В день концерта Суй Е оделся максимально просто: обычное белое худи, чёрные спортивные штаны и тёмная сумка через плечо.
Ни кепки, ни маски он надевать не стал. Стоило ему просто замереть у входа в клуб, уткнувшись в телефон, как редкие фанаты, пришедшие заранее, то и дело принимались на него оглядываться.
Чжоу Хуан наигранно вздохнул и пихнул его локтем в бок:
— Эх, как же я тебе завидую!
Суй Е даже головы не поднял, лишь невпопад откликнулся:
— А?
— Завидую вам, красивым от природы! — с драматичным надрывом запричитал Чжоу Хуан. — Напяль на тебя хоть мешок из-под картошки, всё равно будешь выглядеть как модель на обложке журнала.
К подобным выпадкам приятеля у Суй Е давно выработался иммунитет. Не желая поддерживать глупый разговор, он сразу перевёл тему:
— Когда заходим?
— Скоро, — ответил Чжоу Хуан, прислушавшись к его голосу. — Слушай, у тебя простуда так и не прошла? До сих пор гнусавишь.
— Угу.
Минут за пятнадцать до начала выступления контролёры объявили запуск.
Девушка на входе, похожая на студентку, поочерёдно надевала входящим браслеты. Когда очередь дошла до Суй Е, она несколько раз украдкой бросила на него смущённый взгляд.
Оказавшись внутри, Суй Е искренне удивился.
Площадка оказалась куда меньше, чем он предполагал, зато народу набилось с избытком. В толпе мелькали и парни, и девушки, но мужчин явно было больше — от подростков до тридцатилетних мужиков. В зале царил полумрак, и лишь сцену подсвечивал приглушённый синеватый дежурный свет.
Чжоу Хуан обнял его за плечо и приглушённо зашептал:
— Слушай, вон та зона прямо у ограждения называется «первой линией у сцены». Там толпятся самые заядлые фанаты и богачи ради тесного контакта с айдолами. Мы с тобой постоим сзади, вперёд не лезем.
— Ладно, — кивнул Суй Е.
Он и не собирался никому поклоняться — пришёл исключительно ради «рабочего интереса» и сбора материала. Выбрав спокойный пятачок у стены, откуда открывался отличный обзор и где не было давки, он прислонился к опоре.
Концерт начался. Суй Е честно попытался погрузиться в этот чуждый для себя мир. Девчонки на сцене действительно выглядели юными, яркими и энергичными — вылитые персонажи аниме.
— На японском поют? — перекрывая оглушительный грохот динамиков, наклонился к Чжоу Хуану Суй Е.
— Ну да! — перекрикивая музыку, ответил тот с таким видом, будто это самое обычное дело.
Когда первая группа закончила номер и перешла к приветствию, участницы тоже заговорили по-японски, назвав свои сценические имена.
— Мы точно в Китае? — сбивчиво пробормотал Суй Е.
— Да брось! Культура-то от японцев пришла! Аутентичность, атмосфера! — пояснил Чжоу Хуан.
— Понятно, — неопределённо кивнул Суй Е, хотя яснее ему не стало.
Затем одна из девушек объявила, что она «красный участник», а другая — «синий».
— А что ещё за цвета? — снова полюбопытствовал Суй Е.
— Ну, цвет закреплён за каждым! Чтобы фанатам было проще узнать своего айдола и поддерживать! Вон, глянь на пряди в волосах и элементы костюмов, всё же совпадает!
Однако когда на сцену вышла следующая группа и девушки тоже начали делиться по цветам, Суй Е окончательно запутался:
— А они так не путаются между собой?
От бесконечных расспросов у Чжоу Хуана закипела голова. Он тут же приложил ладонь к уху и громко заорал:
— А? Чего-чего? Не слышу, оглох от басов!
Суй Е лишь молча проглотил слова.
Постепенно шоу набрало обороты. Суй Е подметил, что стилистические различия между коллективами всё же есть: большинство придерживалось милого, кавайного концепта, но когда вышли девчонки с электро-роком, зал буквально взорвался.
Тяжёлый, стремительный ритм содрогнул стены. Артистки на сцене энергично трясли головами, выкрикивая мощные речёвки, а зрители внизу, словно подчиняясь единому импульсу, разом пришли в движение.
Словно косяк рыбы в океане, толпа начала ритмично циркулировать, врезаясь друг в друга. Кто-то даже вскинул одного из фанатов на руки и понёс его поверх голов к самой сцене. Задранный наверх парень из всех сил тянул руку, чтобы дать «пять» выступающему айдолу.
Суй Е отодвинулся подальше, уходя от этой бесноватой волны. Заметив скачущего мимо Чжоу Хуана, только что участвовавшего в «живом конвейере», он сграбастал его за рукав:
— Ты что, их всех знаешь?
— Кого?! — Чжоу Хуан тяжело дышал, а лицо его пылало от восторга. — Никого! Главное — отрываться!
