— Сяо Я... — ласково донеслось со спины.
Кто-то окликнул Се Я по имени, и от этого фамильярного обращения он замёрз на месте. Сердце пропустило удар. Се Я медленно, не веря собственным ушам, обернулся.
Перед ним возникло привлекательное женское лицо: смоляные длинные волосы, фарфорово-белая кожа и пухлая нижняя губа, тронутая сочной ярко-красной помадой. Этот образ мгновенно воскресил смутные воспоминания.
— Сяо Я, это же я, мама, — улыбнулась женщина, приоткрыв в ласковой ухмылке ровный ряд белоснежных зубов.
За её спиной клубился густой туман, на фоне которого её бледная кожа казалась холодной, точно лунный свет. Эта картина не вызвала у Се Я ни капли радости — лишь ледяную дрожь, пробежавшую по хребту.
Черты её лица давно стёрлись из его памяти. Мать забрала из дома все сбережения и исчезла без предупреждения, когда ему исполнилось семь. Сейчас ему двадцать пять. Восемнадцати лет разлуки с лихвой хватило бы, чтобы навсегда вычеркнуть бездушную женщину из жизни.
Встретив её вновь, Се Я ощутил не детскую радость, а острую настороженность. Он просто не верил, что она способна вернуться.
Се Я с силой вырвал руку и отступил на несколько шагов. Сжав кулаки, он процедил:
— Ты кто такая?
Женщина, ничуть не смутившись, лишь изогнула губы в улыбке:
— Сяо Я, неужели ты совсем забыл маму? На этот раз я вернулась навсегда. Я буду рядом и заглажу свою вину.
— Ты разве не отца искала? — Се Я не купился на эти сладкие речи. Горбатого могила исправит, и уж в то, что его помешанная на любви мамаша бросит поиски мужа, он бы не поверил ни за что.
К тому же этот туман возник слишком внезапно, да и сама Лу Ингэ появилась словно из воздуха. Се Я, давно попрощавшийся со своими атеистическими убеждениями, вовсе не был настолько наивен, чтобы принять её за живого человека.
Лу Ингэ покачала головой:
— Больше не ищу. Я столько лет пропадала... Это всё моя вина. — Она посмотрела на Се Я с кроткой нежностью: — Сяо Я, ты так вырос.
Даже понимая, что перед ним фальшивка, Се Я на мгновение растерялся. Он заворожённо смотрел на улыбающуюся женщину. В его детских воспоминаниях её лицо практически никогда не озарялось подобным теплом. Она либо скандалила с его отцом, либо ругалась с дедушкой, Лу Фанчао, либо кричала на самого Се Я за перемазанную в грязи одежду.
Лу Ингэ сделала шаг вперёд и протянула к нему руки:
— Сяо Я, прости меня... Дашь мне шанс всё исправить?
Она медленно приближалась. Се Я не сдвинулся с места, словно молча согласившись. Его взгляд утратил чёткость, погружаясь в беспросветную, вязкую тьму.
Губы женщины исказились в торжествующей ухмылке, обнажая острые, смертоносные клыки. Нежное лицо вмиг превратилось в жуткую, хищную харю. Вцепившись мёртвой хваткой в плечи Се Я, она разинула пасть, намереваясь перекусить ему горло.
— Кхм!
Вместо сочной человечины зубы твари с хрустом вонзились в негнущуюся рукоять зонта.
Женщина метнула на помешавшего ей наглеца разъярённый взгляд, но в то же мгновение её сковал первобытный, удушающий страх перед исходившим от него давлением. В панике она развернулась, собираясь дать дёру.
Увы, Цзи Линци не намеревался проявлять милосердие. Он взмахнул широким рукавом, и порыв ледяного ветра, острый, точно закалённая сталь, мгновенно рассек монстра на несколько частей. Остатки её духа в виде сгустка чёрного дыма метнулись было к горам, однако лезвия ветра оказались быстрее: в мгновение ока они обратили скверну в пепел.
Разум Се Я постепенно прояснился. Первое, что он увидел — спадающие иссиня-чёрные локоны, затем точёную линию подбородка, и, наконец, встретился взглядом с глазами, сияющими подобно одиноким звёздам. Цзи Линци пришёл ему на помощь.
Божество протянул изящную руку и ласково коснулся его щеки. Щёки Се Я мгновенно вспыхнули жарким румянцем. С чего это Цзи Линци решил погладить его? Неужели... прозрел? Не слишком ли стремительно развиваются события?
