От этих слов Суй Е у Сун Таяна едва глаза на лоб не вылезли, а сердце ухнуло, точно на американских горках, мгновенно взлетев на самую крутую вершину.
Он забормотал, от волнения с трудом подбирая слова:
— Ты... Да как вообще мужчина с мужчиной жениться-то могут?!
В груди всё сжалось, и Таян поспешно попытался исправить положение:
— Е-если бы я был девушкой... я бы, наверное, вышел за тебя.
Сун Таян надеялся этим неловким допущением хотя бы иносказательно намекнуть на свои чувства. Но, подняв взгляд, он увидел, что Суй Е отложил палочки. Улыбка всё ещё теплилась на его губах, но стала какой-то блеклой, едва заметной.
Поднявшись из-за стола, Суй Е принялся молча собирать посуду.
Сун Таян тут же подскочил, точно подброшенный пружиной:
— Давай я помою!
— Ты в гостях, — спокойно отозвался Суй Е, не прерывая своего занятия. — Не хватало ещё гостей заставлять мыть посуду.
— Да ничего страшного! Я... — попытался было возразить Таян, но Суй Е мягко остановил его жестом.
— Посудомойка есть.
—... А, понятно.
Больше ничего не сказав, Суй Е ушёл на кухню.
Таян запоздало осознал, что ляпнул глупость, и изнывал от желания объясниться. Вот только упущенный разговор никак не удавалось завязать снова.
Покончив с делами, они уселись бок о бок на ковре, перебирая шерсть Суйбяня, который то и дело сновал между их ногами.
Мягкий свет лампы уютно заливал этот уголок комнаты, атмосфера казалась умиротворённой, но у Таяна на душе всё равно кошки скребли.
Рядом сидел человек, в которого он был влюблён. И пусть в сети Сун Таян мог болтать свободно и без умолку, в реале перед ним неизменно накатывала робость.
Он украдкой бросил взгляд на руку Суй Е, покоившуюся совсем рядом. Казалось, сделай он хотя бы крошечное движение, перемести пальцы на пару миллиметров — и коснулся бы его кожи.
И только Таян набрался храбрости и вознамерился сделать этот робкий шаг, как Суй Е неожиданно подал голос:
— Ты как Новый год планируешь отмечать?
— Да как... Родители всё ещё за границей путешествуют, так что мы с младшей останемся в Хайши. Ах да, с нами ещё её одноклассница будет, у неё тоже дома никого.
Суй Е слегка повернул голову:
— Втроём, одни ребятишки?
— Ну да, — буркнул Таян. — Родни в Хайши у нас всё равно нет, а ездить куда-то без родителей... В общем, мы с Циньрань с теми родственниками толком и не общаемся.
— Понятно, — сочувственно кивнул Суй Е. — Дедушке-то хоть видеовызов наберёшь?
— Обязательно!
Затронув семейную тему, Сун Таян не удержался от давно подступавшего любопытства и спросил в ответ:
— А ты почему так рано уезжаешь? Родителей навестить?
Однако, услышав это, Суй Е опустил голову и долго молчал. Тишина плотно обступила их, разбавляемая лишь довольным похрюкиванием Суйбяня, развалившегося кверху брюхом.
Лишь спустя приличную паузу Суй Е поднял на него совершенно спокойный, чистый взгляд:
— Моих родителей давно нет в живых.
Сун Таян приоткрыл рот, окончательно растерявшись. Внезапно накативший стыд заставил его испуганно и неуклюже залепетать:
— Прости... Прости, пожалуйста, я не знал...
Суй Е слегка сжал его подбородок пальцами:
— Да за что ты извиняешься? Они умерли, когда я был совсем крохой. Это никак на меня не влияет.
«Да как же не влияет...» — подумал Таян, чувствуя, как сжимается сердце от жалости, и обиженно надул губы.
Суй Е обхватил его щёки ладонями и слегка потормошил:
— Ну-ну, не делай такое лицо. Знал бы, вообще ничего говорить не стал.
— Не надо так! — Сун Таян вскинул на него помутневшие от слёз глаза и с горячей импульсивностью вцепился в его запястья. — Говори мне! Я хочу знать! Я всегда буду слушать!
Суй Е некоторое время вглядывался в его лицо, затем разжал пальцы и слегка откинулся назад, прислонившись затылком к дивану.
— Мои родители погибли, когда мне исполнилось четыре года. Но мы никогда не были близки — они меня толком и не растили, так что... — Он уставился в пустоту, уходя воспоминаниями куда-то очень далеко. — Потом меня забрал один замечательный человек. Он работал воспитателем в нашей детсад-группе. У него был большой дом с двором, и он приютил кучу брошенных или оставшихся без крова детей. Я был самым младшим из них. И последним, кого он привёл. — Суй Е с теплотой улыбнулся. — По правде говоря, как младшенького, меня там ужасно избаловали. Так что сейчас я еду проведать названых братьев и сестёр.
Закончив, Суй Е подождал пару секунд, но сбоку не донеслось ни звука. Он повернул голову — и в то же мгновение Таян буквально налетел на него.
Под изумлённым взглядом Суй Е юноша сгреб его в охапку и с недетской упрямостью прижал его голову к своему животу.
Опешив от такой неожиданности, Суй Е тиснул его в бок и усмехнулся:
— Эй...
Но Таян и не думал выпускать его из объятий. Одной рукой он крепко удерживал его за затылок, а другой — совсем как маленького — гладил по спине и волосам.
