Лишь когда растаявшая капля мороженого упала на тыльную сторону ладони, Хэ Лан наконец оторвался от его губ. Взглянув за окно, они увидели, что кабинка колеса обозрения уже плавно скользит вниз. Отстранившись друг от друга, оба молча доели то, что держали в руках.
Спустя час с небольшим они успели на последний поезд метро и вернулись в центр города за машиной, чтобы оттуда отправиться к университетскому кампусу. Рождественский подарок, приготовленный Ян Цжуанем, так и пролежал весь вечер в салоне.
Оказавшись внутри, Ян Цжуань наконец снял упаковку, достал два шерстяных шарфа и один из них протянул Хэ Лану. Тот припарковался у обочины, развернул подарок и обнаружил на ткани вышитого волка.
Хэ Лан изогнул бровь и с любопытством развернул второй шарф, принадлежавший Ян Цжуаню. На нём, как и следовало ожидать, красовалась белая овечка. Не говоря ни слова, он тут же поменял шарфы местами. Взглянув на спутника с теплом и смешинкой в глазах, Хэ Лан произнёс:
— Я буду носить тот, что с овечкой, а овечка пусть надевает мой.
— Хорошо, — согласился Ян Цжуань.
Улыбка на лице Хэ Лана стала ещё шире:
— Раз я надел шарф с овечкой, значит, овечка теперь моя. А раз овечка надела мой — значит, я принадлежу ей.
Щёки Ян Цжуаня вспыхнули. Замявшись на пару секунд, он тихо откликнулся:
— Хорошо.
Хэ Лан потянулся к заднему сиденью за своим рождественским подарком. Это был лаконичный чёрный плетёный браслет — модель, которая отлично смотрелась на мужской руке, — украшенный серебряной фигуркой овечки.
Обхватив Ян Цжуаня за тонкое запястье, он помог ему надеть браслет. А затем, не выпуская его руки, быстро сделал снимок на телефон.
Затвор сработал слишком мгновенно, фокус сбился, и кадр получился немного размытым. Но Хэ Лана это совершенно не смутило: он тут же зашёл в WeChat и выложил фотографию в «Моменты».
Увидев публикацию, Ян Цжуань постеснялся поставить лайк, но долго не мог отвести взгляд от экрана. А под конец тихонько коснулся серебряной овечки и несколько раз ласково провёл по ней пальцами.
Поскольку завтра спозаранку нужно было идти в кабинет научного руководителя, Ян Цжуань решил ночевать в общежитии. Хэ Лан подвёз его прямо к корпусу, но, выходя из машины, Ян Цжуань зазевался и оставил телефон на пассажирском сиденье.
Хэ Лан окликнул его и вылез из салона, чтобы вернуть забытую вещь.
В этот поздний час площадка перед общежитием пустовала. Отдав телефон, Хэ Лан не спешил уходить, а Ян Цжуань, видя это, замер на месте, не решаясь сделать и шага к дверям.
Они помолчали, глядя друг на друга, пока Ян Цжуань первым не подал голос:
— Что-то не так?
— Всё так, — ответил Хэ Лан. В тёплом свете фонаря его взгляд, пристальный и неторопливый, замер на лице юноши.
От этого пристального внимания Ян Цжуань смутился и невольно отвёл глаза, оглядываясь по сторонам.
Всё вокруг, кроме их крошечного освещённого островка, утонуло в непроглядной ночной тьме. Знакомые здания и деревья погрузились в глубокий, молчаливый сон.
Мягкий янтарный ореол фонаря словно очертил границу, отгородив их от остального мира. Казалось, во всей вселенной не осталось никого, кроме них двоих, и только порывы холодного ветра заставляли тихо шелестеть кроны деревьев.
Ян Цжуань перевёл взгляд на Хэ Лана, стремительно подался вперёд, приподнялся и касательно, почти невесомо, задел губами его щёку. А затем мгновенно отстранился и с горящими щеками шепнул:
— Спокойной ночи.
Хотя вокруг бушевал морозный зимний вечер, в груди у Хэ Лана разлилось жаркое тепло. Он наклонился и оставил столь же лёгкий поцелуй на его щеке:
— Спокойной ночи.
Ян Цжуань едва заметно улыбнулся и повернулся к ступеням.
Но Хэ Лан снова поймал его за руку и с улыбкой в голосе спросил:
— Овечка, а обняться перед сном?
