Шэн Сюпин не уставал благодарить судьбу за эти семь лет дружбы. Именно благодаря им Цзянь Чэнь относился к нему с той особенной, мягкой снисходительностью, которой не удостаивался больше никто.
Но те же самые семь лет безупречно-чистой дружбы сеяли в душе сомнения. Было ли это трепетное отношение чем-то большим или держалось лишь на старой привычке? Мучительная неопределённость, где грань между иллюзией и правдой размывалась, оставляя лишь зыбкую почву под ногами.
После дневного отдыха съёмочная группа собрала всех за обеденным столом.
Каждое место было тщательно подготовлено. Хотя участников осталось всего семеро, стульев почему-то выставили девять. К тому же расставили их не просто так, а парами, из-за чего один стул выглядел сиротливо и откровенно бросался в глаза.
Участники решили, что реквизиторы просто допустили накладку, и предпочли не заострять внимание на этой неловкой детали.
Цинь Исун, не долго думая, направился к одинокому стулу и с ухмылкой уселся на него:
— Займу-ка я этот, обособленный. Похоже, мне самому судьбой предназначено остаться одиночкой до конца дней.
Чжао Жань был в аналогичном положении. Чжоу Динфэн и Чжун Имин уже образовали устойчивый дуэт, а Линь Чэн и Шэн Сюпин открыто соперничали за внимание Цзянь Чэня.
Подойдя к Цинь Исуну, Чжао Жань попытался потеснить его:
— Давай лучше я тут сяду, вставай.
Цзянь Чэнь, глядя на их нелепую борьбу, словно они играли в детские музыкальные стулья, миролюбиво заметил:
— А почему бы вам просто не сесть за тот свободный столик с двумя стульями?
— Нельзя, — отрезал Цинь Исун. — Наш уровень романтической химии равен нулю. Посади нас вместе — и зрители ослепнут от тоски.
[Ха-ха-ха, даже Цзянь Чэнь уже не может на это смотреть! Зачем обязательно драться за один стул?]
[Два сапога — не пара!]
[А вообще, когда их разделили, стало только интереснее.]
В итоге Цинь Исун всё же отстоял одинокое место, а Чжао Жаню пришлось устроиться на другом.
Цзянь Чэнь тоже занял случайный стул. Линь Чэн и Шэн Сюпин стояли совсем рядом.
Поскольку рассадка могла повлиять на формирование пар, оба рассчитывали оказаться рядом с Цзянь Чэнем. И хотя молодым и горячим Линь Чэном раз за разом пренебрегали, сдаваться он не собирался. Воздух вокруг них натянулся, запахло невидимым порохом.
Линь Чэн сделал вид, будто случайно шагнул вперёд, и обратился к Цзянь Чэню:
— Цзянь Чэнь, после твоего прошлого выступления отзывы были великолепные. Послезавтра намечается ещё одно, пойдёшь?
Говоря это, он непринуждённо потянул на себя стул, собираясь усесться рядом.
Шэн Сюпин чуть сдвинул мебель в сторону, перехватывая это движение. Линь Чэну пришлось выпрямиться, сменив позу с таким видом, будто ничего не произошло.
— Послезавтра? Пока не знаю, всё зависит от расписания съёмочной группы, — ответил Цзянь Чэнь.
Тем временем Шэн Сюпин как бы невзначай взял со стола бокал, покрутил его в руках и поставил ровно по центру оспариваемого пространства, без слов обозначая свои права на это место.
Линь Чэн молча отодвинул стакан обратно.
[Так-так-так, наш Линь Чэн, похоже, вовсе не собирается сдаваться!]
[А я-то думала, чего он последние два дня такой тихий был. Наверное, переживал и предавался грустным размышлениям?]
[Ха-ха-ха, был в депрессии, а теперь выкарабкался!]
[Красавчик! Молодежи и надо бороться до конца!]
[Сделать невозможное возможным!]
[Вот именно, развод явно случился не просто так. Линь Чэн, пользуйся моментом, заходи с фланга!]
Поняв, что беззвучные маневры ни к чему не приведут, Шэн Сюпин сказал прямо:
— Линь Чэн, сядь сбоку.
