Цзянь Шо отвечал вполголоса. Он уже собирался присесть на край кровати, чтобы удобнее устроить телефон у уха, а собеседник на том конце провода продолжал что-то увлеченно говорить, как вдруг раздался стук в дверь.
Шо мгновенно сбросил вызов, засунул смартфон под подушку и только потом пошёл отворять.
Цзянь Чэнь с мягкой улыбкой качнул головой:
— Ты совсем не изменился. Как и в детстве: чуть что обиделся — сразу затворяешься в четырёх стенах.
— Вовсе нет, брат.
Разница в возрасте у них была небольшой, но когда их пути разошлись, младший учился в средней школе, а старший только-только окончил старшие классы. Взрослея, Цзянь Чэнь всегда шёл на шаг впереди. Поэтому даже сейчас, когда оба давно стали взрослыми мужиками, в их отношениях сохранялась прежняя иерархия.
— Пойдём позавтракаем, — позвал Цзянь Чэнь.
— Брат, а какие у тебя на самом деле отношения с этим типом? — Цзянь Шо до последнего не хотел верить словам Шэн Сюпина, однако чутьё подсказывало: простой дружбой тут и не пахнет.
Цзянь Чэнь нахмурился. Подобное пренебрежительное обращение показалось ему верхом невежливости. Тот же Шэн Жань при каждой встрече расплывался в искренней улыбке, а Шо ведёт себя со Сюпином как с врагом.
— Не называй его так.
— А как мне его звать? — в голосе Шо вспыхнуло раздражение.
Цзянь Чэнь на секунду задумался:
— Ну, зови его братом.
— И не подумаю.
* * *
Выйдя к столу, Шо демонстративно игнорировал еду на своей тарелке.
Шэн Сюпин изобразил предельное понимание:
— Пускай младший сходит перекусить в кафе. Моя стряпня, видимо, ему не по вкусу.
Цзянь Чэню стало жутко неловко: Сюпин старался, готовил, а брат не просто не оценил усердия, но ещё и щеголяет откровенным хамством.
Шо лишь фыркнул, вернулся в спальню за телефоном и, не говоря ни слова, хлопнул входной дверью.
— Я сам всё уберу, а ты присядь, отдохни, — Цзянь Чэнь принялся собирать посуду.
Шэн Сюпин мягко сжал его ладонь:
— Посуда подождёт. Скажи лучше, у тебя ко мне совсем нет никаких разговоров?
Кожа Цзянь Чэня, как и прежде, была удивительно приятной на ощупь — тёплой и мягкой. Выпускать его руку из пальцев совершенно не хотелось.
А сам «пострадавший», даже не заметив флирта, хлопал ресницами:
— О чём ты?
Сюпин отодвинул стул, уселся обратно и, скрестив руки на груди, пристально уставился на Чэня.
Семь лет дружбы, казалось бы, сблизят кого угодно до абсолютной прозрачности. Однако, если подумать, Шэн Сюпин перед Цзянь Чэнем был как на ладони, а вот у Чэня оставался целый ворох тайн, о которых Сюпин понятия не имел.
Под этим проницательным взглядом Цзянь Чэнь почувствовал себя неловко — Сюпин крайне редко бывал с ним настолько серьёзен.
Сюпин лишь едва заметно кивнул на свободный стул напротив, и у Цзянь Чэня отчего-то подкосились колени — он послушно опустился на сиденье.
— И о чём же я должен рассказать? — осторожно спросил Чэнь.
Его выразительные, живописные глаза смотрели с такой наивной чистотой, что сбивали с толку любого.
За переговорами Сюпин навидался самых разной масти хитрецов: агрессивных, лицемерных, угодливых — любые маски он раскалывал на раз-два. И только этот взгляд заставлял его каждый раз терять концентрацию. Появись у его деловых конкурентов умысел нанять Цзянь Чэня сидеть на встречах — от легендарной хватки президента Шэна не осталось бы и следа.
