Эта вырвавшаяся невзначай фраза произвела эффект разорвавшейся бомбы.
Взять хотя бы Шэн Жаня и Цзянь Шо, которые как раз ссорились дома.
— Брат тебя тут пристроил — мог бы, кажется, вести себя чуть скромнее, раз живёшь на чужих хлебах?
Поначалу Шэн Жань ещё как-то мирился с этой физиономией, но Цзянь Шо держался с ним настолько скверно, что со временем от терпения не осталось и следа — одно раздражение.
И виноват во всём был именно он: взрослый мужик, а нацепил парик да ещё сфотографировался в нём — не попадись тот снимок Шэн Жаню на глаза, не пришлось бы теперь столько лет обходиться без личной жизни.
— Чем это я тебя задел? — Цзянь Шо всё утро смотрел телевизор с ледяным лицом, даже не покосившись в сторону Шэн Жаня. По телевизору шла прямая трансляция шоу с участием Цзянь Чэня, и стоило Цзянь Шо увидеть, как Шэн Сюпин заигрывает с братом, злость тут же нашла выход — на подвернувшемся под руку Шэн Жане.
Как там говорится... одна шайка-лейка.
Неудивительно, что этот Шэн Жань смеет строить из себя милашку перед Цзянь Чэнем — наверняка спелся с Шэн Сюпином.
— Вчера ты меня очень даже задел. Ты оскорбил моего брата, а мы с ним одна семья — оскорбить его всё равно что оскорбить меня.
— Да? И что с того. Видать, вся ваша семейка порядком раздражает.
Цзянь Шо скользнул взглядом по экрану — оттуда всё ещё доносился звук, служивший теперь фоном для перепалки.
— Как вернутся — проваливай на все четыре стороны, чтоб я тебя больше не видел.
— Да хоть на коленях умоляй — второй раз на тебя и не взгляну. Думаешь, мне охота тут торчать? Это твой брат перед моим выслуживается.
Дело было в том, что Цзянь Чэнь, беспокоясь за только что вернувшегося на родину брата, попросил Шэн Сюпина приютить его, — тот, изображая заботу, поселил Цзянь Шо здесь, а заодно, держа кое-какой компромат над Шэн Жанем, вынудил его делить кров с этим невыносимым скандалистом.
— Отныне при виде любого Шэна буду обходить за версту. — Цзянь Шо прибавил громкость телевизору, выражая недовольство шумным фоном.
Английский у Шэн Жаня был послабее, чем у Шэн Сюпина, так что кое-какие слова, которые Цзянь Шо вставлял в свою речь, до него просто не доходили, и спорить получалось далеко не так удовлетворительно, как со старшим братом.
Шэн Жань огрызнулся:
— Ха, тебе изначально не по чину было иметь с нами хоть какое-то отношение.
— Благодарю, не стоило...
— Цзянь Чэнь, давай поженимся!
Фраза, донёсшаяся из телевизора, оборвала перепалку на полуслове — оба синхронно повернули головы к экрану, к двум самым знакомым лицам на свете.
Двоюродный брат Шэн Жаня сиял от восторга, а родной брат Цзянь Шо выглядел слегка смущённым. Но смотрелись они на удивление гармонично — даже через экран телевизора было видно, как между ними витают розовые пузырьки.
В гостиной повисла звенящая тишина.
Очень скоро хэштег #ЦзяньЧэньШэнСюпин молниеносно взлетел на вершину топа «Туманности», породив ещё более широкое обсуждение.
Комментарии сплошь дышали восторгом.
【Боже, Шэн Сюпин наконец дождался этого дня】
【Вот это подвиг — и надо же, первым сказал именно Цзянь Чэнь】
【Слёзы на глазах】
......
Как и зрители за экраном, сотрудники компании Шэн Сюпина тоже жадно следили за развитием событий.
Артисты, обычно напускавшие на себя важность, отбросили всякую спесь; соперничающие лагеря, привыкшие таскать друг друга за волосы, забыли о распрях; целая толпа конкурирующих менеджеров разом отложила дела и сгрудилась вместе, обсуждая новость.
