Цзянь Чэнь даже не сразу понял, о чём тот спрашивает. Лишь когда Шэн Сюпин повторил вопрос, он с неохотой откликнулся:
— Цэнь Линь.
В отличие от большинства именитых режиссёров, жаждавших признания и связей, Цэнь Линь хранил верность собственному почерку. Его фильмы отличались высокой художественностью, хотя и оставались кино не для всех. Цзянь Чэнь понятия не имел, как автор выглядит в жизни, но, глядя на его картины, испытывал к нему искреннее восхищение.
Уйдя в воспоминания, он совсем не заметил, как изменился в лице Шэн Сюпин.
【Шэн Сюпин: «И обязательно смотреть на тебя с полным разочарованием в глазах?»】
【Ха-ха-ха-ха, неужели президент Шэн впервые в жизни остался не у дел?】
【Все его Ватерлоо случаются исключительно из-за Цзянь Чэня!】
【Первый раз слышу про этого Цэнь Линя, наверное, какого-нибудь безызвестного выкопал.】
— А кто этот Цэнь Линь? — ожидаемо поинтересовался Сюпин.
— Мой кумир, — на полном серьёзе объяснил Цзянь Чэнь. — В студенческие годы, когда семья заставляла меня учиться на ненавистной специальности, я случайно наткнулся на его фильм. И был просто поражён.
— Кумир? — с едва уловимой сухостью переспросил Шэн Сюпин. — Надо же, не знал, что у тебя есть подобные воспоминания.
— Я показывал тебе его работы. Возможно, ты просто не обратил внимания на имя режиссёра.
— А я-то всегда полагал, что именно моя поддержка придавала тебе сил. — Шэн Сюпин нагнулся, взял с журнального столика чашку Цзянь Чэня, налил себе чай почти до самых краёв и сделал глоток.
Небольшая изящная керамическая чашка с нежно-голубым узором явно была ручной работы — Шэн Сюпин точно не мог иметь к её созданию никакого отношения.
— Твоя поддержка тоже помогала, — произнёс Цзянь Чэнь.
На фоне его прежнего воодушевления это прозвучало откровенной отмашкой.
Шэн Сюпин поставил чашку, взялся за чайник и налил себе ещё одну.
【Президент Шэн: «Запиваю тоску чаем, а тоска лишь крепчает»】
【А-ха-ха-ха, как смешно! Оказывается, кумир его женушки — вообще другой мужик!】
【Наш президент Шэн что, не тянет на роль кумира?! Да для скольких людей он вообще эталон и образец для подражания!!】
【Так Цзянь Чэню на деньги плевать, алло!】
В гостиной заметно поредело. Линь Чэня и так редковато увидишь, Цзян Чэнъюань с Луо Сюанем уже ушли, а Чжун Имин и Чжоу Динфэн вечно уединялись — вот и сейчас скрылись где-то с глаз. У Чжао Жаня и Цинь Исуна уровень романтического настроя давно упал до нуля, так что виться друг возле друга им смысла не было: оба разошлись по дальним углам. В итоге на диване остались лишь Цзянь Чэнь с Шэн Сюпином да кот с собакой.
Цзянь Чэнь наугад включил какой-то документальный фильм. На миг показалось, будто вернулись те времена, когда они жили под одной крышей. И всё же кое-что изменилось. Цзянь Чэнь сидел подчёркнуто прямо — настолько нестепенно и напряжённо, что вскоре у него заныла поясница.
Шэн Сюпин откинулся на спинку, держа в руках чашку, и несколько раз бросил на него быстрый взгляд. Цзянь Чэнь упорно смотрел перед собой, уперев ладони в колени, но то и дело слегка разминал шею и плечи, явно испытывая неудобство.
В конце концов Шэн Сюпин поставил чашку на столик, небрежно вытянул руку и положил её на спинку дивана за спиной Цзянь Чэня.
Почуяв знакомый запах, Цзянь Чэнь невольно поймал себя на желании откинуться назад. Раньше всё именно так и происходило: прислониться к плечу Шэн Сюпина или спрятаться у него на груди, прихватить каких-нибудь лакомств — лучше отдыха не придумаешь. Но сейчас он сдержался. Их отношения давно переросли обычную беззаботную дружбу.
Шло время, Цзянь Чэнь всё чаще поводил плечами, и наконец его осанка окончательно сдалась. Он стал медленно проседать назад, пока спина не коснулась мягкой кожи. И тут же ощутил неладное. Рука Шэн Сюпина только этого и ждала: крепкие пальцы уверенно обхватили его за плечо, мгновенно привлекая к себе.
Словно хитрая ловушка, подстерегавшая незваного гостя. Цзянь Чэнь замер, попытавшись вырваться. Однако разница в силе оказалась слишком велика — Шэн Сюпин зафиксировал его плечи намертво. Подобно мотыльку, угодившему в сачок, или мухе, запутавшейся в паутине, он поначалу дёрнулся всем телом, но, осознав тщетность усилий, постепенно притих, лишь изредка слабо шевелясь.
