Чтобы докопаться до истоков тёмной скверны, Се Я и Мэй Шутун в тот же день отправились в деревню Юаньцзяпо.
Как и предупреждал капитан Юй, глушь оказалась беспросветной. Дорога — узкая, размытая и разбитая вхлам, так что спортивная машина Мэй Шутун попросту не прошла бы. Пришлось оставить автомобиль на въезде.
— Красавица, красавчик, на мотоцикле довезти? — зазывать прохожих у обочины выстроилась шеренга местных извозчиков.
Мужчины разглядывали Мэй Шутун беззастенчиво и сально. Их взгляды так и липли к её белым, точёным ногам, едва скрытым короткими шортами.
Мэй Шутун лишь на мгновение нахмурилась, но тут же хищно улыбнулась. От этой улыбки у мужиков мгновенно отнялся разум.
Спустя минуту Се Я и Мэй Шутун уже мчались прочь на мотоциклах сговорчивой тётушки и добродушного на вид дядьки. Из-под колёс клубами вздымалась рыжая пыль.
А оставшиеся на обочине извозчики вдруг дружно схватились за животы:
— Ох, матушки, как скрутило-то!..
— И у меня… В брюхе будто угли горят!
— Не могу больше, бежим к отхожему месту!
Мужчины наперегонки рванули к единственному общественному туалету, позабыв о клиентах. В давке за право войти первым вспыхнула такая драка, что попала в местные новости и разлетелась по сети вирусным роликом.
— Парень, вы к родственникам приехали? — перекрикивая рёв мотора, спросил водитель.
Сидевшая на соседнем мотоцикле женщина недовольно отозвалась:
— Да откуда в нашей глухомани эдакие красавчики? Городские это, студенты, верное дело. В прошлом месяце тут тоже какие-то из университета ездили, расспрашивали всё.
Се Я, разумеется, не стал выкладывать истинную цель поездки. Натянув самую добродушную и открытую улыбку, он отозвался:
— А вы наблюдательны, тётушка! Мы с подругой писатели, приехали к вам за местным колоритом.
— Ого, писатели! Надобно же, такие молодые, а уже ученые люди! — Женщина восхищённо цокнула языком и даже всплеснула руками.
У Се Я душа ушла в пятки: рулить на горной дороге одной рукой — это надо иметь поистине железные нервы.
Вскоре их доставили к въезду в деревню. Мэй Шутун, сославшись на незнание местности, щедро заплатила извозчикам, чтобы те поработали проводниками.
Услышав, что за обычную болтовню и прогулку можно получить кругленькую сумму, деревенские без колебаний согласились.
Походив полчаса по улочкам, Се Я и Мэй Шутун плавно свели разговор к слухам о ходячих мертвецах.
Стоило затронуть эту тему, как женщина понизила голос и заговорила без остановки:
— Ой, дядька Гуэй-то до смерти перепугался! Два дня в лихорадке пролежал, всё бредил да глупости всякие нёс.
Дядя Гуэй — это старик Юань. Деревня называлась Юаньцзяпо, и носящих эту фамилию здесь хватало, так что стариков Юаней набрался бы добрый десяток.
— Значит, вы верите, что это был оживший труп? — уточнил Се Я.
Тётушка выпрямилась и округлила глаза:
— А как же не верить? Я теперь внука после заката на улицу не выпускаю!
— Да глупости всё это! — подал голос дядька. — Из-за этих басен староста упёрся и требует всех кремировать. А у нас из века в век предков в землю предавали! Обычай рушить нельзя. Сам дядя Гуэй всё и выдумал, больше-то никто никаких мертвецов не видел!
— Да кто после такого перепугу полночью из избы вылезет, чтобы на них наткнуться? — убеждённо отрезала женщина.
— А можно нам проведать того дедушку? Хотелось бы расспросить его лично, — попросил Се Я.
Разведав обстановку, он намеревался выслушать очевидца, а затем наведаться в дом почившего Юань Чжэнъюна.
Проводники возражать не стали. Старик Гуэй действительно всё ещё недомогал, хотя жар уже спал, и он просто отлёживался в постели.
