— Ляо Сылу, Сюэ Сяоцинь, Цзян Чжи... Хоть все ниточки от этой троицы и ведут к Фэн Шиюнь, прямых улик против неё нет, — Ма Су зачерпнул горсть жареного гороха, принесённого из хого-ресторана, закинул в рот и с хрустом зажевал. — Дрянь до того хитрая, что даже найди мы неопровержимые доказательства, её ухажёры всё равно выгородят и отмоют дочиста.
— Вот если бы выкурить лису из её тела... — Шуймо обеими руками сжимал кружку с молоком, отпивая мелкими глотками. — Тогда с арестом не возникло бы никаких проблем.
Без демонического лиса Фэн Шиюнь превратилась бы в обычную женщину. Её утончённая красота, изящная фигура и дурманящий шарм испарились бы без следа, и обольщённые мужчины тут же отвернулись бы от неё.
Вся сложность заключалась в том, что и сама Фэн Шиюнь, и сидевшая в ней лиса прекрасно это понимали, а потому разделяться не собирались.
Се Я взъерошил волосы и спросил у всей троицы:
— А даоса пригласить нельзя?
Мэй Шутун закатила глаза:
— Это тебе не рядовой демонический лис. Он заражен демоническим загрязнением. Обычный даос его не то что не одолеет — сам превратится в лёгкую закуску.
— Нынче в мире духовная энергия на исходе, — пригубив ещё молока, неспешно пояснил Шуймо. — В совершенствовании прогресса почти нет. Большинство из нас, демонов, сумевших принять человеческий облик, успели сделать это ещё до образования КНР. Что уж говорить о заклинателях... Те немногие, у кого осталась хоть какая-то сила, уже одной ногой в могиле от старости.
«Демонам в наши дни приходится несладко», — сочувственно подумал Се Я.
Дело зашло в тупик. Четвёрка немного подискутировала, но к единому решению так и не пришла. Все дружно вздохнули, собравшись с горя заказать ещё по чашке молочного чая.
Се Я открутил крышку термоса и отпил цветочного отвара. Он приготовил его из опавших лепестков Дерева Тёмного Железа, что росло во дворе. Напиток и впрямь здорово успокаивал. Пара банок досталась семье Мэн Янъюя, и тем отвар настолько пришёлся по душе, что тётушка Ян даже поинтересовалась, где Се Я его достал.
Узнав, что он сделал всё сам, тётушка Ян принялась вовсю рекламировать чай в своих соцсетях и чатах апашек из группы по танцам на площади. Продажи неожиданно рванули вверх. Пожилые люди вечно мучились со сном и тревожностью, а после этого чая спали как убитые и чувствовали себя посвежевшими. Сарафанное радио сработало мгновенно — Се Я едва успевал фасовать лепестки.
Выгода выходила чистой: сырьё бесплатное, затраты на обработку нулевые, и помимо лёгкой усталости — сплошные плюсы для кошелька. Поскольку всё держалось на энтузиазме тётушки Ян, Се Я хотел делить прибыль пополам, но та наотрез отказалась: мол, за обычную похвалу среди подруг денег не берут. После долгих уговоров удалось сойтись на восьмидесяти процентах Се Я и двадцати — тётушке. Се Я знал, что она переживает за его зарплату — вдруг не хватит на лечение дедушки. Впрочем, его жалованья и сбережений вполне хватало, а с тех пор как в доме появился Цзи Линци — настоящая ходячая сокровищница, — бытовые расходы и вовсе взял на себя Бог Горы. Так что в деньгах Се Я особо не нуждался.
Во второй половине дня пришли расписываться молодожёны. Жених явился с внушительным животом. Се Я сперва решил, что парень в столь юном возрасте наел пивной животик, пока не услышал, как Ма Су озабоченно спрашивает у невесты:
— Поздравляю! На какой срок назначены роды?
Невеста с сияющей улыбкой ответила:
— Совсем скоро, в следующем месяце. Вот и решили выгадать минутку, пока не началось, чтобы оформить брак.