Телевизор продолжал бубнить. Внимание Цзянь Чэня постепенно переключилось на экран, и мышечная память сделала своё дело: он сам собой устроился поудобнее. На широком кожаном диване Шэн Сюпин обнимал Цзянь Чэня, и вокруг них царила настолько интимная, естественная атмосфера, будто их отделял от остального мира невидимый купол.
【Ох, как же приятно смотреть! Глаз не оторвать!】
【А-а-а-а! Просто не верится, что у них дома каждый день была такая идиллия!】
【Они идеальная пара, любой скриншот забирай — готовый постер!】
【Жми, президент Шэн, дожимай его!】
Мягкие кудри Цзянь Чэня щекотали шею Шэн Сюпина. Раньше это было самым привычным делом: они то утыкались ему в шею, то задевали щёку, то оказывались у него в ладонях, пока он наглаживал парня по голове. Иногда он даже ворчал, что от них жарко, и отстранял его. Но с тех пор как Цзянь Чэнь узнал о его чувствах, подобные моменты стали редчайшей роскошью. Не удержавшись, Шэн Сюпин повернул голову и слегка наклонился, прикоснувшись губами к макушке и чуть слышно вдохнув его запах.
Пахло вкусно и свежо — знакомым ароматом шампуня. Не удовлетворившись этим, он провёл подушечкой пальца по щёке Цзянь Чэня, вновь ощутив ту самую шелковистую кожу.
Смотря передачу, Цзянь Чэнь погружался в процесс с головой. На прикосновения Шэн Сюпина он лишь слегка нахмурился и вяло потянулся рукой, намереваясь оттолкнуть его, но так и не оторвал взгляда от экрана, совершенно не осознавая, что его бесстыдно тискают. Почувствовав безнаказанность, Шэн Сюпин окончательно потерял страх. Его взгляд опустился на губы парня — алые, пухлые, с изящной ложбинкой.
Он не удержался и слегка надавил большим пальцем. Ощутив подушечкой пальца эту мягкость, он мгновенно вспомнил их недавний мимолётный поцелуй. Взгляд его потемнел. Цзянь Чэнь лишь досадливо шлёпнул его по руке, продолжая смотреть в телевизор — истинный ягнёнок, за которым наблюдает серый волк, совершенно не подозревая о грозящей опасности. Зрители у экранов уже ногти кусали от переживаний.
【Шэн Сюпин смотрит на него так, будто с потрохами сожрать готов!】
【А-а-а, президент Шэн, ну нельзя же любить настолько сильно! Цзянь Чэнь, да оглянись ты уже!】
【Овечка сама зашла к волку в пасть! Так и подмывает крикнуть: «Цзянь Чэнь, беги!»】
【Но почему-то всё равно жалко их разлучать...】
【Да где же твои мозги раньше были?! Из-за чего вы вообще развелись? Реально ли теперь его вернуть?】
Из-за внезапного отъезда пары участников накануне долгожданных свиданий никаких ожидаемых кровавых драмок и разборок не произошло. Цзянь Чэнь с Шэн Сюпином в полной тишине досмотрели фильм, пока не пришло время обеденного отдыха. Камеры отключились, и все отправились по комнатам.
Чжун Имин вполголоса сказал Чжоу Динфэну:
— Наконец-то выключили. Всё хотел тебе рассказать: вчера на съёмках пересекся с одним мерзким типом, так он чуть не увязался за мной до самого отеля.
— Кто? — коротко спросил Чжоу Динфэн.
Сейчас его статус в индустрии был гораздо выше, чем у Имина, так что решить мелкие проблемы ему ничего не стоило. Однако Чжун Имин назвал имя человека с таким весом, перед которым рядовые артисты были абсолютно бессильны.
— Бросай ты эту массовку, я найду тебе нормальный проект.
— Не надо ничего искать! Не нужны мне твои связи, — огрызнулся Чжун Имин и, вновь вспомнив вчерашнее, злобно добавил: — Да эти капиталисты вообще все сволочи!
На мгновение в воздухе повисла неловкая тишина. Цинь Исун с Чжао Жанем синхронно оглянулись на Шэн Сюпина, да и Цзянь Чэнь тоже косо посмотрел на него.
«Капиталист» Шэн Сюпин на секунду запнулся, а затем спокойно произнёс:
— Я знаю, о ком речь. Он давно пытается выбить контракт с нашей корпорацией. Я велю помощнику решить этот вопрос.
С тех пор как кто-то заявил, будто они с Цзянь Чэнем обитают в совершенно разных «духовных мирах», Шэн Сюпин стал чересчур болезненно воспринимать подобные темы. Да, он бизнесмен, да, выгода для него превыше всего — он этого не отрицал, но демонстрировать подобное перед Цзянь Чэнем ему катастрофически не хотелось.
Услышав столь вескую обещанную поддержку, Чжун Имин тут же просиял и уставился на Шэн Сюпина восторженными глазами:
— Вау... А вы, оказывается, отличный капиталист!
Он всегда выражал эмоции без утайки, поэтому принялся нахваливать его с абсолютной искренностью:
— Господин Шэн, вы просто идеальный! Красивый, богатый, со своеобразным чувством юмора, а теперь я вижу, что вы ещё и невероятно душевный человек!
