Железную коробку защищала глубоко эшелонированная система: лазерные сетки, электронные замки, ревущие сирены и скрытые ловушки. Попытайся пробиться сюда даже самая подготовленная армия, она бы надолго застряла на подступах.
Однако Юй Цимяо и его компания, пользуясь крошечными детскими телами и сработавшими артефактами, без особого труда проскользнули внутрь.
И тут же пожалели.
— Это ещё что за чёртова дыра? — приглушённо выдохнул Ши Юньтянь, вовремя зажав себе рот ладонью.
В воздухе висела тяжелая, удушливая взвесь. Запах не то чтобы смердел, но у всех четверых от него болезненно сжалось в груди.
Вокруг царил полумрак. У самого входа непрерывно и беспорядочно мигали десятки индикаторов, назначение которых оставалось загадкой. Люди внутри встречались редко. Все они носили одинаковые стерильные комбинезоны, передвигались торопливо, а общались сухим, ледяным тоном, не выражавшим ни единой эмоции.
— Как обстановка?
— Всё в норме. Если не возникнет накладок, они сформируются одновременно.
— Значит, контрольный эксперимент удастся запустить без задержек.
— Будем надеяться, — отозвался мужчина, державшийся как начальник. Голос у него был глухим и низким. — Выведение идеального подопытного обошлось нам слишком дорого. Мы обязаны сохранить его любой ценой.
— Понимаю. На базе приняты все меры предосторожности, руководству не о чем беспокоиться.
— О чём они толкуют?
— О каких-то исследованиях, о подопытных...
— Неужели они клепают оружие массового поражения, чтобы уничтожить этот мир?
На младенческом личике Ань-аня отразилось нескрываемое презрение.
То, что создавали эти люди, было куда опаснее любого оружия. И границы одного лишь этого мира их явно не ограничивали.
— Ушли! — Ши Юньтянь проявил недюжинную дерзость. — Я придержу дверь, скорей внутрь!
— Ты уверен? Там впереди пахнет скверно.
— Мы зашли слишком далеко, чего теперь бояться? Нужно докопаться до сути этой базы!
— Логично.
Дети быстро пришли к согласию и бесшумной тенью проскользнули вглубь.
За дверью тянулся бесконечный кольцевой коридор, усеянный дисплеями и приборными панелями, где цифры и графики сменяли друг друга с бешеной скоростью.
Юй Цимяо приподнялся на цыпочки, пытаясь разобрать иностранную терминологию на датчиках. Несмотря на блестящие успехи в учёбе, он смог опознать лишь часть терминов — все они касались человеческих клеток и тканей.
На центральные экраны выводилось изображение с какого-то микроскопа, увеличенное в тысячи раз. Рассмотреть детально, что именно там происходило, не представлялось возможным.
— Эй, гляньте-ка сюда, — Лу Шуфань ткнул пальцем в главный монитор. — Не кажется знакомым?
Экран показывал замкнутое, изолированное пространство, где смутно угадывался силуэт человека. Там царил непрерывный, слепящий свет, не было слышно ни звука — только гнетущая хаотичная пустота.
— А! Это же Су Цюн! — вспомнил Ши Юньтянь.
Точно такую же картину они уже видели — в иллюзиях, которые создавал Су Цюн.
Неужели это и есть тот самый неисчезнувший сердечный демон, о котором твердил Король зомби?
Слишком уж дико.
— Вперёд, — коротко бросил Ань-ань, подгоняя остальных.
— Ещё дальше?
Старшие ребята переглянулись. Впрочем, раз уж дошли досюда, отступать глупо.
— Идём, — стиснув зубы, решили они.
Будь они обычными сиротами из приюта, они бы и через внешнюю ограду этой «железной коробки» не пробрались. Но это была игра. Они — игроки, дошедшие до финального круга, обладатели топовых рангов, сокрушительных навыков и горы уникальных предметов. Они сумели подмять под себя Пределы круга, так неужели их остановят какие-то охранные периметры?
Миновав ещё два кольцевых коридора с ещё более мудрёными приборами, Юй Цимяо и его группа замерли перед странным объектом овальной формы, напоминавшим гигантское яйцо.