Сын старика поначалу не хотел пускать чужаков на порог, но Се Я вовремя достал из сумки пачку дорогих сигарет, купленную в местной лавке, пока Мэй Шутун парковала машину. Мужчина опустил взгляд на сигареты — сам он такие позволить себе не мог. Взяв угощение, он заколебался лишь на пару секунд и провёл гостей в дом.
Мэй Шутун, шагавшая следом, одарила Се Я долгим взглядом:
— А ты, я смотрю, ловко умеешь подбирать ключик к людям.
Се Я невольно почесал кончик носа и немного смущённо произнёс:
— На прошлой работе научился. Умение читать по лицам там было вопросом выживания.
За те годы, что он провёл в столице, нервотрёпки было куда больше, чем чувства удовлетворения. Со временем это измотало его до предела. Се Я никогда не отличался особой ушлостью, поэтому нынешнее ремесло принесло ему долгожданный покой.
Рассказ старика Гуэя почти не отличался от ходивших по деревне слухов. Се Я и впрямь уловил исходящий от него слабый душок скверны — похоже, именно она и стала причиной лихорадки. Старик был ровесником его дедушки, так что Се Я незаметно задействовал силу и исцелил его, очистив от скверны.
Почувствовав внезапную нахлынувшую лёгкость, старик Гуэй с изумлением уставился на юношу. Се Я мягко погладил его по сморщенной тыльной стороне ладони:
— Дедушка, берегите здоровье.
Старик не мог объяснить почему, но в глубине души почувствовал: именно этот юноша только что избавил его от мучений.
— Ох… Спасибо тебе, милый человек.
Се Я улыбнулся и вместе с Мэй Шутун вышел на улицу. Заодно они решили заглянуть в дом Юань Чжэнъюна.
— Чжэнъюн-то уже много лет носа в деревню не показывал, — сочувственно запричитала проводница. — Сирота бедный, родители рано преставились. Бабушка его одна тянула, да как он в университет поступил, тоже преставилась. Остался совсем один. Благо парень толковый вырос, выбился в люди.
Се Я задумчиво потёр подбородок. Если Юань Чжэнъюн не ступал на родную землю годами, где же он успел подцепить тёмную скверну?
* * *
Сгущались сумерки. Се Я и Мэй Шутун не спешили возвращаться, направившись к холму, где старик Гуэй столкнулся с мертвецом.
— Ой, да куда ж вы на ночь глядя! — испуганно замахала руками тётушка. — Там же одни могилы, нечего там смотреть!
Дядька, хоть и не верил в оживших трупов, тоже стал отговаривать: в темноте на кладбищенском склоне и без нечисти легко сломать шею.
— Всё в порядке, мы ненадолго, минут на двадцать, — успокоил их Се Я.
Проводники лишь переглянулись: что толку взывать к разуму глупцов? Пока сами не обожгутся, не поверят.
Из-за близости погоста воздух казался тяжёлым, смрадным и зловещим. У Се Я перехватило дыхание.
— Ты как? — Мэй Шутун впервые видела настолько восприимчивого человека.
— Кхм… Всё нормально. Сейчас пройдет.
Се Я попытался применить метод, которому его научил Цзи Линци: сосредоточился и заставил циркулировать внутреннюю силу по каналам. Свежесть мгновенно разлилась по телу, даруя облегчение.
Мэй Шутун, наблюдавшая за этим со стороны, не удержалась от изумления. Сила Се Я была невероятно чистой. Неудивительно, что в таком грязном месте ему стало дурно. В тот миг, когда он запустил циркуляцию, крошечные искорки его энергии долетели до Мэй Шутун. Это было подобно тому, как иссохшая земля впитывает долгожданную влагу.
«Теперь понятно, почему демоны сходят по нему с ума… Он же настоящий кусок духовно обогащённого мяса!»
Она облизнула алые губы и с трудом подавила подступившую слюну. В этой глуши, если сжевать паренька, никто и не узнает. Вкус, должно быть, божественный. Интересно, насколько вырастет её духовная сила?
— Сестра Тун! Это точно здесь, смотри! Земля раскопана! — громко окликнул её Се Я, подбегая к одной из насыпей.
