Возражать никто не стал. Взоры всех присутствующих обратились к Цзянь Чэню.
— Цзянь Чэнь, ты бы ещё подумал, — с провокационной ухмылкой протянул Цинь Исун.
Он небрежно указал пальцем на него, Чжао Жаня и Линь Чэня. Все трое выглядели представительней некуда — хоть сейчас на обложку, каждый хорош сам по себе.
Однако Цзянь Чэнь колебаться не стал. Качнув головой, он ровно отозвался:
— Ни к чему. Я останусь с Шэн Сюпином. Он всё-таки ранен.
Шэн Сюпин, до этого стоявший, непринуждённо спрятав руки в карманы, при этих словах тут же вытащил правую ладонь и опустил взгляд на белоснежный бинт.
[Шэн Сюпин: Орден Почёта]
[Президент Шэн честно это заслужил! 👍👍]
[Макаки внесли решающий вклад! Скажем дружное спасибо обезьянам с горы!]
[Спасибо макакам!]
[Спасибо макакам!]
Раз уж возражений не поступило, режиссёр скомандовал отправление.
— Я теперь всё послеобеденное время буду ходить за тобой хвостиком? — уточнил Цзянь Чэнь у Шэн Сюпина.
— Именно.
Получив утвердительный ответ, Цзянь Чэнь заметно расслабился. Усевшись в автобусе рядом с Сюпином, он безмятежно вытащил смартфон, достал футляр с наушниками, неторопливо распутал провод, подключил его и уставился в экран в поисках какого-нибудь видео.
Обычно в поездках они друг другу не мешали: у Сюпина вечно находилась куча неотложных дел, и тот не вылезал из рабочих переписок.
Но сегодня привычный уклад дал сбой. Цзянь Чэнь то и дело ловил на себе чужой взгляд. Даже целиком уйдя в просмотр, он кожей чувствовал, как по нему скользит внимательный, неторопливый взор — словно пролетающая в небе стая журавлей.
Смутившись от такого внимания, Цзянь Чэнь поднял голову, вынул один наушник и миролюбиво поинтересовался:
— Тоже хочешь посмотреть?
Он ведь чётко помнил, что раньше Сюпина подобные видео совершенно не трогали — разве что дома он мог из вежливости присесть рядом у телевизора.
— Не хочу.
— А, ну ладно, — Цзянь Чэнь вставил наушник обратно.
Но пристальный взгляд никуда не исчез.
Цзянь Чэнь снова повернул голову:
— На что ты тогда смотришь?
— На тебя.
* * *
Единственное слово обладало невероятной пробивной силой — оно с лёгкостью перекрыло звук в наушниках.
В воздухе повисла звенящая пауза. Цзянь Чэнь округлил глаза, не веря собственным ушам, пока на экране смартфона бездушно продолжали сменяться кадры.
Шэн Сюпин чуть заметно усмехнулся и отвернулся к окну:
— Смотри-смотри, не отвлекайся.
Вот только прежний безмятежный настрой испарился без следа. Это было похоже на попытку устроиться в кресле после того, как ненадолго встал: как ни крутись, удобную позу уже не найти. Цзянь Чэнь уставился в экран, совершенно потеряв нить происходящего.
Несколько раз отмотав видео назад, он помедлил и осторожно перевёл взгляд на спутника.
Шэн Сюпин честно держал слово: откинувшись на спинку кресла, он с невозмутимым видом созерцал проплывающие за окном пейзажи.
Зимнее полуденное небо сияло яркой лазурью. Тёплые солнечные лучи мягко очерчивали и без того безупречный профиль Сюпина: и высокий, точёный хребет носа, и чеканную линию подбородка — словно портрет, написанный рукой мастера.
Цзянь Чэнь всегда питал слабость к красивым вещам. Раньше он просто отдавал должное привлекательности хорошего друга, с которым жил бок о бок, но никогда не вглядывался в него так пристально.
И надо же было такому случиться: едва он засмотрелся, Шэн Сюпин чуть повернул голову.
С той же ленивой грацией он тихо спросил:
— А ты на что смотришь?
— На пейзаж, — отрезал Цзянь Чэнь.
[Ну надо же, нарвался на комплимент! Шэн Сюпин у нас теперь «пейзаж»!]
[Оказывается, Цзянь Чэнь тоже ценитель прекрасного, прям засмотрелся на бывшего!]
[Так Президент Шэн реально чертовски хорош собой! (Текст в скобках удалить, за комментарий перечислено 50 фэней)]
[Ы-ы-ы, ну почему бы вам просто не жить счастливо всю жизнь? Быстро бегите повторно расписываться!]
Режиссёр продемонстрировал четыре карточки:
— Прошу пары по очереди вытягивать жребий. Так мы определим тему нашего сегодняшнего свидания. Намекну заранее: вас ждут кулинарный мастер-класс по выпечке, рыбалка, просмотр матча и сбор урожая.
Участники тут же живейшим образом принялись обсуждать варианты.