Его корпус из сверхпрочного сплава выглядел так, словно мог выдержать прямой выстрел из пушки. К металлу тянулись сотни сплетённых проводов и трубок. Они делились на два потока: прозрачные питательные магистрали и чёрные диагностические кабели.
Прозрачные трубки тянулись к контейнерам с непонятными маркировками, непрерывно качая что-то внутрь «яйца». Чёрные кабели уходили к внешним приборам, в реальном времени транслируя показатели того, что происходило внутри капсулы.
На вершине стального яйца имелась гравировка: 19999.
Юй Цимяо смутно догадался, что означает эта цифра:
— Это те самые странные номера, которые есть у каждого из нас?
— Угу, — кивнул Ань-ань с самым милым видом и, уставившись на капсулу, тихо пробормотал: — Не... тот.
Он рассчитывал найти Су Цюна, но с вероятностью в пятьдесят процентов промахнулся и лоб в лоб столкнулся с лабораторией ERROR’а.
Впрочем, с этим парнем правильный выбор вообще был редкостью.
— Он, — Ань-ань ткнул пухлым пальчиком в стальное яйцо. — Внутрь.
— Кто там внутри? Нам что, надо разбить эту скорлупу?
Ань-ань качнул головой и жестом манил Юй Цимяо ближе к капсуле.
Подойдя на полметра, Юй Цимяо заметил рядом с номером крошечную сенсорную панель сканера отпечатков пальцев.
Ань-ань полазил в кармашке своего детского комбинезона, вытащил кусочек прозрачного скотча и прилепил к сканеру.
Система пикнула, идентифицируя отпечаток.
Считывание прошло успешно. Металлические створки капсулы с тихим шипением начали расходиться.
Ребята застыли с открытыми ртами.
— Ты когда успел?!
Ань-ань в его нынешнем возрасте едва ли мог выдать связное объяснение, поэтому просто промолчал. Сканеры отпечатков стояли и на входе, и у главных пультов. Пока исследовательский чинуша тыкал пальцами в панели, Ань-ань, пользуясь тем, что на младенца никто не обращает внимания, аккуратно снял «слепок».
— Ну ты даёшь! Даже в теле младенца остаёшься монстром!
— Гений, ничего не скажешь. Настоящий босс Ань!
Ань-ань посмотрел на них абсолютно равнодушным взглядом.
Никакой гениальности. Просто эта тюрьма когда-то была и его кошмаром тоже.
Стальная оболочка раскрылась подобно лепесткам цветка. Под ней обнаружилась полупрозрачная мембрана, напоминавшая настоящий яичный белок, в глубине которого тихо покачивался крошечный силуэт.
Это был полностью сформировавшийся младенец. Пуповина соединялась с трубками, уходящими за пределы капсулы, пульс и дыхание оставались ровными.
Черты его лица уже отчетливо проступали. Несмотря на то что он долго пробыл в жидкости, по строению черепа угадывался знакомый образ.
ERROR.
— Это что ещё за фантастический боевик? — ушам своим не поверил Ши Юньтянь.
— Не думаю, что это боевик. Вспомни, как называется этот круг.
— Совер... шенная реальность?
Ань-ань не мог вдаваться в долгие разъяснения, поэтому просто вызвал из системных архивов исследовательские файлы и вывел их перед друзьями.
«Эксперимент 8008» являлся секретной международной программой по работе с человеческим материалом. Несмотря на жесткие международные запреты и этические проклятия, остановлен он так и не был.
Если говорить точнее, это был эксперимент по селекции людей.
Несколько десятилетий назад ведущие медики и генетики мира собрались в этом месте, чтобы исследовать возможности небиологического размножения человека.
Годы исследований ушли на то, чтобы выделить, синтезировать и протестировать компоненты, необходимые для зарождения жизни. Генетики соединяли образцы лучших отцовских и материнских ДНК, помещали их в инкубаторы и искусственным путём заставляли развиваться.
От первой попытки слияния генов до рождения первого жизнеспособного младенца прошло тринадцать лет.