Однако в следующее мгновение от точки между бровей разлилась прохладная, чистая сила, мгновенно сметая одолевшую тело тяжесть.
— Готово. Энергия скверны рассеялась, — Цзи Линци опустил руку и, немного помолчав, спросил: — Сам идти сможешь? Накрапывает дождь, нести тебя на руках и держать зонт неудобно.
Се Я опустил взгляд и только тут осознал, что всё это время Цзи Линци держал его на руках, точно невесту!
Словно уколотый иглой, он поспешно выскользнул из объятий и спрыгнул на землю. Смущение захлестнуло его с такой силой, что даже шея налилась пунцовым цветом.
Сначала он умудрился напридумывать себе всякой чепухи о романтическом порыве, а потом ещё и пробыл в объятиях мужчины добрый десяток секунд... Се Я готов был сквозь землю провалиться от стыда.
Крупные, тяжёлые капли дождя больно ударили Се Я по лицу. Как и предупреждал Цзи Линци, начался ливень.
Но тут над его головой развернулся купол зонта, надёжно укрыв от водяных струй. Се Я обернулся: профиль Цзи Линци слегка размывался в тумане, придавая ему сходство с сошедшим с небес небожителем.
Се Я слегка потянул его за край рукава:
— Иди ближе, а не то плечо промочишь.
Цзи Линци не стал возражать и придвинулся. Зонт был довольно большим, однако для двоих взрослых мужчин места всё равно оставалось впритык. При каждом шаге их плечи и предплечья соприкасались, разжигая в груди невнятное, трепетное волнение — совсем как капли дождя, ласкающие сочную траву.
— Что это вообще было? — слизав с пересохших губ влагу, Се Я нарушил молчание.
— Тёмная скверна, — пояснил Цзи Линци. — В такую погоду эти твари часто подкарауливают одиноких путников.
Се Я задумчиво кивнул:
— Мне померещилась мать.
Цзи Линци знал, о ком идёт речь — о Лу Ингэ, дочери Лу Фанчао. О женщине, которая бросила старого отца и маленького сына, бесследно исчезнув.
— Тёмная скверна ищет уязвимые места в людских сердцах, дурманит разум, а затем пожирает, — ответил Цзи Линци.
При этих словах по спине Се Я пробежал мороз. Какая жуткая смерть... Кабы Цзи Линци не подоспел вовремя, он бы уже отправился на тот свет к покойной бабушке.
Се Я поднял глаза на спутника:
— Спасибо. Ты снова меня спас.
— Пустяки, — ровно откликнулся Цзи Линци. — В следующий раз не забудь взять с собой Перо феникса. Оно убережёт тебя от любой беды.
Се Я считал этот подарок слишком ценным, а потому купил специальную шкатулку и запер амулет там. Это же перо настоящей архаичной птицы! Легендарное сокровище! А ну как выпадет и потеряется?
Словно прочитав его мысли, Цзи Линци мельком глянул на него:
— Носи и не бойся. Потеряешь — у меня ещё есть.
Хотя перья феникса и не лежали у него горами, целый ларчик бы набрался. Помимо защитных чар да эстетичного вида, особой ценности они для него не представляли. В своё время Цзи Линци даже смастерил из них пару метёлок для уборки, да выбросил при переезде. Если бы не долгий сон, у него осталось бы куда больше, чем одна шкатулка.
— Любая вещь должна служить своему назначению. Прятать её под замок — бессмысленная крайность, — наставительно произнёс Цзи Линци, видя сомнения спутника.
— Ты прав, я просто глупости напридумывал, — согласился Се Я. Быстро же до него дошло.
Случись с ним что непоправимое до прихода Цзи Линци, толку от запертого в шкатулке пера было бы ноль.
Едва они переступили порог дома, как снаружи разразился настоящий потоп.
— Хорошо, что всё осталось целым, — Се Я с облегчением оглядел пакет в своих руках. Там же деньги лежали!
Цзи Линци щёлкнул пальцами, и влага с его одежд мгновенно испарилась, не оставив и следа грязи.
Се Я от удивления аж рот открыл. В этот момент к ним подошёл Лу Фанчао и протянул внуку полотенце:
— Быстро вытрись и иди в душ, а то простудишься.