Ян Цжуань застыл. Уловив боковым зрением движение его рук, он послушно остался на месте.
Вот только шло время, а объятия всё не смыкались. Ян Цжуань озадаченно поднял голову и увидел, что Хэ Лан держит своё пальто за полы, распахнув его во всю ширину.
В следующее мгновение это тёплое пальто вместе с сильными руками укутало его целиком, надёжно укрыв от холодного мира. Снаружи осталась только макушка с непослушными, слегка вьющимися тёмными волосами.
Пленённый тёплой тканью, Ян Цжуань не мог пошевелиться. Покрутив головой, он уткнулся носом в тёплую шею Хэ Лана, затихнув у него на груди.
Лишь когда из темноты донеслись обрывки чужих голосов, они опомнились и разомкнули объятия.
* * *
Публикация Хэ Лана в «Моментах» была открыта для всех. На следующий день во второй половине дня, когда Ян Цжуань ещё работал в лаборатории, к нему неожиданно явилась незваная гостья.
Ляо Чанъань пришла в тот момент, когда он разбирал лабораторные записи. Вечером они с Хэ Ланом планировали приготовить ужин дома, так что после занятий тот должен был зайти за ним прямо в корпус.
В лаборатории Ян Цжуань был не один — вокруг суетились младшие сокурсники и сокурсницы. Войдя, Ляо Чанъань первым делом смерила цепким, оценивающим взглядом девушек, сидевших у входа, а затем небрежно спросила:
— Кто из вас Ян Цжуань?
Девушки растерянно переглянулись, посмотрели на Ян Цжуаня, сидевшего к ним спиной, и одна из них неуверенно переспросила:
— Вы ищете нашего старшего брата?
На красивом лице Ляо Чанъань отразилось замешательство:
— Старшего брата?
В этот момент Ян Цжуань поднялся из-за стола и повернулся. В его взгляде тоже читалось недоумение:
— Это я.
Рассмотрев его высокий рост и лицо, Ляо Чанъань онемела на месте.
Ян Цжуань тоже застыл. В университете хватало привлекательных девушек, но красавицы уровня Ляо Чанъань встречались крайне редко. И хотя он видел её фотографию на игровом форуме всего один раз несколько месяцев назад, стоило ей появиться наяву, как он мгновенно её узнал.
Ян Цжуань помнил, что они с Хэ Ланом знакомы в реальной жизни. Не понимая, как она сумела найти его лабораторию, он подошёл ближе и с сомнением уточнил:
— Вы ищете Хэ Лана?
Ляо Чанъань пристально вглядывалась в его лицо, не торопясь с ответом.
Вчера, узнав о том, что Хэ Лан начал с кем-то встречаться и даже сыграл свадьбу в игре с мужчиной, она на автомате решила, будто всё это — лишь постановка для неё одной. Ведь когда-то она во всеуслышание заявила: пока Хэ Лан не изменит ориентацию, она от него не отступится.
Позже она увидела размытый снимок в его «Моментах». Разглядеть на нём изящное мужское запястье было почти невозможно, так что Ляо Чанъань сразу пришла к выводу, что Хэ Лан просто нашёл себе подружку в старом корпусе.
Ей не терпелось во всём разобраться. Она тут же набрала Шао Е, чтобы расспросить про Ян Цжуаня, но в спешке совсем забыла уточнить пол этого человека.
И вот теперь, глядя на стоящего перед ней парня, она всё ещё не могла поверить, что Хэ Лану нравятся мужчины, однако при виде его лица пазл мгновенно сложился: свадебный союз в игре не был вымыслом.
Внешность этого юноши без труда вызвала в памяти снимок Овечьих Кудрей, который она видела несколько месяцев назад. Парень перед ней и был Овечьими Кудрями.
Затем её взгляд опустился ниже и замер на его руке. На запястье красовался чёрный плетёный браслет — тот самый, из вчерашней публикации.
Откинув лишние приветствия и расспросы, Ляо Чанъань сразу перешла к делу:
— Я пришла не к нему, а к тебе. Выйдем, мне нужно кое-что у тебя спросить.
Ян Цжуань вышел из кабинета, прикрыл за собой дверь и проследовал за ней в пустой конец коридора.
Девушка остановилась, обернулась и изобразила безупречную, отточенную улыбку:
— Хэ Лан нанял тебя разыграть этот спектакль, чтобы отвадить меня, верно?