Его янтарные глаза лучились чистым светом.
— Да ну? Дай гляну, — Мэй Шутун подошла ближе с совершенно невозмутимым видом, мысленно одёргивая себя: «Ладно, есть его нельзя. За этим детёнышем присматривает высший демон».
— Недавно прошёл дождь, все следы смыло, — нахмурилась она, раздумывая, не разрыть ли могилу.
Се Я даже не подумал о святотатстве. Он решил осмотреть окрестности, но оступился о торчащий корень дерева и едва не растянулся прямо на надгробии. Выставив руку, чтобы удержать равновесие, он ощутил острую боль в запястье. Похоже, растянул.
— Тсс… — Се Я поднял ладонь, поморщившись.
К счастью, кожи о камни он не содрал. Однако между пальцами застряло несколько жёстких шерстинок — рыжеватых, явно принадлежавших какому-то лесному зверю.
— Что ты там возишься? Что это у тебя? — подошла Мэй Шутун с легким отвращением.
— Шерсть. Наверное, местное зверьё оставило.
Се Я протянул находку. Мэй Шутун мельком глянула и принюхалась, после чего скривилась:
— Какая-то дикая псина тут метила территорию, вот и оставила.
Се Я вспомнил, что упал возле ствола дерева, а собаки обожают метить деревья. Лицо его тут же перекосило от омерзения.
— Стемнело. Пора возвращаться, — произнесла Мэй Шутун.
Ей-то ночь была не страшна, а вот смертному на кладбище делать нечего.
Се Я поспешил за ней, как вдруг странное ощущение заставило его вздрогнуть. Словно он оступился и шагнул в пустоту, хотя нога твёрдо стояла на земле.
«Что за?..»
Он оглянулся. Вековые деревья уходили кронами в почерневшее небо, которое давило сверху, словно крышка гроба. Се Я на миг показалось, что ему не хватает воздуха. Позади темнели поросшие мхом и бурьяном могильные холмики. На потускневших черно-белых фотографиях с надгробий на него безжизненно смотрели застывшие лица.
В такой обстановке любой шорох заставлял нервы натягиваться струной. В траве раздался шелест — одновременно далекий и будто бы у самого уха.
— Сестра Тун… — Се Я почувствовал неладное и поспешил окликнуть спутницу.
Но Мэй Шутун словно не слышала его. Она всё так же молча шагала впереди.
Обожжённый внезапным страхом, Се Я прибавил ход, догнал её и положил руку ей на плечо:
— Сестра Тун, мне кажется, тут что-то не так…
Мэй Шутун с неестественным, деревянным хрустом повернула голову. Се Я обомлел: перед ним было абсолютно гладкое лицо без единой черты.
Холодный пот мгновенно прошиб его до костей. Зрачки расширились, дыхание перехватило.
«Мэй Шутун» сжала его запястье. Её пальцы были скользкими и ледяными. От этого прикосновения волосы на голове Се Я встали дыбом.
«Главное — не паниковать! Не паниковать!» — отчаянно заклинал он себя.
Зажмурившись на долю секунды, Се Я вложил всю силу в удар ногой, пнув тварь в живот.
Он понимал, что перед ним не человек, поэтому брезгать не стал. Монстр не ожидал такой прыти: от удара его отбросило назад, и он с глухим стуком врезался в дерево.
Се Я во весь дух рванул прочь. Он не смел оглянуться, боясь вновь увидеть эту гладкую маску. Он бежал вниз по склону, но время шло, а деревья не кончались. Ни домов, ни людей вокруг не появлялось.
«Неужели… то ощущение провала не было случайным? Я попал в призрачный лабиринт?!»
Пот заливал глаза, рубашка на спине промокла насквозь. Се Я глубоко вдохнул, сжал кулаки и попробовал взглянуть на окружающее внутренним взором.
Вокруг простиралась беспросветная, густая тьма.
«Нужно найти выход…»
— Сяо Я…
Вдруг до его уха донёсся чистый, прохладный голос. Се Я распахнул глаза. Он стоял, тяжело дыша, прижавшись спиной к стволу. В тот же миг на его плечо опустилась тяжёлая, холодная ладонь.