Отводя глаза, Сюпин произнёс:
— Ну, например, о внезапно явившемся брате. Почему за все семь лет я ни словом о нём не слышал?
О его существовании он узнал только на съёмках шоу, и лишь тогда понял причину особой теплоты Цзянь Чэня к некоторым людям. Подобная скрытность задевала.
— Так ты и не спрашивал, — пожал плечами Цзянь Чэнь.
— А откуда тогда ты знаешь Шэн Жаня? И почему вы с ним так коротки?
Последнюю фразу Сюпин выдавил сквозь зубы. Чрезмерная фамильярность младшего брата с собственной «невесткой» вызывала у него глухое раздражение — Жанью следовало бы соблюдать дистанцию хотя бы метров в десять.
— Ты сам нас познакомил, вообще-то. Забыл? Мы же заключили брачный договор на три года.
Сюпину фиктивный брак был нужен именно для того, чтобы о нём узнала родня. Шэн Жань как член семьи логично оказался в курсе. Безупречная логика Цзянь Чэня разбивала любые возражения.
— Я про то, что совершенно ничего не знаю о твоих близких, — Сюпин опустил взгляд. — Ладно, забудь.
Его накрыло чувство бессилия от собственного самообмана: кажется, он просто переоценил свою значимость. Чэнь прав. Сюпин сам вываливал на него подробности своей жизни, но требовать взаимной откровенности не имел никакого права.
— Про мою семью? — до Цзянь Чэня наконец дошёл истинный смысл его обиды. — Я не пытался от тебя что-то утаить. Просто воспоминания эти неприятные, я старался всё забыть.
Но раз уж Сюпину так любопытно, Чэнь решился вкратце обрисовать картину.
История была барочно-банальной: семейный бизнес обязательно должен перейти родному отпрыску. Сыновей двое — либо один, либо другой. Вот только ни тот, ни другой становиться наследниками не желали, у каждого имелись собственные мечты.
Родители же не хотели отдавать дело всей жизни в чужие руки, поэтому жертва казалась неизбежной.
Сначала все надежды возлагали на Цзянь Чэня. Из него жёстко, в условиях тотального контроля выковывали преемника. Однако когда на выходе из школы в заявлении на поступление он сплошь указал филологию и искусствоведение, затаившийся конфликт вспыхнул с уничтожающей силой.
Вот только Цзянь Чэнь спланировал побег заранее: скопил денег, подготовил почву и не оставил родителям ни единого рычага давления.
За исключением Цзянь Шо.
Младший брат учился тогда в средней школе и рос, точно в оранжерее — избалованный, защищённый от любых бурь.
В детстве, пока родители дневали и ночевали на работе, Цзянь Чэнь коротал дни в огромном пустом доме, сжимаясь от страха. И лишь с появлением братишки у него появился живой лучик света, выравнивающий эту беспросветную тоску. Малыш улыбался ему каждый день.
— Понимаешь, мы были очень близки, — тихо произнёс Цзянь Чэнь. — И даже будь мы чужими, я бы не позволил ему бросить школу или проходить через весь тот ад, через который прошёл сам.
Чэнь пошёл на сделку: стёр свои заветные специальности в анкете в обмен на отправку Шо за границу. Чем дальше от родительского дома, тем больше свободы, тем меньше шансов быть задушенным семейным долгом.
Вот только подросток-Шо не сумел оценить жертвы. Уезжать он категорически не хотел: с багажом школьного английского очутиться на другом конце света — какая же это свобода? Одно сплошное унижение.
— А сам-то ты сколько натерпелся... — Сюпин нежно погладил его по вьющимся волосам.
Он вспомнил университетские годы Чэня: тот вечно ходил сонной, лёгкой походкой, на лице читалась светлая меланхолия. Каково ему было целых четыре года ежедневно давиться ненавистными цифрами и финансовыми отчётами?
А Сюпин ничего не замечал! Ещё и с наивной радостью репетиторствовал с ним, шутливо называя дурачком... Какая непростительная слепота.
