Ао Юй вытолкнул вперёд Юнь Чжао, который всё это время пытался оставаться за его спиной:
— Чего прячешься?
Окинув беглым взглядом малышей во главе с Ло Сюэ, дракон обернулся к деве:
— Им потом тоже сшейте по нескольку человеческих нарядов.
Сягуан с улыбкой кивнула и хлопнула в ладоши. В покой вошли ещё несколько бессмертных дев — одна красивее другой. Правда, тискали они бедных кроликов с таким усердием, что у тех на мордочках читалась полная покорность судьбе.
Ао Юй к подобному зрелищу давно привык. Эти духи-мастерицы шили наряды для высшей знати и бессмертных владык, а заказчики попадались привередливые — врагу не пожелаешь. Вот и приходилось бедняжкам снимать стресс, тиская пушистую живность.
Юнь Чжао, прекрасно понимавший, каково это — угождать придирчивым заказчикам, проникся к рукодельницам искренним сочувствием. Посмотрев на сжавшегося в уголке У Му и несчастных кроликов, он лишь вздохнул: что ж, придётся малышам немного потерпеть ради общего блага.
— Для начала снимем мерки, — промолвила Сягуан.
Она обошла Юнь Чжао со всех сторон, критически оценивая фигуру, а затем ловко пустила в ход мягкую ленту, на ходу называя цифры.
Когда черёд дошёл до талии, Юнь Чжао незаметно втянул живот, но Ао Юй тут же бесцеремонно ткнул его пальцем, испортив весь манёвр.
— Зачем животом притворяешься? — с усмешкой поддел его дракон. — Когда уплетал всё подряд, о талии что-то не думал.
Лицо Юнь Чжао мгновенно вспыхнуло:
— Ты вообще-то ел не меньше моего!
— Так я и не толстею.
Ао Юй небрежно примерил ширину его талии пальцами и на глаз назвал Сягуан нужную цифру.
Дева с хихиканьем занесла данные в свиток кистью и успокаивающе подмигнула юноше:
— Не переживайте, господин, фигура у вас замечательная! А уж в моих нарядах вы и вовсе будете неотразимы.
Смущённый Юнь Чжао лишь тихонечко пробормотал слова благодарности.
Как только измерения закончились, Сягуан подала знак, и вперёд выступили две бессмертные девы в золотисто-жёлтых платьях.
Достав из пространственных мешочков образцы тканей и украшений, они заставили ими весь стол.
— Что касается тканей, я принесла шёлк Небесного Шелкопряда, русалочий шёлк, парчу Облачного Сияния... — напевно заговорила Сягуан. — Мех для плаща тоже хорош, хотя, если господин пожелает нечто совсем изысканное, придётся немного подождать...
Ао Юй поджал губы и вскинул на неё тяжёлый взгляд. Голос мастерицы осёкся сам собой.
Постучав длинными пальцами по столешнице, дракон разглядывал предложенный мех, и его тон заметно похолодел:
— Что такое? Пожалела пух серебряного журавля?
На лбу Сягуан выступила испарина. Заигравшись с пушистыми зверушками, она совсем забыла, насколько крут и требователен этот Божественный владыка.
Склонившись в изящном поклоне, она поспешила оправдаться:
— Простите, Владыка! На днях приходили посланники бессмертных родов, готовили наряды к пышному празднеству — они-то и забрали все запасы без остатка...
Видя, что Ао Юй всё ещё хмурится, Юнь Чжао поспешил сгладить неловкость:
— Да ничего страшного! То, что на столе, тоже очень красиво.
Ао Юй досадно цыкнул и поманил его к себе, усаживая рядом:
— Никакого чувства собственного достоинства, — буркнул он вполголоса.
Юнь Чжао лишь смущённо улыбнулся. Главное — одежда новая будет, а выставлять непомерные требования он не привык.
Ао Юй сделал короткий жест, разрешая Сягуан продолжить. Мастерица облегчённо перевела дух.
Кто бы мог подумать, что грозный Владыка так легко сменит гнев на милость! Похоже, молодой суженый имел на дракона куда большее влияние, чем казалось со стороны.
— Ах, чуть не забыла! — Сягуан достала изящную шкатулку из цветного стекла. Внутри располагались десятки мелких ячеек с образцами фурнитуры и украшений.
Она поднесла шкатулку ближе, демонстративно выкладывая всё перед Ао Юем:
— Владыка, взгляните! Это самая последняя поставка. