Помимо медиков и смотрителей, набежала целая орава организаторов шоу, закутанных в три слоя одежды.
Этим они выражали уважение к высокому гостю, да и добираться было удобно — съёмки проходили прямо в Бэймине.
Даже главный режиссёр Чжао Яо передал через подчинённых, что уже мчит во весь опор и скоро будет.
Видя, как Цзянь Чэня оттеснили на самый край, Шэн Сюпин быстро раздал указания и выставил толпу вон.
— Если у вас есть какие-либо пожелания, господин Шэн, только скажите! — рассыпался в угодливых поклонах какой-то мелкий начальник.
— Забинтуйте получше, — сухо роздал тот.
Все на миг замерли и лишь спустя пару секунд сообразили, что речь идёт о царапине на тыльной стороне ладони. Единственную просьбу президента Шэна, разумеется, принялись выполнять с ревностным усердием — едва не закатали руку в сплошной гипс.
Наконец толпа рассасалась. Цзянь Чэнь, витая в собственных мыслях, на автомате двинулся за всеми к выходу.
— Цзянь Чэнь, — окликнул его Шэн Сюпин.
[О-о-о, Цзянь Чэнь~]
[Президент Шэн ещё даже не начал, куда же ты?]
[Давай признавайся уже, а то царапина заживёт!]
[Я уже начинаю сомневаться в тех старых новостях, где Шэн Сюпин проводил совещание с травмой... Мы точно про одного человека говорим?]
[Интервью господина Шэна раньше: «Пустяковая рана, не стоит внимания».]
[Господин Шэн сейчас: «Цзянь Чэнь, ну обрати же на меня внимание!»]
Цзянь Чэнь опомнился, взглянул на бинты и невольно нахмурился:
— Выглядит жутко... Зачем столько бинтов?
В его взгляде читалась искренняя тревога — так, словно пострадал он сам. Ещё со студенческих времён ничего не изменилось: стоит Шэн Сюпину получить мелкую ссадину или отравиться настроением, от этого взгляда в душе расцветала весна, и хотелось, чтобы этот мгновенный порыв нежности длился вечно.
— Пустяки, — с невозмутимым видом отозвался Шэн Сюпин, хоть в глубине души ему и было немного жаль заставлять Цзянь Чэня переживать.
Цзянь Чэнь протянул руку и слегка коснулся открытой кожи рядом с повязкой. Тёплые подушечки пальцев ласкали кожу успокаивающим прикосновением, вызывая лёгкий зуд.
Шэн Сюпин перехватил его ладонь, и Цзянь Чэнь даже не попытался её отдёрнуть.
— За тот случай я тебя ещё не простил. Поговорим после шоу, — произнёс Цзянь Чэнь.
Он имел в виду ту проверку. Перед камерами об этом говорить не стоило, но и постоянно ходить ежом тоже глупо, так что Цзянь Чэнь решил просто поставить тему на паузу.
Впрочем, тут же вспомнил о другом:
— Не хочу больше быть в одной команде с Цэнь Линем.
Сказал он это предельно прямо. Шэн Сюпин с трудом подавил рвущуюся наружу ухмылку:
— Что так? Разве он не твой кумир?
— Просто не хочу, и всё, — отрезал Цзянь Чэнь.
Стоявший неподалёку оператор-постановщик поспешил выслужиться:
— Господин Шэн, сегодня учитель Цэнь, похоже, потерял над собой контроль. Распускал руки к Цзянь Чэню, но я вовремя его пресёк!
Улыбка мгновенно сошла с лица Шэн Сюпина. Он опустил взгляд на свою забинтованную руку и как бы между прочим убрал её.
— Вот как?
[Вот как?! (В бешенстве!)]
[Стучит кулаком по столу!]
[Срочно заменить партнёра!]
[Три части прохлады, две части насмешки, одна часть небрежности: «Смел распускать руки к моЕМУ человеку?!»]
[Ржу, президент Шэн аж пальчик назад отдёрнул!]
Шэн Сюпин имел на этом проекте огромный вес, так что перетасовать участников для него ничего не стоило. То, что он не делал этого раньше, вовсе не означало, что он не мог.