Се Я застыл от изумления. Пальцы на автомате заколачивали их данные в базу, пока в графе «истинная форма» жениха не блеснуло слово «морской конёк». Тут-то всё и встало на свои места. Неудивительно, что брюхатым ходил именно мужчина — это же морские коньки!
А он-то грешным делом подумал, будто демонический мир шагнул в эру мужского вынашивания.
Сделав новобрачным свадебное фото, Шуймо с алеющими щеками покосился на живот мужчины и смущённо улыбнулся незнакомцам.
Девушка бережно поддерживала мужа под локоть, наставляя на выходе:
— Ну куда ты так рванул? Осторожнее, ребёночка зашибёшь!
Мужчина тут же обиженно надулся:
— Только о ребёнке и печёшься! Я для тебя, получается, просто инкубатор?!
— Тьфу-тьфу, что за глупости! С чего бы мне считать тебя инкубатором? Просто с языка сорвалось... Даже когда малыш родится, ты всё равно останешься моим самым любимым. Не дуйся, милый, — девушка встала на цыпочки и чмокнула его в щеку.
Парень мгновенно оттаял и, счастливо улыбаясь, увлёк её за собой за руку.
Се Я дёрнул уголком рта. Мозг отказывался переваривать увиденное. Ну и сценка!
— А у обычных демонов самцы ведь не могут беременеть, правда? — на всякий случай уточнил Се Я.
Шуймо моргнул и отложил ручку:
— Обычным путём — нет. Но если очень хочется, способы найдутся. Достигнув определённого уровня совершенствования, можно создать духовного двойника — он считается за дитя.
— Ну и слава богу, — Се Я облегчённо вздохнул и похлопал себя по груди.
А то случись у них с Цзи Линци полная гармония плоти и духа, и вдруг Бог Горы понесёт... Се Я бы просто сошёл с ума от страха.
Или ещё пуще — если бы понесло самого Се Я, тот вообще вряд ли захотел бы просыпаться.
— У Сюн Инджуня опять детёныш сбежал, только что звонил, просил помочь, — Мэй Шутун положила трубку и повернулась к парням. — Ма Су, захвати Се Я, сходите проверьте.
Се Я и Ма Су оседлали арендные велосипеды и покатили к улице Хайтан.
— Брат Ма, а семья Сюн Инджуня — это панды? — уточнил Се Я, пытаясь угадать истинную форму по фамилии.
Ма Су, посасывая чупа-чупс, качнул головой:
— Ага, малые панды.
— В смысле, красные панды? Или детёныш большой панды? — допытывался Се Я.
— Эх, да малые панды, не детёныш гигантской, — с лёгким презрением отмахнулся Ма Су. — Эти большие панды совсем обленились. Развалились в бамбуковых рощах на людском содержании и радуются жизни. Какое уж тут совершенствование! У нас в Управлении среди оборотней больших панд отродясь не водилось.
Судя по всему, Ма Су искренне презирал зверей, выбравших неволю вместо свободы.
Через пару минут они были на месте.
— Брат Ма! Брат Ма! Наш Шайшай ещё даже школу не окончил! А если его подберут люди и продадут на чёрном рынке?! — к ним выскочил парень с лицом юного мальчика, обливаясь слезами, и мёртвой хваткой вцепился в руку Ма Су.
— Да сколько можно?! Сколько раз он у вас уходит? Пора бы заиметь капли мозгов. С таким воспитанием его рано или поздно точно сцапают, — Ма Су со счёта сбился, сколько раз помогал этой семейке. Впрочем, не только им — у местных демонов детёныши терялись с завидным постоянством. Дикая природа давала о себе знать: мелкие просто обожали шастать где попало.
Сюн Инджунь зарыдал ещё пуще, виноватый и несчастный. Рядом с высоким и плечистым Ма Су он выглядел эдаким обиженным младшеклассником.