За это время сотни сформировавшихся плодов погибли из-за технических сбоев и несовершенства технологии.
Когда первый ребёнок наконец появился на свет, исследователи присвоили ему имя «Образец №1», празднуя невероятный прорыв.
Однако ликование длилось недолго.
Поскольку процесс был далёк от естественного, жизненные показатели Образца №1 оказались нестабильными. Малыш прожил всего сорок часов.
Но жестокий урок не остановил ученых. Напротив, они распалились ещё сильнее.
Лаборатории расширили, количество инкубаторов увеличили. Одновременно выращивались десятки, а затем и сотни образцов, а технологии дорабатывались буквально на ходу.
Наконец, ценой неисчислимых жертв, методика выкристаллизовалась.
Но исследователям этого было мало.
Создавать обычных людей им казалось скучным. Им требовался идеальный, превосходящий вид. Человек, способный получить истинное бессмертие.
Так началась грандиозная селекционная гонка.
Каждому объекту присваивали номер, выставляли баллы и оценивали его потенциал. У выбивавшихся в лидеры образцов анализировали структуру ДНК и условия развития, после чего запускали новый цикл витков генома.
Спустя десятилетия безумных экспериментов на свет появились две «двойные звезды», потрясшие весь научный состав.
Экспериментальные образцы №19999 и №20000 с самого момента слияния демонстрировали аномальный потенциал.
Каждый этап их развития проходил с поразительной скоростью. Их показатели с запасом перекрывали планку превосходства и даже превышали установленный максимум.
Руководство базы заранее постановило: первенец из этой пары станет Идеальным экспериментальным образцом. Ему достанутся лучшие ресурсы, уход и статус главного достояния базы.
Второй же младенец станет контрольной группой. К нему применят самые жёсткие, нечеловеческие условия, чтобы проверить, как агрессивная среда влияет на сверхпотенциальный организм.
— Сука! — не удержался от сочного ругательства Ши Юньтянь.
Он-то наивно полагал, что здесь разрабатывают какое-нибудь суперснаряжение или вирус для уничтожения человечества. А эти твари экспериментировали на самих людях!
— Спокойно, это всего лишь игра, успокойся, — Юй Цимяо сжал кулаки так, что ногти въелись в ладони, заставляя себя сохранить холодную голову. — Значит, этот ребенок — ERROR. А второй идеальный экспериментальный образец из документов... Су Цюн?
Ань-ань молчал. В его совсем еще детских глазах застыла глубокая, недетская печаль.
Он всегда помнил о том, что происходило на базе, и прекрасно знал, какими делишками здесь промышляли.
Он часто думал: получи он на тестах балл пониже, ученые не стали бы использовать его генотип для новых разработок.
И тогда Су Цюн просто не появился бы на свет.
Не было бы всех тех кошмаров, что случились потом. Для Су Цюна это стало бы лучшим исходом.
Но даже в игровом мире не существовало наклонения «если бы».
Би-и-ип!
Внезапно воздух в лаборатории рассек оглушительный, режущий слух сигнал тревоги.
Юй Цимяо, хоть и не до конца разобрался в системе, мгновенно сообразил, что к ним кто-то приближается. Он заблокировал створки капсулы и сгреб Ань-аня в охапку.
— Прячемся! — шепнул он друзьям.
С помощью артефактов они кое-как укрылись в тени за массивными агрегатами, когда в помещение ворвалась группа людей.
Мужчина во главе, глянув на приборные панели, гневно насупился:
— Кто здесь был?! Я сколько раз повторял: доступ сюда — только с моего личного разрешения!
— Никого не было, шеф, — растерянно переглянулись сотрудники.
— Ладно, черт с ним. Давайте проверим объект.
Времени на разбирательства не оставалось. Главный исследовательской группы быстро подошел к овальной капсуле.
Металлический корпус снова раскрылся. Люди в стерильных костюмах тут же обступили инкубатор, фиксируя каждый показатель на фото и видео.
— Осторожнее! Это плод нашего многолетнего труда, идеальный экспериментальный образец! Если с ним что-то случится — головы срублю!