— Ты только не плачь, ладно?
От этих слов из глаз Сун Таяна с новой силой хлынули слёзы. Захлёбываясь и глотая сопли, он запричитал:
— Прости, я не специально... Я просто... просто чувствую... — Он громко шмыгнул носом. — Суй Е, мне так больно за тебя!
И пусть Суй Е рассказывал всё это буднично и налегке, Таян всей душой ощущал, какая тяжесть скрывается за словами о «брошенных» и «бездомных» сиротах. Ему хотелось спросить о тысяче вещей, но он бороздил эту тему с осторожностью, не зная, уместно ли лезть в душу. Сердце разрывалось, а как утешить — он понятия не имел.
Слова «мне так больно за тебя» прозвучали невесомо, точно пушинка, но легли на душу огромным, неописуемым грузом.
Суй Е прикрыл глаза. Впервые в жизни его бережно удерживали в руках, точно хрупкое сокровище, и нянчились с ним, как с маленьким. Лёгкое ироничное смущение внутри него растворилось, уступив место ласковому теплу.
Он мягко провёл ладонью по спине парня:
— Ну всё, всё. Что ж ты за плакса-то такая?
— Никакая я не плакса... — уткнувшись в него, глухо пробормотал Таян.
— Конечно-конечно, не плакса.
Когда слёзы высохли, а шквал эмоций улёгся, Сун Таяну захотелось сквозь землю провалиться от стыда.
Чего он только не напорол в порыве чувств! «Я всю жизнь буду о тебе заботиться», «Позволь мне стать твоей семьёй», «Я даже с твоей собакой гулять буду»...
Будто палёной водки напился!
А Суй Е ведь поддакивал! Наверняка внутри со смеху катился.
Каждое из этих слов было прямым, вопиющим признанием в любви — оставалось только вырвать из груди сердце и положить к его ногам!
Однако сейчас Суй Е с совершенно невозмутимым видом упаковывал свой рюкзак. Его абсолютное спокойствие и полное отсутствие хоть каких-то ответных признаний сбивали Таяна с толку.
«Неужели он и дальше будет делать вид, будто ничего не понял?»
Обхватив колени и спрятав лицо в сгибе локтя, Таян оставлял открытыми лишь глаза. Он угрюмо наблюдал за суетящимся Суй Е и вздыхал про себя.
В этот момент Суй Е подошёл к тумбе под телевизором, снял с неё пластиковый контейнер и, немного порывшись внутри, извлёк небольшую коробочку яркого алого цвета.
Сун Таян аж подскочил, не сводя напряжённого взгляда с предмета. Он наблюдал, как Суй Е абсолютно буднично отправляет этот режущий глаз алый квадратик прямо к себе в рюкзак.
—... А что это за красная штука? — не удержался Таян.
Суй Е на секунду замер, затем снова достал коробочку и слегка покрутил её перед его носом:
— Эта?
Таян поджал губы и кивнул.
К его изумлению, Суй Е даже не подумал отпираться. Он щедро и беззаботно щёлкнул крышкой: внутри на бархатной подложке покоился... самый обычный ключ!
Таян остолбенел.
— Запасной ключ от моего старого дома. На всякий случай беру с собой.
Таян даже не понял, отпустило его или запутало ещё сильнее. Он неловко втянул голову в плечи:
— А... вот оно что.
Суй Е хлопотал дальше, закрыв коробочку и убрав её в рюкзак. Однако эта бархатная упаковка из-под кольца застряла в голове у Таяна, точно заноза, вызывая нестерпимый зуд любопытства.
И вот, когда Суй Е застегнул молнию и вознамерился подняться, Таян набрался духу и спросил снова:
— А то, что лежало там изначально?
Суй Е медленно повернул к нему голову.
Сжав зубы, Таян решил идти напролом:
— Ну... Я помню эту коробочку. Это же бренд «XX», их парные кольца из новой коллекции этого года?
И хотя он уже знал, что никакой «девушки» на горизонте нет, вопрос, для кого приобретались кольца, буквально жёг его изнутри.
Суй Е смотрел на него сверху вниз. Его взгляд казался бездонным, точно глубокий омут, а губы тронула едва заметная усмешка:
— Ого. И откуда такие познания?
— Девчонки знакомые обсуждали... — пробормотал Таян себе под нос.
— Понятно, — хмыкнул Суй Е и отвернулся.
И опять ни слова продолжения!
Таян чуть ли не локти себе кусал от досады — сердце так и зависло где-то в невесомости.
— А кольцо-то где? — прямым текстом вылил он на него свой вопрос, уставившись во все глаза.
Суй Е медленно выпустил из рук рюкзак и, сделав шаг, пошёл прямиком к нему.
Видя, как над ним вырастает внушительный силуэт, Таян попятился назад, пока Суй Е не опустился перед ним на корточки, сравнявшись взглядами.
Затем сухая тёплая ладонь опустилась на его правую руку, лежавшую на колене.
Таян замер, пальцы невольно сжались.
Он почувствовал, как подушечки пальцев Суй Е ласково, невесомо поглаживают фалангу его безымянного пальца. Сердце Таяна в ответ заколотилось в бешеном, неуправляемом ритме, словно его тоже касались эти пальцы.
— А кольцо... — с тихой улыбкой произнёс Суй Е. — Кольцо, разумеется, предназначено моему будущему парню.