— Спектакль? — Ян Цжуань вскинул взор, и искреннее замешательство в его глазах трудно было подделать. — Какой ещё спектакль?
Ляо Чанъань нахмурилась:
— Хэ Лан — гетеросексуал. Ему не нравятся мужчины.
Ян Цжуань ненадолго задумался, а затем с точностью воспроизвёл слова самого Хэ Лана:
— А он сказал, что больше не хочет быть натуралом.
Для Ляо Чанъань это звучало как абсолютный абсурд. Зная Хэ Лана с самого детства, она просто не могла вообразить, чтобы подобная фраза вылетела из его уст. Ни секунды не сомневаясь, что парень всё выдумал, она сохранила гордую, непринуждённую мину и спокойно отчеканила:
— Он соврал тебе.
— В чём соврал? — спросил Ян Цжуань.
— Соврал, что ты ему нравишься и он хочет с тобой встречаться, — Ляо Чанъань беззаботно усмехнулась. — Я ведь предупреждала: пока он не увлечётся мужчиной, я не отступлю. Ты ведь присутствовал при этом разговоре? Вот он и нанял тебя изображать любовь, лишь бы избавиться от моего внимания. А когда я окончательно подниму белый флаг, он тебя сразу же бросит.
Ян Цжуань неторопливо отозвался:
— О-о.
Перед глазами Ляо Чанъань снова всплыли воспоминания о том, как он однажды уже загнал её в тупик в игре. Набрав воздуха в грудь, она уставилась на него своими красивыми глазами:
— И это всё? Тебе совершенно нечего сказать?
Помявшись немного, Ян Цжуань честно признался:
— Вообще-то есть.
Ляо Чанъань слегка перевела дух и смерила его взглядом:
— Ну так говори.
— Если я скажу, что верю тебе, ты уйдёшь? — с предельно серьёзным видом спросил Ян Цжуань, слегка нахмурив брови. — Мне ещё надо дописать лабораторный отчёт, а у Хэ Лана уже закончились пары. Не хочу, чтобы он пришёл и ждал меня.
Ляо Чанъань обомлела.
От возмущения она стремительно вскинула руку.
У неё имелась дурацкая привычка: когда она выходила из себя, то невольно тянулась поправить длинные волосы.
Но Ян Цжуань решил, что она собирается его ударить, и инстинктивно отшатнулся назад с осторожностью и опаской в глазах.
К подобным реакциям Ляо Чанъань привыкла: в стычках со всякими хитроумными девицами она на этом собаку съела и умела дать отпор куда изощреннее.
Но перед ней стоял парень. Хотя сам по себе его пол не снижал её настороженности, прежний опыт общения в игре подсказывал, что интриганом он точно не был.
Рука Ляо Чанъань застыла в воздухе. Девушка раздражённо прищурилась и уже собиралась спросить, чего это он отшатнулся...
Как вдруг её занесённое запястье крепко сжала чья-то ладонь.
Ледяной, наполненный яростью голос Хэ Лана обрушился на неё сверху:
— Ляо Чанъань, ты только попробуй его пальцем тронуть!
Неужели она просчиталась? Перед ней искушённый манипулятор в овечьей шкуре?
Ляо Чанъань замерла от шока.
Мгновенно сменив гнев на милость, она напустила на себя жалобный вид и обернулась к Хэ Лану.
Девушка рассчитывала, что он, как обычно, ограничится несколькими суровыми предупреждениями, а затем — из уважения к давней дружбе их семей и общему кругу общения — сохранит лицо перед посторонними.
Хоть она и любила донимать Хэ Лана с дерзкой ухмылкой, однако черту никогда не переступала. Когда несколько месяцев назад Хэ Лан сыграл свадьбу в игре, Ляо Чанъань хоть и разозлилась, но понимала: сетевой роман для него — обычное развлечение от скуки.
Да и сам Хэ Лан явно относился к этому так же.
Именно поэтому, когда она тогда явилась к Ян Цжуаню, Хэ Лан лишь бросил ей пару резких фраз, а потом даже не пытался мстить за тот случай.
Но сейчас ситуация выглядела совершенно иной.
Столкнувшись с его смоляными, пылающими гневом глазами, Ляо Чанъань застыла. Сердце у неё впервые ёкнуло от липкого страха.