквозь зубы «спасибо» и вскочил на спину второго льва.
Сяо Цзо и Сяо Ю без труда перескакивали опасные трясины; сухие ветви и прелая листва мелькали мимо проносящейся полосой. Казалось, победа близка.
И именно в тот миг, когда даос на полной скорости устремился к финишу, парящие в воздухе сухие листья вдруг вспыхнули ярким пламенем. Сырая, промозглая топь вопреки всякой логике потонула в море огня — стена жара с рёвом устремилась прямо на Цинчжи.
Застигнутый врасплох юноша едва не сгорел заживо. Он резко отшатнулся и направил львов в сторону, уклоняясь от слепого уничтожения. Но пламя действовало словно разумное существо: развернувшись в воздухе, оно с неистовством продолжило преследовать свою жертву.
Внезапную атаку заметили все члены команды Эйрмонта. Людвиг, среагировав мгновенно, нахмурился и на пределе возможностей устремился к даосу.
Трибуны застыли в недоумении.
— Что там происходит?!
— Опять магический зверь?!
— Чуть дотла не сгорел!
— Старшекурсники уже спешат на помощь... Но выглядит жутко!
Пока зрители наперебой строили догадки, в небесах над сырыми топями соткался силуэт, которому здесь находиться категорически воспрещалось. По правилам, на территорию полигона допускались только участники и дежурные преподаватели. Новички и посторонние не имели права даже приближаться. Чужак не принадлежал ни к тем, ни к другим, и его появление мгновенно приковало к себе все взгляды.
Незнакомец вскинул руку. В его ладони со свистом закрутился смертоносный сгусток стихии Огня, готовый испепелить даоса.
Преподаватели, отвечавшие за безопасность турнира, мгновенно вынырнули из засады и рванулись к нападавшему:
— Кто ты такой?!
— Немедленно прекрати!
Однако вмешательство опоздало. Враг действовал слишком стремительно. Из его ладони вырвался исполинский огненный вал и сокрушительным тараном устремился к Цинчжи. Даос закрутился, пытаясь уйти с траектории, но заклинание высшего порядка не оставляло шансов на спасение.
Жар уже палил кожу. Сжав зубы, Ли Цинчжи из последних сил бросился в кувырок, уходя от гибельного сполоха, когда сквозь гул пламени до него донёсся исполненный отчаяния крик Людвига:
— Берегись!