Действие постановки «Трагическая гибель новобрачных» разворачивалось во второй половине XX века.
Су Цюну досталась роль детектива — классического сыщика из британской художественной литературы.
Закулисный гардероб театра подготовил для него костюм, практически на сто процентов воспроизводивший узнаваемый образ из популярного кино и манги: коричневый клетчатый пелеринный плащ и охотничья шляпа с двумя козырьками. В угоду миловидной внешности юноши к тулье шляпы прикрепили пушистый помпон.
Верх ансамбля состоял из трёх слоёв: белая рубашка, приталенный жилет и пиджак. Брюки же дизайнеры перекроили в очаровательные короткие шорты на подтяжках. Завершали наряд высокие кожаные ботинки на шнуровке. Градус милоты просто зашкаливал.
Вот только Су Цюн отродясь не носил ни шорт на подтяжках, ни подобной обуви. Беспомощно болтая совершенно голыми ногами, он был вынужден громко позвать на помощь.
Юноша рассчитывал, что души не чающий в нём Юй Цимяо тут же прибежит на зов. Однако дверь гримерки скрипнула, и на пороге материализовался… ERROR.
Взгляд мужчины мгновенно зацепился за фигуру Су Цюна: на том висела лишь одна полурасстёгнутая рубашка, небрежно приоткрывавшая изящные ключицы. Подобно безотказной марионетке, юноша растерянно сидел подле вороха одежды, от нечего делать качая гладкими, безупречно белыми ножками.
ERROR, не выдержав, тихо и сквозь зубы грязно выругался.
Кого этот наивный персонаж только что пытался позвать?
Они уже связали себя узами парного полёта! Кому еще он собрался демонстрировать себя в таком виде? У него вообще осталась хоть капля стыда?!
Заметив на пороге ERROR, Су Цюн ощутимо замер.
Этот человек выглядел слишком благородно и высокомерно — совсем не тот тип, который станет прислуживать кому-то при одевании.
— А где Юй Цимяо? — тихо и мягко поинтересовался Су Цюн.
— Так ты его ждал?! — при звуках этого имени янтарно-карие глаза ERROR опасным образом сощурились.
* «Юй Цимяо, значит… Я запомнил»*.
— А? — Су Цюн хлопал ресницами, вполне серьёзно поясняя: — Просто я раньше помогал ему одеваться.
В соответствии со строгой логикой программного кода, если Юй Цимяо теперь помог бы ему — всё было бы абсолютно честно и взаимовыгодно.
—…
Расшифровав ход мыслей «сахарной ваты», ERROR вдруг почувствовал полное бессилие. Спорить с этим созданием не имело никакого смысла.
Время поджимало. Мужчина в два широких шага приблизился к юноше, поднял с кресла шорты на подтяжках и обхватил его тонкую, невероятно изящную лодыжку.
— Подними ногу.
Су Цюн, точь-и-точь послушная кукла, понятливо приподнял ногу.
Спустя пять минут Су Цюн перешагнул порог гримёрки.
— Ва-а-а, наш Маленький десерт такой миленький! — искренне восхитился Лу Шуфань.
Юй Цимяо тоже одобрительно кивнул:
— Тебе очень идёт.
— Правда? — Су Цюн смущённо потеребил подол плаща. От сыпавшихся со всех сторон комплиментов у него едва не закружилась голова, и он радостно защебетал: — Когда будем покидать подземелье, я обязательно заберу этот костюм с собой и повешу в гардеробной!
К слову, гардеробная Су Цюна до сих пор сияла абсолютной пустотой — приличной одежды там не водилось вовсе.
В мире «IF» любой новый наряд требовал от NPC отчисления скопленных КПИ. И чем изысканнее выглядела вещь, тем астрономичнее оказывалась цена. К примеру, та сверкающая мантийка Эппл обошлась той в сумасшедшие пять тысяч КПИ!
Скудный остаток баллов Су Цюна приходилось беречь ради поддержания жизнедеятельности зоны для новичков. Ему оставалось лишь с завистью заглядываться на недоступную роскошь в списке обмена. Раз уж система сама выдала ему костюм, глупо было не воспользоваться шансом и не разжиться халявой.
Система: «…»
«Чертов халявщик!»
— Су Цюн, а где ERROR?