Он поднялся и притянул Чэня к себе, уткнувшись губами в его макушку.
— На самом деле я поступил эгоистично, — тихий голос Цзянь Чэня уткнулся Сюпину в грудь. — Дома ему было бы спокойно. У Шо есть все основания злиться на меня. Он больше не липнет ко мне, как раньше, а все деньги, что я отправляю, возвращает обратно.
Сюпин взъерошил его мягкие кудри. Теперь понятно, откуда в Чэне эта неудержимая тяга опекать всех вокруг: он просто надеялся, что если его брату за морем потребуется помощь, кто-то точно так же протянет ему руку.
— Я слишком мало думал о тебе, — прошептал Сюпин, крепче сжимая его в объятиях. — Оставлял тебя одного дома... Прости меня.
— Мы же тогда были просто друзьями, — Цзянь Чэнь искренне считал, что Сюпин ему ничего не должен.
— А сейчас? — тут же поймал его на слове Сюпин.
Цзянь Чэнь прижимался щекой к его груди и только собрался ответить, как в прихожей оглушительно зазвенел дверной звонок.
Сюпин недовольно нахмурился: чёртов младший братец Чэня опять припёрся обратно?
Но за дверью стоял вовсе не Шо.
На пороге сияла физиономия его собственного кузена — Шэн Жаня, державшего в руках какой-то дарительный пакет.
Сюпин от неожиданности опешил.
Впрочем, Жань опешил не меньше — улыбка мгновенно застыла на его лице.
— Брат?! Ты что тут делаешь?
— Я бы задал тебе тот же вопрос. Ты как про этот адрес узнал? — Сюпин скрестил руки на груди.
— Брат Чэнь сказал, конечно! — Жань скромно умалчивал, сколько раз ему пришлось переспрашивать.
Сюпин изогнул бровь:
— И надо же, «невесткой» ты его уже не зовёшь.
— Так вы же разводиться передумали! — весело буркнул Шэн Жань, бесцеремонно протискиваясь внутрь. — К тому же ты сам запретил мне так его называть.
От такой наглости Сюпин даже слов не нашёл.
Цзянь Чэнь, услышав голоса, вышел в прихожую:
— Жаньжань? Что же ты на пороге стоишь, проходи!
— Да вот, брат в дверях встал, не пускает, — Жань ловко обогнул Сюпина и, мельком взглянув на Чэня, принялся высматривать кого-то за его спиной. — Брат Чэнь, а где гость-то, которого ты привёз?
Вчера поздно вечером Шэн Жань огорошил Цзянь Чэня сообщением: мол, прослышал, что к тому приезжает родственник, так что непременно нужно собраться всей компанией, познакомиться! Он даже отель сам забронирует и на машине за ними заедет. Сообщение было сформулировано в ультимативной форме, и Чэнь прочитал его только утром.
— Познакомиться — это хорошо, — с улыбкой отозвался Цзянь Чэнь. — Вы ведь практически ровесники.
Жань расплылся от похвалы ещё больше и наговорил Чэню кучу комплиментов — Сюпин еле удержался, чтобы не дать родственничку подзатыльник.
— А где Сяо Шо? Что-то долго его нет, не заблудился часом? — Цзянь Чэнь взглянул на часы с лёгким беспокойством.
— Сяо Шо? Какое имя милое! Пойду поищу её!
Сюпин подошёл к окну:
— Это случайно не он там?
Чэнь глянул вниз: у подъезда со спины и впрямь маячила фигура Шо.
Шэн Жань тут же фыркнул:
— Брат, да у тебя совсем со зрением беда! Мальчика от девочки отличить не можешь. Этот парень там уже полчаса круги нарезает, я ещё когда поднимался, заметил — стоит как истукан.
В прихожей воцарилось неловкое молчание.
— Я схожу за ним, — вызвался Сюпин.
Цзянь Чэнь благодарно посмотрел на него: Сюпин совершенно не обиделся на утреннюю грубость Шо. Всё-таки он замечательный человек!