Се Я и Ма Су прочёсывали окрестности до самых сумерек, пока наконец не обнаружили Сюн Шайшая на территории начальной школы Хайтан. Перелезая через забор, Се Я неожиданно столкнулся взглядом с каким-то ребёнком. Тот при виде постороннего мгновенно нырнул в густые кусты и испарился в мгновение ока.
Спрыгнув на землю, Се Я прищурился.
«Вертикальные зрачки?..»
Или померещилось?
— Ах ты мелкий паршивец! Заснул прямо тут! Не боишься, что люди утащат да продадут? — Ма Су за загривок поднял пушистого зверька. Маленькая красная панда сладко посапывала, даже не думая просыпаться.
Розовый язычок слегка высунулся, ушки трепетали, а пышный полосатый хвост мерно покачивался в воздухе.
Се Я сглотнул слюну. Руки так и чесались.
— Брат Ма, дашь подержать?
Ма Су и сам был не прочь избавиться от ноши, поэтому тут же переправил зверька Се Я. Малыш, учуяв приятный запах, уткнулся носом ему в грудь. Мягкий мех щекотал руки, и Се Я понял, что расставаться с этим чудом категорически не хочет. В душе даже проснулось непреодолимое желание утащить детёныша себе.
Вернув Сюн Шайшая законному родителю, Се Я перед уходом посоветовал Сюн Инджуню:
— Купи ему детские смарт-часы. По ним и позвонить можно, и геолокацию отследить.
У Сюн Инджуня засияли глаза:
— Брат Се, ну ты голова! Спасибо огромное, прямо сейчас побегу покупать!
Ма Су задумчиво подпёр подбородок:
— А ведь идея отличная. Надо внести в массы. Сил моих больше нет бегать за этими потеряшками.
На перекрёстке они распрощались. Се Я оставалось пройти пару минут до остановки. Время перевалило за половину восьмого. Ранее он звонил Цзи Линци и просил не ждать его с ужином.
Тут как раз пришло сообщение от Бога Горы — тот интересовался, освободился ли Се Я и нужно ли его встретить.
Губы Се Я сами собой расплылись в улыбке.
«Всё закончил, иду на автобус».
Цзи Линци, видимо, опять залипал в свою мобильную игрушку, потому что ответ прилетел мгновенно:
«Угу».
Убрав телефон в карман, Се Я заглянул в кондитерскую неподалёку и взял коробку пончиков для Цзи Линци. Заведение славилось своими десертами — Се Я помнил, как Мэй Шутун заказывала их чуть ли не каждый день.
Пока он расплачивался, стоявшие рядом девчонки шептались, толкая друг друга в бока и пытаясь незаметно сфотографировать его на телефон. Се Я сделал вид, что ничего не замечает.
— Редко увидишь парня, который любит пончики. Да ещё и такого красавчика...
— Наверняка для девушки покупает.
— Ещё бы, с такой-то внешностью и без девушки? Эх, лучшие парни всегда кому-то достаются...
Забрав заветную коробку, Се Я вышел на улицу. Остановка была в двух шагах, и, к счастью, автобус подошёл почти сразу.
Салон оказался довольно людным. Се Я отыскал свободный пятачок у поручня. Перед самым закрытием дверей внутрь юркнула чья-то тень.
— Совсем с ума сошли! Куда так лететь-то, следующего подождать нельзя? — возмущённо заворчали пассажиры.
Вбежавшая женщина опустилась на корточки, тяжело и прерывисто дыша. Сквозь просветы в толпе Се Я заметил, как из переулка выскочили несколько коренастых мужчин. Они воровато озирались по сторонам, явно кого-то разыскивая.
Се Я нахмурился. Он нагнулся, чтобы помочь женщине подняться, но когда та вскинула голову и их взгляды пересеклись, на его лице отразилось изумление.
— Вэй Ци?
У девушки подкашивались ноги, она с трудом поднялась, цепляясь за поручень. Се Я подвёл её к окну и сам прошёл вперёд, чтобы оплатить её проезд.
В тусклом свете салонных ламп её лицо казалось мертвенно-бледным. Се Я разглядывал её сквозь толпу, ощущая странную, необъяснимую фальшь во всём её облике.
