Сун Таян проснулся ни свет ни заря. Впрочем, прошлую ночь назвать сном можно было лишь с большой натяжкой. Умывшись, он тихо уселся на диван в гостиной и замер в ожидании Суй Е.
Едва зазвенел телефон, Таян ответил в ту же секунду. Сбросив вызов, он тут же подхватил чемодан, закинул на плечи рюкзак и стремительно вышел из квартиры.
Едва выскочив из подъезда, он заметил знакомый автомобиль и фигуру, прислонившуюся к дверце. В зябкой свежести зимнего утра Суй Е, одетый в тёмную ветровку, казался чётким силуэтом на фоне размытого рассвета.
Завидев его, Суй Е зашагал навстречу и мягко забрал багаж. На мгновение задержав взгляд на заплаканном лице юноши, он сгреб его в охапку, прижав к себе. Уткнувшись подбородком в чужое плечо, Таян услышал тихий, исполненный нежности вздох:
— Сердце изболелось за тебя.
Таян обнял его в ответ и капризно поглубже уткнулся носом в плотную ткань куртки.
Когда машина выехала из жилого комплекса, Суй Е притормозил у круглосуточного магазина и купил бутылку ледяной воды, чтобы юноша приложил её к опухшим векам. О вчерашнем он разговор заводить не стал. Вместо этого они заболтали о всякой всячине: кулинарных изысках Цзяннина, местных обычаях. Эта непринуждённая беседа постепенно развеяла тяжесть на душе Сун Таяна, заставив его окончательно расслабиться.
Окинув взглядом навигатор на приборной панели, Таян поражённо ахнул, увидав расчётное время прибытия:
— Больше четырёх часов?!
В голове не укладывалось. Выходит, Суй Е вчера гулял на вечеринке до полуночи, урвал от силы пару часов сна и ни свет ни заря рванул обратно в Хайши только ради того, чтобы забрать его! Чувство вины и неловкости накатило с новой силой. Повернувшись к нему всем корпусом, Сун Таян выпалил:
— Путь неблизкий... Тебе же тяжело! Давай позже я тебя сменю?
Не отрывая глаз от дороги, Суй Е с иронией переспросил:
— Ты за последний год хоть раз за руль садился?
Таян поперхнулся словами и смущённо вжался обратно в кресло.
Суй Е тихо усмехнулся:
— Всё в порядке, отдышись и расслабься. Я по дороге глушил кофе, так что ни в одном глазу.
Смесь признательности и неловкости заставила Таяна лишь кротко выдохнуть:
— ... Ладно.
Сказалась накопившаяся усталость и внезапный покой — Таян сам не заметил, как провалился в небытие.
Очнулся он от окутавшего салон тепла, сонно потёр лицо руками и с ужасом осознал, что проспал кусок дороги. Морок мгновенно слетел. Сгорая от стыда, он уставился на водителя:
— Прости! Я случайно отключился!
Суй Е коротко коснулся его взглядом, покачав головой от этакой гипертрофированной вежливости:
— Срубило — значит, надо было поспать. За что ты извиняешься?
Однако правила дальних поездок непреложны: пассажир спереди обязан развлекать водителя разговорами. Сун Таян немедленно выпрямился и пару раз похлопал себя по щекам:
— Ну уж нет, больше ни в одном глазу!
Внезапная мысль заставила его спохватиться:
— Слушай, а ты один живёшь?
Он помнил, как пару дней назад Суй Е рассказывал о своём благодетеле — дяде Суне, который приютил его, но скончался от болезни четыре года назад. Зато у Суй Е имелась целая орава названых братьев и сестёр.
— Конечно, нет, — не моргнув глазом ответил Суй Е.
Сердце Таяна ухнуло в пятки:
— Чего?! Это что же...
Сходу с роднёй знакомиться?!
Будто не замечая охватившей спутника паники, Суй Е невозмутимо продолжал:
— Не переживай, они у меня народ душевный. Налетят, небось, с порога: «Сяо Янь, а сколько тебе лет? На каком курсе? На кого учишься? А парень или девушка есть?»
