Вечером, когда всё закончилось, Хэ Лан снова отнёс Ян Цжуаня в ванную. Пока они отмокали в горячей воде, Овечка уже засыпал на ходу — веки слипались, силы окончательно покинули его. Кое-как ополоснувшись, Хэ Лан не стал возиться со смятыми простынями в хозяйской спальне, а просто подхватил парня на руки и отнёс спать в гостевую.
Утром Ян Цжуаню приснилось, будто огромная собака прижала его к кровати и усердно лижет в лицо. С трудом разлепив веки, он первым делом наткнулся на красивое лицо Хэ Лана — тот находился совсем близко, и в его тёмных глазах не было и следа сна. Лишь мгновение спустя Ян Цжуань понял, откуда взялось это влажное, тёплое ощущение на щеке.
Никакого пса не было — это Хэ Лан его целовал.
Заметив, что парень проснулся, Хэ Лан выпростал руку из-под одеяла, сгреб его в объятия и с довольной ухмылкой прошептал:
— Доброе утро, Овечка.
От этих слов щёки Ян Цжуаня вспыхнули. Сознание окончательно прояснилось, во всех деталях воскресив в памяти события минувшей ночи.
Первую половину — ту, что происходила в ванной, — он помнил сбивчиво, отрывочно. Зато всё, что было потом, на кровати, отпечаталось в голове с невероятной чёткостью. В ушах до сих пор, кажется, отдавался низкий, хриплый шёпот Хэ Лана, его тяжёлое, чувственное дыхание.
Смутившись до красок на ланитах, Ян Цжуань поспешно отвёл взгляд и забормотал, запинаясь от волнения:
— Д-доброе утро.
Под одеялом Хэ Лан шевельнул коленом, мягко прижав его ногу:
— Чего Овечка хочет на завтрак?
К счастью, накануне после купания они оба натянули пижамы. Ян Цжуань послушно позволил прижать себя, всё ещё стесняясь посмотреть партнёру в глаза:
— Что ты приготовишь, то и буду.
Колено Хэ Лана скользнуло чуть выше по его бедру:
— Тогда я хочу шашлык из баранины.
Ян Цжуань не сразу уловил подвох:
— С утра нельзя есть ничего жирного.
Не дождавшись ответа, он всё же поднял взгляд — и наткнулся на пристальный, полный двусмысленности взор. Ян Цжуань осёкся, только сейчас осознав намёк, и его лицо мгновенно обдало жаром:
— Нет у нас никакого шашлыка.
— Как это нет? — с невозмутимым видом Хэ Лан навалился сверху, упёрся ладонями по обе стороны от его вспыхнувших ушей и ехидно понизил голос: — Вчера же вечером отлично нанизывали. Правда, опыта маловато... Не знаю уж, остался ли гость доволен?
Забыв о смущении, Ян Цжуань упёрся руками ему в грудь, попытался отодвинуть и, горя пылающими щёками, выкарабкался из-под одеяла. Нащупав на тумбочке очки, он надел их и буркнул:
— Я встаю.
Но не успело эхо его слов утихнуть, как ноги подкосились, и парень кулем свалился обратно на матрас.
Хэ Лан, вальяжно сидевший рядом, ловко подхватил его в охапку:
— Куда это ты собрался?
Умостившись у него между ног, Ян Цжуань ответил:
— Зубы чистить.
Хэ Лан легко поднялся с кровати и, точно ребёнка, подхватил его под ягодицы и спину, с ходу подняв на руки. Вот только на выходе из спальни Ян Цжуань чуть не сосчитал головой дверной косяк — настолько высоко Хэ Лан его задрал. Пришлось опустить парня на пол и обнять за плечи.
— В будущем надо покупать квартиру с потолками повыше, — недовольно проворчал Хэ Лан.
Ян Цжуань лишь густо покраснел и ничего не ответил.
В ванной Ян Цжуань встал перед раковиной и взялся за зубную пасту, а Хэ Лан прошёл мимо к унитазу. Услышав журчание воды, Ян Цжуань тут же поспешно отвернулся.
Хэ Лан скользнул по нему взглядом, заметил алеющие из-под растрёпанных волос уши и не удержался от смешка:
— Овечка, выдави и мне заодно.
Не оборачиваясь, Ян Цжуань кивнул и потянулся за его щётки.
Закончив свои дела, Хэ Лан встал рядом. Пара замерла перед зеркалом, размеренно двигая щётками. Ян Цжуань бахнул слишком много пасты, и вскоре весь его рот покрылся пышной пеной. Заметив это в отражении, Хэ Лан весело хмыкнул и подушечкой пальца заботливо стёр подтекший комок пены с уголка его губ.
Ян Цжуань поспешно склонился к раковине, тщательно прополоскал рот, затем снял очки и нагнулся умыться. К моменту, когда Хэ Лан закончил полоскать горло, парень уже смывал мыло, хотя на лице всё ещё блестели капли воды.
Воспользовавшись моментом, Хэ Лан наклонился и звонко поцеловал его в щёку, стирая влагу. Заметив капельку на переносице, он прижался губами и туда.
В процессе очки на носу парня показались ему помехой: Хэ Лан с наигранным раздражением чуть сдвинул оправу пальцем и лишь затем запечатлел невесомый поцелуй на горбинке носа.
Отстранившись, Хэ Лан взялся за умывание. Ян Цжуань поправил очки и остался ждать рядом. Закончив, Хэ Лан собрался сбрить лёгкую щетину. Доставая лосьон из шкафчика, он попутно провёл пальцами по гладкому подбородку Ян Цжуаня и насмешливо вскинул бровь.
Поняв без слов этот дразнящий жест, Ян Цжуань состряпал строгое выражение лица и направился к выходу.
