Хэ Лан подхватил телефон и вышел из аудитории, даже не обернувшись.
Ян Цжуань обеспокоенно нахмурился. Он искренне не понимал, чем снова умудрился расстроить Хэ Лана. Поразмыслив с минуту, он лишь вздохнул и махнул рукой. Да и какая разница? Наверное, Хэ Лана выводило из себя само его присутствие.
Подхватив папку с экзаменационными работами, Ян Цжуань направился к выходу. Стоило ему переступить порог, как кто-то бесцеремонно сгреб его за плечо и прижал к стене рядом с дверью.
Хэ Лан, тяжело дыша от сдерживаемой ярости, преградил ему путь:
— Ты что, магистрант?!
Ян Цжуань испуганно кивнул.
— Сколько тебе лет? — Хэ Лан едва не скрипел зубами от злости.
— Двадцать три, — честно признался Ян Цжуань.
Хэ Лан задохнулся от возмущения. Мало того что обожгся с полом, так этот паршивец ещё и старше него! Вслепую вскинув руку, Хэ Лан занес её для удара.
Решив, что его сейчас изобьют, Ян Цжуань втянул голову в плечи и сбивчиво затараторил:
— Извини! Я правда не специально попался тебе на глаза! Я не знал, что вас перевели в этот корпус, и понятия не имел, что ты будешь на этом экзамене!
Хэ Лан смотрел на его побледневшее лицо, не зная, куда девать закипающую ярость. Наконец он процедил сквозь зубы:
— Магистрант, а занимается мошенничеством в играх! Ты вообще думал, что с тобой будет, если я доложу деканату? Тебя же выпрут из университета!
Сердце Ян Цжуаня ушло в пятки, в глазах вспыхнул откровенный страх.
Увидев его реакцию, Хэ Лан лишь презрительно усмехнулся. Так и не уточнив, воплотит ли он угрозу в жизнь, он развернулся, намереваясь уйти.
Понимая, что дело принимает скверный оборот, Ян Цжуань запаниковал. Он вдогонку схватил Хэ Лана за рукав и торопливо заговорил:
— Прости меня! Сначала мой сосед по комнате попросил меня играть женским персонажем... Он велел никому не признаваться, вот я и молчал. Я правда не хотел никого обманывать!
Хэ Лан притормозил.
— Сосед? — Он прищурился, мгновенно сообразив: — Значит, Ивовая Нить — твой сосед? И он тоже мужик?
— Да... — едва слышно пробормотал Ян Цжуань.
Хэ Лан с грубостью стряхнул его пальцы со своего рукава и одарил ледяным взглядом:
— Ты врал мне на каждом шагу. Думаешь, я поверю хоть единому твоему слову?
Ян Цжуань виновато опустил голову. Возразить ему было нечего.
— И вообще, даже если ты не врешь, — в глазах Хэ Лана блеснула стужа, — какое мне до этого дело? Раз всё было так, то когда я ухаживал за тобой, когда предлагал сыграть свадьбу в игре, когда признавался в любви...
Каждое слово разило, словно раскаленная игла, прямо в сердце Ян Цжуаня.
— Ты ведь мог всё пресечь. Мог отказать. Почему ты этого не сделал? — Хэ Лан в упор уставился на него.
Ян Цжуань застыл, словно прикованный к полу. Краска мгновенно сбежала с его лица, а губы плотно сомкнулись — он не мог вытащить из себя ни звука.
Хэ Лан сдержал рвущиеся эмоции и ушел, не оглядываясь.
Ян Цжуань совсем пал духом. Кое-как донеся работы до учебного отдела, он отбыл оставшиеся две смены дежурств на экзаменах. Хэ Лан больше не появлялся.
Последний экзамен закончился около шести вечера. Сдав ведомости, Ян Цжуань направился в столовую. Чжоу Ланя последние пару дней не было в кампусе, так что ужинал он в одиночестве.
Он и понятия не имел, что в столовой за ним уже следили.
Студенты массово хлынули с экзаменов, и у раздаточных окон выстроились длинные очереди. Ян Цжуань терпеливо продвигался вперед. Получив поднос с едой, он с трудом выгреб из людской толчеи. Но не успел он сделать и пары шагов к обеденным столам, как кто-то со всего размаху врезался в него, выбив поднос из рук.
Пока Ян Цжуань приходил в себя, виновник происшествия уже сбежал, затерявшись в толпе.