— Начальник, — тихо потянул его за рукав ассистент. — В соседней лаборатории второй образец... тоже на подходе.
— Позже! — отмахнулся тот. — Мы же договорились: тот, кто родится первым, станет Идеалом. Второй пойдет в контрольную группу. Раз у него такие великолепные гены, пусть сам выбирается.
— Вот же мразь! — беззвучно выругался Лу Шуфань.
— Тихо вы, не с головой же выдавать себя, — остудил его Юй Цимяо.
Несмотря на искусственное выращивание, ученые для точности воспроизвели процесс человеческих родов. В полупрозрачной мембране прорезали небольшой надрез, позволяя ребенку постепенно выбраться наружу.
Сморщенного, крошечного младенца завернули в стерильную пеленку аккурат в тот момент, когда полночные часы пробили двенадцать.
Громкий, надрывный плач разорвал ночную тишину.
И ровно в эту секунду руководителю поступил вызов из соседней лаборатории:
— Шеф! Второй образец закричал первым! Как считаем?
— Что?! — Начальник аж застыл.
У того объекта процесс подготовки затянулся, но сам момент рождения произошел на доли секунды раньше! Один ребёнок перешагнул рубеж под полночный бой, второй — вцепился в первые мгновения нового года. Они явились в этот мир практически одновременно!
Как их делить?!
Начальник надолго задумался, а затем сухо отрезал:
— По первоначальному плану. Тот, кого готовили первым, и есть Идеальный экспериментальный образец. Второй — контрольная группа.
С этими словами он посмотрел на младенца в пеленках, который ни о чем не подозревал.
— Не вини меня, малыш. Вини свою несторопливость.
... Издав первый крик, сознание ERROR’а постепенно возвращалось к нему. Он накрыл себя пониманием того, где находится.
И впрямь... сердечный демон.
Кошмар, от которого невозможно сбежать.
Исследователи всё решили заранее: лучшая забота и условия — только Идеалу.
ERROR’а, сброшенного в статус контрольной группы, бессмысленно положили на холодный металлический стол неподалеку. По инструкции ему полагался лишь сухой минимум для поддержания жизнедеятельности.
Проще говоря: пока дышит — и ладно.
Толпа, только что суетившаяся вокруг младенца, словно по волшебству рассосалась. Все рванули в соседний корпус — прислуживать «настоящему» Идеальному экспериментальному образцу. Напоследок кто-то из ассистентов даже буркнул проклятие в адрес ERROR’а, обвинив того в бесполезно потраченном времени.
Едва дверь закрылась, ребята выбрались из укрытия и обступили стол, с любопытством разглядывая младенческое воплощение легендарного игрока.
— Пха-ха!
— Чувак, да ты выглядишь еще моложе Ань-аня!
— Миленький такой, честно.
ERROR молча лежал на простыне. В его глазах не было ни искры жизненной силы — только абсолютное, беспросветное отчаяние.
Ублюдки!
Первоначальная модель игры, которую он проектировал, вообще не должна была выглядеть так!
Специально над ним издеваются, что ли?
— Что делаем? Идём к Су Цюну?
— Нет, — качнул головой Ань-ань.
Прошёл уже игровой день, и по законам этого мира Ань-ань подрос на год. Теперь он мог выдавать не просто отдельные звуки, а вполне понятные слова:
— Опасно.
Сейчас вокруг Су Цюна наверняка собралась вся верхушка базы. Попытаются пробраться — их срисуют в два счета.
— Ань-ань прав, — поддержал Юй Цимяо. — Мы поняли суть этой базы, теперь нельзя действовать наобум. Не забывайте: нам нужно выбить сто процентов прохождения, чтобы вернуться в реальность.
— Логично. Су Цюну пока ничего не грозит, судя по их разговорам. Но все равно...
Оставлять маленькую Сахарную Вату одного на съедение этим психам никому не хотелось.
Ань-ань произнес:
— Скоро... увидимся.
— Серьезно? Ладно, тогда убираемся отсюда и ждём встречи.
— Погнали!
* * *
В это же время Су Цюн пришел в себя в совершенно незнакомом месте.
Ему было плохо.