— Он же заходил вместе с тобой, почему не вышел?
Су Цюн обернулся к двери и небрежно бросил:
— Он переодевается.
Едва слова слетели с его губ, дверь снова распахнулась.
При виде вышедшего мужчины по комнате прокатился поражённый вздох.
— Братан, ты вообще кто?! — глаза Ши Юньтяня полезли на лоб.
Мои и Ции прикрыли лица листами сценария, возбуждённо шепчась:
— Какой красавец… Настоящая кинозвезда!
Су Цюн, обладавший вполне нормальным эстетическим вкусом, тоже замер, невольно разглядывая спутника.
До сих пор ERROR ходил в обычной белой футболке и спортивных брюках, смахивая на сбежавшего с лекций студента. Однако костюм ассистента детектива, подготовленный системой, представлял собой идеально скроенный тёмно-синий тройку-смокинг с изящной брошью на лацкане и серебряными запонками.
ERROR зачесал растрепавшуюся челку назад, отчего с его благородного лица мгновенно слетела юношеская незрелость. От мужчины буквально веяло зрелой, почти опасной мужественностью и утончённым соблазном.
Слишком опасный вид.
Не будь ERROR сокомандником, можно было бы смело решить, что система подослала элитного NPC специально для искушения слабовольных игроков.
— Это нечестно! — громко запротестовал Лу Шуфань. — Наряд ERROR выглядит дорого и стильно! Почему мой костюм больше похож на тряпку?
— Разные роли, смирись, — попытался утешить его Юй Цимяо. — Если бы ты нацепил смокинг и смотрелся в нём хуже него, было бы куда обиднее.
Лу Шуфань: «Спасибо, утешил, полегчало».
— На самом деле костюм ERROR — далеко не самый роскошный, — Мои перевела взгляд на оставшиеся в гардеробной вешалки.
Ции тут же подхватила:
— Аха, подвенечный убор невесты — вот где настоящая красота!
Услышав это, Юй Цимяо заметно одеревенел.
Лу Шуфань, словно восстать из мёртвых воспрянув духом, с энтузиазмом подтолкнул Юй Цимяо к двери:
— Плевать на мою тряпку! Главное, чтобы наш Юй-юй выглядел на все сто! Иди-иди, примерь скорее~
— Удачи, наша главная красавица!
— Хватит навешивать на меня дурацкие ярлыки, — тяжело вздохнул Юй Цимяо. Прижав к груди свадебное платье, он удручённо поплелся в гримёрку с видом полководца, отправляющегося на верную смерть.
Как и положено единственной ключевой героине пьесы, её наряд оказался вершиной мастерства.
Алое парчовое платье с вышивкой сучжоуским шелком, тяжелый фениксовый венец, украшенный нефритом и жемчугом… К этому прилагались даже описания расписных свадебных паланкинов. Любому становилось ясно: замуж выдают дочь из богатейшего рода.
Когда Юй Цимяо в этом помпезном уборе наконец явился публике, на его лице застыла глубокая задумчивость.
— Юй-юй, да тебе идет женское платье!
— В следующий раз, если снова выпадет женская роль, опять тебе отдадим.
Несмотря на подколки соратников, Юй Цимяо молчал.
Су Цюн подошёл ближе и тихо спросил:
— Что-то не так?
— Я вот о чём думаю: невеста погибла на третий день после свадьбы. Что именно произошло с ней за эти три дня — от брачной ночи до момента смерти? — Юй Цимяо слегка оттянул высокий ворот, показывая нижний слой одежды. — Взгляните.
Снаружи алое свадебное платье казалось безупречным. Но белая исподняя рубаха под ним была сплошь запятнана кровью.
Причём одни пятна алели свежестью, а другие успели потемнеть и засохнуть. Очевидно, их нанесли не в один день.
— Если жених и невеста пали от руки одного и того же убийцы, то, расправившись с мужем, он, скорее всего, мучил женщину еще трое суток.
— Убийца явно питал к невесте особую ненависть, — Су Цюн приподнял бутафорскую трубку, мгновенно вживаясь в образ сыщика. — Исходя из этого, из четырёх подозреваемых наименьшие подозрения вызывает сосед — его ненависть равномерно распределялась на обоих супругов.
