— Можно я просто пришлю фото? — едва выдавил Ян Цжуань, зажатый перед багажником так, что не шелохнуться.
— Нет. Хочу видеть всё вживую, — беззастенчиво отрезал Хэ Лан.
Ян Цжуань от смущения начал заикаться:
— И... и прямо в этом на улицу выходить?
— А как я, по-твоему, должен это увидеть, если ты не выйдешь? — Хэ Лан насупился.
Лицо Ян Цжуаня мгновенно вспыхнуло. Он уткнулся взглядом куда-то в сторону, изо всех сил избегая прямого контакта:
— Н-нет... Так нельзя.
— Это ещё почему? — Хэ Лан принялся припоминать старые грешки. — Что, платье надеть — теперь преступление?
Ян Цжуань отрицательно качнул головой.
— Или ты не в состоянии это сделать? — снова нажал Хэ Лан.
Секундная заминка — и юноша опять покачал головой.
— Ну вот и всё, — голос Хэ Лана на мгновение прервался, а выражение лица сделалось подчёркнуто грозным: — Или ты на самом деле вовсе не горишь желанием загладить вину? А все твои обещания — так, пустая болтовня?
Ян Цжуань резко вскинул голову, в его голосе проскользнули горячие, тревожные нотки:
— Вовсе нет! Я правда хочу всё искупить!
Хэ Лан замолчал, впившись в него тяжёлым, тёмным взглядом. На его лице будто бы крупными буквами было написано: «Ну и решай сам».
Под этим неослабевающим натиском Ян Цжуань сдался и смущённо пробормотал:
— Хорошо...
Довольный Хэ Лан наконец отступил от багажника и кивнул на коробку:
— Выбирай любое.
Ян Цжуань послушно наклонился, но перед этим вспомнил о своём обещании вернуть деньги:
— Я ещё не накопил всю сумму за платья... Можно я пока отдам половину?
Ему оставалось всего ничего до защиты магистерской диссертации, так что времени на подработки катастрофически не хватало. Пришлось доставать сбережения из новогодних конвертов.
— Ничего не надо, — небрежно бросил Хэ Лан, придумывая отговорку на ходу. — Я найду им применение, так что деньги не потрачены впустую.
Ян Цжуань не стал спорить. Посмотрел на коробку с посылкой и с трудом выдавил:
— А... можно не надевать это в университете? — голос его прозвучал до крайности натянуто. — Не хочу, чтобы меня увидели знакомые.
— Ладно, — чуть подумав, Хэ Лан быстро определился со временем и местом: — Знаешь новый компьютерный клуб возле кампуса? В эту субботу буду ждать тебя там.
— Хорошо, — согласился Ян Цжуань.
Он залез в коробку и при свете фонарей аккуратно развернул платья. Отбросив яркие, броские цвета, остановил выбор на скромном шоколадном наряде.
Хэ Лана такой вариант не устроил. Наклонившись ближе, он протянул руку прямо над плечом парня и принялся сам рыться в коробке. Спустя пару мгновений он выудил нежно-голубое платье с узором «Кролик С Фонариком» и сунул его Ян Цжуаню в руки:
— Наденешь вот это.
Ян Цжуань открыл было рот, собираясь возразить.
— И без разговорчиков. Выбора я тебе не давал, — отрезал Хэ Лан.
Похоже, этого ему показалось мало. Достав из кармана телефон, он залез в корзину галереи, пытаясь отыскать снимок Ян Цжуаня в женском образе. Не найдя его, он тут же скачал приложение для восстановления удалённых данных и вернул фотографию на место.
Открыв кадр во весь экран, Хэ Лан ткнул пальцем в дисплей и тоном, не терпящим возражений, потребовал:
— Причёска и макияж должны быть точно такими же, как здесь.
— Хорошо, — со щеками, пылающими от стыда, отозвался Ян Цжуань.
На дне коробки обнаружился подъюбник, присланный, видимо, каким-то офлайн-магазином. Хэ Лан вытащил и его, впихнув юноше:
— А с этой штукой разберёшься на досуге сам.
Когда он вытаскивал подъюбник, за что-то зацепил остальное содержимое, и из коробки вывалилось нечто небольшое, со скрежетом покатившееся в глубь багажника. Хэ Лан тянулся за спину Ян Цжуаню, пока не подцепил предмет. Оказалось, это маленький розовый ручной вентилятор.
Выглядел он до боли знакомым.
Хэ Лан вглядывался в игрушку пару секунд, пока в памяти не всплыла деталь: именно этот вентилятор таскал с собой парень с ником «Выбери Меня Первой Любовью Я Очень Сладкий» на фестивале комиксов. Вдруг осознав нечто, Хэ Лан с изумлением уставился на собеседника:
— Так тот старшеклассник в очереди у выставочного центра... это был ты?