Цинь Исун, как всегда, первым вставил своё веское слово:
— В прошлый раз мы с Чжао Жанем уже пекли сладости, было довольно весело. Рыбалка — тоска смертная. Матч и сбор урожая ещё куда ни шло, но стесняюсь спросить, что можно собирать посреди зимы?
Вопрос оказался как нельзя кстати: режиссёр мгновенно взмахнул рекламным буклетом, отчеканив спонсорскую интеграцию:
— «Первая зимняя клубника — слаще первой любви!»
— Ладно, молчу-молчу, — тут же сдал назад Цинь Исун.
Чжун Имин во всеуслышание поинтересовался:
— Учитель Цинь, а ваша первая любовь была сладкой?
После того как Цинь Исун пытался вбить клин между ним и Чжоу Динфэном, Чжун Имин взял за правило цепляться к нему при каждом удобном случае.
— Слушай, Сяо Чжун, — нервно усмехнулся Цинь Исун. — Ну сколько можно? Ты что, такой злопамятный?
Врагов у него хватало, поэтому остальные тут же дружно поддержали Чжун Имина, требуя ответа.
Цинь Исун состряпал задумчивое лицо, пару минут поизображал глубокие раздумья и выдал:
— Да я уж и не помню.
Было очевидно, что он просто уклоняется от темы, но допрашивать его с пристрастием никто не стал. Однако разговор естественным образом переключился на личное.
— У меня ничего подобного не было, — сразу открестился Линь Чэн.
Цинь Исун поддел его:
— Ну ты ещё зелёный. Запомни, малец, такие, как ты...
— Я наслышан о вашей первой любви, — ледяным тоном перебил его Линь Чэн.
Цинь Исун мгновенно заткнулся.
[Запахло жареными сплетнями!]
[Ха-ха-ха, Линь Чэн просто урыл!]
[У Цинь Исуна столько романов было, он, может, и вправду запутался в именах]
[Да половина из них — просто слухи, реальных-то единицы]
Под наводящие вопросы режиссёра остальные тоже понемногу высказались, но когда очередь дошла до Цзянь Чэня и Шэн Сюпина, все молчаливо сменили тему.
Как-никак, эти двое успели развестись, и упоминание «первой любви» отдавало бы слишком болезненной ноткой.
— Мне больше по душе рыбалка, — тихо шептал Цзянь Чэнь Сюпину, пока остальные шумно болтали. — А ты не хочешь на матч? Говорят, туда билеты обычно не достать.
Он до сих пор с теплотой вспоминал то увлечение, открытое им в городе Ланьдао: бескрайняя гладь моря, ласковые закатные лучи на волнах и удочка в руках, дарящая единение с природой.
— Не хочу, ничего интересного на этом матче нет. Давай лучше на рыбалку, — ответил Шэн Сюпин.
— Тогда тянуть карточку будешь ты. Тебе всегда везёт.
— Это не просто везение, а в основном расчёт.
Шум вокруг как-то сам собой утих: остальные участники вовсю грели уши, подслушивая их перешёптывание.
[ «Ничего интересного», ага, верим!]
[Так когда Цзянь Чэнь в тизере говорил, что любит рыбалку, он реально имел в виду уду и рыбу?!]
[Вот уж внезапно!]
Режиссёр прокашлялся и дал старт процедуре.
Цяо Тиньаню достался сбор урожая, Чжун Имин выудил выпечку.
Всё шло идеально, но ровно до того момента, пока Цинь Исун не перевернул свою карточку. Увидев надпись «Рыбалка», он замер, будто держал в руках горящий уголь.
Тем временем Шэн Сюпин вернулся к Цзянь Чэню и под его затаившим дыхание взглядом раскрыл свою.
— Матч? — огонёк в глазах Цзянь Чэня мгновенно угас. — Ты всё-таки захотел на игру. Тебе вечно достаётся то, что ты желаешь.
— Да я о рыбалке думал! — попробовал оправдаться Шэн Сюпин, но против фактов спорить было трудно.
— Мы как раз не горели желанием мокнуть у воды, махнёмся? — вызвался Цинь Исун. Они с Чжао Жанем мечтали именно об арене.
Режиссёр возражать не стал и одобрил обмен.
На губах Цзянь Чэня тут же появилась тень улыбки.
Шэн Сюпин мягко усмехнулся:
— Радуешься, как ребёнок. Вернёмся домой — устрою тебе отдельный пруд для рыбалки.
[Территория балования Цзянь Чэня неуклонно расширяется!]
[Персональный тематический парк имени Цзянь Чэня, не иначе!]
[Президент Шэн просто мастер баловать любимого 👍👍]
Когда с локациями было кончено, автобус тронулся дальше.
Кроме Чжао Жаня и Цинь Исуна, высадившихся раньше у стадиона, остальные направлялись в одно место.
На окраине города показалась вывеска с бесхитростным названием «Сельская усадьба».
— Как-то уж слишком по-деревенски, — обомлел Чжун Имин. — И где тут печь? Мы что, будем стряпать деревенские лепёшки?