— Цэнь Линь действительно был моим кумиром, — Цзянь Чэнь опустил голову, и густые ресницы отбросили на щёки лёгкую тень. — Мне очень нравятся его работы... Поэтому я так разочарован.
— Творчество и личность автора всегда стоит разделять.
— Я знаю. Но я столько раз представлял, какой он человек.
Цзянь Чэнь не навешивал на Цэнь Линя ярлыков, а просто относился к нему как к идеализированному образу. Он представлял его бородатым мужчиной средних лет, пылким юношей или таланливой женщиной с изысканным слогом... Но никак не скользким типчиком.
Который зачитывает дурацкие стихи, подло юлит и нагло врёт.
Цзянь Чэнь опускал голову всё ниже, и его кудряшки заметно поникли.
В груди Шэн Сюпина уколола ревность. Он-то думал, что Цзянь Чэнь витает в облаках из-за его травмы, а тот, оказывается, переживал из-за другого мужчины.
Шэн Сюпин приподнял забинтованную кисть и тихо скривился:
— Тсс...
— Болит? — Цзянь Чэнь тут же вскинул голову и обеспокоенно уставился на его руку.
Впрочем, слоёв марли было столько, что разглядеть там хоть что-то не представлялось возможным.
— Терпимо, — с совершенно невозмутимым лицом бросил Шэн Сюпин.
[ «Терпимо», ага, верим!]
[Президент Шэн вообще притворяться не умеет! Кто же симулирует боль просто так? Надо хотя бы сделать вид, что обо что-то стукнулся!]
[Вон тот стакан с водой отлично бы подошёл! Мог бы случайно опрокинуть!]
[Пользуется наивностью нашего Цзянь Чэня!]
[А-а-а, ну за что! С таким-то лицом Цзянь Чэнь должен сам вертеть Шэн Сюпином как хочет!]
Цзянь Чэнь бережно подхватил ладонь Шэн Сюпина, собираясь осторожно ощупать края повязки.
— Так толку мало, — внезапно выдохнул Шэн Сюпин.
Цзянь Чэнь озадаченно замер и занёс пальцы над бинтами.
— Попробуй иначе.
Взгляд Шэн Сюпина скользнул к чуть приоткрытым губам Цзянь Чэня. На ощупь они наверняка были ещё мягче и теплее подушечек пальцев. Он смотрел на него так пристально и откровенно, что намерение читалось без труда.
Цзянь Чэнь слегка нахмурился и, словно загипнотизированный, действительно начал медленно наклоняться...
И ровно в тот момент, когда их разделяли считанные миллиметры, дверь с грохотом распахнулась. На пороге возник запыхавшийся Чжао Яо — с таким видом, будто опоздал на спасение государя.
Цзянь Чэнь в испуге сбросил руку Шэн Сюпина, и та со звонким глухим стуком грохнулась прямо на стол.
При посторонних Шэн Сюпин устраивать сцену не стал, а лишь холодно спросил:
— Вы что-то хотели?
Чжао Яо с вытаращенными глазами переводил взгляд с одного на другого. Цзянь Чэнь только что на его глазах безжалостно швырнул руку Шэн Сюпина о стол! Неужели их отношения зашли в такой беспросветный тупик?!
[А-а-а, режиссёр Чжао, ну ты и вовремя!]
[Кто бы мог подумать, что наш господин Шэн действует так искусно и мягко... Ведь почти получилось!]
[А можно отозвать режиссёра Чжао обратно?!]
[Ржу не могу, представляю, что увидел Чжао Яо со своей колокольни!]
[У него там зрачки из орбит выпадают!]
— Э-э... Я проведать зашёл. Слышал, тут происшествие случилось...
Чжао Яо с трудом оторвал взгляд от пары и тут же упёрся в белоснежный кокон из бинтов, намотанных слой за слоем.
Лицо его моментально вытянулось:
— Всё настолько плохо?! Господин Шэн, давайте я прямо сейчас отвезу вас в главную больницу! Цзянь Чэнь, иди пока.
— Не стоит, — с отстранённой вежливостью произнёс Шэн Сюпин. — Можете быть свободны.
