Хэ Лан обогнул стол и тут же столкнулся взглядом с Ян Цжуанем. Тот стоял прямо за его спиной и от неожиданности — а вернее, от вида зажатой в пальцах бутылки — испуганно отшатнулся.
Острая жилка на виске Хэ Лана судорожно дернулась: до него наконец дошло, что Шао Е попросту обвел его вокруг пальца. Сделав вид, будто ничего не произошло, он откупорил бутылку, взял со стола стакан Шао Е, налил его до самых краев и с глухим стуком вернул на стекло.
— Пей, — процедил он сквозь сжатые зубы, выговаривая каждое слово.
Шао Е, еле сдерживая смех, с совершенно невозмутимым видом поднял стакан и сделал глубокий глоток.
Хэ Лан отставил бутылку и, нахмурившись, повернулся к Ян Цжуаню:
— Ты чего здесь? У тебя же вроде «важная встреча»?
— Извини... — Ян Цжуань виновато попытался объясниться. — Это мой однокурсник. Он постоянно в разъездах, вот я и подумал...
— Ладно, хватит, — Хэ Лан небрежно отмахнулся, явно не желая слушать. — Иди ешь.
— О, — тихо отозвался Ян Цжуань. Он несмело глянул на него, а затем развернулся и побрел к своему столику.
Слушать ему действительно не хотелось, но дело было вовсе не в Ян Цжуане — Хэ Лан злился на самого себя. Тяжело опустившись на диван, он принялся с мрачной въедливостью прокручивать в голове собственную глупость.
Ведь понимал же, что Шао Е его провоцирует, и все равно, потеряв голову, прыгнул прямо в расставленную ловушку! Собственное поведение казалось диким и нелепым. С ним явно происходило что-то не то. Но что именно? Хэ Лан щурился, ломал голову, однако ответа так и не находил.
В итоге он лишь распалил себя еще сильнее и окончательно пал духом.
С мрачным, как туча, лицом Хэ Лан принялся притягивать к себе бокалы. Старик Чэнь, наблюдавший за этим с разинутым ртом, наконец перевел ошеломленный взгляд на сидевших напротив друзей:
— Слушайте, я уже сам запутался. Это от меня девушка ушла или от него?
Четвертый Брат и сам толком ничего не понимал, но, зная, что Хэ Лана так просто не напоить, вмешиваться не стал.
Шао Е лишь усмехнулся:
— Тебе-то какая разница? Зато теперь есть с кем выпить.
Старик Чэнь хлопнул глазами, сообразив, что логика в этом есть, и тут же потянулся за своей стопкой.
* * *
Ян Цжуань и Чжоу Сюань закончили с обедом. Вечером Чжоу Сюаню нужно было заехать домой, чтобы собраться перед очередной командировкой, так что времени на долгие прогулки и воспоминания о былом не оставалось. На улочке кишели студенты, и машина не могла проехать к заведению, так что шофер ждал на перекрестке.
Закинув руку на плечо Ян Цжуаню, Чжоу Сюань потянул его к выходу:
— Проводишь до угла?
— Хорошо, — не стал отказываться Ян Цжуань.
— А может, доедем до меня, а потом я отправлю тебя обратно на машине? — подмигнул тот.
Ян Цжуань на секунду задумался, а затем твердо качнул головой:
— Не получится. У меня на вечер планы.
— Это какие такие важные планы? — Чжоу Сюань изогнул бровь.
Ян Цжуань запнулся:
— Я... не пошел обедать с другом. И он теперь очень сильно злится.
Чжоу Сюань на мгновение лишился дара речи. Вглядевшись в смущенное лицо приятеля, он крепче обнял его за шею, а в глазах заплясали лукавые чертики:
— Цжуаньцжуань... Неужто девушкой обзавелся?
Ян Цжуань моментально вспыхнул до самых кончиков ушей и замахал руками:
— Нет! Вовсе нет!