— История еще только начинается, не стоит делать поспешных выводов, — ERROR опёрся на край стола и небрежно постучал пальцами по деревянной поверхности.
Су Цюн заметил, что ногти мужчины аккуратно подстрижены, а простые движения выходят удивительно аристократичными.
Встречают всё-таки по одёжке. Стоило ERROR сменить наряд, как Су Цюн то и дело ловил себя на том, что засматривается на него.
— Впрочем, на основе имеющихся улик можно исключить хотя бы одного человека, — ERROR обвёл присутствующих взглядом, остановившись на Ши Юньтяне. — Если, конечно, покойники не способны совершать преступления.
— Исключаем только Генерального Ши? А как же Юй-юй? Он тоже под подозрением?
Су Цюн кивнул:
— Ага, вполне.
— Логично, — Юй Цимяо поправил складки платья. — Вдруг я псих-мазохист? В первую же ночь прикончил муженька, а потом из чувства вины три дня истязал самого себя, пока не испустил дух.
— Ого, дело раскрыто! Это бы заодно объяснило, почему у невесты амнезия!
— Отправим эту версию NPC и сразу пройдём этап?
— Не выйдет, — вдруг подал голос Су Цюн.
Он вытянул руку, демонстрируя всплывшее перед ним системное уведомление.
[Система: Сформирована гипотеза для Финала №4: «Невеста-богомол»]
[Подсказка: Данный финал не является истинным. Соберите больше улик для раскрытия дела]
— Здесь несколько финалов?
— Давайте переберем подозреваемых по очереди!
— Нельзя. Без веских доказательств и логики финал просто не зачтётся.
— Эх, придётся сначала отыграть первый акт, а там видно будет.
Игроки окончательно сгруппировались и усажены были разбирать сценарий.
Едва они утрясли основные моменты, как снаружи раздался ритмичный стук.
Дверь приоткрылась, и в щели показалась голова человека в фраке и маске с нарисованной улыбкой.
— Ваша очередь. Прошу на сцену, — голос мужчины звучно смеялся, однако в интонациях сквозила липкая жуть.
А поднялся первым и, чеканя шаг длинными ногами, вышел из комнаты.
Проходя мимо распорядителя, он услышал тихое напоминание:
— Не забывайте улыбаться.
А на секунду задумался, после чего растянул губы в абсолютно лишённой тепла оскал-улыбке. Выглядело это куда страшнее любого угрюмого лица.
— Попа… — кто-то из команды судорожно сглотнул.
— Наш А выглядит в сто раз опаснее здешних NPC.
Следом за человеком во фраке они вышли в центральный зал театра.
Зрительские ряды были забиты до отказа. Каждый присутствующий носил маску с улыбкой, а под рукой держал табличку для оценок.
Сбоку от сцены висела грифельная доска, где фиксировались результаты предыдущей группы: средний балл составил 5.5 — катастрофически далеко до требуемой системой восьмёрки.
На подмостках от прежних исполнителей не осталось и следа. Лишь разбросанный в беспорядке, сломанный реквизит намекал на разыгравшуюся здесь трагедию.
С обеих сторон сцены выскочили рабочие и с молниеносной ловкостью навели порядок.
Едва площадка опустела, появился конферансье в длинном балдахине. В руках он держал небольшую табличку с надписью: * «Премьера: «Трагическая гибель новобрачных»*».
Зал отозвался вяливыми, редкими хлопками.
Актеры переглянулись и, сжав зубы, шагнули на подмостки.
В тот же миг перед глазами Су Цюна возникла карта.
[Во время выступления новые правила Порядка не активируются]
ERROR мгновенно въелся взглядом в текст на карте, а затем перевёл взор на Су Цюна.
— Её нужно сделать Истинным порядком, — даже не пытаясь проверять карту на подлинность, произнёс Су Цюн.
Была ли карта изначально настоящей или фальшивой — не имело значения. Су Цюн был обязан превратить её в Истинный порядок прямо сейчас.
Иначе во время игры им пришлось бы одновременно следовать сюжету, отыгрывать роли, искать настоящего убийцу да ещё и уворачиваться от случайных системных правил. Это чрезмерно взвинтило бы сложность подземелья.
— Понял, — ровно откликнулся А.
Спектакль начался.
Едва прозвучал щелчок хлопушки помощника режиссёра, как пространство вокруг преобразилось.