И, вырвавшись, он снова нырнул в бурлящий человеческий котёл.
После смены нескольких групп однотипный сценарий выступления и непрекращающаяся какофония начали навевать на Суй Е скуку. Он толкнул всё ещё заведённого Чжоу Хуана:
— Когда Кира-цзян выйдет?
Чжоу Хуан уткнулся в расписание на телефоне:
— Следующая! Как раз её группа!
— Угу, — Суй Е попытался встряхнуться. Помедлив, он вдруг вспомнил: — А бойз-бенд когда?
Чжоу Хуан тут же расплылся в ехидной ухмылке и толкнул его локтем:
— Ого! А говорил — детский утренник!
Суй Е одарил его бесстрастным взглядом и отвернулся к сцене.
Насмеявшись вдоволь, Чжоу Хуан сжалился:
— Да они ближе к концу поставлены. Единственный мужской коллектив на весь фестиваль, как-никак.
— Всего одна группа? — немного удивился Суй Е.
— Аха. Мужские подземные айдолы у нас в стране ещё толком не прижились. Хотя в сети потихоньку вылезают новые. Они-то у нас в городе были первопроходцами, рискнули первыми. Да и, честно говоря, — Чжоу Хуан подался ближе, — ребята реально мощные. Все как на подбор — видные, высокие, танцуют и поют на уровне. Особенно один парень у них. Держится на сцене намертво, вообще ничем не уступает профессионалам из крупных агентств. И с фанатами работает с душой, умеет завлечь. Если без дураков, их группа вообще поднялась на первых порах только за счёт того, что он тащил на себе весь медиа-поток.
Слушая эти захлёбывающиеся похвалы в адрес неизвестного участника, Суй Е не стал уточнять подробностей. Сами личности айдолов его мало трогали — куда интереснее было наблюдать за самой экосистемой изнутри.
Наконец настал черёд группы, в которой выступала Кира-цзян. Похоже, девчонки пользовались бешеной популярностью: не успели они выстроиться на сцене, а зал уже сорвался на такие оглушительные, слаженные крики, каких не удостаивался ещё ни один состав.
Загремела музыка. Движения девушек были чёткими и отточенными, улыбки — сияющими и уверенными, а фанаты внизу синхронно раскачивали морем светящихся палочек. К удивлению Суй Е, одна из исполненных ими песен оказалась на китайском.
— Топовые группы делают свой оригинальный материал! — возбуждённо орал над ухом Чжоу Хуан. — Китайский трек — это статус! Вечно каверить японцев — скукотища!
Сквозь оглушающий гул музыки Суй Е смотрел на артисток, выкладывающихся на полную, и на фанатов — включая беснующегося рядом Чжоу Хуана, — на чьих лицах читался чистый, нескрываемый восторг. Они с упоением махали лайтстиками, и в каждом их движении сквозила сплочённость.
И вдруг прежний скепсис Суй Е куда-то улетучился. Наверное, он никогда не станет частью этого движения и по-прежнему будет считать подобные места слишком шумными и тесными, но... теперь он, кажется, понял.
И те, кто на сцене, и те, кто в зале, на этот короткий час получали возможность сбежать от серых будней, с головой погружаясь в один общий иллюзорный мир, где находили простое человеческое тепло и чувство единения.
«А ведь это здорово», — мысленно подытожил он.
От долгого стояния в душной давке Суй Е затёк и устал. Незаметно отступив в самый конец зала, он присел на свободный стул и ненадолго прикрыл глаза.
Сколько прошло времени, он не знал, но его покой бесцеремонно нарушил подлетевший Чжоу Хуан, буквально выдернувший его с места:
— Хорош отлёживаться! Вставай, сейчас ДэшРаш выйдут!
Суй Е даже пошатнулся от такого напора:
— Кто выйдет?
— ДэшРаш! Бойз-бенд тот самый! — тараторил Чжоу Хуан, заталкивая его обратно в толпу.
Вернувшись к сцене, он сразу заметил, что состав публики перед площадкой кардинально изменился: теперь тут сплошь стояли девчонки, и он, высокий взрослый парень, смотрелся среди них нелепо и инородно. Суй Е тут же бочком сдал в сторону, забившись в менее людный угол.
Вскоре свет на сцене снова погас. На экране вспыхнул стильный логотип «ДэшРаш», и зал заполнился оглушительным визгом фанаток. Суй Е аж вжал голову в плечи.
Свет вспыхнул со всей мощью.
На сцене возникли пятеро парней в ярких костюмах единого фасона, отличавшихся лишь цветом. Под мощный электронный бит они синхронно вступили в танец. Их подача разительно отличалась от миловидных девичьих групп: в движениях прослеживались дерзость, драйв и чистый юношеский напор.
Сложив руки на груди, Суй Е внимательно наблюдал за ними. Если объективно, Чжоу Хуан не преувеличивал: уровень подготовки у них и вправду оказался достойным. Плясали чётко, пели без фальши, а главное — держались на публике раскованно и свободно.