Воображение Таяна мгновенно нарисовало картинку: его стискивает плотное кольцо малознакомых, но чересчур радушных людей, осыпающих расспросами.
«Всё, пропал! Я же совершенно не готов! Глаза заплыли, на мне этот дурацкий белый пуховик, в котором я похож на застрявшую шину от грузовика! Ни капли лоска, ни грамма стиля! И в таком виде предстать перед его родными?!»
Напор юноши моментально иссяк, голос сошёл на струсивший лепет:
— ... Может, тогда надо что-то купить им? Неудобно же с пустыми руками. А сколько их всего?
В ответ раздался бархатный смешок Суй Е:
— Сун Таян, а где мой подарок?
Тот даже не уловил иронии и на полном серьёзе уточнил:
— А чего тебе хочется? Подъедем к магазинам — я сразу всё куплю.
Суй Е заходился смехом ещё пуще, так и не дав внятного ответа.
С этой минуты Таян окончательно потерял покой. Он бесконечно прокручивал в голове сценарии встречи: с каким лицом выходить? Просто улыбнуться или расплыться до ушей? Как заставить себя выглядеть воспитанным, но не чересчур отстранённым?
Только на остановке у зоны отдыха они выбрались наружу размяться. Таян тенью следовал за спутником и наконец не выдержал:
— Суй Е, а как думаешь, мне лучше держаться оживлённо и бойко или сидеть тихонько, вроде послушного мальчика?
Суй Е, развинчивавший крышку на бутылке воды, замер. Смешанное чувство веселья и недоумения отразилось на его лице:
— Ты что, всю дорогу только об этом и думал?
Таян с чувством кивнул.
Видя эту искреннюю взбудораженность, Суй Е хмыкнул:
— Неужто так струхнул?
— Ещё бы! Это же твоя семья!
Глаза Суй Е прищурились от смеха. Он с чувством растрепал шевелюру юноши, наэлектризовав волосы так, что тот стал похож на хохлатого попугая.
— Сяо Янь, Сяо Янь... Попался. Я же подшутил над тобой.
— Чё?..
— Я живу там совершенно один, — пояснил Суй Е. — Это старый дом, который дядя Сунь отписал лично мне. А у братьев и сестёр давно свои семьи, они там не живут.
До Сун Таяна доходило добрых несколько секунд. Осознав, что его попросту обвели вокруг пальца, он от возмущения волчком развернулся на месте и раздул щёки. Ему страстно хотелось излить гнев, но злость почему-то не выжималась ни на каплю, и в итоге наружу вырвалось лишь детское:
— Ну и дрянь же ты!
Искры веселья в глазах Суй Е вспыхнули ярче. Впрочем, едва юноша перевёл дух, тот неторопливо добавил:
— Правда, в канун Нового года мы всё равно собираемся в родовом гнезде. Так что встреча откладывается, но не отменяется.
Бросив эти слова, он шагнул в сторону стоянки, оставив опешившего Таяна врастать в асфальт.
* * *
Голос навигатора возвестил о близости цели. Проскочив поросший кустарником участок, машина въехала на улочки небольшого городка.
Главная артерия кипела жизнью: по обеим сторонам теснились прилавки с праздничной снедью и украшениями, отовсюду доносились крики зазывал, шум людского потока и звонкий детский смех — в воздухе витал густой запах приближающегося Нового года.
Автомобиль замер у переулка на самой окраине. Выбравшись наружу, Таян окинул взглядом жилище: стенная кладка из красного кирпича, уютный дворик. Выглядел дом винтажно, но ничуть не запущенно.
Едва створка ворот приоткрылась, наружу стрелой выскочил Суйбянь. Таян радостно ахнул и присел, намереваясь сгрести пса в объятия, однако Суй Е ловко подхватил его под мышку и поднял на ноги:
— Этот разгильдяй за последние дни совсем одичал и извазюкался.