Линь Чэн вежливо отказался:
— У меня есть разговор к Цзянь Чэню.
Остальные участники тоже заметили эти искры и невольно перевели взгляды на Цзянь Чэня, оказавшегося в самом эпицентре бури. А тот как раз взялся за десертную вилку, намереваясь попробовать приготовленные съёмочной группой фрукты.
Нарезанные аккуратными кубиками арбуз и дыня выглядели сочно и аппетитно.
Цзянь Чэнь нацелился, ловко наткнул ломтик, но, подняв голову и встретившись со взглядами всех присутствующих, вздрогнул. Кусочек арбуза соскользнул с зубьев и шлёпнулся обратно на тарелку.
—... Мне что, нельзя есть? — усомнился он, убирая вилку.
— Ешь, ешь на здоровье, — ухмыльнулся Цинь Исун и с намеком добавил: — Вот только кое-кто возле твоих мест всё никак не рассестся.
Шэн Сюпин и Линь Чэн всё так же продолжали стоять над ним.
Цзянь Чэнь истолковал его слова по-своему:
— Простите. Тогда я подожду.
Он отложил вилку и послушно замер. Его взгляд гипнотизировал упавший кусок арбуза: он ждал, пока все усядутся, чтобы со спокойной совестью продолжить трапезу.
Прошло полминуты, но никто так и не сдвинулся с места. Цзянь Чэнь обернулся к застывшим фигурам:
— Шэн Сюпин, ты чего не садишься?
В его тоне звучала естественная уверенность в том, что Шэн Сюпин займёт место подле него, и это окончательно ранило Линь Чэня. Цзянь Чэнь ни разу не выбрал его, не дал ни единого шанса, хотя он был ничем не хуже.
Поджав губы в тонкую бледную линию, Линь Чэн заледенел во взгляде. Его настроение стремительно испортилось.
— Что случилось? — заметил его состояние Цзянь Чэнь.
— Я хочу сесть здесь, — прямо признался Линь Чэн.
— Без проблем, — Цзянь Чэнь, словно успокаивая капризного ребёнка, сам отодвинул для него стул. — Присаживайся.
— Я тоже хочу сесть здесь, — Шэн Сюпин упёрся ногой в ножку стула, не давая его подвинуть.
Цзянь Чэнь: «...»
Он внимательно осмотрел этот стул, но не обнаружил в нём ничего особенного. Обычное деревянное сиденье. Цзянь Чэнь недоумённо нахмурился.
В этот момент дверь скрипнула, и в комнату после дневного сна вбежали немецкая овчарка и кошка.
Овчарка растянулась у ног Цзянь Чэня, а кошка с привычной грацией запрыгнула ему на колени. Цзянь Чэнь на автомате принялся поглаживать её мягкую шерсть, окончательно отвлекшись от спора.
Видя, что ситуация зашла в тупик, режиссёрская группа поспешила объявить, что сегодняшняя рассадка никак не повлияет на деление по парам.
Только тогда Цзянь Чэнь вспомнил о главном и повернулся к Шэн Сюпину:
— Когда съёмки закончатся, садись куда захочешь. А сейчас уступи место Линь Чэну.
В глазах Цзянь Чэня Линь Чэн оставался младшим братом — он был даже младше Шэн Жаня. К тому же они находились в доме Шэн Сюпина: насколько бы особенным ни казалось это место, у Шэн Сюпина впереди оставалось бесконечно много возможностей.
— Смотри не забудь, что ты мне обещал, — отозвался Шэн Сюпин.
Цзянь Чэнь дал слово выбрать его для предстоящего свидания. Впереди их ждало совместное время, и на этом фоне борьба за какой-то стул теряла всякий смысл.
Решив не уподобляться подростку, Шэн Сюпин разжал пальцы и опустился на стул напротив Цзянь Чэня.
[Вижу в этом жесте лёгкий оттенок благородного смирения!]
[Знакомая фраза... Цзянь Чэнь случайно не пообещал ему кое-что горяченькое?]
[Аха-ха-ха, наказание от господина президента?]
