Едва разомкнув веки, Сун Таян наткнулся взглядом на склонившееся прямо над ним лицо Сюэ Сяоу.
От неожиданности он вздрогнул и резко сел, но в ту же секунду схватился за виски: дикий приступ головокружения заставил мир вокруг поплыть.
— Ну наконец-то очухался, — проговорил Сюэ Сяоу.
Похмелье давало о себе знать во всей красе. Помассировав виски и дождавшись, пока мутная пелена спадёт с глаз, Таян заметил, что Сюэ Сяоу уже уложил чемоданы и ставит их у кровати. Сердце ёкнуло.
— Который час? — испуганно выдохнул он. — Автобус уже приехал?
— Да нет ещё, только девять утра. Успеешь спокойно собраться.
Таян перевёл дух, но Сюэ Сяоу тут же огорошил его продолжением:
— Кстати, загляни в WeChat. Вэй Тяньлун оттегал тебя в общем чате раз тридцать, требует, чтобы ты срочно перевёл ему деньги.
— Деньги? Какие ещё деньги? — растерялся Таян.
Нашарив телефон, он открыл группу в WeChat. Счётчик сообщений перевалил за сотню. Чат буквально разрывался от яростных тирад Вэй Тяньлуна: тот требовал возместить расходы на лечение и моральный ущерб, приложив к стене гнева больничную справку и QR-код для перевода.
От увиденного у Таяна раскалилась голова.
— Это ещё что за бред? — поднял он взгляд на приятеля.
Сюэ Сяоу подобрался ближе и вкрадчиво шепнул:
— Да ты вчера Вэй Тяньлуну морду набил!
— Что?! — Таян чуть не подскочил на матрасе. — Да я вообще ничего такого не помню!
Сюэ Сяоу принялся освежать ему память:
— На полном серьёзе! Вчера старшекурсник Суй Е принёс тебя на руках, ты вроде как спал. А тут Вэй Тяньлун, тоже в дрова, перегородил дорогу и давай на вас орать. Чёрт знает с чего вспылил, плескал ядом, обзывал Суй Е... ну, мерзостью всякой, и требовал, чтобы вы проваливали к чертям. И тут ты ни с того ни с сего выпрыгиваешь у Суй Е из рук... Никто даже сообразить ничего не успел, как ты скрутил Вэй Тяньлуна и уложил его красивейшим броском через плечо.
Таян сидел с открытым ртом, ошарашенно хлопая глазами. Память молчала: все эти подробности звучали так, будто речь шла о ком-то другом.
Еле сдёрнув себя с кровати, Сун Таян отправился в душ. На обратном пути, когда он с унылым видом тащился по коридору, навстречу ему, вальяжно засунув руки в карманы, выплыл Гу Сяо.
— Доброе утро, наш маленький герой!
Гу Сяо с размаху хлопнул его по плечу, сияя белозубой улыбкой. Таян едва устоял на ногах. Подумав, что старшекурсник намекает на расправу над Вэй Тяньлуном, он виновато улыбнулся в ответ. Однако улыбка тут же застыла у него на губах, едва Гу Сяо выдал:
— Проспался? Поди-ка теперь, извинись перед Учителем Ваном, ха-ха-ха!
Таян оцепенел:
—... Чего?
Не замечая, как парень стремительно бледнеет, Гу Сяо продолжал ухмыляться:
— Ну да, мы все между собой согласны, что методы у Учителя Вана, мягко говоря... специфические. Но ты-то вчера выставил его полным дураком при всех!
— Погоди! — перебил его Таян, ощущая, как по спине струится ледяной пот. — Что я... что я сделал?
Увидев его ошеломлённый вид, Гу Сяо перестал ухмыляться.
— Ты что, серьёзно не помнишь? Совсем память отшибло?
— Вообще ничего... — сгорая от стыда и отчаяния, пробормотал Таян. — Что я ещё наговорил? Как я с ним разговаривал?!
— М-да-а... — Гу Сяо озадаченно почесал затылок. — Ну, в общем... Ты выдал, что он покрывает Вэй Тяньлуна и пользуется положением в личных целях. Сказано было жестковато, но все прекрасно поняли, что правда на твоей стороне. Только вот... — Он заколебался. — Главная беда в том, что ты посоветовал ему «почаще пользоваться солнцезащитным кремом для лысины». Вот это уже был перебор.
У Таяна подкосились ноги, в глазах потемнело.
Защита от солнца для лысины... Учитель Ван комплексовал из-за отсутствия шевелюры сильнее всего на свете! Подобная дерзость должна была довести его до инфаркта.
— Младший Сун, — сочувственно добавил Гу Сяо, — Учитель Ван всё-таки замдекана по воспитательной работе. Тебе с ним ещё пересекаться. Пойди, поклонись, попроси прощения. Гордость не убудет, зато проблему сгладишь.