— Говорил же — у президента Шэна всё получится.
— Вы видели, как он радуется? Даже когда компания заключила ту восьмизначную сделку, он так не сиял.
— Прямо жениться собрался, а я думал — просто игрушка на время.
— Да у них всё серьёзно, между прочим. Слышала, они ещё однокурсники, семь лет знакомы.
— Тц, а в прошлый раз, между прочим, развелись же. Готова спорить, надолго это не затянется — может, у Цзянь Чэня просто есть на него какой-то компромат.
— Сяо Тань, ты прям кислая вся. Просто президент Шэн на тебя не запал, только и всего.
* * *
Оказавшийся в самом эпицентре бури Цзянь Чэнь ни о чём не подозревал — в тот момент он лишь прикидывал, что быстрее: зажать Шэн Сюпину рот ладонью или отыскать щель в песке, чтобы туда провалиться.
* * *
— Как ты мог сказать такое при стольких людях.
Вернувшись в номер, Цзянь Чэнь пристал к Шэн Сюпину с этим вопросом.
С самого пляжа уголки губ у Шэн Сюпина так и не опустились — он продолжал держать на лице лёгкую, чуть приподнятую улыбку.
— Само вырвалось, — только и ответил Шэн Сюпин.
Раз уж дело сделано, докапываться дальше Цзянь Чэнь не стал. Ему нужно было в душ — он весь пропесочился на пляже.
— Кстати, не отклеивай пластырь, он водостойкий, походи с ним ещё немного.
— А, разве всё настолько серьёзно?
Цзянь Чэнь направился в ванную; удивлённый, но не спорящий, он так и включил душ с водостойким пластырем на щеке.
Пока Цзянь Чэня не было, Шэн Сюпин накинул куртку, устроился на диване и вытащил телефон.
Как и следовало ожидать, сообщения посыпались лавиной — попадались даже такие имена, чьи переписки Шэн Сюпин в обычное время никогда бы не открыл. Но сегодня он прочитал каждое и на каждое ответил.
С каждым новым ответом улыбка становилась всё шире; поначалу он ещё пытался её унять, но вскоре бросил и эти попытки.
— Что там такого забавного, что ты так радуешься?
Цзянь Чэнь успел домыться, а Шэн Сюпин так и не сдвинулся с места.
Видеть Шэн Сюпина настолько откровенно счастливым доводилось редко, и Цзянь Чэнь невольно заинтересовался.
【Уголки губ президента Шэна не унять — упрямее, чем отдача от АК】
【Умираю со смеху, аж лучится весь от радости】
【Так что там всё же в телефоне такое — поздравления по поводу них с Цзянь Чэнем?】
【Как подумаю, что Цзянь Чэнь теперь достанется Шэн Сюпину, как-то даже жалко отпускать】
【Плюс один】
Цзянь Чэнь, вытирая волосы полотенцем, присел рядом с Шэн Сюпином — от горячего пара кожа у него разрумянилась, стала нежно-розовой.
Он тоже хотел взглянуть на экран, но с наполовину высохших волос всё ещё капала вода, и несколько капель упали Шэн Сюпину на одежду, расплывшись небольшими тёмными пятнами.
— Извини. — Цзянь Чэнь отстранился.
— Ничего страшного. — Шэн Сюпин повернул голову. Цзянь Чэнь никогда толком не умел вытирать волосы: они и без того вились, а от беспорядочных движений вверх-вниз топорщились в разные стороны, становясь совсем лохматыми.
Шэн Сюпин поднялся, забрал у него полотенце и, встав позади дивана, стал вытирать волосы по направлению завитков.
Он приводил каждую прядь в порядок — под его руками они послушно ложились одна к другой.
Цзянь Чэнь поднял оставленный на диване телефон Шэн Сюпина:
— Ты что, анекдоты читал? Можно посмотреть?
Другой причины для такой... сияющей? улыбки он придумать не мог.
Странное слово для описания Шэн Сюпина.
— Можно. — Шэн Сюпин опустил голову, старательно приводя в порядок волосы Цзянь Чэня, пальцы скользили сквозь влажные пряди.