— Оу... — разочарованно протянул Таян и ограничился тем, что потыкал пальцем в собачий лоб, тихонько поздоровавшись с питомцем.
Суй Е прошёл внутрь, показывая гостю нехитрое хозяйство.
Обстановка отличалась чистотой и лаконичностью. Было видно, что постоянно здесь никто не живёт — не хватало жилого духа, но веяло от этих стен уютом и покоем. Повсюду громоздились старые вещицы, отпечатавшие на себе бег времени. Суй Е пояснил, что всё это — предметы его детства.
В гостиной стены, тумбы и полки изобиловали снимками в самых разных рамках. Внимание Таяна приковал массивный портрет на серванте. На групповом снимке, сделанном в каком-то дворике, в центре восседал седовласый мужчина с мягкой улыбкой. А вплотную к нему прижимался юный Суй Е — по расположению сразу угадывалось, что парень действительно был любимчиком в этой семье, ровно как и рассказывал.
Вот только тот Суй Е из прошлого кардинально отличался от нынешнего. Судя по всему, кадр относился к старшим классам: юношеская угловатость черт сочеталась с недетской суровостью. Поджатые губы, хмурые брови, дерзкий, неприязненный взгляд — ничего общего с привычным образом спокойного мужчины.
Охваченный любопытством, Таян сменил позицию, чтобы разглядеть остальные снимки. На всех фотографиях юных лет Суй Е выглядел мрачным, замкнутым и будто раздражённым, и лишь на поздних снимках проявлялась знакомая мягкость.
Он ушёл в свои мысли, рассматривая старые кадры, как вдруг ощутил легкое прикосновение к плечу.
— Разглядывать потом будем, иди есть. Проголодался же?
Они расположились за обеденным столом, разложив купленные по дороге закуски. Набивая рот, Таян задумчиво заметил:
— Суй Е, а ведь ты раньше совсем другим был.
— Да ну?
— Угу. Злющим и неприступным!
Суй Е хмыкнул:
— Нравом я тогда и впрямь не отличался. Наверное, жизнь постепенно острые углы-то и стесала.
Таяну хотелось выведать подробности, но собеседник предпочёл сменить тему.
— А ты сам каким рос? — перебил Суй Е.
Таян расплылся в довольной улыбке и тут же включил режим самовосхваления:
— Да я в детстве был просто картинка! Когда мы с Циньрань выходили погулять, нас все за сестрёнок принимали! Хочешь покажу?
Суй Е прыснул и отвернулся:
— Ну ты даёшь...
Заметив искренний отклик, юноша ухватился за момент:
— А у тебя есть детские карточки? Ну, совсем мелкого? Ужасно посмотреть охота!
Суй Е бросил на него лукавый взгляд:
— Тебе мало того, что на стенах висит?
— Ну мне же интересно! — Таян вцепился в его рукав и заканючил: — Гэге, ну гэге-е-е!
Не выдержав натиска, Суй Е расплылся в улыбке:
— Ладно, ладно, доедай сначала. Потом покажу.
Едва расправившись с ужином, Таян уставился на него с таким нетерпением, что скрывать намерения стало бесполезно. Не выдержав этого умоляющего взгляда, Суй Е поднялся и достал с самой верхней полки книжного шкафа увесистый альбом.
Таян чуть ли не коршуном налетел на него и распахнул обложку.
На снимках запечатлелись школьные годы Суй Е. Уже тогда парнишка выделялся яркостью: правильные черты лица, породистая выправка. Вот только объектива он явно дичился: то отворачивался, то заслонялся ладонью, то корчил недовольные мины. Эта неуклюжая диковатость вызывала у Таяна искренний хохот.
Суй Е устроился под боком, небрежно закинув руку на спинку дивана и фактически заключив юношу в кольцо объятий. Листая страницу за страницей, Таян умудрился незаметно выудить пару самых забавных снимков и заныкать их себе в рукав. Суй Е заметил эту кражу, но предпочёл промолчать.
— Так, теперь моя очередь! — провозгласил Таян, выхватив смартфон и принявшись бойко скроллить галерею.