* * *
Спустившись во двор, Сюпин сразу срисовал мнущегося парня. Слишком уж бросался в глаза его наряд — белоснежные мысы кроссовок нервно чеканили ступеньку за ступенькой.
Заметив Сюпина, Шо развернулся и прибавил шагу.
— Постой, — окликнул его Сюпин.
Шо и не думал останавливаться — наоборот, прибавил ходу.
Сюпин тяжело вздохнул. Шэн Жань, хоть и глуповат, старших слушался беспрекословно, а с эдакими строптивцами сталкиваться ещё не приходилось. С другой стороны, для Цзянь Чэня этот мальчишка невероятно важен. Если с ним что-то случится в чужом городе, Чэнь себе места не найдёт.
— Откуда столько яда? Из-за того, что мы с твоим братом вместе?
— Это называется не «вместе», — Шо вставил английское словцо. — Ты просто склеил моего брата.
* * *
— Ну и куда ты драпаешь? Освобождаешь мне поле боя, чтобы я продолжал его «клеить»?
От таких слов Шо, отмахавший уже метров сто, резко замер и обернулся.
Наверху у окна стоял Цзянь Чэнь, чуть нахмурившись. Слов он не слышал, но со стороны эта сцена смахивала на эпизод из дешёвой дорамы.
Шэн Жань встал рядом:
— Вы с этим типом знакомы?
— Да. Это мой младший брат.
— Чего?! Родной?! — Жань искренне изумился. — Ты про него ни разу не заикался.
Не успел Чэнь ответить, как внизу развернулся новый акт драматического спектакля: Шо развернулся и размашистым шагом направился прямо к Сюпину, после чего они вместе вошли в подъезд.
— Ого! А брат-то у меня умеет убеждать!
* * *
Шэн Жань вызвался открыть дверь и, столкнувшись нос к носу с Цзянь Шо, на мгновение застыл.
Парень был хорош собой. До утончённой красоты Цзянь Чэня не дотягивал, но черты лица имел весьма изящные. И Жаню отчего-то показалось, что он где-то его уже видел.
— Это Шэн Жань, двоюродный брат Сюпина, пообедает с нами, — представил его Цзянь Чэнь.
Узнав про родство с Сюпином, Шо мгновенно облёкся в ледяную неприступность.
— Не только пообедаю! Я ещё хотел с твоей сестрёнкой познакомиться, — выпалил Жань. — Мне тут на днях брендовую дамскую сумочку подарили, девать её некуда, думал ей отдать.
Сюпин желчно ухмыльнулся:
— И кто это тебе ни с того ни с сего сумочки люксовые дарит? За такую взятку и сесть недолго.
Жань пропустил подколку мимо ушей и, держа пакет, продолжал водить глазами по сторонам.
Цзянь Чэнь в замешательстве переспросил:
— С какой сестрой? У меня нет сестры.
Шо явно тоже пребывал в неведении, и лишь Сюпин сохранял невозмутимость — кажется, он начал о чём-то догадываться.
— Ну с той, что у тебя в галерее на телефоне! Вы с ней ещё так похожи.
Эта абсурдная история заставила всех отложить текущие дела и затаить дыхание, пока Жань судорожно листал фотоплёнку в смартфоне.
Пальцы Жаня подрагивали от волнения, заражая напряжением всех присутствующих.
— Вот, нашёл! Смотрите! — На экране появилось чёткое фото. — Какая красотка! Ну просто прелесть!
Сходство с Цзянь Чэнем действительно угадывалось, а спадающие на плечи удлинённые волосы придавали образу поистине ангельское очарование.
Словом, Шэн Жань был сражён наповал.
Воздух в комнате мгновенно наэлектризовался, повеяло порохом.
— Это Я! — взревел Цзянь Шо, пылающий от ярости, и выплеснул целую триаду отборных английских ругательств. Судя по его настрою, дело уверенно шло к мордобою.