Лицо Сун Таяна перекосила мина глубочайшего отчаяния. Ему казалось, что вчерашняя выпивка поставила жирный крест на его будущем. С трудом сглотнув вставший в горле ком, он выцедил:
—... Ладно.
На обратном пути каждый встречный студент норовил поздороваться с ним с подчеркнутым уважением и энтузиазмом. От этого внимания Таяну хотелось провалиться сквозь землю. Сгорая от стыда, он с ужасом думал: а что ещё, помимо этих «подвигов», он выкинул прошлым вечером?
С компенсацией Вэй Тяньлуну всё было понятно, но вот умилостивить Учителя Вана... Над этим ещё стоило поломать голову.
Вернувшись в комнату, он принялся механически укладывать вещи, как вдруг вспомнил: в комнате Суй Е до сих пор сушатся его постиранные трусы.
Едва переступив порог коридора, Таян замер.
Сюэ Сяоу ведь обмолвился, что Суй Е принёс его на руках... Неужели он и старшекурснику умудрился нахамить?!
После долгих колебаний он всё же заставил себя сделать шаг. Трусы забрать в любом случае надо, да и узнать истину тоже не помешает.
Подойдя к двери Суй Е, Таян осторожно постучал.
— Войди, — отозвался глуховатый голос.
Таян толкнул дверь. Суй Е стоял спиной к входу и снимал с сушилки у окна высохшие вещи.
Набрав в грудь воздуха, Таян постарался выдать как можно более непринуждённый тон:
— Я тут за трусами. Оставлял у тебя сушиться.
Суй Е обернулся:
— Что?
Решив, что тот не расслышал, Таян пояснил:
— Ну, мои трусы. В синюю полоску, с мишками. Я точно помню, что вешал их на твоём балконе.
Суй Е качнул головой:
— Не видел.
— Как так?
— Не знаю. Не попадались.
Срезанный такой категоричностью, Таян пал духом:
—... Ну ладно.
Однако уходить он не спешил. Наблюдая за тем, как Суй Е опустился на корточки и принялся укладывать чемодан, полностью игнорируя его присутствие, Таян ощутил, как к горлу подступает тревога.
Неужели они всё ещё в ссоре?
В памяти всплыли слова Сюэ Сяоу. Таян действительно помнил, как проснулся сперва на кровати Суй Е, и сквозь сон слышал его строгий, почти суровый голос: «Не крутись», «Лежи спокойно».
Заломив пальцы, Таян долго боролся с нерешительностью, пока наконец не выдавил тихо и виновато:
— Брат Суй Е... я вчера, наверное, ужасно тебе надоел?
Сейчас он чувствовал себя кругом виноватым перед всем миром. Вид у него был невероятно кроткий и жалобный.
Суй Е замер, поднялся и смерил его непроницаемым взглядом:
— Бывало и хуже. — Помолчав секунду, он спросил: — Голова болит?
От этих слов у Таяна отлегло от сердца. Лицо его просияло, он мгновенно подошёл ближе, оказываясь прямо перед Суй Е:
— Совсем чуть-чуть кружится.
— Это с непривычки, — всё так же бесстрастно отозвался Суй Е. — Ещё будешь так напиваться?
Таян заболтал головой, как игрушечный пёсик:
— Ни за что!
Застёгивая молнию чемодана, Суй Е поставил его вертикально:
— И чем докажешь?
Таян склонил голову набок, ушёл в глубокие раздумья, а затем с торжественным видом вскинул руку:
— Если ещё хоть раз притронусь к выпивке — отлупи меня!
Суй Е замер, чуть повернул голову и усмехнулся:
— Доведу тебя до слёз, а мне потом успокаивай.
— Чего?..
Суй Е тихо вздохнул.
От этого вздоха у Таяна окончательно упало сердце.
«Неужели я вчера и правда перешёл все границы? До того взбесил его, что меня сдали обратно в общежитие? Точно, Суй Е просто не выдержал и умыл руки!»
Тем временем Суй Е развернулся и присел на край кровати. Опершись руками сзади, он вольготно вытянул длинные ноги и, вскинув взгляд, маняще пошевелил пальцем.
Таян покорно приблизился. Повесив нос, он сжал руки за спиной и пролепетал:
— Извини, брат... Я... я правда ничего не помню. Я ведь не сильно натворил бед, а?
Суй Е молчал, не сводя с него пристального взгляда. Затем протянул руку, зацепил пальцами ворот своего свитера и медленно оттянул его вниз, обнажая ключицу.
Таян подался вперёд, вытягивая шею, и увидел на чистой коже налившуюся багровым ссадину — чёткий след от зубов.
— Видишь? Твоя работа.
Суй Е поднял на него глаза. Голос его звучал глухо, но в нём пробивалась странная, завораживающая нежность:
— Ну и кто из нас после этого невыносим, а? Малыш Тата.