Чжоу Сюань долго и с пристрастием всматривался в его вспыхнувшие щеки. Но Ян Цжуань краснел по любому поводу, так что выудить из него правду взглядом так и не удалось.
Дойдя до перекрестка, Чжоу Сюань попрощался и сел в авто. Проводив удаляющийся седан взглядом, Ян Цжуань развернулся и поспешил обратно.
Компания все еще сидела в Ресторане Хунаньской Кухни. На столе красовалась батарея пустых бутылок, львиную долю которых приговорил Старик Чэнь. Тот уже дошел до кондиции: обнимал очередную бутылку, уткнувшись носом в скатерть, и невпопад бубнил имя своей бывшей.
Шао Е расплатился по счету и вместе с Четвертым Братом под белы ручки вытащил пьяного товарища на улицу, чтобы поймать такси. Как раз в эти пару минут, пока они были у дороги, Ян Цжуань и вернулся.
На улице стемнело, да и мысли Ян Цжуаня были полностью заняты обиженным Хэ Ланом, так что троицу у обочины он просто не заметил и сразу прошмыгнул в заведение.
Хэ Лан выпил ровно столько, чтобы хмель ударил в голову, но рассудок сохранял полную ясность. Он сидел на диване, уткнувшись в телефон, и ждал возвращения друзей.
Заметив, как краем глаза перекрылся свет, Хэ Лан поднял голову. Увидев Ян Цжуаня, он лишь желчно ухмыльнулся:
— Ого. А чего вернулся-то? Вы же там со своим «важным другом» так славно обнимались.
Алкоголь развязал ему язык, вымыв всю привычную сдержанность. Хэ Лан даже не заметил, насколько грубо и безрассудно звучат его слова, лишь насупился, гадая, отчего во рту вдруг стало так тошнотворно-кисло.
— Мы не обнимались, — тихо возразил Ян Цжуань. — Он просто положил мне руку на плечо.
— В моей системе координат «рука на плече» равносильна обнимашкам, — Хэ Лан с раздражением хлопнул ладонью по столу. — Нечего мне тут зубы заговаривать.
— Хорошо, — послушно согласился Ян Цжуань, не ставя под сомнение его логику.
Настроение Хэ Лана от этой покорности лучше не стало, а во рту вспыхнула новая волна въедливой горечи. Он потянулся к графину. Ян Цжуань опередил его: подхватил сосуд и наполнил его стакан. Затем его взгляд упал на ровный ряд пустых бутылок.
Решив, что все это в одиночку осушил Хэ Лан, Ян Цжуань тревожно нахмурился:
— Столько пить вредно для здоровья.
Хэ Лан осушил стакан и безжалостно отрезал:
— Много на себя берешь.
Ян Цжуань спорить не стал, лишь огляделся по сторонам:
— А где твои друзья?
Хэ Лан хотел сказать, что они сейчас вернутся, но язык выдал совсем иное:
— Ушли.
— Ушли? — обомлел Ян Цжуань. — А как ты доберешься домой?
— Ноги пока на месте, — буркнул Хэ Лан.
— Но ты же пьян, — возразил Ян Цжуань.
Хэ Лан подпер голову рукой, затем внезапно подался вперед и резко потянул Ян Цжуаня за рукав. Тот не удержался и свалился прямо на край дивана. Хэ Лан уперся ладонью в подушку, нависая над ним, и замер в считаных сантиметрах. Он пристально вглядывался в испуганное лицо, обжигая его густым, тяжелым перегаром:
— Я. Не. Пьян.
Ян Цжуань мгновенно расслабился. В памяти вспыхнули многочисленные сцены, где Хэ Лан всячески избегал любых телесных контактов. Трезвый Хэ Лан ни за что на свете не стал бы подходить к нему так близко!
— Пьян, — мягко напомнил он.
— Да не пьян я! — вспылил Хэ Лан.
— Я отведу тебя в общежитие.
