День финала. Камеры прямой трансляции были направлены на просторный, залитый светом зал.
Пол устилала красная ковровая дорожка, тянувшаяся от самого входа. В огромных окнах отражались пляж и морские волны — точно готовый пейзаж, вставленный в раму.
Оформление выдержали в стиле банкета: между гостями сновали элегантные официанты с подносами, уставленными напитками всех цветов.
【Ну и ну, недаром это масштабная постановка】
【Сразу видно — совсем другой уровень】
Не успели зрители это обсудить, как один за другим начали появляться участники.
Первым вышел Цинь Исун — на этот раз без привычной легкомысленной весёлости: строгий костюм подчёркивал его высокий рост и длинные ноги, а причёска была тщательно уложена.
Даже выражение лица он держал по-особому, для красной дорожки — отстранённое, почти безучастное, с едва заметной ноткой смирения.
Впрочем, причиной этого смирения, вероятно, служил тот, кто вышел рядом с ним: неотступно преследовавший его Чжао Жань стоял тут же, тоже в костюме.
Фигурой он уступал Цинь Исуну, но ростом тоже не подкачал — только вот никакой романтичной атмосферы между ними и в помине не было.
Съёмочная группа специально придумала для выхода парочку двусмысленных движений, а ещё эпизод с совместной подписью одной ручкой — но для этих двоих все задумки пропали впустую.
Даже когда, передавая друг другу ручку, они случайно соприкоснулись пальцами, оба тут же с явной брезгливостью отдёрнули руки, точно боясь, кто из них замешкается дольше.
【Ахахаха, Цинь Исун наверняка и не подозревал, что участие обернётся вот таким】
【Все его коронные приёмчики флирта оказались без дела — небось извёлся весь】
【Помните, как в начале он распустил хвост перед Цзянь Чэнем? А потом совсем присмирел】
【Ну а кто не сдуется, если пристал к чужой жене, ахахаха】
【Теперь разве что изредка подкалывает Чжун Имина】
【Тц-тц, вот это растрата таланта】
【Так ему и надо】
Расписавшись, они тут же поспешили уйти, а на видеоролик с воспоминаниями, который включила съёмочная группа, отреагировали абсолютно равнодушно.
Когда на экране появлялся эффект розовых пузырьков, оба невольно отшатывались.
Смотреть тут было особо не на что: ни секунды лишней они не пожелали провести в центре внимания и, спустившись, поскорее заняли свои места, отряхивая одежду, чтобы скрыть неловкость.
Следующей парой вышли Чжун Имин и Чжоу Динфэн — примерно с середины шоу и до самого финала они не переставали сиять взаимной нежностью. Разве что Чжун Имин был немного худощав, и костюм сидел на нём не совсем ладно.
Зато лицо у него было на редкость миловидное, а с Чжоу Динфэном их связывали тысячи незримых нитей — с первого взгляда было ясно, что пара они на диво гармоничная.
Их «прозрачный шкаф» — точнее, отсутствие всякого шкафа — Чжоу Динфэн распахнул настежь ещё раньше, и это обрушило на него часть общественного давления: некоторые особо ярые фанаты, прежде поливавшие Чжун Имина грязью, восприняли это как предательство и объявили об отписке.
Но Чжоу Динфэна это ничуть не задело: поднимаясь на сцену, он попытался взять Чжун Имина за руку, однако тот руку отдёрнул.
— Это просто выход на сцену, а не показательное выступление, — тихо проговорил Чжун Имин. — Что о нас подумают учитель Цинь и брат Чжао Жань, если ты так будешь?
Но как бы он ни старался говорить тише, микрофон всё равно уловил каждое слово, и оно отчётливо разнеслось по всему залу.
Сидевшие внизу Цинь Исун и Чжао Жань: «...»
По заведённому порядку режиссёр показал нарезку кадров этой пары за все дни съёмок — материала набралось куда больше, чем у Цинь Исуна с Чжао Жанем. К тому же прежде все взгляды были прикованы к Цзянь Чэню и Шэн Сюпину, так что на этих двоих внимания обращали не так уж много.
И только теперь, увидев всё разом, зрители по-настоящему прочувствовали, как менялись их чувства — в самых мелких, неприметных деталях.