Наблюдая за его азартом, Суй Е невольно качал головой: «Это ж какую самооценку надо иметь, чтобы с таким упоением хвастаться собственным детством!»
— Глянь!
Он не соврал: с экрана на Суй Е смотрел настоящий фарфоровый ангелочек. Белоснежная кожа, пухлые щёчки и огромные, словно спелые вишни, тёмные глаза. Чистый кукольный персонаж.
Таян с гордостью пролистывал кадр за кадром:
— Ну скажи, прелесть же?
— Угу, прелесть, — с улыбкой согласился Суй Е.
В какой-то момент пальцы Таяна мелькнули слишком стремительно, намереваясь проскочить очередной снимок, но Суй Е проявил реакцию: цапнул его за запястье и вернул изображение назад.
На экране красовался младшеклассник Таян... в розовом кружевном платьице и с плюшевым мишкой в руках. Губы ребенка были обиженно поджаты, глаза блестели от слёз — казалось, он вот-вот зальётся безудержным рёвом.
Губы Суй Е расплылись в ухмылке:
— О-о-о... Так ты, оказывается, с малых лет к такому неравнодушен?
— Да ну тебя! Это мамины бзики! Она содрала платье с Циньрань и силой на меня натянула! Не видишь, я ж там реветь собрался? Мне вообще не нравилось!
— Ага, вижу, — с готовностью кивнул Суй Е. — Слёзы прямо-таки берут за душу.
Таян спешно свернул приложение. А Суй Е мысленно взял на заметку: нужно во что бы то ни стало добыть этот исходник для личной коллекции.
Вечер за ностальгией пролетел незаметно. Лишь когда дело подошло к сну, Таян споткнулся о сугубо бытовую проблему. Спален в доме имелось две, однако гостевая давно превратилась в склад пыльного хлама, растолкать который за пять минут не представлялось возможным.
Взор Таяна поневоле скользнул к хозяйской спальне. Ещё во время беглого осмотра он заприметил там двуспальную кровать — широченную, со сдобным матрасом, так и манившую прилечь...
Впрочем, фантазии оборвал спокойный голос Суй Е:
— Ложись в моей комнате, а я на диване устроюсь.
Таян окинул взглядом тесную кушетку в гостиной:
— Да ты же там даже ноги не вытянешь! Как на таком спать?
— Что поделать, придётся перебиться ночку.
Залившись краской, Таян не выдержал:
— Да давай вместе ляжем! Чай, не чужие, да и ненадолго это!
Суй Е подпёр подбородок ладонью и с прищуром воззрился на него:
— Не положено. Мы с тобой в близкие отношения ещё не вступали, нехорошо в одну постель прыгать.
— Господи, два мужика! — попытался сыграть в невозмутимость Таян. — Делов-то!
Суй Е откровенно фыркнул. Юноша досадно прикусил губу.
В наступившей тишине раздались размеренные щелчки: Суй Е с паузами чеканил подушечкой пальца по полировке стола.
Тук. Тук. Тук.
Каждый звук отдавал глухим эхом в замершем сердце Таяна.
— Подойди-ка, — Суй Е поманил его пальцем.
Таян послушно сделал пару шагов.
Запрокинув голову, Суй Е снизу вверх посмотрел на него:
— Может, попроситься к соседям на ночлег?
— Ну уж нет!
— Тогда сдвину пару столов да накрою одеялом.
— Ещё чего!
— Ладно, постелю на полу.
— Совсем с ума сошёл?!
— Эх... А вот если бы меня кто-нибудь очень сильно попросил...
Поймав подвох слишком поздно, Таян сгоряча выложил всё начистоту:
— Я прошу! Я очень прошу тебя лечь со мной!
Стоп. Что?!
— Договорились, — мгновенно подхватил Суй Е.
Он легко поднялся с места, походя шлепком огладил юношу по мягкому месту и отвесил ухмылку:
— Иди на кровать, жди меня там.
И, смеясь, удалился в ванную.
Таян так и остался стоять с открытым ртом.