От этих дифирамбов Чжоу Динфэн аж позеленел и, не говоря ни слова, первым шагнул на лестницу. Чжун Имин ничего не заметил и продолжал сыпать комплиментами, растроганный до глубины души. В отличие от фальшивой лести Цинь Исуна, его похвалы звучали кристально честно.
Шэн Сюпин же ради сохранения благородного имиджа перед Цзянь Чэнем чинно сносил эту патоку, отвечая на каждую фразу и вежливо улыбаясь. Со стороны эта беседа казалась бесконечной. Цзянь Чэнь ждал-ждал, пока внутри у него не закипело смутное раздражение.
— Шэн Сюпин, я пойду к себе, отдохну.
— По твоим часам тихий час ещё не наступил, — Сюпин опустил взгляд на запястье.
— Сегодня хочу лечь раньше.
С этими словами Цзянь Чэнь поднялся и направился наверх.
Нарушение привычного распорядка всегда означало какую-то скрытую причину. Шэн Сюпин привык строго следить за режимом Цзянь Чэня, и даже когда тот съехал, не упускал его из виду. Поэтому, на полуслове прервав Чжун Имина, он устремился вслед за ним.
Цзянь Чэнь и не подозревал, что за ним идут по пятам. Войдя в комнату, он уже намеревался прикрыть дверь, но та упёрлась во что-то твёрдое. Он обернулся — и от неожиданности вздрогнул. Они оказались настолько близко, что чуть не столкнулись нос к носу. Сказать наверняка, случайно ли Шэн Сюпин так сократил дистанцию, было невозможно.
Цзянь Чэнь сделал шаг назад, по-прежнему сжимая дверную ручку.
— Что случилось? — поинтересовался Шэн Сюпин. Он заметил, что парню не хочется встречаться с ним взглядом, а такое поведение не предвещало ничего хорошего.
— Я хочу закрыть дверь, — буркнул Цзянь Чэнь, уставившись на ручку.
Прошла пара секунд. Шэн Сюпин уже хотел было отступить, как на лестнице послышались шаги и оживлённый гомон, который тут же обрубился. Очевидно, остальные поднялись на второй этаж и застали весьма двусмысленную картину: президент Шэн явно намеревался пробраться в комнату к бывшему, а тот всеми силами пытался выставить его за дверь.
Чжун Имин беззаботно унёсся на поиски Чжоу Динфэна, а вот Линь Чэн, Цинь Исун и Чжао Жань замерли как вкопанные. В коридоре разлилась густая неловкость. Цзянь Чэнь бросил взгляд на свидетелей, перевёл взор на Шэн Сюпина и всё-таки посторонился, впуская того внутрь.
Что бы между ними ни происходило, на людях Цзянь Чэнь всегда свято берёг авторитет Шэн Сюпина. Большинство окружающих — включая помощника Чэня — были свято уверены, что Цзянь Чэнь только и делает, что ублажает своего могущественного покровителя, тогда как за закрытыми дверями их домашний уклад выглядел с точностью до наоборот.
Оказавшись в комнате, Шэн Сюпин не удержался от лёгкой улыбки:
— Цзянь Чэнь, надо же... Даже когда злишься, спасаешь мою репутацию.
— Я не злюсь.
— Ещё как злишься. Даже бровки нахмурил, — Шэн Сюпин протянул руку и подушечкой пальца касался складки между его бровями. — Причём злишься именно на меня. За что?
Цзянь Чэнь посчитал свой порыв абсолютно обоснованным и мягко ответил:
— Потому что ты заболтался внизу, а я хотел пойти спать. Ты меня отвлекал и шумел.
Влажные пухлые губы шевелились, изящная ложбинка вздрагивала, то и дело мельком открывая ровный ряд белоснежных зубов. Шэн Сюпин окончательно потерял нить разговора, глядя на это с завораживающим трепетом.
— Хорошо-хорошо, — сбив ответом, он тут же перескочил на более важную тему: — А можно я тебя ещё раз поцелую?
* * *
Трое застрявших в коридоре участников продолжали вполголоса обсуждать запертую дверь. Больше всех усердствовал Цинь Исун, лицо которого лучилось неподдельным азартом. Линь Чэн сохранял непроницаемую мину, а Чжао Жань, похоже, проникся всеобщим любопытством.
Цинь Исун даже не успел закончить фразы, как дверь комнаты распахнулась, оттуда выскочил (точнее, его бесцеремонно выставили) Шэн Сюпин, и перед самым его носом раздался сочный громкий «БАМ!».
Речь оратора оборвалась. В коридоре снова воцарилось тяжёлое, наполненное глубоким смыслом молчание.
— Господин Шэн, какая встреча! Вы тоже здесь? — ляпнул Цинь Исун первой сгоряча пришедшей в голову глупостью и мгновенно захотел прикусить себе язык.
Шэн Сюпин невозмутимо оправил накрахмаленные манжеты, разгладил складки на рубашке, смахнул с пиджака несуществующую пылинку и совершенно спокойно кивнул:
— Да. Очень удачное совпадение.