— Всё, перерыв! Мне нужно хоть немного передохнуть! — выдохнул Се Я.
Он весь покрылся испариной, влажные чёрные пряди прилипли ко лбу, оттеняя и без того белоснежную, подобную нефриту кожу.
Попытавшись оттолкнуть прижавшегося к нему Цзи Линци, Се Я отполз совсем немного, но тот мгновенно сгреб его обратно. Длинные серебряные волосы скользнули по гладкой спине Се Я, отозвавшись легкой прохладой.
Золотистые глаза Цзи Линци темнели, точно глубокие омуты, затопленные нерастраченной страстью. На теле Се Я не осталось живого места от оставленных им отметин — даже на пальцах алели следы укусов.
— Я просто подержу тебя в объятиях, — прошептал Цзи Линци, даже не думая отпускать свою добычу.
Се Я уперся ступней ему в грудь:
— Ага, с тобой заснешь, как же! Удержишь тебя, черта с два тут отдохнешь!
Наученный горьким опытом, Се Я больше не верил ни единому его слову. Каждый раз тот обещал просто полежать вместе, а в итоге всё срывалось в безудержный марафон.
Как бы Се Я ни барахтался, Цзи Линци держал намертво. Прильнув к его плечу, он слегка прикусил кожу и прошептал прямо в ухо:
— А давай попробуем сразу два, а?
Се Я дар речи потерял от такой наглости:
— Ни за что!
Он изо всех сил отпихнул дракона:
— Цзи Линци, только попробуй сдурить — овдовеешь раньше времени!
Цзи Линци лишь крепче прижал его к себе и промурлыкал на ухо:
— Не овдовею... Из тебя ведь так и льется...
Се Я вспыхнул до корней волос. Да для любого растения выделять много влаги — естественнее некуда!
К тому же, в силу своей истинной сути, он отличался невероятной гибкостью, благодаря чему Цзи Линци без всяких учителей измыслил уйму изощренных поз.
Се Я уперся босой пяткой в его фарфоровое плечо и возмущенно проворчал:
— Верни мне прежнего, чистого и невинного Цзи Линци!
Перехватив его за лодыжку, Цзи Линци рванул парня на себя. Се Я ахнуть не успел, как снова оказался вплотную.
— Сяо Я, раньше ты так стремился быть со мной... А теперь, получив желаемое, бросаешь?
Звучало настолько жалко, что незнакомый человек точно принял бы Се Я за бессердечного бабника. Но даже для пылких чувств должна быть мера! Впрочем, что с него взять — драконья натура сластолюбива до безумия. Какое счастье, что Цзи Линци не трогал его, пока он был обычным смертным, иначе от него бы ничего не осталось!
Кто вообще измеряет подобные утехи годами?! С тех пор как дракон затащил его в свое логово, Се Я не видел белого света по меньшей мере года три. Период гона у древнего божества тянулся бесконечно и бурно — тут даже обновленное, закаленное тело Се Я едва справлялось.
— Ты ведь любишь золото и драгоценности? — вдруг спросил Цзи Линци и, подхватив его на руки, мгновенно переместился к огромной куче сверкающих сокровищ.
Не успел Се Я прийти в себя, как его бесцеремонно опустили прямо на этот драгоценный ворох, в который он тут же провалился.
От ослепительного блеска резало глаза. Каждая безделушка, попавшаяся под руку, стоила целое состояние. Цзи Линци начал нанизывать на его шею одну сияющую цепь за другой, а затем взял изящный анклет с колокольчиками и застегнул на лодыжке Се Я.
Мелодичный звон колокольчиков эхом разносился по пещере, не стихая еще много ночей подряд...
* * *
Для внешнего мира Се Я и Цзи Линци просто отправились в путешествие. Вернулись они лишь пять лет спустя. Мэн Янъюю к тому времени стукнуло тридцать. И надо же было такому случиться: их возвращение аккурат совпало с его свадьбой.
Невестой оказалась тихая, утонченная девушка. По словам жениха, она преподавала в той самой старшей школе, которую они когда-то окончили.
— Ты ведь в школьные годы учителей как огня боялся, — поддел его Се Я. — И надо же, сам себе учительницу подцепил!
Мэн Янъюй отпил из бокала и хохотнул:
— Ха-ха! Сам в шоке, брат! Но против судьбы не попрешь. — С теплой улыбкой он перевел взгляд с Се Я на Цзи Линци. — Глядя на то, как у вас всё гладко, я прямо душа в душу радуюсь.
Се Я переглянулся с Цзи Линци и тихо улыбнулся.
— Завтра ты у меня шафером будешь, понял? — Мэн Янъюй сгреб Се Я за плечо.
Се Я на мгновение запнулся:
— Пожалуй, я не подхожу.
— Ты мой лучший друг, о чем разговор вообще?! — уставился на него тот.
— Видишь ли... — Се Я выдержал паузу, — шафер должен быть неженат, а я уже женат.
Мэн Янъюй онемел.