Зрительный зал с улыбчивыми жюри словно растворился в небытии.
Игроки действительно перенослись в середину прошлого века: над головой нависло свинцовое небо, воздух пропитался удушающим унынием.
В полумраке траурного зала слабо теплились белые свечи, освещавшие два посмертных портрета.
Су Цюн, стиснув в пальцах трубку и ведя за собой ERROR-ассистента, переступил порог траурного зала. И тут же с изумлением увидел, как над гробами воспарили белесые духи Юй Цимяо и Ши Юньтяня.
Су Цюн: «…»
Неужто опять реалистичное погружение?!
— У-у-у, Юй-юй, за что тебе такая лютая смерть?! — Лу Шуфань плюхнулся на колени перед алтарем, наигранно рыдая.
Выданный системой сценарий задавал лишь общую рамку, не ограничивая реплики и характер персонажей.
Едва Лу Шуфань закончил стенания, как на крышке одного из гробов проявилась карта Порядка:
[Актеры могут свободно импровизировать в диалогах]
Заметив новую карту, Су Цюн мгновенно повернулся к ERROR.
Тот, словно прочитав его мысли, тут же использовал карту «Запрет на новые правила» и принудительно инициировал Войну Порядка.
В мгновение ока рубашка карты на гробе сменилась на серебряную, после чего сама карточка испарилась без следа.
— ERROR, ты просто лучший!
— Теперь можно спокойно играть.
Устранив помехи, Су Цюн принялся внимательно осматривать траурный зал.
Помещение переоборудовали прямо из спальни новобрачных: под белыми траурными лентами всё ещё проглядывали алые свадебные надписи «двойное счастье», а за портретами усопших угадывались праздничные снимки.
В центре стояли два гроба. Мать жениха — Мои — замерла чуть впереди, отдавая кланяющимся гостям ответные поклоны.
Лу Шуфань и Ции стояли на коленях у гробов невесты и жениха соответственно, делая вид, что не в силах расстаться с усопшими.
Сосед из дома напротив, услышав плач, шнырял возле дверей, откровенно злорадствуя.
Такова была диспозиция на момент открытия занавеса.
Су Цюн достал блокнот детектива, вышел на середину зала и с важным видом начал уточнять личности присутствующих.
— Обсудив детали с ассистентом, мы пришли к выводу, что это спланированное убийство, — Су Цюн обошёл гробы, пыхтя пустой трубкой и выпуская воображаемые клубы дыма. — ERROR, изложи наши соображения.
— Слушаюсь, — ERROR чуть наклонил голову, озвучивая улики. — Детектив Су Цюн обратил внимание на размеры гробов. Они подогнаны слишком идеально — их явно заказывали заранее.
— Господин детектив, это напраслина! — Мои шагнула вперёд, отыгрывая роль старухи. — Гроб, в котором лежит невестка, я готовила для себя! Я уже в преклонных летах, со дня на день жду призыва предков. Что странного в том, что старуха заранее приготовила себе домовину?
Лу Шуфань подхватил:
— А гроб, где лежит Ши Юньтянь, старушка Мои одолжила у меня! Когда Юй-юй бросил меня, я не находил себе места от горя и решил свести счеты с жизнью… Вот и заказал домовину заранее, у-у-у…
Видя, как тот размазывает сопли, остальные соклановцы тихонько скрежетали зубами.
* «Не увлекайся так, клоун»*.
Су Цюн строго продолжил:
— Допустим, гробы заготовили заранее. А как быть с остальным убранством? Траурные ленты можно написать за час, но портреты?! Кто делает посмертные фото заранее?
Ции вставила:
— Я слышала, портреты появились сами собой…
ERROR парировал:
— Жениху и невесте едва исполнилось по двадцать лет, оба были пышущими здоровьем людьми. Не зная наверняка, что они умрут, кто стал бы заказывать траурные фото?
Су Цюн подвёл итог:
— Следовательно, мы имеем дело с хладнокровным, заранее спланированным преступлением!
[Система: Верное умозаключение. Прогресс расследования: 5%]
Услышав цифру «5%», ERROR невольно вспомнил их уровень близости с Су Цюном при связывании — 0.02%.
На душе снова стало скверно.