— Нашёл.
Се Я снова увидал перед собой гладкое лицо. Но на этот раз от пережитого перенапряжения у него лишь нервно дернулся уголок рта.
Се Я выпрямился во весь свой рост — метр восемьдесят пять. Безликая «Мэй Шутун», чей рост едва достигал метра семидесяти трёх, к тому же стоявшая в небольшом овражке, вынуждена была нелепо задрать руку, чтобы удержать ладонь на его плече.
Атмосфера ужаса мгновенно сменилась звенящей неловкостью.
Пользуясь замешательством твари, Се Я рванул в сторону. Монстр, убеждённый, что жертве всё равно не вырваться, ринулся следом с отвратительным хихиканьем.
Се Я снова выскочил к кладбищу. В его глазах вспыхнул решительный огонёк. Наплевав на суеверия, он прыгнул прямо на тот разрытый могильный холм, у которого упал ранее!
Безликое чудовище с диким рёвом метнулось за ним, намереваясь сломать ему шею.
И снова нахлынуло ощущение невесомости. Се Я шагнул в пустоту — и тут же опустился в чьи-то надёжные, знакомые объятия.
Сильные руки подхватили его, а выскочившая следом тварь мгновенно оказалась зажата в железной хватке за горло.
— А-а-а-а!
Пронзительный, режущий слух визг заставил Се Я зажать уши. Он не удержался и обернулся: безупречная, будто выточенная из белого нефрита рука Цзи Линци безжалостно сжимала шею монстра. Спустя пару секунд тварь рассыпалась черным дымом, а вспыхнувшее ярко-синее пламя мгновенно испепелило остатки, не оставив даже горстки пепла.
Сердце Се Я колотилось где-то в горле.
— Не бойся, я здесь, — тихо проговорил Цзи Линци.
Он хотел было погладить юношу по мягким непослушным кудрям, но вовремя вспомнил, чем только что занималась его рука, и брезгливо нахмурился.
Осознав, что всё ещё висит на Цзи Линци, Се Я поспешно встал на ноги и отступил на шаг:
— Как ты здесь оказался?
— Почувствовал, что тебе грозит опасность.
Цзи Линци оставил крошечную частицу своей силы в его межбровье, чтобы знать, если что-то случится.
Се Я не стал расспрашивать о подробностях. Цзи Линци обладал таким могуществом, что для него подобное явно не составляло труда. Заметив, как тот держит правую руку от себя подальше, Се Я сразу всё понял, достал из сумки влажную салфетку и подал ему:
— На, вытри.
Только вытерев пальцы, Цзи Линци наконец разгладил насупленные брови.
— Кхм… Я, конечно, дико извиняюсь, что мешаю вашей романтической идиллии, но нам пора вниз, — напомнила Мэй Шутун, всё это время скромно стоявшая в сторонке.
— Прости, сестра Тун, мы просто… — Се Я не успел договорить.
Ноги его подкосились, и он стал опадать назад. Цзи Линци подхватил его, прижав к себе.
— Се Я! — Мэй Шутун подбежала ближе.
— Всё в порядке. Он просто израсходовал слишком много сил, — проверив его состояние, с облегчением выдохнул Цзи Линци.
Он подхватил юношу на руки и шагнул вниз по склону.
Лунный свет мягко озарял бледное лицо Се Я. Влажные от пота ресницы казались совсем темными, а плотно сжатые губы выдавали упрямый нрав.
Цзи Линци посмотрел на него и тихо произнёс:
— Ты отлично справился. Отдохни.
Се Я сумел сам найти единственный верный выход из пространственного лабиринта — этого Цзи Линци не ожидал. Ему казалось, что парню понадобятся месяцы, чтобы научиться управлять своей силой, ведь до сих пор тот мог лишь рассеивать мелкие сгустки скверны. Но, похоже, его талант был гораздо выше, чем ожидал Цзи Линци.
Мэй Шутун шла чуть позади. Она пристально разглядывала Цзи Линци. Эта невероятная, давящая сила… Она не сомневалась: захоти он убить её, это заняло бы ровно секунду.
