—... Я попробую расшифровать суть этого побочного задания, — произнёс Су Цюн, с оцепенением глядя на гигантского слайма. — NPC подземелья почти прикончили. Если мы хотим получить улики, его придётся вытащить. Но у Господина S дикая склонность к самоуничтожению: вырвавшись на свободу, он перебьёт всех в подземелье. Включая нас.
— Угу, — на красивом лице А застыло выражение полного уныния.
Су Цюн промолчал.
Он, конечно, догадывался, что система — редкая дрянь, но не ожидал, что она не оставит вообще ни единого шанса. Какой бы путь они ни выбрали, в конце их ждала верная смерть.
— А, что думаешь? — спросил Су Цюн у игрока.
— Спасаем, — не колеблясь, отрезал А.
Выбор без выбора: вытащив Господина S, они хотя бы получат зацепку, а иначе останется только сидеть в подземелье и ждать гибели.
— Ладно, тогда возникла новая проблема.
Су Цюн уставился на гигантского слайма, заполнившего всю палату и раздувавшегося прямо на глазах.
Затем окинул взглядом себя — хрупкого и беспомощного, — а следом перевёл взор на А, невероятно крутого, но бесполезного днём из-за заблокированных навыков и оружия.
И как, спрашивается, его спасать?
Даже если бы А мог применить навыки, его сорок с лишним тысяч очков соответствовали примерно двадцать третьему-двадцать четвёртому уровню.
В мире «IF» действовала жёсткая система развития: чем выше уровень, тем тяжелее качаться. На высоких рангах разница даже в один уровень могла означать пропасть в силе, а между А и NPC подземелья пролегала пропасть аж в семь уровней.
К тому же мобам и NPC прокачиваться было куда сложнее, чем игрокам.
Если уж монструозный слайм чуть не сожрал тридцатиуровневого NPC, то двое сопляков, сунувшись бездумно в драку, просто добавят себя к нему на обед.
— И как нам его вытаскивать? — вздохнул Су Цюн.
А нахмурился, тоже погрузившись в раздумья.
В мире «IF» уровни и навыки были куда важнее физических параметров. Будь ты хоть мастером боевых искусств, разрыв в семь уровней голой силой не компенсировать.
— Сканы, которые ты получил, относятся только к проглоченному NPC, а не к самому слайму, — здраво рассудил Су Цюн, опираясь на своё знание системной механики. — То, что слайм не сканируется, может означать две вещи. Первая: его уровень намного выше твоего, и он способен скрывать данные от игрока двадцать третьего уровня.
Но Су Цюн тут же сам себя поправил:
— Хотя это исключено. По правилам, скрывать профиль можно только при разнице более чем в двадцать уровней. А в подземелье потолок боевой мощи — это сам NPC подземелья. У Господина S лишь тридцатый уровень, так что слайм в его подземелье физически не мог бы накопить энергии выше сорок третьего.
— А вторая причина? — спросил А.
— Слайм — не NPC. Это объективный элемент окружения. Вроде стены, стекла или больничной койки.
Су Цюн вытянул бинт и осторожно коснулся поверхности слизняка, но тут же шустро отдёрнул руку, пока тот не контратаковал.
— Похоже, это и впрямь просто гигантская куча слайма.
А подхватил мысль:
— Слайм... полужидкая игрушка, состоящая в основном из воды.
— Вода... — А прижал пальцы к переносице и с досадой выдохнул: — Вода должна бояться огня. Вот только в больнице огня нет. Тут лишь бесконечная вода.
Эта больница возводила воду в абсолют, поэтому слайм, подпитываясь ею, и разросся до таких циклопических размеров.
За четыре дня в подземелье А ни разу не видел здесь ни одной спички или конфорки.
— Ты уверен, что огонь сработает? — Су Цюн сверкнул глазами, у него зародился дерзкий замысел. — У людей есть теория, что всё в мире взаимосвязано и преодолевает друг друга. Противоборство воды и огня порождает реакцию.
Су Цюн взглянул в окно. Время приближалось к полудню, за стеклом палило беспощадное солнце.
Отогнав этот взгляд, он оглядел соседние палаты. Пациенты, вернувшись после приёма, укладывались на тихий час. Каждый из них перед сном крепко сжимал в руках стеклянный термос, доверху налитый водой.
— Кажется, у меня есть идея. Вполне может сработать. Но тебе придётся какое-то время отвлекать эту тварь.
Су Цюн с тревогой посмотрел на поглощаемого Господина S.
А пристально посмотрел на Су Цюна, догадавшись о его замысле, и неторопливо закатал рукава.
— Полчаса хватит?
— С лихвой!
Оставив поле боя партнёру, Су Цюн тихонько выскользнул в коридор.
Пробравшись в палаты, он сразу принялся за дело: нашел предметы, совпадающие по размеру с термосами, нарезал Мантию мимикрии на кусочки и обернул их, создавая фальшивки.
Пока мимикрирующие NPC отвлекались, Су Цюн ловко заменял их прозрачные термосы на муляжи.
Мантия могла обмануть игроков и NPC, но не физические объекты.
Учитывая огромные габариты твари, Су Цюн не стал скупиться и обчистил все палаты в отделении, собрав абсолютно все прозрачные стеклянные сосуды.
Всего за пару минут плащ, подаренный Юй Цимяо, превратился в рваную ветошь.
Когда Су Цюн кромсал его, он ничего не чувствовал, а теперь вдруг стало до слёз жалко вещь.