— Что?! Когда вы успели?! В какой стране расписались? А я-то думал, вы просто по Китаю катались...
Се Я качнул головой:
— Давно уже. У нас в стране.
Мэн Янъюй совсем выпал в осадок:
— Ты мне зубы-то не заговаривай! Когда это у нас в стране однополые браки разрешили?!
— Людям, конечно, нельзя, — Се Я многозначительно ухмыльнулся. — А вот тем, кто не относится к людскому роду, вполне.
Мэн Янъюй окончательно запутался. С чего это старина Се так на себя наговаривает?
Когда Се Я раскрыл ему правду о себе и о Цзи Линци, у Мэн Янъюя чуть душа в пятки не ушла. В памяти тут же всплыла давняя история с Го Синьбаем, и все странности, на которые он когда-то закрывал глаза, спустя пять лет наконец сложились в единую картину.
— Охренеть! Так мой лучший кореш — божество?! — взвыл Мэн Янъюй и подскочил как ужаленный. — Так, стоп, дайте переварить...
Минут десять он сидел ни жив ни мертв, после чего медленно опустился обратно на стул и со всей серьезностью спросил:
— Слушайте... а вы двое, получается, можете ребенка родить?
Се Я лишился дара речи:
— Вали отсюда! Никто ничего рожать не собирается!
Цзи Линци не сдержал смешка и косо взглянул на Се Я:
— Если очень захочешь, я могу сделать так, что родишь.
Разумеется, он имел в виду не обычное вынашивание, а сотворение воплощения из их общей духовной силы — наподобие того, как была создана Небесная жемчужина.
Се Я смерил его свирепым взглядом:
— Вот сам и рожай, если так приперло!
Цзи Линци лишь загадочно улыбнулся, не желая дальше злить возлюбленного. А вот Мэн Янъюй чувствовал себя так, будто его окатили холодной водой. Завтра у него свадьба, а ощущение такое, будто он все тот же одинокий пес!
Договорившись встретиться спозаранку, чтобы ехать за невестой, Се Я и Цзи Линци пошли домой, держась за руки.
— Слушай, а то удостоверение личности, по которому мы оформляли брак... оно вообще настоящее было? — вдруг вспомнил Се Я.
Ведь когда они познакомились, Цзи Линци был чист аки младенец и даже в смартфонах не разбирался.
— Ты веками не спускался с гор, а небесным божествам никакие бумажки не нужны... Ты что, получается, нелегал без регистрации?
Заметив, как при этих словах лицо Цзи Линци застыло, Се Я прищурился:
— Так и знал. Нелегал.
— Выходит, наше свидетельство о браке — просто филькина грамота? — решив подразнить его, протянул Се Я.
Цзи Линци тут же сжал его ладонь и на полном серьезе произнес:
— Наш союз скреплен перед лицом Неба и Земли. Ты не имеешь права идти на попятную!
Се Я не удержался от смеха:
— Да если я и захочу передумать, ты меня не удержишь. Сам знаешь, сейчас мы силами равны, еще неизвестно, кто кого победит!
Поняв, что над ним просто потешаются, Цзи Линци поднес ладонь Се Я к губам и слегка прикусил его указательный палец:
— Если осмелишься отказаться от меня, я утащу тебя в свое логово, запру и никуда больше не выпущу.
— На дворе двадцать первый век, а у тебя все мысли о насильном заточении, — Се Я игриво поддел его за подбородок и расплылся в улыбке: — Хотя... я, пожалуй, совсем не против. Что поделать, если ты у меня такой красавчик.
С видом заправского повесы проговорив это, он запечатлел на губах дракона легкий поцелуй.
На дворе стояла тёплая весна, воздух полнился сладким благоуханием цветов. Се Я невольно вспомнил тот день пять лет назад, когда белый кот спас ему жизнь. Кто бы мог подумать, что то крошечное создание станет его спутником до конца дней.
* * *
На следующее утро, еще до рассвета, Се Я и Цзи Линци при полном параде прибыли к дому Мэн Янъюя. Сон им двоим давно был не нужен, тем более что всю ночь дракон измывался над ним под предлогом, будто они «еще ни разу не пробовали делать это в старой детской Се Я». Судя по всему, обстановка родной комнаты парня действовала на Цзи Линци как сильнейший афродизиак, так что Се Я до сих пор ходил слегка ошалевший.
— Сяо Я, батюшки, да ты с каждым днем все краше! — Тётушка Ян расцвела в широкой улыбке при виде гостя.
Се Я ничуть не изменился, только окреп, вытянулся и обрел невероятную статность. А уж когда они с Цзи Линци стояли рядом, от них исходило такое величественное, неземное благородство, что глаз невозможно было оторвать.
— Тётушка Ян, вы тоже только молодеете! — сгладил углы Се Я, заставив женщину расплыться от удовольствия.
Цзи Линци без лишних слов предоставил свадебный кортеж — целую колонну люксовых иномарок. О таком размахе Мэн Янъюй и мечтать не смел, у него от признательности даже глаза увлажнились. Какой мужчина не питает слабости к хорошим авто? На такие машины даже Се Я смотрел с замиранием сердца, что уж говорить о Мэн Янъюе, который бредил ими с малолетства.