Шэн Жань стоял как обухом ударенный, даже не думая уворачиваться, а Цзянь Чэнь спешно повис на руке брата, удерживая того от греха.
* * *
Обед прошёл натянуто и пресно. Если не считать Цзянь Чэня и Сюпина, остальные двое за весь приём пищи не обменялись и парой слов.
— Давайте шоу посмотрим? — предложил Чэнь, пытаясь разрядить обстановку, и включил телевизор.
Пока экран загорался, он протянул пульт:
— Жаньжань, Сяо Шо, выбирайте, что хотите.
На беду, чёрный экран после загрузки перескочил на развлекательный канал, откуда тут же раздался знакомый голос:
«На этой неделе первое место в рейтингах трансляций медиаплатформы "Туманность" всё так же удерживает реалити-шоу "Путешествие с самого начала". Несмотря на скандалы с уходом участников и требованиями аудитории сменить состав, градус обсуждений не снижается. Учитель Чжан, не могли бы вы проанализировать этот феномен?»
На экране перед панорамой съёмочной студии восседал лизанный эксперт с зачёсанными назад волосами. Хотя участников в шоу хватало с избытком, кадр замер на крупном плане Шэн Сюпина и Цзянь Чэня: они о чём-то вполоборота шептались, стоя совсем рядом, и оба смотрелись просто картинно.
Цзянь Чэнь потянулся за пультом, чтобы переключить, но не успел — сидевший до этого без движения Шо выхватил пульт и прибавил звук:
— Оставь. Я хочу послушать.
Чэнь решил, что это обычная аналитическая передача про шоу-бизнес, и спорить с братом не стал. У Шо и так весь день настроение было ни к чёрту, пусть смотрит.
Все вернулись к еде под раздающийся за кадром голос.
Лысеющий «Учитель Чжан» откашлялся и начал вещать:
«В отношениях есть вещи, которые категорически нельзя игнорировать. Это детали. Молодёжи часто кажется: "Ах, любима ли я? Любит ли он меня?" А ведь всё кроется в мелочах!»
«Давайте подробно разберём это на примере главного романтического шоу страны».
«Возьмём самую популярную пару — президента Развлекательной компании Шэн и его партнёра. Взгляните на этот жест!»
Экран сменился снимком со сцены рыбалки: Сюпин передаёт Цзянь Чэню маленькие ножнички для нарезки наживки.
Крупная мужественная ладонь с чётко вычерченными костяшками держит ножнички лезвиями к себе, оставляя партнёру удобные кольца. А изящная тонкая ручка Чэня уверенно берёт инструмент — без тени сомнения или опаски.
«Обратите внимание! — вдохновенно комментировал эксперт. — С одной стороны — проявление заботы, с другой — абсолютное доверие! И оба делают это на полном автомате. Они невероятно, глубоко любят друг друга!»
«А теперь посмотрите на их взгляды...»
Сзади высветился стоп-кадр их взаимного взгляда, сквозь который, казалось, вот-вот потекут розовые пузыри.
— Сяо Шо, может, переключим? — Чэнь отложил палочки.
Заметив, с каким нескрываемым удовольствием Сюпин созерцает экран, Чэнь незаметно пнул его ногой под столом.
— Не надо, — буркнул Шо, встал из-за стола, ушёл в спальню и плотно прихлопнул дверь.
Шэн Жань тоже без аппетита поковырял рис, едва сжевал пару зёрен и, отбыв номер, смурно поплёлся к выходу.
— С ним всё в порядке? — Цзянь Чэнь дёрнулся было за ним.
— Всё нормально, я вызвал ему машину с шофёром, — Сюпин уже набрал сообщение.
* * *
Хлопнула входная дверь. За обеденным столом остались только Цзянь Чэнь и Шэн Сюпин, а с экрана телевизора продолжал вещать эксперт.
В тишине квартиры глубокий голос телекритика, добравшегося уже до темы «душевного резонанса», звучал особенно выразительно.