【Какие милые кудряшки, тоже хочу их потрепать】
【Сразу видно, Шэн Сюпин обожает этот ритуал】
【А-а-а, так и хочется тихонько прикончить Шэн Сюпина от зависти — он же может каждый день так возиться с Цзянь Чэнем】
【Неудивительно, что президент Шэн так рад — я бы на его месте радовался ещё больше】
【Надо же, так запросто дал Цзянь Чэню посмотреть телефон — похоже, секретов от него у него и вовсе нет】
Цзянь Чэнь, пока Шэн Сюпин сушил ему волосы, разглядывал экран.
— Какой пароль?
— Угадай.
Цзянь Чэнь ввёл дату рождения Шэн Сюпина, но тут же понял: не то, — Шэн Сюпин не мог поставить такой простой пароль.
И правда — ошибка. Тогда он принялся вводить другие важные для Шэн Сюпина даты.
— День, когда ты возглавил компанию?
Нет.
— Тогда день, когда вы заключили ту невозможную сделку — ты ещё столько выпил в тот вечер.
Снова нет.
Цзянь Чэнь перебрал целую вереницу самых громких моментов из жизни Шэн Сюпина, каждый кадрами всплывавших у него перед глазами, — пока ввод не заблокировался.
* * *
— Прости. — Цзянь Чэнь уставился на предупреждение о блокировке.
【Ничего себе, как хорошо Цзянь Чэнь знает Шэн Сюпина】
【Точно, а по шоу казалось, будто Цзянь Чэнь не особо любит запоминать даты — а тут дни Шэн Сюпина знает лучше собственных】
【Шэн Сюпин снова на седьмом небе /】
— Ничего страшного, попробуй отпечаток пальца, — подсказал ему Шэн Сюпин.
Цзянь Чэнь на миг замер, вытянул указательный палец, посмотрел на него сверху вниз и только потом приложил к сканеру.
Датчик среагировал мгновенно — с тихим щелчком телефон разблокировался.
— Когда ты это успел? — не поверил своим глазам Цзянь Чэнь. Он точно помнил, что никогда не сохранял отпечаток, — откуда же он взялся из ниоткуда? Не должна ведь техника до такого дойти.
— В одну из ночей, пока ты спал, — ответил Шэн Сюпин.
— Мало ли что со мной случится — кто-то же должен уметь открыть мой телефон.
В телефоне президента Корпорации Шэн, разумеется, хранилось немало важного — можно сказать, целое состояние, — и Шэн Сюпин хотел, чтобы этим «кем-то» стал именно Цзянь Чэнь.
— Тогда ты у нас исключение из правил, — но внимание Цзянь Чэня уже переключилось на другое. — Все ведь после аварии первым делом заставляют себя стереть телефон дочиста — уж больно неловко, если кто-то увидит историю поисков.
— Я включил анонимный просмотр. Всегда и во всём.
— А.
Цзянь Чэнь замолчал и заметил, что после разблокировки экран остался на окне чата — вовсе не на анекдотах или смешных видео, как он себе представлял.
— Что ты только что смотрел? — спросил он у Шэн Сюпина.
— Да вот, эти переписки. Можешь открыть, посмотреть.
Цзянь Чэню это показалось не слишком уместным, и он собрался отложить телефон в сторону.
Но не успел выпустить его из рук, как выскочило ещё несколько новых сообщений.
[Ничего себе, сам президент Шэн ответил — сразу видно, как высоко вы цените учителя Цзянь Чэня. Я ещё в прошлый раз подумал, что вы с учителем Цзянь Чэнем на удивление подходите друг другу...]
Остальное было скрыто — открывалось по нажатию.
Цзянь Чэнь взглянул на имя отправителя и вспомнил: это был один из тех, кого Шэн Сюпин когда-то приглашал давать ему уроки по съёмке фильма. Тогда взгляд и тон этого человека сквозили откровенным пренебрежением — он считал Цзянь Чэня не более чем игрушкой Шэн Сюпина.