Цзянь Чэнь до последнего убаюкивал себя мечтами о морской рыбалке, надеясь, что съёмочная группа не опустится до банальщины.
Но когда они прошли вглубь территории, его взору открылись снующие под ногами куры, утки, гуси, теплицы с клубникой и живописное озеро, блестевшее на солнце.
Место сомнений не оставляло.
Организаторы вручили Цзянь Чэню снасти вместе с раскладным табуретом и отправили пару к берегу.
Опустив взгляд, Цзянь Чэнь обнаружил на своих безупречно чистых туфлях комья грязи и какие-то сомнительные пятна, отчего тяжело нахмурился. Навстречу гостям уже спешила местная живность — куры и собаки принялись с любопытством обнюхивать и поклёвывать всё вокруг его ног.
Опасаясь сделать хоть шаг и угодить в очередную неприятность, Цзянь Чэнь замёрз изваянием.
— Шэн Сюпин... И как тут идти?
Он простоял неподвижно пару секунд. В обычной обстановке его избалованность лишь слегка выделяла его среди прочих, но здесь сразу бросалось в глаза: человек привык к роскоши и стерильной чистоте.
Шэн Сюпин передал свою часть снастей спутнику, а сам без лишних слов подхватил его на руки.
Оказавшись в воздухе, Цзянь Чэнь подсознательно обвил руками его шею.
— А как же твоя рука? — встрепенулся он.
— Для этого кисть не нужна.
Шэн Сюпин держался абсолютно спокойно. А движения были столь же лёгкими, как и голос: пара уверенных движений — и они у самого уреза воды.
Цзянь Чэнь прижался к нему: пушистый воротник и мягкие волосы касались подбородка Сюпина, щека уткнулась в широкую грудь. Шэн Сюпин лишь слегка согнул руки в локтях, сохраняя идеальную осанку — весь манёвр выглядел изумительно гладко и непринуждённо.
[Словно шелковая реклама Dove, до чего же красиво смотрится!]
[У меня есть все основания полагать, что они репетировали этот трюк тысячу раз!]
[Плюсую!]
[Цзянь Чэнь идеально смотрится у него на руках!]
[Такое чувство, будто объятия Шэн Сюпина были скроены точно по фигуре Цзянь Чэня!]
[Президент Шэн в отличной форме! Удержать Цзянь Чэня да ещё с двумя комплектами удочек — моё уважение 👍]
Подойдя к озеру, Шэн Сюпин одной рукой разложил стул и бережно усадил Цзянь Чэня.
Тот сразу же взялся за его перевязанную ладонь, внимательно осмотрел её со всех сторон и, лишь убедившись, что бинты сухие и кровь не проступила, успокоенно отпустил.
Остальные участники всё ещё топтались на въезде, судорожно морально готовясь к контакту с деревенской природой. Увидев эту сцену, они ошарашенно замерли. В головах у всех пронеслась одна мысль: «Президент Шэн задаёт просто нереальную планку!»
Чжун Имин требовательно раскинул руки:
— Перенеси меня тоже!
Чжоу Динфэн сохранял молчание.
— Сравнивать себя с другими — дурной тон, — наконец заметил он.
Цинь Исун тут же вставил свои пять копеек:
— Ого, неужто кишка тонка?
Чжоу Динфэн окинул его взглядом и мгновенно нашёл достойный ответ. Переводя подчёркнуто сомневающийся взор с Цинь Исуна на Чжао Жаня, он протянул:
— Учитель Цинь, а в вашей паре с братом Чжао кто кого понесёт на руках?
— Я его, — чеканно отрезал Чжао Жань.
— Да с чего бы? Где у тебя мускулы против моих? Если кто и понесёт, так это я тебя! — тут же вовлёкся в спор Цинь Исун. Тема явно не поддавалась быстрому разрешению, и между ними завязалась бурная перепалка.
Воспользовавшись суматохой, Чжоу Динфэн попытался убедить Чжун Имина дойти самостоятельно.
Имин с лёгкостью поддался на уговоры, но первым же шагом умудрился вляпаться в куриный помёт. В итоге Чжоу Динфэну всё равно пришлось тащить его на себе.
— Чем они там занимаются? — поинтересовался Цзянь Чэнь, устраиваясь на раскладном стульчике и глядя на суетящуюся кучку участников. — Потом сходим проведать? Мне кажется, и выпечка, и сбор клубники — это весьма увлекательно.
— Не отвлекайся на них, — Шэн Сюпин протянул левую руку, осторожно касаясь кудрявой макушки Цзянь Чэня, и развернул его голову обратно к воде.
— Ладно-ладно. Ты тоже присядь, — Цзянь Чэнь указал на соседний табурет и с воодушевлением достал удочку. — Слышал, ужинать мы будем прямо здесь. Надеюсь, мне удастся угостить всех свежим уловом.
Повернувшись к Шэн Сюпину, чьей фортуне он доверял больше, чем своей, он спросил:
— Как думаешь, сбудется?