Согласно сценарию, дальше следовал флешбэк, восстанавливающий события до гибели новобрачных.
Су Цюн и ERROR в этой сцене не участвовали и отступили в угол, превратившись в наблюдателей.
Свадебная церемония поражала размахом. Невесту — Юй Цимяо — вывели из паланкина, помогли переступить через жаровню и подвели к алтарю для поклонов предкам вместе с Ши Юньтянем.
— Мы реально будем кланяться? Я вообще-то ещё ни разу не был женат, — забубнил Ши Юньтянь. — И играть первую свадьбу с мужиком… Кажется, меня жестко обделили.
— Заткнись, — огрызнулся Юй Цимяо.
Ему-то было в сто раз хуже. Крупный бизнесмен, авторитетный игрок — и мало того, что выходит замуж за мужчину, так ещё и в алом бабском платье!
— Юй-юй, Генеральный Ши, улыбаемся и машем! — злорадствовал из угла Лу Шуфань, едва удерживаясь от хохота.
Флешбэк со свадьбой потребовался для того, чтобы обнажить мотивы каждого из подозреваемых.
На шумном пиру гости плели свои интриги: Ции незаметно подменила вино невесты; Лу Шуфань пробрался в спальню и залез под кровать; сосед А прорыл лаз и запустил в комнату ядовитую змею; а Мои сунула под подушку невесты острый кинжал.
Су Цюн наблюдал за этим с замиранием сердца.
— Это и есть так называемый «сброд злодеев»? — испуганно шепнул он ERROR.
Мужчина лишь хмыкнул:
— Детские забавы, ничего интересного.
— Ты что-то понял?
— Невесты касалась только Ции — влюблённая в жениха психопатка. В саму спальню она не входила. Зато остальные четверо пакостили именно в брачном покое. Вероятность того, что молодожёны погибли именно там, стремится к ста процентам.
— Ага… Но если вдуматься, у всех у них методы — курам на смех. Столько дыр в планах!
— Нелепость замысла не снимает подозрений. Теперь нужно проверить алиби каждого.
Установление алиби относилось ко второму акту.
Однако прежде чем перейти к нему, требовалось получить оценки жюри.
Честно говоря, увлекшись зрелищем, Су Цюн чуть не забыл про сидящую в зале нечисть.
К счастью, игроки строго следовали сюжету, и жюри без лишних придирок выставило высокий балл — в среднем 9.2.
Второй акт стартовал без задержек. Но терпящие постоянные подвохи игроки вместо радости почувствовали подвох: слишком уж гладко всё шло.
Шедшие перед ними участники еле выжали 5.5 баллов. А тут вдруг такие щедрые оценки? В этом подземелье точно зарыта собака!
— Будьте начеку.
— Понял.
Во втором акте детектив Су Цюн и его ассистент ERROR приступили к полноценному допросу.
Су Цюн раскрыл блокнот и начал поочередно спрашивать об алиби, получая в ответ дичь, недоступную пониманию нормального человека.
Первой допрашивали мать жениха — Мои.
— В момент гибели жениха, в брачную ночь, где вы находились?
Мои сдвинула брови:
— В храме. Введя в дом эту проклятую невестку, я навлекла грех на наш род и была обязана молить богов о прощении.
— Кто-нибудь может это подтвердить?
— Боги сами все видят.
— То есть алиби отсутствует, — зафиксировал Су Цюн и продолжил: — А где вы были вчера ночью, когда умерла невеста?
Мои жуть как улыбнулась и просипела:
— Боги услышали меня. Я ходила отдавать дань благодарности.
Рука Су Цюна с карандашом замерла. От этой фразы мороз прошёл по коже.
Сын умер, а мать пошла благодарить богов?! Что за страшную клятву она дала? И как это связано с убийством?
Следом допросили парочку у гробов.
Невеста до момента своей официальной смерти числилась пропавшей, и Лу Шуфань каждый день дежурил в зале, «ожидая её».
Ции же после смерти «любимого старшего» вовсе не отходила от его гроба.
Ключевым оставался вопрос о брачной ночи.
— Где вы были и чем занимались в ночь убийства жениха?
Ции с ледяным спокойствием ответила:
— Я проводила брачную ночь. Одна… вместе с Ши Юньтянем.
Су Цюн окончательно запутался:
— Объясни нормальным языком!