— Угу, — Се Я взял полотенце, промокнул мокрые волосы и передал пакет Цзи Линци. — Это тебе. Посмотри.
Божество слегка удивился, вежливо поблагодарил и открыл коробку. Внутри лежал новенький белый смартфон.
— Телефон?
— Ага. Ты пока покрути в руках, а я сбегаю в душ и потом покажу, как им пользоваться, — сказал Се Я и, вытирая голову, пошёл наверх.
Лу Фанчао и Цзи Линци переглянулись. Старик улыбнулся:
— Сяо Я у нас такой: если кто-то к нему с добром, он всегда постарается отплатить вдвойне.
Цзи Линци промолчал, не став спорить. В его памяти всплыл образ маленького Се Я. Было время, когда мальчик каждое лето прибегал к подножию горы с печеньем и сладостями, пытаясь разыскать его и поделиться угощением. Цзи Линци тогда так и не показался, но Се Я упорно приходил каждый день, пока не начался учебный год.
Приняв душ, Се Я переоделся в свободные спортивные штаны и футболку. Задержавшись у зеркала, он задрал край одежды и критически осмотрел свой пресс. Осталось всего четыре кубика... Похоже, пора возобновлять тренировки.
Вздохнув, он потянулся за стаканом воды и неожиданно столкнулся взглядом с безучастными глазами Цзи Линци.
— Ты... давно тут стоишь?
— С того самого момента, как ты встал перед зеркалом и принялся любоваться собственным телом, — отозвался Цзи Линци абсолютно спокойным тоном, отчего степень смущения Се Я подскочила до небес.
Густой румянец залил его лицо, не спадая ни на секунду.
Заметив его стеснение, Цзи Линци, проявив участие, произнёс:
— Не стоит так переживать. У тебя действительно очень красивое тело.
Едва спавший с лица Се Я жар вспыхнул с новой силой. Мозг чуть не взорвался от такой прямоты.
В голове крутилась тысяча колких ответов о том, умеет ли этот святой вообще нормально разговаривать, но, встретившись с его чистым, искренним взглядом, Се Я мгновенно сдулся.
Ему оставалось лишь вздохнуть про себя.
"Случайный флирт — самый убийственный..."
— Забери его лучше себе, — Цзи Линци протянул смартфон обратно. — Помнится, твой совсем старый, а мне всё равно некому звонить.
Се Я не принял подарок:
— У меня там куча всего сохранена, менять неудобно, да и работает он отлично. Не стесняйся! Ты же сам с интересом смотрел, как я играю? С чего ты взял, будто тебе некому звонить? Можешь набрать меня! Спросить, когда я буду дома, или заказать что-нибудь вкусное. А я по дороге куплю и принесу.
Цзи Линци несколько мгновенно молча разглядывал его профиль. В его глазах мелькнул тёплый огонёк. Звучало... действительно неплохо.
— Запиши свой номер.
— Сейчас сделаем.
Се Я внёс в память устройства не только свой номер, но и телефон дедушки, хотя из эгоистичных побуждений поставил себя на первое место в списке контактов.
— Вот мой номер, а вот дедушкин. Нажмёшь сюда — и пойдёт вызов, — Се Я терпеливо объяснял каждую деталь.
Установив игру, он зарегистрировал для Цзи Линци аккаунт и предложил сыграть парочку матчей вместе.
Кто же знал, что в первой же катке им попадётся законченный идиот. Этот тип с ходу засыпал Цзи Линци бранью, обозвав «криворуким раком» и «школотой», а напоследок послал «сосать мамину сиську».
— Ах ты мразь! — Се Я взвился сильнее самого пострадавшего. — Смеешь разевать пасть на моего человека?! Если я не заставлю тебя рыдать от бессилия, сменю фамилию!
Переключившись на основной аккаунт, он устроил обидчику настоящую кровавую баню, безжалостно выслеживая его по всей карте.
В конце концов несчастный сдался и просто лёг на землю, позволяя Се Я добить его.
[Красавчик_№1_в_мире: Батя, да хорош уже! Прости грешного, не разглядел, что наехал на твою женушку! Приношу извинения тебе и твоей благоверной, пощади!]
— Хм, хотя бы вовремя сообразил, — удовлетворённо ухмыльнулся Се Я.
Цзи Линци, наблюдавший за всей этой баталией со стороны, тихо поинтересовался:
— А когда он сказал «твоя женушка»... он имел в виду меня?