В душе зародилось недоброе предчувствие, но Ян Цжуань привык не думать о людях плохо. Одолжив у уборщицы веник и совок, он убрал рассыпанную еду, после чего снова встал в самый конец очереди, чтобы взять ужин повторно.
Однако и в этот раз поужинать ему не удалось.
Стоило ему отойти в менее людную часть зала, как поднос снова выбили у него из рук. На этот раз обидчик не стал убегать. Он лишь замедлил шаг, обернулся и одарил Ян Цжуаня исполненным презрения взглядом.
Это был откровенный, намеренный выпад.
Ян Цжуань не стал покупать еду в третий раз. Убрав с пола мусор, он, нахмурившись, вышел через боковую дверь столовой. Поразмыслив по дороге, он понял: единственным, кому он мог перейти дорогу за последнее время, был Чжоу Наньсюнь, которого он утром поймал на шпаргалках.
Он пошел по тропинке, ведущей от бокового выхода к торговой улочке за территорией кампуса. Было около семи вечера, густые сумерки опускались на город. Путь пролегал мимо заброшенной старой бани. Ян Цжуань шел не спеша, листая список контактов в мессенджере в поисках номера куратора своей бакалаврской группы.
Проходя мимо заброшенного здания, он невольно вспомнил тот день два месяца назад, когда за баней признался во всем Хэ Лану. На душу снова накатила тяжелая тоска. Ян Цжуань замер и с грустным видом заглянул в зияющую темноту старого строения...
В этот самый момент Чжоу Наньсюнь со своими приятелями и преградил ему путь.
С Чжоу Наньсюнем было двое или трое парней, которые тут же обступили его со всех сторон. Заметив горящий экран телефона в руках Ян Цжуаня, Чжоу Наньсюнь бесцеремонно вырвал аппарат, мазнул взглядом по открытому чату и с силой сжал запястье жертвы.
— Нашего куратора ищешь, ябеда? — процедил он с зловещей ухмылкой. — А ты подумал, осмелится ли он вообще вмешиваться в мои дела?
Ян Цжуань старался сохранять хладнокровие и попытался вырвать руку. Поняв, что хватка мертвая, он осторожно огляделся по сторонам.
Они стояли как раз посередине между двумя фонарями, погруженные в густую тень. Вокруг царила тишина — лишь издалека доносился шум оживленной улочки. Изредка проходившие мимо прохожие ускоряли шаг, опустив головы: связываться с компанией хулиганов никому не хотелось.
Сердце Ян Цжуаня ёкнуло. Намерения Чжоу Наньсюня не вызывали сомнений, и сбежать не было никакой возможности. Волна липкой тревоги и паники захлестнула его с головой.
И все же он лишь крепче сжал губы и молча уставился на обидчика, изо всех сил пытаясь не показать своего страха.
Чжоу Наньсюнь рванул его за руку и поволок в непроглядную тьму старой бани. Трое подельников следовали за ними шаг в шаг, перекрывая путь к отступлению.
Затащив Ян Цжуаня внутрь, Чжоу Наньсюнь с силой швырнул его к стене. Ян Цжуань больно ударился лицом о холодный кафель. Предметы перед глазами поплыли, а погрузившийся во мрак мир превратился в размытые пятна — разобрать, где именно стоит Чжоу Наньсюнь, стало невозможно.
Чжоу Наньсюнь не спешил наносить удары. Он повернулся к одному из своих приспешников:
— Послал за ним?
— Ага, пошли позвать, — заискивающе ответил тот.
Чжоу Наньсюнь с досадой сплюнул:
— Что за копания? Где они лазят?
— Да минут десять как ушли, брат. Вот-вот подойдут!
Прижавшись к пыльной стене, Ян Цжуань замлел, судорожно перебирая в памяти, кому еще он успел перейти дорогу.
Мысли невольно вернулись в прошлое и с неизбежной драматичностью уперлись в имя Хэ Лана. Единственным, кого он задел помимо Чжоу Наньсюня, был Хэ Лан.
Спина Ян Цжуаня, прижатая к каменистой плитке, закоченела. Выражение его лица поблекло, мысли смешались в сплошной затор. Первоначальный испуг перерос в глухой, душащий ужас.
И он боялся не столько того, что Хэ Лан явится и изломает его собственными руками. Больше всего его ужасала мысль предстать перед ним в столь жалком, растоптанном виде.
Нервно упершись ладонью в стену, Ян Цжуань попытался отползти в сторону.