Ции вытащила из рукава тряпичную куклу с надписью «Ши Юньтянь». В грудь куклы была вткнута длинная игла, а ткань возле неё темнела от засохшей крови.
— Это кукла сопереживания, настроенная на Ши Юньтяня. Всё, что я делаю с ней, чувствует он сам. Поэтому я надела свадебный наряд и вместо Юй Цимяо «провела» с ним брачную ночь.
ERROR забрал куклу, разворошил шов на спине и вытащил оттуда прядь чёрных волос.
— Какое-то темное колдовство. Не факт, что сработало.
— Понятно… — Су Цюн перевёл взгляд на Лу Шуфаня.
— У меня есть алиби! — гордо заявил тот. — Я был прямо у них в спальне. Под кроватью.
Су Цюн не выдержал:
— Так убийца — это ты?!
[Система: Сформирована гипотеза для Финала №7: «Кто-то под кроватью»]
[Данный финал не является истинным. Соберите больше улик]
Лу Шуфань тут же дал задний ход:
— Эй-эй, нет! Еще до того, как они вошли в комнату, я отключился!
Судя по системной подсказке, Лу Шуфань действительно не был убийцей — по крайней мере, в ту ночь.
Оставался только А. Он заявил, что весь вечер сидел дома один, но подтвердить это, разумеется, никто не мог.
Второй акт завершился, и после очередной оценки жюри начался третий.
Во время короткой паузы жюри вновь выставило высокий балл — 9.3, что лишь усилило тревогу игроков.
Неужели система решила сначала усыпить их бдительность высокими оценками, а в самом конце влепить ноль, растоптав все надежды?
Едва Су Цюн подумал об этом, как перед ним возникла новая карта:
[Оценки жюри абсолютно справедливы]
— Ложный порядок? — шепотом спросил Су Цюн.
И действительно: карта перевернулась, явив рубашку, какую они раньше никогда не видели — золотую.
У Истинного порядка рубашка была серебряной. А у Ложного — золотой, вопреки привычному представлению о ценности металлов.
Что это значит?
И если «справедливость оценок» — это ложь, то в чём именно заключается фальшь? Жюри завышает баллы или занижает их в зависимости от настроения?
Не найдя ответа, Су Цюн решил временно отложить этот вопрос и сосредоточиться на сюжете.
Честно говоря, во время первых двух актов Су Цюн считал «Трагическую гибель» стандартным детективом.
Но с началом третьего акта он понял, насколько наивен был.
В третьем акте на сцену вышли призраки Ши Юньтяня и Юй Цимяо. Они не видели друг друга и могли лишь наблюдать за теми, кто желал им зла.
И в ходе этих наблюдений детектив Су Цюн вместе с Юй Цимяо пришли к шокирующему выводу:
Погибшая в спальне женщина… вообще не была невестой!
Кукла сопереживания Ции сработала, но волос внутри принадлежал не Ши Юньтяню, а настоящей невесте. С помощью магии куклы та заставила Ции прийти в спальню, надеть платье и занять её место, превратив девчонку в живой щит!
А сама невеста, присвоив личность Ции, всё это время спокойно сидела в траурном зале с идеальным алиби!
— Не думала, что вы раскроете меня, — Ции драматично поправила причёску. — Да, я — настоящая невеста. В день свадьбы я узнала страшную тайну и решила использовать Ции, чтобы сбежать.
— Какую тайну?
Ции перевела взгляд на Мои:
— Старуха, мне рассказать или сама признаешься?
— Погоди, — Мои поднялась с помощью клюки. — Дай мне подготовиться, я сама всё расскажу. Гости дорогие, обождите в зале.
— Что за тайна такая, что нужна подготовка?
Игроки невольно прошли в центральный зал.
Однако откровений они так и не дождались — вместо этого из глубины дома раздался истошный крик.
Прибежав на шум в комнату Ции, они обнаружили Мои и Ции, лежащих в луже крови в обнимку.
— Вы что, выбыли из игры?
Мои едва заметно кивнула.
— А тайна?!
Ции прошептала губами:
— В сценарии не написано…
—…
[Система: Сформирована гипотеза для Финала №5: «Тайна, ушедшая в могилу»]
Единственные знатоки секреты умерли, ниточка оборвалась, а дело запуталось окончательно.