Он не понимал, почему тело и разум словно разламываются на куски. Душа была на грани нервного срыва.
Вокруг толпились незнакомые люди в белом, произносившие непонятные слова. Су Цюн хотел подать голос, позвать друзей, но из горла вырывался лишь беспомощный детский плач.
Люди в одинаковой одежде подносили к его губам рожок с питательной смесью, бережно заворачивали его в мягкие пеленки, пели песни и рассказывали сказки.
Но сколько бы они ни старались, в душе Су Цюна не возникало ни капли тепла.
Напротив: чем более подобострастно они себя вели, тем тошнотворнее ему становилось.
Почему он здесь один?
Где его спутники?
Неужели они вышли из игры, оставив его в полном одиночестве?
Вообще-то, Су Цюн изначально на это и настраивался. Они ведь пришли из внешнего мира, у них была своя жизнь. В день их первой встречи он уже знал, что в конце концов проведёт их к выходу и попрощается.
Но когда момент настал, одиночество оказалось куда больнее, чем он воображал.
Вот она, значит, какая — человеческая привязанность.
Если расставание неизбежно с самого начала, то все счастливые моменты, пережитые вместе, лишь умножают тоску в конце.
А ведь это только начало.
Они уйдут, а ему предстоит коротать вечность в этих стенах. Совсем одному...
Опять одному.
Стоп.
Су Цюн нахмурился. Почему «опять»?
— Замечательно! Он полностью оправдывает затраченные ресурсы. Скорость развития интеллекта в разы превосходит человеческие нормы.
— Ему всего три месяца, а он уже осмысленно воспринимает окружающих! Думаю, к полугоду он свободно заговорит и пойдет.
— Дальше по плану — загрузка базовых дисциплин и полного массива человеческих знаний прямо в мозг. А потом... наступит очередь того самого этапа?
— Вы уверены, что стоит проводить тот этап? Есть риск, что он просто не выдержит и помрёт.
— Не помрёт. Ты думаешь, база проводила тысячи экспериментов просто так?
— Он не сможет умереть, даже если сам захочет.
— Бедняжка... Наслаждайся своими последними днями.
«Последними днями»?
Су Цюн не совсем понял этих слов.
Они только что сказали, что он не сможет умереть. Так почему тогда — «последние дни»?
Он так и не разобрался.
Тем временем наступило утро. Под руководством Ань-аня группа Юй Цимяо изучила план базы и нарыла кучу документов. Но к самым секретным архивам доступа у них пока не было.
К полудню, по игровому времени, Су Цюну и ERROR’у исполнилось по полгода. Как и ожидали исследователи, оба научились ходить и говорить.
Вот только условия их «взросления» различались как небо и земля.
ERROR жил на абсолютном самообслуживании. Исследователи навещали его лишь от силы раза три в день, чтобы сунуть рожок. А когда выяснилось, что парень не дохнет и на одноразовом питании, кормежку сократили до минимума.
Ши Юньтянь спокойно таскал ERROR’а на руках по всей базе, и никто даже внимания не обращал.
Зато вокруг Су Цюна без перерыва крутилась целая свита. Улучить хоть секунду, чтобы остаться наедине, было невыполнимой задачей — куда сложнее любого игрового квеста.
Когда ребята уже решили, что встретиться с Су Цюном удастся только завтра, произошел перелом.
Спустя полгода наблюдений ученые окончательно убедились, что Су Цюн — именно тот уникальный сверхчеловек, который им нужен, и решили представить его остальным испытуемым.
На этой «презентации» обязаны были присутствовать все дети базы.
Юй Цимяо и его компания заранее заняли лучшие места, гадая, получится ли перекинуться с Су Цюном хоть парочкой слов.
Когда все дети расселись, с задержкой появился Су Цюн.
На нём была совсем другая одежда — невероятно качественная и изысканная. А на загривке отсутствовал товарный штрихкод.
Едва взглянув на него, остальные дети поняли: он из другого мира.
Хоть обитатели базы и не проходили изнуряющих тренировок, как Идеальный образец, их уровень образования и навыков всё равно в разы опережал обычных сверстников. Они слишком рано познали суровую правду жизни.