Кто бы мог подумать, что тон переменится настолько быстро — теперь ещё и «учителем» величает.
Странноватое обращение. Цзянь Чэнь не любил быть объектом заискивания и понятия не имел, что заставило этого человека так резко сменить курс.
— Можешь открыть.
Раз уж Шэн Сюпин сам это предлагал, Цзянь Чэнь ткнул по сообщению.
И увидел следующее.
[Президент Шэн, поздравляю, поздравляю! Слышал, вы женитесь на Цзянь Чэне?]
[Шэн Сюпин: Угу.]
— Зачем ты ему вообще отвечал.
Цзянь Чэнь обнаружил, что вся длинная переписка состояла из таких же реплик, — и без того порозовевшие после душа уши покраснели ещё сильнее.
— Я просто подтвердил, что это правда. Разве это считается ответом.
Волосы под феном уже почти высохли; Шэн Сюпин привычно наматывал каждую прядь на палец, продолжая сушить и следя за блеском и формой завитков.
Написал и Шэн Жань — правда, с гневными претензиями.
[Брат, я очень рад за вас с невесткой, что вы снова вместе. Но нельзя ли как-нибудь сделать так, чтобы невестка порвал всякие отношения с Цзянь Шо?]
[Я реально больше не могу]
А дальше шёл длинный перечень всех прегрешений Цзянь Шо.
Цзянь Чэню стало неловко, и он отправил в ответ голосовое сообщение, извинившись за брата.
Шэн Сюпин выключил фен, поправил пару прядей в идеально уложенной причёске и забрал телефон из рук Цзянь Чэня:
— Чего с ним возиться.
— Похоже, Сяо Шо и Сяо Жань не слишком ладят друг с другом.
— Плевать, ладят они или нет.
Шэн Сюпин снова устроился на диване и обнял Цзянь Чэня — от него исходил приятный аромат, пахли и волосы, и кожа, и одежда.
— Ты ведь ещё не мылся. Испачкаешь меня песком, — Цзянь Чэнь, однако, отстранился, подняв этот вполне резонный вопрос.
— Я ополоснулся, когда переодевался из плавок, и куртку сверху накинул.
Цзянь Чэнь всё же колебался. Песок — вещь мелкая, проникает буквально повсюду. Он только что принял душ и не горел желанием рисковать заново.
Делать нечего — Шэн Сюпину пришлось всё-таки пойти в душ.
【Оказывается, даже Шэн Сюпину сперва нужно помыться, чтобы обнять свою женушку】
【Ахахаха, да что такого в капле песка!】
【Цзянь Чэнь: низя】
Цзянь Чэнь достал собственный телефон — там тоже накопилось немало сообщений. Он лишь наскоро ответил Цзянь Шо и убрал телефон.
Потрогал щёку — показалось, что пластырь чуть смялся.
Порывшись в коробке, он нашёл новый и подошёл к зеркалу, собираясь заменить старый.
Стоило его отклеить, как что-то показалось странным: раны под ним, похоже, вообще не было.
Он придвинулся ближе, вгляделся внимательнее.
И наконец разглядел небольшую, уже слегка подсохшую отметину — довольно глубокую. Подобных ран он никогда прежде не видел, да и на царапину не похоже. Он задумался, что бы это могло быть.
Тогда Шэн Сюпин как раз целовал его именно в это место, а потом кольнуло резкой болью. А после, когда он вышел, и персонал, и другие гости, и даже режиссёр смотрели на него как-то очень уж красноречиво.
Цзянь Чэнь замер.
Медленно потянул руку и коснулся отметины.
Это был след от зубов.
Шэн Сюпин!
* * *
【У меня прямо чувство, будто картинка зависла】
【Плюс один — сколько уже они в такой позе сидят】
Вот только вечер, который после взаимного признания, казалось бы, должен был выдаться на редкость прекрасным, обернулся так: Цзянь Чэнь сидел на одном краю дивана, пластырь всё так же красовался у него на щеке, особенно заметный на нежной белой коже.
Шэн Сюпин же был сослан на маленький диванчик по другую сторону — и молча смотрел на Цзянь Чэня, не решаясь заговорить первым.