Ян Цжуань тоже оторопел, а затем честно кивнул:
— Я.
Хэ Лан смерил его пристальным взглядом:
— И зачем ты тогда тайком заявился на комик-кон?
Ян Цжуань невольно поднял на него глаза. Хэ Лан стоял прямо перед ним против света, и его лицо тонуло в тени. Не понимая, с какими чувствами задан этот вопрос, Ян Цжуань слегка шевельнул губами, но в итоге поджал их и соврал, опустив взор:
— Хотел посмотреть, как выглядят остальные.
Поверил Хэ Лан или нет, но расспросы продолжать не стал:
— Ладно, иди к себе. Шао Е и Четвёртый Брат, наверное, ушли недалеко, я им позвоню.
Ян Цжуань с облегчением перевёл дух. Выбравшись из-за багажника со своей охапкой из платья и подъюбника, он обернулся и тихо произнёс:
— До свидания.
И с этими словами ушёл.
* * *
Чтобы освободить субботу для встречи, следующие два дня Ян Цжуань до глубокой ночи просиживал в лаборатории. В результате субботним утром, когда Чжоу Лань уселся делать ему макияж в общежитии, он сразу заметил тёмные круги у него под глазами:
— Что-то ты жёстко недосыпаешь в последнее время.
Ян Цжуань встревожился:
— Что, так заметно?
— Ещё как. Но не дёргайся, — успокоил его Чжоу Лань с невозмутимым видом. — Косметика всё скроет.
Ян Цжуань с удивлением вскинул на него глаза, будто впервые слышал о волшебных свойствах макияжа. Он уже переоделся в то самое нежно-голубое платье. Длинные кружевные рукава, пышный подол, украшенный забавными пухлыми кроликами с фонариками, выглядели мило и игриво.
В комплекте с нарядом шли две ленты для волос из той же ткани с милыми кроличьими мотивами, на концах которых висели крошечные бубенчики. При каждом движении они издавали чистый, звонкий перелив.
Румяна персикового оттенка, немного мерцающих блёсток у внешних уголков глаз — и Чжоу Лань принялся за причёску.
В тот вечер, когда Ян Цжуань вернулся с охапкой женских вещей, Чжоу Лань оказался в комнате и застал его врасплох. Ян Цжуаню ничего не оставалось, кроме как признаться, что Хэ Лан — это и есть Волчий Шаг. На следующий же день Чжоу Лань с перепуганным лицом пытался выведать у него, не перебрался ли сюда Ночь Темна и Ветер Высок.
Узнав, что Шао Е действительно перевёлся в их кампус, Чжоу Лань, первоначально горевший желанием пойти с Ян Цжуанем за компанию в субботу, тут же наотрез отказался куда-либо идти.
И вот сейчас слова Ян Цжуаня выдернули его из воспоминаний:
— Хэ Лан просил сделать такую же причёску и веснушки, как в прошлый раз.
— Нашёл кого слушать, — фыркнул Чжоу Лань. — Что этот гетеросексуал вообще понимает в красоте? Слушай меня. Я не стану рисовать тебе веснушки и плести эти дурацкие косы, но образ выйдет ничуть не хуже прежнего.
Ян Цжуань в тонкостях стилистики не разбирался, поэтому просто замолчал.
Чуть пожалев, что на парик не получится приладить высокий конский хвост, Чжоу Лань завязал ему два низких хвостика, закрепив их лентами с бубенчиками в пышные банты.
Из своей шкатулки он выудил девичий хрустальный чокер в романтическом стиле и застегнул на шее Ян Цжуаня, чтобы прикрыть кадык. Тот поднялся со стула и подошёл к обувной полке у двери, чтобы переобуться в белые парусиновые кеды.
Подъюбник сделал подол платья с высокой талией пышным и объёмным, а корсетная шнуровка на талии облегала так плотно, что тонкая талия парня смотрелась абсолютно по-женски.
Чжоу Лань, помешкав, вытащил откуда-то молочно-белые колготки. С приходом ноября погода наконец-то сменилась на осеннюю: хотя за окном по-прежнему светило яркое солнце, в тонких колготках было ничуть не жарко.
Он всучил их Ян Цжуаню, сперва мысленно прокляв Хэ Лана за то, что тот не докупил нужные аксессуары, а затем авторитетно заявил:
— Пойдёшь с голыми ногами — тебя раскусят в два счёта. Ноги-то не женские. А эти утягивающие колготки идеально формируют силуэт. Надевай, и гарантирую: никто ничего не заподозрит.