[Прямо-таки прогибает его! А ведь Цзянь Чэнь ужасно снисходителен к Шэн Сюпину.]
Когда все участники наконец расселись и Цзянь Чэнь смог добраться до вожделенного арбуза, перед ними зажёгся большущий экран.
— Итак, перейдём к повестке нашей встречи! — Режиссёр сверялся с планшетом, поднеся к губам громкоговоритель. — Наша цель — подвести итоги первых свиданий и провести новое распределение по парам. Свяжем прошлые успехи с будущими планами.
— Но для начала ответим на несколько вопросов от зрителей.
Шоу бьёт все рекорды популярности, а на медиаплатформе «Туманность» регулярно запускают интерактивы. В этот раз по условиям акции были отобраны пять вопросов, набравших наибольшее количество лайков.
На экране высветился первый из них.
За исключением Цзянь Чэня и Шэн Сюпина, остальные гости проявили живость и любопытство.
— Вопрос к Цзянь Чэню и господину Шэну, — зачитал режиссёр. — Какова истинная причина вашего развода?
Однако в потоке комментариев наметился разлад.
[Хоть мне и безумно интересно, но почему-то я помню, что вчера на первом месте был совсем другой вопрос...]
[Вот именно! И сейчас он тоже не на первом!]
[Вы же обещали зачитать самый топовый вопрос?!]
[А-а-а, ну что за фигня! Шоу опять мухлюет, играть по правилам не умеете?!]
Поскольку организаторы во всеуслышание гарантировали отвечать на самый популярный запрос без купюр, возмущение зрителей нарастало как лавина. Экран запестрел едкими замечаниями, угрожая сорвать прямой эфир.
Оператор трансляции подал режиссёру отчаянный знак.
Тот вынужденно прокашлялся:
— Э-э... Понимаете, первоначальный вопрос был... не совсем корректным, поэтому мы внесли некоторые изменения.
Зрители не намерены были спускать это с рук, и технический персонал продолжал жаркую дискуссию с постановщиком.
Цинь Исун, крутя в руках рекламный буклетик, вальяжно откинулся на спинку стула:
— А что там за вопрос? Задавайте, не стесняйтесь. Лично я готов ответить на что угодно.
— Да вопрос-то к господину Шэну и Цзянь Чэню, — сокрушённо вздохнул режиссёр.
Цинь Исун ехидно ухмыльнулся:
— Неужели найдётся хоть один вопрос, на который господин Шэн не осмелится ответить? Раз уж съёмочная группа давала обещание, выведите комментарии прямо на экран да читайте подряд по количеству лайков.
Шэн Сюпин, бизнесмен с миллионными оборотами, не тратил время на прокручивание соцсетей и плохо представлял всю изощрённость сетевой публики. Он посчитал, что речь идёт о каверзной формулировке, и не придавал этому значения.
— Я не против. А ты, Цзянь Чэнь?
Цзянь Чэнь всё равно не горел желанием разбирать причину развода перед камерами, поэтому легко согласился.
— Сделайте, как предложил Цинь Исун. Выведите комментарии прямо на экран, — распорядился Шэн Сюпин.
Техник за компьютером поднял глаза и неловко почесал затылок:
— Вы точно уверены?
— Уверены.
В словах Шэн Сюпина звучала непререкаемая авторитетность. Съёмочная группа будто обрела твёрдую опору посреди хаоса. Техник быстро кликнул мышкой, разворачивая ленту комментариев на весь главный экран.
И в то же мгновение в съёмочном павильоне воцарилась звенящая тишина.
Буклетик из пальцев Цинь Исуна выскользнул и со шуршанием упал на пол. От его недавней язвительной спеси не осталось и следа: он выпрямился, уставился в одну точку и принял максимально чинный вид, словно находился за сотни километров отсюда.
Режиссёр даже не решился зачитать текст вслух и лишь молча потер шею.
На самом верху списка, оторвавшись от остальных вопросов на сотни тысяч лайков, красовался безоговорочный лидер:
[@ЦзяньЧэньМояЖена: Ужасно любопытно! Господин Шэн и Цзянь Чэнь прожили в браке несколько лет... а у вас вообще БЫЛ СЕКС?]