【Ничего себе, тоже очень мило!】
【Чжоу Динфэн ведь всегда его баловал — даже когда Чжун Имин в своё время лез на рожон, тот его так и не отшил】
【Ахахаха, точно, при таком-то разрыве в силах фанаты всё равно умудрялись сцепиться — а всё потому, что Чжоу Динфэн ему всё спускал】
【А что, Чжун Имин со своей простодушностью тоже по-своему мил】
【И зачем Чжоу Динфэну сдалось упрямо цепляться за Чжун Имина, прямо жертвует собой ради бедных】
【А хейтеры-то до сих пор не перевелись?】
Когда ролик закончился, Чжоу Динфэн всё же взял Чжун Имина за руку:
— Мы записались на завтра — идём получать свидетельство. Сообщим об этом в «Туманности».
Чжун Имин опешил — так и застыл, наполовину выдернув руку:
— Почему ты мне не сказал?
— Разве ты не говорил, что я безответственный? Вот завтра и возьму на себя ответственность.
— Но ты ведь ещё даже не делал предложения.
— Тогда согласна?
— Там видно будет, — напустил на себя важный вид Чжун Имин.
Переговариваясь так, они спустились со сцены.
Комментарии, начавшие было скатываться в перепалку, вмиг притихли — хейтерам оставалось лишь молча заткнуться.
Следующими на сцену поднялись Цяо Тиньань и Линь Чэн — их отношения оставались в подвешенном состоянии, и зрители никак не могли понять, что там у них на самом деле происходит.
Зато смотреть на них было одно удовольствие: Цяо Тиньань недаром слыл идолом гей-сообщества — его чистый, светлый облик неизменно нравился парням. А в белой рубашке под костюмом он и вовсе заставлял многих зрителей-мужчин мгновенно вспоминать первую любовь; экран захлёстывало «а-а-а» ничуть не меньше, чем в других случаях.
Линь Чэн же держался в своей привычной холодной манере — волосы были тщательно уложены на взрослый манер, а окрашенная прядь приглажена гелем.
Поскольку Цяо Тиньань присоединился к съёмкам не с самого начала, совместных кадров у них было немного. Зато позже добавили небольшое интервью, в котором оба рассказали о первом впечатлении друг от друга.
На экране Линь Чэн нахмурился:
— Да особо и не запомнилось ничего. Съёмочная группа распределила — вот и оказались вместе.
【Слёзы на глазах, пусть уж Линь Чэн так и остаётся холостым】
【Присоединяюсь, ну и отсутствие вкуса】
【Такой молодой, а уже успел обзавестись в сердце недостижимой первой любовью】
Но следующее интервью с Цяо Тиньанем застало всех врасплох.
Он рассказал, что впервые увидел Линь Чэна на одном из вечерних приёмов в индустрии развлечений; тогда Линь Чэн показался ему человеком с характером, и Цяо Тиньань хотел познакомиться поближе, но получил отказ.
Кто бы мог подумать, что специально ради этого он и пришёл на съёмки — лишь бы всё-таки познакомиться.
Эти слова застали Линь Чэна врасплох — прежде он понятия ни о чём не имел и считал, что Цяо Тиньань тоже оказался с ним в паре не по своей воле.
Впрочем, чувства он выражал крайне сдержанно, и всё удивление выдало лишь едва заметное дрожание зрачков.
Последней парой, вышедшей с особой торжественностью, стали Цзянь Чэнь и Шэн Сюпин — вся съёмочная группа тщательно готовилась именно к этому моменту, вплоть до того, что в прямую трансляцию вставили небольшую рекламную паузу.
Но популярность от этого не упала, а, напротив, взлетела — зрители один за другим продолжали подтягиваться в трансляцию.
Шэн Сюпин и Цзянь Чэнь никого не разочаровали: стоило им появиться, как будто весь зал озарился светом. Предыдущие пары и без того радовали глаз, но этим двоим не было равных — ни по внешности, ни по ощущению настоящей пары.
У Цзянь Чэня были точёные черты лица, выдающаяся стать, а костюм лишь подчёркивал тонкую талию и длинные ноги. Тот же самый пошив на заказ на Шэн Сюпине смотрелся совершенно иначе — с полной, безоговорочной властностью.
Костюмы были родной стихией Шэн Сюпина: как-никак президент Корпорации Шэн, он и в обычные рабочие дни без труда носил самые разные деловые костюмы, так что и сейчас казалось, будто в следующую секунду он отправится подписывать очередной контракт.
Но стоило ему встать рядом с Цзянь Чэнем, как деловая холодность и безжалостная решимость слегка отступали, уступая место мягкости. Впрочем, смягчался лишь общий настрой — фигура оставалась прежней: широкие плечи, узкая талия, а под тканью костюма угадывались крепкие, полные силы мышцы.
От момента, когда они встали плечом к плечу, и до самой подписи взгляды зрителей невольно приковывались только к ним двоим.