Сюпин спокойненько отправил в рот кусочек нежного филе:
— А передача-то дельная.
— Тебе бы только шутить, — вздохнул Чэнь. — Кругом полный бардак. И что это вообще с Жанем стряслось?
— Не бери в голову.
Сюпин пододвинул свой стул вплотную к Чэню и подложил ему лучший ломтик:
— Попробуй-ка. Не знаю, где Жань достал эту рыбу, но свежая — пальчики оближешь.
Цзянь Чэнь потерял дар речи.
Помолчав секунду, он попробовал. И впрямь невероятно вкусно.
Кулинарные таланты Сюпина всегда идеально попадали в его вкусовые предпочтения, словно блюда готовились по персональному заказу.
Эта квартира была куда меньше роскошного особняка, и столик тут стоял совсем крошечный, с парой простых блюд, а фоновый бубнёж телевизора придавал всей обстановке умилительный домашний уют.
Они не спеша закончили обед. Сюпин убрал со стола, а Чэнь протёр столешницу и остался сидеть.
Телевизор тем временем закончил «косточки промывать» их паре и переключился на остальных участников.
Разбор остальных гостей проскочил куда быстрее, после чего ведущий поблагодарил эксперта и зачитал блок свежих сплетен.
Например, «Король Додо» завёл уже энный по счёту твинк-аккаунт. И хотя его посты собирали единичные лайки, он не опускал рук, продолжая клепать фейковые сливы на Цзянь Чэня. Читатели искренне недоумевали: что же такого произошло между ними в студенческие годы, если парня до сих пор так плющит?
Сюпин бросил взгляд на экран. Он уже пробивал подноготную этого персонажа и подчистил весь репутационный вред.
— Кстати, какие у тебя на самом деле отношения с этим Ван Ду?
Не спроси он — Чэнь бы и не вспомнил. А тут перед глазами мгновенно всплыл образ тощего паренька, который в университетские годы ежедневно бегал за Сюпином с любовными письмами.
В любую погоду он караулил Сюпина у корпуса, и при всей своей тихой кротости каждый раз, проходя мимо Чэня, одаривал того исполненным ненависти взглядом.
Сначала Цзянь Чэнь думал, что просто чем-то невзлюбился сокурснику, но постепенно сложил два и два.
— Я бы на твоём месте не спрашивал, — заметил Чэнь. — Ты сам кашу заварил.
— Да я понятия не имел о его существовании!
— Ну-ну, — Цзянь Чэнь умолк, чуть поджав губы.
Сюпин тихо ухмыльнулся и подался вперёд, оставив на его щеке мягкий поцелуй.
Цзянь Чэнь тут же достал бумажную салфетку и принялся тщательно вытирать щёку, после чего отправил смятый комок в корзину.
Сюпин погладил пальцами собственную щёку в том месте, где остался розовый след от усердного трения:
— И что, теперь все места, куда я тебя поцеловал, надо соскоблить?
Кончики ушей Чэня вспыхнули. Он отпихнул Сюпина и поднялся, направляясь в спальню на дневной сон.
Это был его нерушимый ритуал.
Переодевшись в пижаму, Чэнь натянул одеяло до самого подбородка и закрыл глаза. Дыхание постепенно выровнялось, на душу пролился покой.
Вдруг шуршание ткани нарушило тишину — матрас рядом прогнулся под чужим весом.
— Шэн Сюпин, — не открывая глаз, позвал Чэнь. Сердце снова сбилось с ритма.
— Я здесь, — Сюпин бережно поправил непослушный мягкий завиток на его лбу. — Спи.
В комнате воцарилась тишина. Яркий дневной свет упирался в плотные шторы, оставляя спальню в уютном полумраке. В воздухе витал тонкий фруктовый аромат, исходящий от кожи Чэня. И даже Сюпин, никогда не любивший дневной сон, почувствовал, как накатывает сладкая дремота.
— Ты действительно не помнишь Ван Ду? — тихо прошептал Цзянь Чэнь.