Ян Цжуань, залившись краской до самых ушей, забрал колготки и укрылся в ванной, чтобы разобраться, как их натягивать.
Через пять минут дверь открылась. Молочно-белая ткань плотно облегала ноги, делая их стройными, прямыми и длинными. В сочетании с двумя хвостиками и синим платьицем с кроликами образ выглядел безупречно, а бубенчики на лентах весело побрякивали при каждом шаге.
Чжоу Лань невольно облизнул пересохшие губы.
Он только сейчас осознал, что наряжать Ян Цжуаня куда интереснее, чем созданную в игре дочку. От этой мысли его взгляд, устремлённый на юношу, стал ещё более пылким и многозначительным.
Жаль только, что у Ян Цжуаня не нашлось милых туфелек, и пришлось довольствоваться обычными белыми кедами. Сладкие туфельки да с молочными колготочками... Чжоу Лань вновь облизнул губы, выхватил телефон и принялся судорожно вбивать в поиск: «туфли лолита».
* * *
Хэ Лан договорился о встрече на девять утра, но в компьютерный клуб Старика Чэня прибыл уже в половине девятого. Хозяину как раз потребовалось отлучиться на полчаса, и Хэ Лан охотно подменил его за стойкой администратора, оформляя посетителей.
Сегодня он был одет в спортивном стиле: лёгкое худи с капюшоном, спортивные брюки с манжетами — всё новенькое, с иголочки. Он даже успел с утра вымыть голову и принять душ. Лао Чжао, ночевавший в общежитии и вставший среди ночи в туалет, застал его у зеркала за укладкой. Осмотрев его наряд с превеликим изумлением, он с ходу ляпнул:
— Брат Лан, ты что, на свидание с девушкой собрался?
Не успел виновник торжества откреститься, как мимо двери бесшумно проплыл Четвёртый Брат со стаканчиком для чистки зубов и так же искренне изумился:
— Откуда у Брата Лана девушка?
Хэ Лан с загадочным видом вышел из ванной и отвесил Четвёртому ощутимый отцовский лещ по спине:
— Зубы иди чисти.
И вот теперь он со спокойным и вальяжным видом восседал за стойкой. От всей его фигуры будто исходило невидимое сияние, заставлявшее каждого проходящего — и парней, и девушек — невольно сворачивать шею. Вскоре кое-кто даже начал исподтишка доставать телефоны, чтобы сфотографировать красавчика.
Хэ Лан не любил попадать в чужие объективы. Его рука уже потянулась к выдвижному ящику за кепкой, но, вспомнив об уложенных с утра волосах, он пересилил себя и убрал руку.
Ян Цжуань подошёл к клубу минут за десять до назначенного времени. Весь путь от общежития он прошагал, уткнувшись взглядом в землю и до смерти боясь, что кто-то из знакомых его узнает.
К счастью, обошлось. Он благополучно добрался до нового сетевого кафе возле кампуса. Постояв у входа, пока бешено колотящееся сердце немного не успокоилось, и проведя с собой серию психологических тренингов, он наконец толкнул стеклянную дверь.
Но чего он точно не учёл, так это пышности своего наряда: подол платья слегка зажало дверными створками. Ян Цжуань в панике отвлёкся, пытаясь высвободить ткань, поэтому не сразу заметил Хэ Лана за стойкой.
А вот Хэ Лан заметил его сразу.
Перед стойкой как раз стоял парень, желавший снять отдельную кабинку. Хэ Лан лениво откинулся на спинку кресла и требовал у него удостоверение личности. Пока клиент пару секунд копался в поисках документов, Хэ Лан своими глазами наблюдал всю сцену: как Ян Цжуань вошёл и как его платье застряло в дверях.
Тот стоял, опустив голову и выдёргивая край подола. С ракурса Хэ Лана виднелась лишь малая часть его профиля, но он мгновенно узнал юношу.
Заметив, что Ян Цжуань не выполнил его условие и не заплёл так понравившиеся ему густые косы, Хэ Лан слегка нахмурился, и его взгляд скользнул по парню без особого энтузиазма...
Ровно до того момента, пока Ян Цжуань не освободил застрявшую ткань и не повернулся к нему лицом.
Пренебрежение в глазах Хэ Лана мгновенно застыло.
Знакомые черты лица, тут ошибки быть не могло. Но взгляд Хэ Лана невольно скользнул ниже: по нежному, безгрешному макияжу, по длинным хвостикам с синими бантами, по тонким, прямым ногам в молочно-белых колготках, по его...
— Брат? Дружище, ты в порядке? — голос клиента звучал озадаченно и растерянно. — Чёрт, ты паспорт смотреть будешь или как?
Хэ Лан очнулся, чувствуя, как разум окончательно отказывается служить.