【Ну наконец-то, я официально заявляю: Цзянь Чэню суждено быть с президентом Шэном】
【И правда, эта их парность буквально льётся через экран】
【Это самая-самая-самая гармоничная пара на всём белом свете!】
На банкете режиссёр не только показал ролики с романтическими моментами, но и объявил результаты зрительского голосования.
И действительно, Шэн Сюпин и Цзянь Чэнь оторвались от остальных с большим отрывом, снова заняв первое место.
— Это последний вопрос, — голос из громкоговорителя прозвучал с явной ноткой сожаления. — Сейчас мы зададим президенту Шэну и Цзянь Чэню вопрос, набравший больше всего голосов.
Режиссёр зачитал вопрос, высветившийся на экране:
— Позвольте спросить: когда же Шэн Сюпин и Цзянь Чэнь снова поженятся?
Вопрос был с подвохом: любая уклончивость тут же обесценила бы всё происходящее. Одна лишь порывистость без чувства ответственности любовью назвать нельзя.
Все эти разговоры о минутном порыве или о том, что голову вскружили чувства, — не более чем отговорки для тех, кто избегает ответственности. Разве могут по-настоящему любящие друг друга люди не задумываться о совместном будущем?
Все затаили дыхание, ожидая ответа Шэн Сюпина.
Шэн Сюпин улыбнулся — его красивые черты лица разгладились так, как случалось нечасто, — и с оттенком гордости достал из нагрудного кармана костюма два красных удостоверения.
Он показал их прямо в камеру: то были не что иное, как их свидетельства о браке.
Они уже успели расписаться.
Комментарии и сообщения на всех платформах взорвались лавиной.
【А-а-а-а-а, вот это тихой сапой провернул дело!】
【Ничего себе, Шэн Сюпин определённо заставил на себя посмотреть по-новому】
【Бывший муж снова стал нынешним】
【Поздравляю Шэн Сюпина】
【Аааа, и Цзянь Чэня тоже поздравляю, желаю счастья на долгие-долгие годы!!!】
Цинь Исун, узнав, что у него теперь ещё и появилась «хозяйка», взволнованно откупорил бутылку шампанского — привычно взболтал её пару раз и выдернул пробку; пена хлынула во все стороны.
Остальные участники тоже воодушевились и разошлись не на шутку: бутылки шампанского, приготовленные исключительно как реквизит, одна за другой захлопали пробками. Режиссёр, скрипя сердцем, пытался их остановить, но тщетно.
Досталось и праздничным тортам на столах — крем разлетался во все стороны.
В этой суматохе никто и не заметил, как Цзянь Чэнь с Шэн Сюпином улизнули и укрылись за колонной.
Вокруг стоял оглушительный шум. Цзянь Чэнь снял с волос Шэн Сюпина застрявшую туда ленту серпантина:
— И зачем ты вообще носишь их с собой постоянно.
— Тебе можно хвастаться перед друзьями, а мне нельзя рассказать всем на свете? — Шэн Сюпин был готов хоть на лбу написать имя Цзянь Чэня.
Цзянь Чэнь улыбнулся — и без того притягательный облик от улыбки словно ожил ещё больше, в глазах заплясал яркий свет.
Шэн Сюпин смотрел на него какое-то время, потом улыбка сошла с его лица, и он, посерьёзнев, склонился и поцеловал его.
Поцелуй вышел лёгким, мимолётным — но значил он бесконечно много.
— Цзянь Чэнь.
— М?
Шэн Сюпин вспомнил ту фразу, которую хотел сказать ещё в год окончания университета — ещё до того, как Цзянь Чэнь предложил ему заключить фиктивный брак:
«Цзянь Чэнь, давай будем вместе — всегда».
Тогда он ещё не осознавал толком своих чувств, но в самой глубине души именно этого он и желал — остаться с Цзянь Чэнем навсегда. Стоило ему подумать о расставании — неважно, оставался ли до этого год или три, — как становилось невыносимо тяжело.
Теперь заветное желание наконец сбылось, и вся тревога отступила, оставив после себя лёгкость.
— Хорошо, — кивнул Цзянь Чэнь.
Когда бы Шэн Сюпин ни спрашивал его об этом, ответ всегда оставался неизменным.
В воздухе пролетела золотистая лента серпантина и опустилась на волосы Цзянь Чэня, вспыхнув золотистым бликом — совсем как тот солнечный луч, что Шэн Сюпин увидел при их самой первой встрече много лет назад.
Сзади снова захлопали пробки — раз, другой, — и сердце забилось быстрее в такт.
(Основной сюжет завершён)