Шэн Сюпин пересекался с Чжао Яо пару раз и знал, что тот — приятель Цзянь Чэня. Каждый раз, когда они созванивались, тот трындел про каких-то красавчиков, да и на это шоу о свиданиях Цзянь Чэня затащил именно он.
— Мы же сто лет не виделись, — искренне удивился появлению режиссёра Цзянь Чэнь. — Ты же говорил, что у тебя какой-то важный проект и ты завален работой?
— Да уж, я сейчас... — Чжао Яо уже открыл рот, но боковым зрением наткнулся на Шэн Сюпина.
Как назло, компания, с которой он готовил новый проект, являлась прямым конкурентом Развлекательной компании Шэн. Хотя Шэн Сюпину явно было плевать на его делишки, правила субординации не позволяли трепаться об этом в его присутствии.
Цзянь Чэнь тоже перевёл взгляд на Шэн Сюпина:
— Сюпин, мы с Чжао Яо давно не виделись. Можешь оставить нас ненадолго?
И Шэн Сюпин, представьте себе, без лишних слов развернулся и вышел. Чжао Яо тут же махнул рукой, выгоняя вслед за ним операторов и помощников.
На трансляции было видно, в каком замешательстве остался оператор: камера неловко дергалась по сторонам, не зная, на чём зафиксировать кадр, и в итоге замерла на Шэн Сюпине.
Впрочем, тому было всё равно. Он просто стоял у медпункта, устремив взгляд на маленькую дверцу, а его выправка и стать смотрелись не хуже, чем у подиумной модели.
[Фух, хорошо, что господина Шэна тоже выставили, а то я уже сам от неловкости сгорать начал!]
[Цзянь Чэнь: «Выйди, пожалуйста». Господин Шэн: «Принято, ушёл~»]
[Шок! Цзянь Чэнь и режиссёр Чжао знакомы?! Они вообще кто друг другу?!]
[Да друзья, вроде. Поговаривают, Цзянь Чэнь пришёл выручать проект, когда в самом начале сбежали двое участников.]
[Ну теперь-то причины появления господина Шэна на шоу стали очевиднее некуда...]
[Режиссёру Чжао сказочно повезло!]
[Наш президент Шэн просто сногсшибателен, его хоть в упор снимай — идеален!]
[И эта лёгкая непреклонность во взгляде: «Я просто случайно тут стою, ничего такого».]
Внутри кабинета Чжао Яо всё ещё пребывал в глубоком шоке:
— Цзянь Чэнь, а господину Шэну точно не надо в больницу? Он меня после этого не забанит в шоу-бизнесе?
— Не забанит. Я сам пошёл к обезьяннику, съёмочная группа тут ни при чём.
— Ты не переживай, мы всё равно проведём работу над ошибками... Но вы с ним и вправду развелись? А ведь я помню, как вы раньше друг к другу липли!
Цзянь Чэнь поморщился от такого сравнения.
— Так это ты специально напихал столько романтических свиданий? Ты же мне совсем другое обещал!
— Прости, я просто не успевал следить за всем подряд, правда зашивался! Прости грешного!
Чжао Яо каялся так искренне, что Цзянь Чэнь, сжалившись над старым другом, сменил гнев на милость.
— Ладно тебе! — Чжао Яо свойски хлопнул Цзянь Чэня по плечу. — Шэн Сюпин, конечно, хорош, но и ты не промах. Не нравится — и не надо! Я тебе новых красавчиков найду!
— А то заливал мне раньше, будто ты натурал... Чего передо мной-то стесняться? На, глянь, — Чжао Яо достал телефон, изо всех сил демонстрируя, что он целиком и полностью на стороне Цзянь Чэня и готов загладить вину. — Как тебе этот?
— Мне это неинтересно.
— Да я про кастинг для новых выпусков! Помоги выбрать, оцени взглядом, — Чжао Яо подсел ближе. — Смотри, вот модель. Ростом точь-в-точь как Шэн Сюпин.
— Дрыщ какой-то, — Цзянь Чэнь взглянул на фото: парень смахивал на сухую жердь.
— Ладно, а этот? Семья тоже владеет компанией, денег куры не клюют!