Впрочем, поддаваться сентиментальности было некогда. Кряхтя от тяжести, он потащил охапку термосов обратно к палате А.
А выломал дверное полотно из соседней комнаты и намертво перекрыл единственный выход, не давая слайму сбежать.
Слайм обладал текучестью, и в плане пластичности не уступал самому Су Цюну. Даже с заблокированной дверью липкая масса просачивалась сквозь щели. Вязкие щупальца обвили запястья А, его щиколотки, шею...
Из дверных щелей выплескивалось всё больше слизи, готовой поглотить А целиком.
Субстанция, из которой состоял монстр, явно содержала ядовитую дрянь. Кожу А, которой касался слайм, тут же обжигало дикой болью. На местах контакта плоть мгновенно разъедало, раны чернели и гноились. Глубокие сосуды плавились, но кровь не текла наружу — слайм жадно впитывал её до того, как она успевала капнуть, делая её частью собственного тела.
Увидев это жуткое зрелище, Су Цюн сжался от испуга:
— Ты в ужасном состоянии, давай лучше я...
— Слишком силен, тебе не удержать, — перебил его А, всем телом налегая на дверную панель. — Быстрее. Я долго не продержусь.
Су Цюн не стал спорить. Он изо всех сил распахнул окно, давая солнечному свету беспрепятственно залить коридор.
Подняв указательный палец, он сперва определил угол падения лучей, а затем расставил термосы в строгом порядке, зафиксировав их бинтами.
Стеклянные сосуды, наполненные водой, превосходно преломляли и отражали свет. А их цилиндрическая форма работала как мощные линзы.
Су Цюн быстро провёл в уме математический расчёт, выверив положение каждого термоса так, чтобы свет, пройдя сквозь десятки банок, сфокусировался в одной точке на деревянной двери.
— Гхм, — издал сдавленный глухой стон А.
Слайм раздувался слишком быстро. Вязкая слизь разъела его больничную пижаму и уже подбиралась к внутренним органам.
— Сейчас света не хватает, потерпи ещё две минуты! — в панике закричал Су Цюн, глядя в окно.
Как назло, именно в этот решающий момент набежало облако, заслонив солнце.
Су Цюн крепче сжал бинты. За свою недолгую цифровую жизнь он впервые страстно захотел стать сильнее.
Вот если бы он достиг уровня NPC Пределов круга, он мог бы повелевать небесами! Тогда какое-то облако... да он бы прямо солнце сдёрнул вниз, чтобы устроить пожар!
Хотя... будь он того уровня, сдался бы ему вообще какой-то слайм, чтобы так городить огороды?
— Пошло прочь! — закричал Су Цюн, видя, как слайм пожирает А. От ярости и страха он раздулся, превратившись в настоящую взъерошенную сахарную вату.
Едва слетели с его губ эти слова, как облако — будто и впрямь поняв человеческую речь — рассеялось, и яркий свет вновь затопил всё вокруг.
Су Цюн свёл пучок лучей в одну точку, планируя поджечь деревянную дверь.
Однако массивное дерево неохотно поддавалось огню. Су Цюн удерживал фокус полминуты, но на поверхности лишь проступили обугленные тёмно-серые пятна.
А был уже наполовину проглочен слаймом и выглядел ужасно, однако держался удивительно стойко и даже нашёл в себе силы ухмыльнуться:
— Никогда костров не разводил, да? Даже не знаешь, что для розжига нужна растопка.
— А раньше сказать не мог?! Где я тебе сейчас растопку найду?!
Су Цюн и впрямь не имел опыта в разведении огня. Бросить термосы и бежать искать сухую ветошь означало перечеркнуть все усилия.
— Да прямо перед тобой.
Изъеденное слизью лицо А исказилось, но он, словно не чувствуя боли, едва заметно искривил губы в улыбке.
Из-за ран улыбка вышла довольно жутким оскалом.
— Наведи фокус на мою одежду. Я буду растопкой.
— На одежду?
Точно! Су Цюн чуть не забыл!
Отличный горючий материал был прямо под рукой!
Спустя пять секунд Су Цюн вытянул ленту бинта и подставил её прямо под сфокусированный пучок света.
Материал его тела обладал особыми свойствами: от высокой температуры он вспыхнул мгновенно, и огонь тут же перекинулся на раскалённую деревянную панель.
Почувствовав жар, слайм резво отпустил А и со свистом втянулся обратно в палату, спасаясь от пламени.
А сработал на опережение: едва вырвавшись из липкого плена, он швырнул горящую дверь внутрь, выломал ещё пару дверных косяков и оконных рам и подбросил дров в костёр.
Заслышав шипение и треск испаряющейся влаги из палаты, Су Цюн наконец перевёл дух и энергично замахал бинтом, сбивая пламя на конце.
— Обуглился такой кусок... — удручённо пробормотал он. — Я же теперь точно меньше проживу.
А, едва держась на ногах, доковылял до него и, оставляя на стене кровавые следы, сполз на пол.
Прикрыв усталые глаза, он тихо спросил:
— Твой бинт... его можно как-то починить?
— Можно, в системном магазине продаются материалы для ремонта, — Су Цюн ткнул пальцем в виртуальную панель, с тоской уставившись на ценник в 100 очков ключевого показателя эффективности.
Покинув подземелье для нищих, Су Цюн во всей полноте осознал, что такое настоящая бедность.
— Понятно.
А превосходно знал, как именно белые NPC зарабатывают ключевой показатель эффективности.
Он спокойно открыл глаза и произнёс:
— На, убей меня.