Когда они спустились к подножию, Мэй Шутун не выдержала:
— Кто ты на самом деле? И зачем тебе, древнему существу, брак с обычным человеком?
Цзи Линци даже не обернулся, но его голос прозвучал подобно удару нефрита об нефрит:
— Тебя это не касается. Не задавай вопросов, на которые не готова услышать ответ.
В тот же миг Мэй Шутун накрыла такая древняя, первобытная волна страха, что у неё перехватило дыхание. За долгие годы спокойной жизни среди людей она успела забыть это чувство. Внезапно она снова почувствовала себя маленьким, немощным зверьком, спасающимся бегством от лесного хищника.
* * *
Знакомый потолок, привычное теплое одеяло. Се Я совсем не хотел вставать. Он уютно свернулся калачиком, намереваясь подремать ещё часок.
Но в следующий миг в памяти вспыхнули вчерашние события: ночной лес, кладбище, кошмарная тварь и Цзи Линци.
Се Я сел на кровати и осмотрелся. В комнате никого не было. Подойдя к зеркалу в ванной, он с удивлением обнаружил, что все ссадины и синяки исчезли.
Он протянул руку к крану, но запястье отозвалось резкой болью. Ах да, растяжение-то никуда не делось.
Кое-как умывшись и переодевшись, Се Я спустился вниз. Во дворе Цань и Доу носились друг за другом, пытаясь сцапать чужой хвост. Вот только они двигались так быстро, что превратились в сплошную размытую тень, подняв в воздух ворох лепестков и травинок, словно миниатюрный торнадо.
Под навесом у дома Лу Фанчао играл в вейци с Цзи Линци. Заметив внука, старик поднял взгляд:
— Очнулся наконец? Дело к полудню. Благо на работе твоей сказали, что это производственная травма, так что гуляй с сохранением зарплаты.
Сегодня была пятница. Се Я остался дома из-за травмы, но почему Цзи Линци прохлаждается здесь?
Словно прочитав его мысли, Цзи Линци спокойно роздал:
— Не захотел идти.
Против такого аргумента и возразить-то было нечего.
— За прогулы вообще-то вычитают из жалования, — пробормотал Се Я.
Впрочем, главный прогульщик в их конторе — это Брат Ма, которому не только ничего не вычитали, но и премии выписывали регулярно. Однако Цзи Линци ведь новичок, прогуливать на второй день службы — это уже слишком.
— Мне не хватает денег? — вполголоса спросил Цзи Линци.
Се Я показалось, что в его глазах мелькнула холодная насмешка.
— Тогда зачем вообще устроился? — тихо буркнул он.
Он направился к кухне. Лу Фанчао проводил внука взглядом и повернулся к Цзи Линци:
— Господин, вам не стоит принимать близко к сердцу эту болтовню. Люди всегда найдут повод языками почесать.
Цзи Линци молчал. Подобное он слышал не впервые. Как-то раз он случайно увидел переписку Се Я с Мэн Янъюем. Мэн Янъюй с пристрастием допрашивал друга, есть ли у его новоиспечённого мужа нормальная работа, на что Се Я отшучивался: мол, Цзи Линци отвечает за красоту, а он — за семейный бюджет.
Со временем Цзи Линци понял: в обществе людей, даже если ты сказочно богат, у тебя должна быть служба. Хотя бы формальная, ради статуса. Именно поэтому многие избалованные сынки богачей устраивались в государственные структуры на копеечный оклад, просто чтобы числиться при деле и приезжать в офис на спорткарах.
Спустя некоторое время Се Я вернулся:
— Я растянул запястье, готовить не могу. В морозилке есть домашние пельмени, давай сварганю?
Пельмени — это, конечно, хорошо, но лишиться полноценного обеда от Се Я Цзи Линци всё равно не хотелось.
— Дай руку.
Се Я послушно протянул ладонь. Цзи Линци сжал его запястье. По коже разлился приятный холодок, а когда он отпустил руку, боль полностью исчезла.
— Ого, сработало! — Се Я покрутил кистью.