Они знали: люди не равны от рождения.
Каждому из них при рождении выставлялся балл, определявший всю дальнейшую судьбу.
Дети с высокими баллами получали лучшие ресурсы, чтобы стать полезными для базы взрослыми.
А вот дети с низкими баллами... их главным предназначением было служить материалом для медицинских тестов.
Такого идеального ребёнка, как №20000, база явно намеревалась вырастить с особым размахом.
— Знакомьтесь. Это наш самый идеальный экспериментальный образец. Помимо номера, база дарует ему особый позывной — Истина.
— Запомните: он — ваша Истина. Он — ваше божество. При встрече с Истиной вы обязаны проявлять глубочайшее почтение.
— Тьфу, мерзость какая, — скривился Лу Шуфань.
Ши Юньтянь добавил:
— После таких речей у парня в нормальной школе вообще бы друзей не осталось.
Они были взрослыми людьми, повидавшими общество. В реальном мире подобная сцена привела бы к двум исходам.
Одни из подхалимства стали бы виться вокруг Су Цюна, мечтая попасть в шестёрки.
Другие — возненавидели бы его за надменность и обходили стороной.
Ни о какой дружбе на равных не могло быть и речи. Су Цюн был обречён на статус белой вороны.
А быть уникальным — значит быть одиноким.
Су Цюн молча сидел на возвышении, словно дорогая фарфоровая кукла.
Остальные дети не видели в происходящем ничего странного. С самого рождения им вдалбливали идею о собственной «дефективности», и они привыкли принимать любые приказы взрослых как данность.
— Понятно! — хором ответили дети.
В этот момент на сцену вышел ещё один человек. Это был главный управляющий базой. Едва увидав его, дети съёжились от страха.
Юй Цимяо его узнал. Это тот самый чинуша, который вчера решением одной лишь подписи определил, кому быть «Идеалом», а кому — «контрольной группой».
На этой базе его слово было законом.
— Поднять головы! — скомандовал управляющий. — Вы знаете, что наша база давно искала Идеальный образец. Пока его не было, его место временно занимали обладатели наивысших баллов. Но теперь Истина с нами. Поэтому я объявляю: все ваши прежние баллы аннулированы! Отныне у вас остаётся лишь один статус — расходный материал. Понятно?
— Понятно! — снова бездушно проскандировали дети.
И только четверо взрослых в детских телах стояли в полном ошеломлении.
— Расходный материал? Это ещё что за хрень? — тихо спросил Ши Юньтянь у соседа.
— Ты что, вводные лекции прогуливал? — прошептал тот в ответ. — Расходный материал — это живой резерв для Идеального образца. Потребуется ему кровь — мы отдадим свою. Потребуется сердце — вырежут у нас. Только так можно поддерживать его вечное существование.
—...?!
В их понятии «расходники» — это батарейки для пульта или туалетная бумага.
Но чтобы сделать расходным материалом живых людей?!
— База будет непрерывно производить новых детей. И пока мы живы, отдавая свои жизни за Истину, наш Господин никогда не умрёт!
Су Цюн, пристально наблюдавший за Юй Цимяо и остальными, по губам прочёл объяснение соседского мальчика и судорожно сжал кулачки.
Вот оно что.
Вот почему те взрослые говорили, что он не сможет умереть, даже если захочет.
Ему суждено жить вечно, стоя на горах костей и крови других детей. В абсолютном, вечном одиночестве.
Когда управляющий закончил вещать, исследовательница, отвечавшая за Су Цюна, добавила:
— С сегодняшнего дня Истина будет посещать двухчасовые занятия по социализации вместе с вами. Вы обязаны общаться с ним, но если кто-то посмеет причинить ему хоть малейший вред — пеняйте на себя.
— Запомните: Истина — не такой, как вы!
— Мы запомнили! — отчеканили дети, точно заводные куклы.
Ни один из них не воспротивился этой дикой, унизительной инструкции.
— Сверху — кучка психопатов, снизу — стадо марионеток. Что за проклятое место?!