Ян Цжуань поднялся и крепко обхватил его под локоть, помогая встать. Тепло его тела моментально передалось через ткань. Ощутив сухую, мягкую ладонь на своей руке, Хэ Лан внезапно утих — вся ярость осыпалась, уступив место странному, глухому спокойствию.
Ян Цжуань практически тащил на себе высокого, плечистого парня к выходу.
Тем временем Шао Е и Четвертый Брат, подглядывавшие снаружи, переглянулись и сиганули в ближайшую лавку с бабл-ти.
* * *
Выйдя из ресторана, они направились в сторону кампуса. Пройдя совсем немного, они миновали узкий переулок, возле которого какая-то девушка громко ругалась в трубку с парнем за то, что тот пропустил свидание.
Услышав ее претензии, Хэ Лан резко замер.
Ян Цжуаню ничего не оставалось, кроме как остановиться следом.
— Что случилось? — растерянно спросил он.
Хэ Лан намеренно высвободил руку:
— Что случилось? — повторил он хмуро. — А то, что ты сегодня продинамил меня, и счет мы еще не закрыли.
— Извини, — покорно вздохнул Ян Цжуань. — Я правда хочу загладить вину.
— Загладить? — Хэ Лан изогнул бровь с полнейшим скепсисом. — И как же?
Ян Цжуань замялся. Ничего дельного в голову не приходило, и он осторожно предложил:
— Может... я еще раз сглажу вину и угощу тебя обедом?
— Опять обед, — Хэ Лан скривился, в голосе пробились раздраженные нотки. — Я что, похож на голодающего?
— Но я же не знаю, чего тебе не хватает... — виновато пробормотал Ян Цжуань.
Хэ Лан задумался. Спустя пару секунд он с досадой осознал, что у него и впрямь есть абсолютно все. Лицо его еще сильнее помрачнело, губы сжались в сухую нить, а внутри закипела глухая обида.
Ян Цжуань вспомнил, как в бакалавриате парни из соседней комнаты проигрывали в спорах стирку белья или носков, и с сомнением произнес:
— А давай я буду стирать твои вещи целый месяц?
— Что за бред ты несешь? — тут же нахмурился Хэ Лан.
— Ну... парни у нас в общаге часто так спорили, — тихо пробормотал Ян Цжуань.
Не успел он договорить, как лицо Хэ Лана стемнело:
— Ты что, уже стирал кому-то вещи?!
— Нет! Никому не стирал! — испуганно замахал руками Ян Цжуань и тут же поспешил исправиться: — Тогда... давай я целый месяц буду носить тебе завтраки?
Хэ Лан саркастично искривил губы:
— Это как? Каждое утро притаскивать мне еду прямо в аудиторию? А по выходным — под дверь моей комнаты?
— Да! — мгновенно согласился Ян Цжуань. — Ты можешь скинуть мне свое расписание?
После недавних откровений Старика Чэня Хэ Лан воспринимал подобные слова с особенной въедливостью. Он нащупал эту нить, и в груди с новой силой заскреблась юркая, волнующая мысль.
— Зачем тебе мое расписание? — подозрительно прищурился он.
Разве не он сам только что предложил приносить завтрак на пары? Ян Цжуань совершенно растерялся:
— Я...
Не дав ему договорить, Хэ Лан сгреб его за отворот куртки и втащил в глубину переулка. Прижав к каменной стене и пользуясь скупым светом фонарей, он наклонился ниже, пристально всматриваясь в его глаза:
— И ты правда готов целый месяц носить мне завтраки?
Ян Цжуань едва успевал за его скачущими мыслями:
— Но ты же сам попросил...
— Я попросил — и ты сделаешь? А если я попрошу сделать что-нибудь еще? — Хэ Лан буквально гипнотизировал его взглядом. — Тоже выполнишь?
Встретив этот тяжелый, допрашивающий взор, Ян Цжуань честно ответил:
— Если это не нарушает моральных норм и если мне это по силам... да, я сделаю.