Вот только эта пестрота костюмов на взгляд Суй Е всё равно отдавала чрезмерным, бившим через край юношеским задором.
Отыграв два динамичных трека, айдолы тяжело дышали; капли пота блестели на их лицах в софитах. Наступил черед приветствия, и они, как и ожидалось, тоже представились по цветам.
— Всем привет! Я лидер «ДэшРаш», зелёный участник — Доуцзы!
— Я синий — Юто!
— Красный — Пипи!
— Фиолетовый — Тяньтянь!
Каждое имя встречалось шквалом оваций.
Наконец шаг вперёд сделал последний парень в ярко-жёлтом костюме. Стоило ему поднести микрофон к губам, как вопль толпы взлетел до небес — популярность у него явно зашкаливала.
Он мило прищурил глаза и во весь голос задорно крикнул в микрофон:
— Всем привет! Я жёлтый участник «ДэшРаш» — Таки!
И едва звуки его голоса стихли, как зал прорезал оглушительный, густой мужской окрик:
— ТАКИ-И-И!!!
Крик вырвался с такой дурью, что даже Суй Е поневоле повернул голову на звук.
Таки на сцене тоже услышал этот выклик. Точно определив, откуда прилетел бас, он расплылся в ещё более сияющей улыбке, энергично замахал рукой и выкрикнул по-японски:
— Хай! Аригато!
Фанаты взревели от хохота. Даже обычно непроницаемый Суй Е ощутил, как уголки его губ сами собой поползли вверх.
Рядом вовремя возник Чжоу Хуан:
— Ну как? Скажи, симпатяга?
Суй Е перевёл взгляд на сцену и сдержанно резюмировал:
— Говорит по-японски смешно.
Потому что японский у него был откровенно кривой.
— Это точно! У Таки с японским вечные лажи, но фанаты обожают эту его фишку! Он и сам в курсе, поэтому часто на шоу специально ляпает суржиком, чтобы нагнать веселья. Заходит на ура!
— Вот как, — протянул Суй Е.
Приветствия закончились, и зазвучал следующий трек.
Это была задорная песня на китайском языке с лёгким, запоминающимся мотивом. Атмосфера на сцене мгновенно разрядилась. Ребята бросили синхронные построения и начали хаотично носиться, прыгать и флиртовать с залом.
Взгляд Суй Е сам собой прикипел к ярко-жёлтому пятну — то ли из-за броского цвета, то ли по какой-то иной причине.
Парень улыбался безостановочно, искренне и заразительно. Лоб его блестел от пота, но энтузиазма ничуть не убавилось. Подпевая во весь голос, он снувал из угла в угол: то приседал на край сцены, касаясь кончиков пальцев беснующихся фанаток, то корчил рожицы, подмигивал и махал в объективы телефонов.
Настоящий вечный двигатель. Маленькое сгущённое солнце.
Глядя на него, Суй Е вспомнил слова Чжоу Хуана: «Увидят, что ты снимаешь — сами начнут позировать и махать».
Он бросил косой взгляд на приятеля. Тот действительно стоял с вытянутым телефоном и глуповато-блаженной ухмылкой, мыча в такт музыке.
Суй Е сдал на полшага назад, немного помедлил, но всё же достал смартфон и навел камеру на сцену.
И буквально в ту же секунду парни на сцене мгновенно засекли нового «оператора». Направив в его сторону улыбки, они дружно замахали руками.
«Хм... А ведь и вправду забавно», — подумал Суй Е.
Не успел он закончить мысль, как в рамку кадра вихрем ворвалось ярко-жёлтое пятно.
Парень уставился прямиком в объектив, чуть склонил голову набок и игриво подмигнул.
Суй Е оцепенел.
А в следующие минуты он и сам не заметил, как его объектив намертво прилип к этой солнечной фигуре.
Айдол, кажется, вошёл во вкус и усилил напор. То складывал пальцы в сердечко, то наигранно удивлялся, то "ловил" воздух и шёл в атаку воздушными поцелуями, а под конец и вовсе изобразил стрельбу из лука, выпуская виртуальную стрелу прямиком в камеру.
«Он что... за фанатку меня принял? — мысленно хмыкнул Суй Е. — Хотя работает с публикой отточенно».
Трек утих. Парни замерли в финальной позе, тяжело вздымая грудь.
Суй Е опустил телефон и впервые взглянул на сцену напрямую, без посредника в виде экрана.
То ли сработало совпадение, то ли подсказало шестое чувство, но парень в жёлтом костюме ровно в то же мгновение повернул голову. Его взгляд легко пронзил суету зала, мрак и сполохи софитов, упёршись аккурат в Суй Е, стоящего в углу.
Их глаза встретились.
Суй Е заметил, как айдол на миг замешкался, а затем его глаза засияли и сощурились в милые полумесяцы. Парень улыбнулся — искренне, открыто, блеснув двумя аккуратными клыками.