— Потише, не привлекай внимания, — предостерёг Юй Цимяо. — Су Цюн идет сюда.
Су Цюн пока ходил неуверенно, поэтому исследовательница вела его за руку.
Дети обступили Су Цюна, но выполняли задание на автомате, совершенно не понимая, как именно нужно «общаться».
В этот момент к ним неторопливо подгреб ERROR. Он протянул бледную, худенькую ручонку и слегка ущипнул Су Цюна за щеку.
Из-за урезанного пайка ERROR выглядел куда истощённее и меньше Су Цюна, хотя они были одного возраста.
Су Цюн уставился на него, медленно поднял ручку, сжал пальцы ERROR’а и чуть не расплакался от захлестнувших эмоций.
Исследовательница отпустила руку Су Цюна, позволяя ему стоять самому, но отходить далеко не стала, внимательно наблюдая за каждым шагом.
Это означало, что открыто заговорить они не могут.
Впрочем, пройдя через столько испытаний, они научились понимать друг друга без слов.
ERROR погладил запястье Су Цюна, проведя большим пальцем по его браслету.
Су Цюн мгновенно всё понял. Сделав вид, что потерял равновесие, он присел на корточки и быстро переключил интерфейс браслета в [Режим общения влюблённых].
[Су Цюн: Я думал, вы уже покидаете игру!]
[ERROR: Испугался?]
[Су Цюн: Не испугался, просто...]
[ERROR: Одиноко?]
Су Цюн не успел допечатать, как на экране всплыл этот вопрос. Он изумлённо хлопал глазами.
Откуда он узнал, о чём он думает?!
[Су Цюн: Что это за круг? Он такой странный.]
Су Цюн думал, что эти исследователи — высокоуровневые NPC, но над их головами не было инфо-карт. А попытавшись вытащить Волшебную палочку, он с ужасом обнаружил, что все его предметы заблокированы.
Никаких подсказок, никакого меню. Су Цюн с досадой решил, что система выдала ERROR’у кучу бонусов, а его самого полностью лишила навыков.
Как без навыков закрывать этот круг?
[ERROR: И впрямь странный.]
[ERROR: Давай просто уничтожим этот круг?]
[Су Цюн: Нельзя! Нам нужно прохождение на 100%, чтобы все смогли вернуться домой.]
[ERROR: Но тебе же здесь ненавидено.]
Су Цюну действительно был отвратителен этот мир. Каждая секунда пребывания здесь давила на психику с невероятной силой.
Но...
[Су Цюн: Я должен вытащить вас отсюда.]
[ERROR:...]
[ERROR: В своём репертуаре.]
[Су Цюн: Ты о чём?]
[ERROR: Время вышло. Позже скажу.]
Время «прогулки» Су Цюна быстро истекло. Исследователи тут же подхватили его и унесли в закрытый корпус.
— ERROR, что он тебе сказал?! — тут же обступили его друзья.
Они не могли подойти слишком близко во время прогулки, чтобы не вызвать подозрений. К тому же их браслеты не поддерживали связь с системным интерфейсом NPC — доступ был только у ERROR’а.
ERROR медленно набрал на браслете одно слово:
[Флиртовали.]
—???
— Ты можешь отвечать нормально?!
[ERROR: Я абсолютно серьёзно.]
— Господин ERROR, — Юй Цимяо был на грани взрыва. — Напомнить тебе, что ты сейчас — грудной младенец?! Какой, к черту, флирт?!
Недокормленный младенец свернул интерфейс и включил режим полного игнорирования.
Так и подмывало всыпать ему ремня!
В следующие несколько дней Су Цюна выводили еще пару раз. Друзья окончательно отжали у ERROR’а «право на свидания» и по очереди выведали у Су Цюна детали его положения.
— Маленький Десерт под тотальным контролем. Может, вытащим его силой?
— Не стоит делать глупостей. Это место куче сложнее, чем кажется.
— К тому же Су Цюн хочет получить сто процентов прохождения.
Даже находясь в таком ужасном положении, Су Цюн думал только о том, как спасти остальных.
Ши Юньтянь со всей дури грохнул кулаком по стене:
— И что, нам просто смотреть на всё это?!