Чжао Яо сам не понял, с чего вдруг ляпнул это «тоже», будто на подсознании сравнивал претендентов с Шэн Сюпином.
— Лысеет, — резюмировал Цзянь Чэнь. Шевелюра у кандидата явно оставляла желать лучшего, да и зубы отдавали желтизной.
— Ну а этот-то чем не угодил?! Ты посмотри, какого пса держит — тибетский мастиф! Намного солиднее, чем собака Шэн Сюпина!
— Ванван милый, — тут же вступился за Ванцая Цзянь Чэнь.
Чжао Яо окончательно опустил руки.
«Похоже, во всём белом свете не найдётся соперника Шэн Сюпину. Хорош собой, богаче некуда, статен, подтянут, с шикарными волосами, так ещё и с милым пёсиком в придачу. Просто идеал, мать его».
А снаружи идеальный Шэн Сюпин смиренно ждал. В этот момент к нему подошёл врач, который только что накладывал повязку, держа в руках навесной замок:
— Осмотр окончен? Мне нужно запереть медпункт, пересменка скоро.
— Давайте я закрою, — Шэн Сюпин забрал у него замок.
В прямой трансляции оператор сместился ещё дальше, и в кадре остался лишь одинокий домик медпункта. Зрителям оставалось лишь гадать, что там происходит. Однако затянувшаяся пауза сама по себе сулила бурю.
Шэн Сюпин подошёл к двери с замком в руках и на самом пороге услышал доносившийся изнутри распалённый голос:
— Да какая разница?! Мой друг пробыл с ним три года, а в итоге всё закончилось разводом! Поматросил и бросил — так, что ли?! Ни за что не благословлю этот брак! — в Чжао Яо проснулся дух бунтарства, и он нарочно орал во всё горло.
Порыв ветра качнул незапертую створку дверей. По металлическим петлям пробежал тихий звон, от которого Чжао Яо вздрогнул. А когда в щели обрисовался знакомый силуэт Шэн Сюпина, у режиссёра и вовсе чуть не остановилось сердце.
Шэн Сюпин с лёгким щелчком защёлкнул дужку замка и с едва уловимой усмешкой произнёс:
— Режиссёр Яо, когда вы зазывали меня на шоу, пели совсем другие песни.
— Никто меня не матросил, — первым делом счёл нужным прояснить Цзянь Чэнь, а затем поправил Шэн Сюпина: — И он не Яо. Его фамилия Чжао, зовут Чжао Яо.
— Оу, оговорился.
— Да нет-нет, всё верно, именно Яо! — заискивающе ухмыльнулся Чжао Яо.
Тогда, завлекая инвестора, Чжао Яо клялся и божился, что с того самого момента, как господин Шэн переступит порог съёмочной площадки, всё шоу превратится в инструмент для завоевания сердца Цзянь Чэня. Оно станет главной опорой господина Шэна на пути к воссоединению, и абсолютно всё будет работать на их чувства! А если не выйдет — пусть его имя, Чжао Яо, читают наоборот!
В той разговорной запарке он с лёгкостью разбрасывался пустыми обещаниями — в их сфере это привычное дело. Кто же знал, что президент Шэн запомнит такую мелочь и действительно начнёт выворачивать его имя наизнанку?
Чжао Яо пробрал холодный пот. В этом обращении ему чудилась недвусмысленная угроза.
Ведь если пораскинуть мозгами, шоу не только не помогло им сблизиться, но и в погоне за рейтингами постоянно вставляло Шэн Сюпину палки в колёса, усложняя задачу до предела — полная противоположность обещанному.
Раньше Чжао Яо удавалось избегать личных встреч, но теперь его прижали к стенке. Да ещё и застали за крамольными речами!
Град холодного пота покатился по спине. Дверь кабинета казалась Чжао Яо недосягаемой.
Цзянь Чэнь понятия не имел, какие кошки пробежали между этими двоими, но явственно ощутил витавшее в воздухе напряжение. Он решил, что Шэн Сюпин просто пришёл выставить Чжао Яо за дверь.
— Цзянь Чэнь, — подал голос Шэн Сюпин. — Выйди ненадолго. Нам с Чжао Яо нужно перетереть пару вопросов.
— А?