Через пару остановок народ хлынул на выход, и в автобусе стало просторнее.
Губы Вэй Ци задрожали, взгляд метался:
— Спасибо... Я, пожалуй, пойду.
Се Я видел, как сильно она напугана, но девушка явно не собиралась ничем делиться. Боялась впутать его в неприятности?
— Мой дом на следующей остановке. Ты выглядишь ужасно. Пойдём со мной, переведёшь дух.
Вэй Ци заколебалась, но спустя пару секунд пересилила себя и качнула головой:
— Спасибо, но лучше в другой раз. У меня ещё дела...
— Я хорошо знаком с капитаном Юй из полиции. Тебе явно нужна помощь. Те типы из подворотни ведь искали тебя, верно? — Се Я не сводил глаз с её лица.
Едва эти слова сорвались с его губ, Вэй Ци побледнела так, будто перед ней встал призрак.
* * *
— Принёс тебе пончики. Говорят, невероятно вкусные, — Се Я переступил порог дома. Цзи Линци стоял во дворе и любовался цветами.
Удивительное дело: саду явно покровительствовали небеса. Стоило им двоим постоять среди клумб хоть пару минут в день, как бутоны наливались сочным цветом, а стоит пропустить день-другой — и растения тут же печально свешивали головки.
Цзи Линци принял пакет из рук Се Я, и уголки его губ тронула едва заметная улыбка:
— Спасибо.
— Это мой супруг, а это Вэй Ци, — сразу представил бога Се Я. Всё-таки на дворе ночь, и девушке могло быть не по себе в чужом доме с двумя незнакомцами.
Вэй Ци, ещё секунду назад заворожённая инопланетной красотой и величием Цзи Линци, от заявления Се Я буквально лишилась дара речи.
Лишь спустя полминуты она спохватилась, осознав, что вытаращилась на хозяев, и смущённо забормотала:
— Простите за бестактность... Я просто поражена. Вы... вы очень гармонично смотритесь вместе.
Цзи Линци лишь равнодушно окинул её ледяным взглядом скользящей серебряной чешуи и ни слова не ответил.
На порог вышел Лу Фанчао. Завидев гостью, старик на мгновение замер и перевёл многозначительный взгляд на Цзи Линци.
— Дедушка, это Вэй Ци, моя знакомая, — представил её Се Я.
— Здорово, дочка, проходи, не стесняйся, будь как дома, — Лу Фанчао тепло улыбнулся и ушёл на кухню заварить чаю.
Се Я ещё не ужинал, поэтому достал из морозилки домашние пельмени цзяоцзы и поставил вариться порцию на двоих.
Цзи Линци устроился на своём привычном месте и с глубочайшим сомнением разглядывал коробку, не зная, с какого пончика начать.
Стоявший неподалёку Лу Фанчао сглотнул слюну и осторожно подкрался ближе, зашептав на ухо Богу Горы:
— Дай хоть кусочек попробовать.
— Дедушка! У вас сейчас сериал начинается! — Се Я с некоторых пор стал чутковат на ухо (видимо, сказалось постоянное общение с демонами).
Лу Фанчао опомнился, смущённо отдёрнул руку, но глаз от сладостей оторвать не мог.
— Я покупал их специально для Цзи Линци, вам нельзя, — отрезал Се Я.
Старик одарил внука исполненным обиды взглядом:
— Нашёл себе муженька — и про деда забыл!
— Опять вы за своё... Идёмте-идёмте, — Се Я спровадил старика в комнату.
Вэй Ци, наблюдавшая за этой картиной, не удержалась от тихой улыбки:
— У вас такая замечательная семья.
— Да уж... Дедушке по состоянию здоровья нельзя сладкое, а он вечно пытается урвать кусок, — Се Я поставил перед ней дымящуюся пиалу. — Попробуй, домашние.
Девушка явно не ожидала такого. Се Я совсем не походил на человека, умеющего готовить. Скорее уж на избалованного столичного франта.