— Ты слишком хрупкий, — Цзи Линци на мгновение задумался, а затем взмахнул рукавом. На столе материализовалась целая гора редчайших снадобий и целебных кореньев. — Это должно вылечить твою слабость почек.
Се Я обомлел. Эта шутка когда-нибудь кончится?!
— Спасибо, но у меня всё в порядке с почками! — отчеканил он, едва не скрипя зубами.
— Сяо Я, да как же так? Такой молодой, а почки уже подводят? — Дедушка с глубокомысленным видом отхлебнул чаю. — Эх, молодежь… Совсем не умеете соблюдать меру! Одна капля семени — десять капель крови, потом локти кусать будете!
Если первую часть фразы ещё можно было списать на заботу о здоровье, то вторая недвусмысленно намекала: почки у Се Я «просели» исключительно из-за чрезмерно бурных ночей с Цзи Линци.
Оба замерли. Лицо Се Я вспыхнуло пунцовым цветом, а кончики ушей Цзи Линци налились густой краснотой.
— Дедушка! Прекрати молоть чушь! — закричал Се Я, сгорая от смущения. Он даже боком не смел взглянуть на Цзи Линци.
— А что такого? Я человек опытный, дело говорю!
Не успел Лу Фанчао договорить, как Се Я сорвался с места и вихрем унесся на второй этаж.
— Ха-ха-ха, до чего ж легко его смутить! — Старик посмеялся, поворачиваясь к доске, но Цзи Линци тоже уже и след простыл.
Так и не поняв, что умудрился смутить двоих взрослых мужчин, Лу Фанчао воодушевленно направился на кухню: давненько он сам ничего не готовил, пора порадовать себя!
* * *
Се Я тяжело опустился на стул в своей комнате. Лицо всё ещё пылало. Слова дедушки невольно затронули те мысли, которые он изо всех сил пытался подавить.
На самом деле он вовсе не был против близости с Цзи Линци. Просто тот сам не проявлял инициативы, объясняя это тем, что его брачный период еще не наступил, а тело обычного человека может не выдержать такой мощи. Со временем Се Я и сам оставил эти мечты.
Ему хотелось, чтобы всё произошло естественно, по любви, а до настоящих чувств им было ещё далеко. Но когда рядом с тобой изо дня в день спит такой красавец — это всё равно что держать перед носом сочный стейк, который разрешено только разглядывать.
— Эх… — вздохнул Се Я.
Экран телефона зажегся от уведомления.
Картофелина: Слышал от старшей сестры, ты тоже едешь к ней на свадьбу? Завтра утром выезжаем вместе!
Се Я: Тебе тоже пришло приглашение?
Картофелина: Да она на днях приводила ко мне кота своего коллеги. Заодно и позвала.
Се Я: Ладно.
Завершив переписку с Мэн Янъюем, Се Я только сейчас вспомнил, что даже не посмотрел, где именно будет проходить торжество. Он достал пышную открытку.
— Остров Монте-Кристо?..
Се Я не слишком силен был в географии, но знал, что так называется остров в Италии. Если свадьба Юй Цзинлэй намечалась там, то поехать он вряд ли сможет: с его работой оформление документов займет время, да и Цзи Линци, как демону, выезд за границу был закрыт.
Он тут же написал Юй Цзинлэй. Ответ пришел незамедлительно.
Старшая сестра Юй: Да нет же, не так далеко! Это частный островок моего жениха, просто название такое же.
Старшая сестра Юй: Ой, совсем забыла предупредить! Завтра в семь утра от пристани отходит катер, он вас и доставит.
* * *
На следующее утро Се Я, Цзи Линци и Мэн Янъюй вовремя прибыли на пристань.
На палубе пришвартованного судна уже собралось немало гостей. Морской бриз приятно освежал лицо, волны с тихим шумом разбивались о прибрежные валуны. Из колонок лился чистый, неземной голос королевы песни Цюань Юйин, напоминающий пение русалки, а утреннее солнце заливало золотом бескрайнюю гладь воды.
И в этой безмятежной тишине раннего утра внезапно раздался звонкий, хлесткий звук пощёчины.