— Мы открыли уже несколько финалов, но первых четырех среди них не было.
— Наверняка разгадка кроется именно в них.
— Как сложно-то… — Ши Юньтянь почесал затылок. — Чувствую, мозги закипают.
— Забей, Генеральный Ши, там кипеть нечему.
Мои и Ции душ не оставили, и на сцене остались лишь шестеро. Начался четвёртый акт.
По ходу развития сюжета выяснилась ещё одна дикая деталь: не только невеста оказалась поддельной, но и же Жених!
Человек, убитый в брачную ночь — это вовсе не жених, а… потерявший сознание под кроватью бывший парень! Жених силой вытащил его, нарядил в праздничный кафтан и оставил вместо себя!
Неудивительно, что гроб пришёлся ему точно по размеру — его заказывали специально под него.
Сам же настоящий жених сбежал из дома, сменил личину и вернулся под видом постороннего наблюдателя, чтобы распутать этот клубок.
— Именно! Настоящий жених — это ассистент ERROR, вернувшийся вместе с детективом!
ERROR лишь загадочно улыбнулся.
Он с самого начала подозревал, что система не даст им роли обычных зевак. Но никак не ожидал, что окажется женихом…
Стоп.
ERROR мгновенно перевел взгляд на Су Цюна, и в его голове сложился пазл.
— Раз ты жених, у тебя был мощнейший мотив. Возможно, ты и кокнул Ши Юньтяня по ошибке, — Су Цюн тут же указал на него пальцем. — Объявляю тебя главным подозреваемым!
[Система: Сформирована гипотеза для Финала №2: «Козел отпущения»]
— Вторй финал… Значит, Первый финал и есть истина!
До конца пьесы оставалось три акта. Оценки жюри держались на высоте, всё шло удивительно гладко.
Но Су Цюн чувствовал нарастающую тревогу.
Что-то здесь было не так. Слишком уж всё просто.
В предпоследнем акте сюжет снова совершил кульбит: ролями поменялись абсолютно все. Игрокам приходилось держать в голове и новые, и старые личности, от чего голова готова была лопнуть.
К финальной сцене Су Цюн накопил уже семь гипотетических финалов. Нетронутым оставался лишь Финал №1.
— Финал №1 — это и есть разгадка.
— Поддерживаю. К тому же баллы у нас отличные. Даже если за последний акт влепят низкую оценку, мы все равно пройдем за счет запаса.
— Неужели всё действительно кончится так легко?
Разумеется… нет.
В финале спектакля Су Цюн, сопоставив все найденные улики, громко объявил на всю сцену:
— Среди вас нет настоящего убийцы!
— Что?!
Су Цюн продолжал:
— Вы все — злодеи. И эта трагедия — результат ваших общих злодеяний.
А нахмурился:
— По твоей логике, убийцы — мы все.
Но Су Цюн твердо стоял на своем: целенаправленного убийцы среди них не было.
Договорив, он невольно вскинул взгляд кверху, будто прочёл невидимый текст.
Остальные заметили этот жест, но не могли знать, какое именно системное сообщение перед ним всплыло.
Жюри вновь выставило высший балл. Занавес опустился под аплодисменты.
Распорядитель сделал знак, что они могут забрать карты, покинуть Театр улыбок и отправиться в следующее подземелье.
Однако игроки не шевелились.
— Мы правда прошли?
— В «IF» не бывает таких простых подземелий. Не верю.
— Вы правда прошли, честно-честно! Скорей забирайте карты, впереди ещё шесть миров! — Су Цюн мягко подталкивал соклановцев к выходу.
Тех терзали смутные сомнения, но они медленно потянулись за картами.
ERROR пристально смотрел на Су Цюна, а затем вдруг негромко произнёс:
— Каждыи из нас мог стать убийцей.
Су Цюн вздрогнул и уставился на него:
— Ты… ты видишь мои подсказки?!
ERROR не ответил. Он продолжал чеканить слова:
— По правилам театра, убийца обязан понесть кару — то есть умереть прямо на сцене. Но если детектив не укажет конкретного убийцу…
ERROR сделал шаг к юноше и, не сводя с него темнеющих глаз, тихо спросил:
— Какую цену должен заплатить сам детектив, а? Су Цюн.