— Спасибо... — Вэй Ци вдохнула аппетитный аромат парного мяса и теста, и у неё неожиданно перехватило горло. Сколько же она не ела нормальной домашней еды?
Простая, казалось бы, забота, а ощущалась теперь чем-то недосягаемым.
Глаза девушки наполнились слезами. Се Я к тому моменту уже уплетал свою порцию за обе щеки. Заметив, что гостья не прикасается к еде, он подбодрил:
— Ешь, а то остынут!
— Угу... — Вэй Ци смахнула слезу и занесла палочки над пиалой.
— На твоём месте я бы к этому не притрагивался, — внезапно раздался чистый, будто звон нефритовых подвесок, голос.
Вэй Ци застыла. Она подняла глаза на Цзи Линци. Его фениксовый взор разил холодом, словно заиндевевшее лезвие, не позволяя приблизиться ни на шаг.
— Что такое? — Се Я знал, что Цзи Линци не стал бы бросаться такими словами попусту.
В ответ тишина. Бог Горы лишь чуть приподнял подбородок. Его фарфоровая кожа мягко сияла под лампой — чистый, безупречный, не от мира сего.
Се Я перевёл взгляд на Вэй Ци. Девушка сжала палочки в кулаке и горько, беспомощно улыбнулась.
Она опустила голову, а затем, словно решившись на что-то страшное, резко поднялась и рухнула перед Се Я на колени.
Се Я от неожиданности подскочил со стула и бросился подхватывать её, но Вэй Ци упрямо стояла на коленях:
— У меня нет другого выхода! Я больше так не могу... Пожалуйста, помоги мне!
— Да встань ты! Всё толком расскажи, я сделаю всё, что в моих силах! — Се Я попытался тянуть её вверх, удивившись про себя: такая хрупкая с виду девчонка оказалась неожиданно тяжёлой.
— Я... — Вэй Ци открыла рот, но слова застряли в горле от стыда.
Она до крови сжала бумажную салфетку. Лишь спустя пять минут мучительного молчания её прорвало:
— Притон... Место, откуда я сбежала — это публичный дом!
Её губы бились в мелкой дрожи. Она боялась поднять глаза на Се Я. Этот парень однажды уже спас ей жизнь, а она выбросила его подарок на помойку. И вот теперь он спасает её снова. Ей оставалось только выложить всё без остатка — чтобы хоть другие не попали в эту ловушку.
Выговорив самое страшное, продолжить было уже проще.
— Когда вы с другом сняли меня с моста, моё лицо было изуродовано, — Вэй Ци осторожно коснулась своей щеки. — Это всё из-за косметических масок. Чтобы стать красивой, я отдала бешеные деньги. Сначала эффект был невероятным, но средство стоило астрономически дорого. Я спустила на него всё до последней копейки, а когда деньги кончились и я перестала им пользоваться, всплыли побочки...
Она сжала кулаки так, что побелели костяшки:
— Стоило сделать перерыв, как кожа просто начала гнить и слезать. Вы видели меня именно в тот момент.
Се Я почувствовал, как по спине пробежал мороз.
Опять эти маски!
— Из-за этой уродливой рожи меня бросил парень. Мне казалось, жизнь кончена, вот я и пошла на мост...
— После вашего спасения я честно хотела начать всё с чистого листа. Но потом со мной снова связалась та женщина, которая продала маску. Она запела, что знает способ вернуть мне красоту. Заверяла, будто с новым лицом деньги и мужчины сами повалят валом... — Вэй Ци закрыла лицо руками, её плечи судорожно вздрагивали. — Я не сдержалась... Сдалась и согласилась!
— Мечтала стать красавицей, купаться во внимании, вернуть парня...
— Я и думать не могла, какой ценой это обойдётся! Да, она сделала меня красивой, но взамен заставила обслуживать клиентов в той клоаке! Там полно таких, как я. И каждые несколько дней привозят новых девчонок. Чем это отличается от наркомании?!