Заметив это движение, Чжоу Наньсюнь тут же впечатал его обратно в угол и сгреб за воротник, вздернув вверх:
— Куда навострился? Утром, когда отмечал у себя в ведомости мою шпаргалку, ты вроде посмелее был!
Чувствуя его злобное дыхание совсем рядом, Ян Цжуань опустил глаза, не желая смотреть на него, и вдруг неслышно, вопреки рассудку, сорвался:
— И как только такого, как ты, занесло в Университет А...
Хватка на воротнике сжалась до треска. Ян Цжуань с опозданием понял, что задел за живое.
Дрогнув веками, он опустил руки и уже обреченно, махнув на все рукой, тихо добавил:
— Тебе только в Международном институте и учиться...
На словах «Международный институт» он споткнулся — видимо, вспомнив кого-то определённого, и тут же тихо возразил самому себе:
— Нет... Даже у студентов Международного института моральные ориентиры куда чище твоих...
— Ах ты, сука! — Чжоу Наньсюнь окончательно вышел из себя. Перебив его на полуслове, он замахнулся для сокрушительного удара.
Ощутив рванувшийся к лицу свистящий поток воздуха, Ян Цжуань смежил губы и беспомощно уставился в темноту расфокусированным взглядом.
В следующее мгновение свист утих. Занесенный кулак Чжоу Наньсюня замер на полпути.
— Брат Лан, ты пришел? — послышался из темноты голос Чжоу Наньсюня.
Воротник Ян Цжуаня мгновенно выпустили, раздался шорох шагов — парни торопливо расступались, освобождая дорогу.
Ян Цжуань так и не отважился поднять голову. Его ресницы робко вздрогнули.
Хэ Лан не стал тратить время на разговор. С раздражением размахнувшись, он сходу отвесил Чжоу Наньсюню увесистый пинок:
— Пошел вон.
Чжоу Наньсюнь опешил, но тут же взял себя в руки и вместе со всей своей шоблой поспешно испарился.
В заброшенной бане остались только двое. Не понимая, чего ждать от Хэ Лана, Ян Цжуань стопором застыл у стены, уткнувшись взглядом в землю.
Хэ Лан смерил его ледяным взглядом и рябкнул:
— Чего замер, как истукан? Ждешь, пока я сам тебе врежу?
Ян Цжуань растерянно поднял голову и уставился на него широко раскрытыми, немигающими глазами.
Хотя в помещении царил полумрак, Хэ Лан каким-то образом ощутил на своем лице этот мягкий, доверчивый взгляд. Скрывая неловкость, он грубо пророкотал:
— Не спеши рассыпаться в благодарностях. Чжоу Наньсюнь полез к тебе отчасти из-за меня. Или ты правда решил, будто я воспылал добротой и прибежал тебя спасать?
В этих словах доля правды действительно была: утром на экзамене Чжоу Наньсюнь заметил отношение Хэ Лана к наблюдателю и решил таким способом выслужиться.
Однако Хэ Лан совершенно не намеревался вдаваться в подробности.
А Ян Цжуань не заглядывал так глубоко.
Хотя он и не понял, почему Хэ Лан взялся винить во всем себя, это не помешало ему искренне проникнуться признательностью. Тихий, знакомый кроткий голос прозвучал в гулкой тишине полуразрушенной бани:
— Спасибо тебе...
Без программы смены голоса это был чистый голос молодого парня, но на секунду Хэ Лан опешил — эта кроткая интонация звучала до странного естественно и гармонично.
Словно прочитав его мысли, Хэ Лан после паузы желчно усмехнулся:
— Ну да, я могу закрыть глаза на твою ложь и прибежать на помощь. — В его тоне зазвенели ядовитые нотки. — Знаешь почему? Потому что я, в отличие от тебя, человек.
Слова Хэ Лана отозвались в душе Ян Цжуаня жгучим стыдом. Пальцы его рук, опущенных вдоль швов брюк, судорожно сжались в кулаки.
Не замечая его состояния, Хэ Лан развернулся к выходу и недовольно бросил:
— Шевели толкачами, долго мне еще тут с тобой торчать?
Словно очнувшись от наваждения, Ян Цжуань судорожно выбросил руку вперед и слепо вцепился в край его куртки.
Хэ Лан не успел увернуться. Вскинувшись в темноте, он с раздражением рябкнул:
— Не смей ко мне прикасаться!
Ян Цжуань не разжал пальцев. Сделав глубокий судорожный вдох, он уставился на тёмный расплывчатый силуэт перед собой и, заикаясь от стыда и волнения, пролепетал:
— У... у меня линза выпала.