За окном ночь стелилась, точно вода; горячий источник тихо булькал пузырьками, над ним поднимался пар, будто нашёптывая о лёгкой тоске.
В комнате было так же тихо, как и снаружи.
После долгого противостояния Шэн Сюпин наконец заговорил:
— Больше не повторится.
Он-то думал, что после душа наконец обнимет Цзянь Чэня, а вместо этого, стоило выйти, — вот тебе и поворот событий.
— Ты ещё и обманул меня, заставив весь день ходить с этим пластырем. Если бы я сам его не отклеил, так бы ничего и не узнал.
— Больше клеить не буду.
【Ахахахаха, а почему тогда Цзянь Чэнь его до сих пор носит】
【Шэн Сюпин, между прочим, очень заботится о репутации Цзянь Чэня】
【Надо же было додуматься до пластыря — не гений ли он часом】
【Ночь любви дороже золота — может, вы там наедине поругаетесь? А нам покажите что-нибудь другое】
【Верьте в президента Шэна — он его точно успокоит】
— Дело не в этом. Прежде чем что-то делать, предупреждай меня заранее.
— Хорошо.
Что бы Цзянь Чэнь ни сказал, Шэн Сюпин соглашался со всем, точно бездушный бот, отвечающий в чате «принято», да ещё время от времени подбрасывал парочку комплиментов, преподнося виртуальный цветок или сердечко.
Тактика сработала на удивление хорошо — таким способом обычно усмиряют начальство. Цзянь Чэнь и правда простил Шэн Сюпина, и мир между ними был восстановлен.
Шэн Сюпин снова пересел ближе и обнял Цзянь Чэня.
— Завтра ещё раз посидим в источнике — сегодня и так весь день провалялись на пляже.
Цзянь Чэнь тоже прислонился к нему.
Тепло от соприкоснувшейся кожи медленно поднималось; каждый различал на другом тот же самый аромат геля для душа, а на свежей пижаме — ту же едва уловимую нотку стирального порошка.
Всё это витало в воздухе, и атмосфера постепенно наливалась двусмысленностью.
Они вдруг ненароком встретились взглядами, замерли на мгновение, а затем оба, будто сговорившись, повернули головы к камере на стене.
И снова, как ни в чём не бывало, Цзянь Чэнь поднял стоявший перед ним стакан и с деланой небрежностью коснулся его губами.
— Ах, а воды-то не осталось.
На губах повисла лишь единственная капля — сам стакан был совершенно пуст.
— Я налью. — Шэн Сюпин поднялся, глядя, как та самая круглая капелька на красивых губах Цзянь Чэня исчезает под движением языка.
【У меня стойкое чувство, что эта камера тут явно лишняя】
【Уже даже как-то неловко за такую церемонность — можно бы и забыть, что мы тут вообще есть】
【По моему многолетнему опыту, эти двое точно что-то задумали】
【Да занимайтесь уже своим делом, я из чистой доброты душевной готова выйти из трансляции】
【Плюс один】
Шэн Сюпин поставил стакан на место, и атмосфера в комнате слегка изменилась. Хотя оба как будто были заняты каждый своим делом, было очевидно: мысли у обоих витают совсем в другом месте.
Даже зрители забеспокоились за них — наперебой требовали закончить трансляцию пораньше и усердно засыпали чат сообщениями.
Добрых душ, впрочем, набралось немало, но происходило это лишь в одной-единственной трансляции — на ход всего шоу это никак повлиять не могло.
Так что Цзянь Чэнь продолжал, не отрываясь, смотреть в телевизор, а Шэн Сюпин — так же неотрывно — в планшет.
В ожидании, разделяемом всеми зрителями, часовая и минутная стрелки наконец совпали, и маленький красный огонёк на камере с тихим щелчком погас.
Оба на диване так и не пошевелились — будто вовсе и не ждали этого момента.
— Трансляция закончилась. — Цзянь Чэнь поднял взгляд.
— Угу. — Лицо Шэн Сюпина осталось невозмутимым.