— Нет. Су Цюн прав: в играх не бывает тупиковых подземелий. Должен быть выход. Меня сейчас больше волнует главное задание.
Основной квест «Совершенной реальности» требовал от них одного: вернуться к своим истинным личностям.
То есть ERROR должен снова стать программистом и создать базовый код «IN OFF».
Юй Цимяо — стать молодым финансовым магнатом.
Лу Шуфань — вернуться к карьере топового стримера.
Ань-ань — снова превратиться в самое опасное оружие на планете.
Ши Юньтянь — уйти на покой после получения титула чемпиона мира.
Ции и Moi — вернуться в приют, где их никто не усыновит.
— Тут две огромные проблемы. Начиная отсюда, сможем ли мы реально вернуть свои прежние личности?
— И второе...
— А как же Су Цюн?
Если они вернутся к своим прежним ролям, кем станет Су Цюн?
Обычным NPC из зоны для новичков? Или строчкой кода, которую в любой момент могут стереть?
Принцесса Эппл однажды сказала: NPC — это существа, которые либо живут, либо когда-то жили.
Но где тогда место Су Цюна?
— Мы вообще сможем закончить этот квест?..
Находясь в шаге от финала, ребята внезапно потеряли всякую уверенность.
— Сможем, — тихо произнес Ань-ань.
В этот момент часы снова пробили двенадцать. Прошёл еще один игровой год.
Ань-ань выглядел постарше. Его голос всё ещё звучал по-детски, но он уже мог строить полноценные фразы.
Он посмотрел на товарищей и сказал:
— Вы, я... и Су Цюн. Мы все изначально прошлись отсюда.
— Что ты имеешь в виду?
— Вы правда ничего не помните? Я...
— Не надо, — оставил его ERROR, быстро набрав на браслете строку:
[Сюрпризы нужно оставлять на десерт.]
[Если они не могут вспомнить сами, насильно заталкивать память бессмысленно.]
[Мне будет обидно за него.]
С этими словами ERROR сделал пару пробных шагов, проверяя, не кружится ли голова от истощения.
— Пошли, — он посмотрел на Ань-аня. — Веди меня.
Ань-ань смерил его презрительным взглядом:
— Я иду к своему брату. С какого перепуга я должен брать тебя с собой?
— Ты сам всё знаешь, — язвительно отозвался ERROR.
Ань-ань пристально уставился на него.
Да. Ань-ань всё понимал.
Если кто и мог спасти Су Цюна, то не он сам, а этот отчаянный, проклятый субъект, разделявший с Су Цюном одну судьбу.
— Надеюсь, ты действительно на что-то способен, — нехотя буркнул Ань-ань, увлекая его за собой.
— Оу, — ERROR, цепляясь за его рукав, набрал ещё одну строчку:
[Технически ты тоже мой старший брат. Мог бы быть и повежливее.]
Ань-ань процедил:
— Насколько я помню, наши генотипы абсолютно разнятся.
У этих детей не было родителей в привычном понимании. Чтобы создать идеальный гибрид, генетики смешивали десятки образцов.
До появления Су Цюна именно Ань-ань удерживал рекорд базы, неся в себе гены более двадцати доноров. Чтобы создать контрольный объект, ученые взяли абсолютно другой набор генов в тех же пропорциях.
Так появился прежний ERROR.
Тот ребёнок погиб от инфекции, потому что для него не нашлось нужного «расходного материала». В норме такой тупиковый проект закрыли бы. Но проанализировав данные умершего плода, ученые пришли в восторг и запустили процесс снова.
Так появился нынешний ERROR.
Их с Су Цюном выращивали одновременно. Имея совершенно разные ДНК, они развивались с идентичной, аномальной скоростью. И даже без коррекции пола оба сформировались мальчиками.
Именно поэтому их прозвали Двойными Звездами.
Хотя позже, вспоминая эту пару, исследователи использовали совсем другое выражение.
[ERROR: Знаешь что? Мы ведь вылупились из одной скорлупы.]
[ERROR: Так с чего бы тебе не быть моим братом?]