Но не успел он сделать и пары шагов, как сзади подскочил Хэ Лан, подхватил его под талию и лёгким движением усадил прямо на туалетный столик у раковины. В руку парню тут же ткнулась рукоять бритвы.
Хэ Лан приподнял подбородок и с искрящейся улыбкой попросил:
— Сбрей сначала, потом пойдёшь.
Ян Цжуань опустил взгляд и сосредоточенно, аккуратно обработал его щетину. Ополоснув подбородок, Хэ Лан по привычке сжал его ладонь, намереваясь приложить к своей гладкой коже, но тем временем его вторая рука незаметно скользнула парню на спину. Прижав Ян Цжуаня к себе за поясницу, он впился в его губы поцелуем.
Рука Ян Цжуаня соскользнула с его подбородка на плечо. Медленно прикрыв глаза, он впервые попытался несмело ответить на поцелуй.
В последующие дни этот незамысловатый утренний ритуал стал их нерушимой традицией.
Хэ Лан окончательно перебрался в хозяйскую спальню. Одинокую подушку на двуспальной кровати сменила пара, а платяной шкаф постепенно забился вещами. Они накупили кучу парной одежды; Ян Цжуань то и дело путал свитера и надевал вещи Хэ Лана, а тот порой и вовсе намеренно подсовывал ему свои худи и рубашки.
В канун Нового года на город обрушился проливной дождь. У Хэ Лана уже закончились занятия в семестре, а Ян Цжуань решил остаться дома с книгами и не поехал в университет. Они наслаждались уютом в тепле кондиционера.
Пока Ян Цжуань, обняв ноутбук, углублялся в научные статьи, Хэ Лан набросал предельно лаконичную благодарственную записку и попросил Лао Сы переслать её Ляо Чанъаню. Получив это ни с того ни с сего свалившееся письмо, Ляо Чанъань лишь озадаченно покрутила пальцем у виска и через окно высказала ливню всё, что думает об этом психе.
Затем Хэ Лан зашёл в игру, списался в ЛС с игроком Выбери Меня Первой Любовью Я Очень Сладкий и попросил адрес, чтобы вернуть маленький карманный вентилятор. Только тогда Выбери Меня Первой Любовью Я Очень Сладкий догадался, что студентом, одолжившим у него вентилятор у выставки несколько месяцев назад, был Ян Цжуань.
Каждый занимался своими делами. К шести вечера стена дождя за окном так и не поредела, поэтому поход в кинотеатр пришлось отменить. Решили приготовить ужин дома.
Сперва, когда они только съехались, готовить не умел ни один, ни другой. Однако Хэ Лан быстро освоил кулинарное искусство, так что Ян Цжуаню оставалось лишь крутиться рядом и помогать по мелочи.
Поужинав и приняв душ, они расположились на диване в гостиной, погасили свет и включили проектор.
Где-то на середине фильма Ян Цжуань заснул. Голова его клонилась всё ниже, пока тихонько не опустилась на плечо Хэ Лана. Сдерживая улыбку, Хэ Лан бережно обнял его, устроил поудобнее и досмотрел кино в одиночестве.
Ян Цжуань проснулся лишь на финальных титрах. Открыв глаза, он обнаружил, что лежит головой на коленях Хэ Лана, а тот лениво перебирает его пальцы.
После короткого затишья проектор автоматически запустил следующий фильм. Хэ Лан даже не подумал встать — вместо этого он взял из вазочки ягоду и поднёс к его губам.
Приподнявшись, Ян Цжуань слизал с его пальцев свежую клубнику и, сонно пожёвывая, сбивчиво спросил:
— Фильм уже всё?
Подперев голову рукой, Хэ Лан тепло посмотрел на него:
— Всё.
— А что в конце стало с главным героем?
Хэ Лан хмыкнул, губы его тронула улыбка:
— Главный герой под конец заснул.
Поняв намёк, Ян Цжуань залился краской и поспешно выпрямился:
— Ещё будем смотреть? Обещаю, в этот раз точно не засну.
Хэ Лан поднёс к его губам ещё одну клубнику, а когда парень укусил её, подался вперёд и откусил вторую половину, пробормотав прямо в его губы:
— Не будем. Пора спать.
Ян Цжуань полез в карман пижамы за телефоном:
— Который час?
— Уже за полночь.
Рука Ян Цжуаня замерла:
— Ой...
— Что такое? — поинтересовался Хэ Лан.
— Да так, ничего, — Ян Цжуань ухватил пальцами край его футболки, губы его чуть сжались, а затем лицо озарила светлая, тихая улыбка: — С Новым годом.
Хэ Лан улыбнулся и крепко прижал его к себе:
— С Новым годом.
Затем, точно опомнившись, лёгким укусом прихватил кончик его уха:
— Нет, так не пойдёт. Позволь перефразировать.
Его голос звучал бархатисто и глубоко:
— Не просто с Новым годом. Моя Овечка должен быть счастлив каждый божий день.
— Хорошо, — тихонько отозвался Ян Цжуань, уткнувшись ему в грудь. — И мой парень тоже.
— Если что-то расстроит — сразу рассказывай мне.
— Хорошо.
— Если случится что-то хорошее — тоже рассказывай.
— Хорошо.
— И ещё будешь надевать для меня новые платьица.
Ян Цжуань замер.
Хэ Лан со вздохом наигранного разочарования вскинул брови:
— Эх, неужели больше не клюёшь...
— Хорошо, — перебил его Ян Цжуань.
Хэ Лан ничего не ответил. Его взгляд, глубокий и пылкий, приковал к себе парня; он обнял его и вместе с ним опустился в мягкие подушки дивана.
За окном незаметно стих проливной дождь. Лунный свет пробился сквозь тучи и, минуя порывы ветра, тихим теплом лёг им на сердца.