— Я смирилась со своей долей... Но сегодня случайно встретила тебя. И мне стало так невыносимо стыдно! Я ведь растоптала то, ради чего ты меня спасал! — Вэй Ци снова ткнулась лбом в пол, отбивая тяжелый поклон.
Се Я с тяжелым сердцем смотрел на её согнутую спину:
— Ты предала не меня. Ты предала саму себя.
Вэй Ци сжала зубы до скрежета, сдерживая рвущийся наружу рыдающий вопль.
— Ты говорил, что у тебя есть знакомые в полиции... Умоляю, спаси меня! Спаси тех девчонок! Я хочу жить! Хочу всё исправить!
Се Я глубоко перевёл дух:
— Не переживай. Я помогу.
Вэй Ци задрожала всем телом, цепляясь за его штанину:
— Спасибо... Спасибо вам, господин Се.
— Ты можешь дать контакты той женщины? — насупился Се Я.
— Я нашла её на форуме. Сначала думала — развод, но она предложила пробник. Скажи, мол, если сработает — тогда и заплатишь. Я и клюнула... — девушка достала телефон и откопала контакт в WeChat. — Вот этот аккаунт. Но с тех пор как меня заперли там, мы больше не общались.
Се Я пролистал профиль — пустая страница, ни одной записи.
— Ты говорила, она звонила тебе. Это был мужской или женский голос?
— Женский. Очень приятный, красивый голос, — Вэй Ци никогда его не забудет. Для неё он стал зовом из преисподней.
Се Я пристально посмотрел ей в глаза:
— Если услышишь его снова, узнаешь?
— Без сомнений!
— Хорошо. Возможно, придётся давать показания в суде. Ты готова?
Девушка замялась, но, встретившись взглядом с чистыми, искренними глазами Се Я, кивнула:
— Готова... Я согласна.
Се Я открыто и тепло улыбнулся:
— Вот и отлично. Мы обеспечим тебе полную безопасность.
От этой его солнечной улыбки Вэй Ци остро ощутила собственную низость, глупость и ничтожество.
— Это я должна вас благодарить...
Се Я набрал капитана Юй. Тот, выслушав историю, пришёл в тихий ужас и пообещал немедленно выслать оперативников.
— Фу-ух... — Се Я с облегчением выдохнул.
— Тебе стоит звякнуть и в Управление по контролю за демонами, — невзначай произнёс Цзи Линци, возникнув за его спиной.
— Зачем? — удивился Се Я. — При чём тут Управление? Это же обычная облава на бордель.
Да, дело наверняка связано с Фэн Шиюнь, но при чём тут магия?
Цзи Линци уставился на него тёмными, как ночное небо, глазами:
— Неужели ты ничего не почувствовал?
— А что я должен был почувствовать? — под этим взглядом Се Я стало неуютно.
— Её ауру, — мягко наставлял Бог Горы.
Се Я действительно ничего странного не чуял, кроме едва уловимой неловкости в поведении Вэй Ци. Но сформулировать точнее не мог.
Он повернулся к окну и сквозь стекло, залитое тёплым светом лампы, всмотрелся в сидящую за столом девушку.
Её кожа казалась неестественно белой, без единого намёка на румянец. Вэй Ци застыла, глядя в одну точку пустым, остекленевшим взглядом. Но страшнее всего было другое: на её лице не имелось ни малейшего изъяна, черты казались будто нарисованными, а уголки губ замерли в одеревеневшей, мёртвой гримасе.
У Се Я перехватило дыхание. Ночной ветерок шевельнул шторы, и по коже пробежала волна крупной дрожи. Волосы встали дыбом.
— Почему она... так похожа на манекен?..
Серебряные искры мерцали на иссиня-чёрных волосах Цзи Линци. Его прекрасное, загадочное лицо оказалось совсем рядом. Се Я на миг замер, заворажённый этой красотой, и тут же получил лёгкий щелчок по лбу — скорее игривый, чем болезненный. Уши Се Я вспыхнули.
— Это не манекен, — голос Цзи Линци прозвучал холоднее январской стужи. — Это труп. Она уже давно мертва.