Пузырьки в груди Хэ Лана закружились с бешеной скоростью, заполняя все сердце радостным, предвкушающим трепетом. Подавив рвущуюся наружу торжествующую ухмылку, Хэ Лан уперся ладонью в стену возле его головы и, нависнув вплотную, понизил голос до интимного шепота:
— Раз ты так беспрекословно меня слушаешься... Ты что, прихвостень, подкатить ко мне решил?
Ян Цжуань будто услышал нечто чудовищное. Он испуганно оттолкнул его, закрутил головой так, словно она вот-вот свалится с плеч, и принялся отчаянно заверять:
— Нет! Что ты! Я даже не думал подкатывать к тебе! — Голос его упал до едва слышного лепета: — Я... я просто правда хочу загладить свою вину. Без всякого подтекста...
Хэ Лан мгновенно застыл.
Радостные пузырьки в его груди лопнули один за другим, оседая горькой, ядовитой мутью.
Стыд, уязвленное самолюбие и бешенство завязались в кровавый узел. Алкоголь вспыхнул в крови, ударив в голову и мгновенно раскалив эмоции до предела.
Он прекрасно понял, о какой «вине» говорит Ян Цжуань. Дело было не только в пропущенном обеде. Тот имел в виду всю свою ложь в игре.
Жестко сжав запястье Ян Цжуаня, Хэ Лан с мертвым лицом потащил его прочь из темного переулка.
Ян Цжуань спотыкался следом, робко подавая голос:
— Ты... ты идешь не туда. Общежитие в другой стороне.
Хэ Лан шагал размашисто и тяжело, полностью игнорируя его слова. Лишь когда они проходили под желтыми фонарями, его профиль вспыхивал хищными, каменно-суровыми линиями.
Ян Цжуань благоразумно прикусил язык.
Хэ Лан остановился у парковки неподалеку от Ресторана Хунаньской Кухни, где стояла его машина. Заметив, как тот отпустил его руку и полез в карман за ключами, Ян Цжуань в панике ухватился за его рукав:
— Нельзя за руль! Ты же пил!
Хэ Лан схватил его за воротник, без малейшего труда оттащил в сторону, словно провинившегося котенка, и щелкнул кнопкой брелока. Замок задней двери отщелкнулся, и багажник бесшумно поднялся.
Ян Цжуань замер, хлопая глазами.
Хэ Лан даже не взглянул на него. Он снова сгреб парня за шиворот и подтащил к открытому багажнику. Весь вечер, пока они пили со Стариком Чэнем, Хэ Лан не просто дулся и недоумевал. Он пытался сообразить, что за чертовщина с ним происходит и где кроется корень проблемы. К концу попойки у него выстроилась вполне логичная гипотеза. Но пока что это были лишь догадки, требующие неопровержимых доказательств.
Шторм в его голове утих, уступив место ледяной решимости. Хэ Лан толкнул Ян Цжуаня к багажнику. Тот не успел пригнуться, и его макушка вот-вот должна была со всей дури врезаться в металлическую крышку.
Но ожидаемой боли не последовало.
Голова Ян Цжуаня уткнулась в сухую, горячую ладонь Хэ Лана, вовремя прикрывшую острый край.
Ян Цжуань опять ошеломленно застыл.
Хэ Лан с каменным лицом убрал руку, перешагнул через него и вытащил из глубины багажника картонную коробку.
Ян Цжуань оказался зажат между ним и бортом. Быстро взглянув на знакомый короб, он мгновенно понял, что лежит внутри.
Хэ Лан уперся обеими руками по бокам от него, сжав Ян Цжуаня в тиски своего тела, и одной рукой сорвал скотч с коробки.
Изнутри блеснула знакомая шелковистая ткань платья.
— Ты же хотел загладить вину? — Хэ Лан впился в него темным, тяжелым взглядом. Его голос звучал глухо, а каждое слово впивалось, словно гвоздь: — Надень платье. И покажись мне.