Торжество прошло без единой заминки. Гости сгорали от зависти, Тётушка Ян и Дядя Мэн сияли от гордости, а родня невесты пребывала в полном восторге от такого роскошного приема.
— С-старина Се... мне, кажется... кажется, я Старика Лу увидел! — зазаикался Мэн Янъюй, от страха чуть не потеряв сознание.
Душа-то у него была нараспашку, да вот трусоват от природы!
— Тебе не показалось, — невозмутимо отозвался Се Я. — Дедушка пришел поздравить тебя. Он ведь растил тебя на своих руках и любил как родного внука, разве мог он пропустить твою свадьбу?
— Н-но... — Мэн Янъюй не знал, то ли плакать ему, то ли радоваться. Старик Лу ведь умер несколько лет назад!
Се Я вовремя сообразил, что так и не рассказал другу обо всем, что случилось с Лу Фанчао. Выслушав короткие разъяснения, Мэн Янъюй воззрился на Цзи Линци с глубочайшим трепетом.
Лу Фанчао не стал задерживаться. Он лишь молча кивнул, поздравил жениха, оставил кувшин старинного вина и растворился в воздухе. Мэн Янъюй расплакался от избытка чувств, а молодая жена, так ничего и не поняв, принялась ласково утешать его.
* * *
Гуляния улеглись, и Се Я с Цзи Линци вернулись в Управление по контролю за демонами. Жизнь там текла своим чередом. Благодаря могущественной силе, пробужденной ими двоими, духовная энергия небес и земли восстанавливалась, так что крупная нечисть не бушевала, зато мелких хлопот хватало с избытком.
Едва вошедший Брат Ма с порога рассказал, что во время утренней пробежки наткнулся на рожающую сурчиху-демона. Та орала так оглушительно и зычно, что ему пришлось подхватить её и на всех парах мчаться в больницу, дабы не будоражить округу.
Редактор Мастера Мо оборвал ему весь телефон, умоляя вылезти на автограф-сессию. Маньхуа, срисованная с Цзи Линци и Се Я, произвела небывалый фурор — права на аниме, аудиоспектакли и экранизации расхватывали как горячие пирожки, а фанаты устраивали бунты в сети, требуя личной встречи. Но какой из заядлого домоседа автограф-сессионист? Чтобы назойливый редактор отстал, Шуймо просто вытащил сим-карту.
Сестра Тун обретала всё большую популярность. В сети ее величали «богиней вечной молодости», хотя, разумеется, находились и хейтеры, с пеной у рта доказывавшие, что тут не обошлось без пластических хирургов. Мэй Шутун лишь презрительно ухмылялась и раздавала завистникам жесткие отповеди: «Это природная красота, вам такую ни за какие деньги не скроить!».
Подобная прямота приводила задир в бешенство, зато привлекала армию фанатов. Многие пророчили ей карьеру в шоу-бизнесе, но Мэй Шутун лишь отмахивалась: блогерство для неё — так, забава, а тратить на глупости время в ущерб основной работе она не намерена.
Такой ответ повергал публику в шок. Люди только диву давались: подрабатывает шутки ради, а популярность как у звезды! Невольно почувствуешь себя лишним на этом празднике жизни.
Все сохранившиеся в мире портреты Юй Сюэцзань Сестра Тун давно скупила. Не зная, куда девать деньги, она за три месяца сменила два спорткара — видите ли, цвет кузова надоел. Скупой Брат Ма при виде подобного транжирства готов был волосы на себе рвать от жалости.
— Ого, какими судьбами? Каким ветром вас к нам занесло? — мурлыкала Мэй Шутун, покрывая ногти ярким лаком.
Глаза Шуймо вспыхнули нездоровым азартом. Муза вернулась!
Брат Ма обернулся и просиял:
— Се Я! Господин! Вы вернулись!
— Ага, дома, — улыбнулся Се Я.
— Опять уедете? — полюбопытствовал Брат Ма.
Се Я покачал головой:
— Ближайшие несколько лет никуда. А там видно будет.
Едва Се Я подошел ближе, Мэй Шутун повела носом и смерила его лукавым взглядом:
— Похоже, медовый месяц прошёл на славу, а?
Се Я мгновенно залился краской до кончиков ушей — он прекрасно понимал, что Мэй Шутун намекает на шлейф ауры Цзи Линци, пропитавшей его с ног до головы. Он наигранно покашлял, а вот Цзи Линци сохранял абсолютное спокойствие:
— Воистину. Нам было очень хорошо.
Шуймо сгорал от вдохновения — новые сюжеты так и просились на бумагу!
Внезапно оглушительно зазвонил телефон. Мэй Шутун сняла трубку:
— Слушаю.
Звонил Капитан Юй. Все взоры скрестились на Мэй Шутун. Сбросив вызов, она помрачнела:
— Есть работа. Новое дело.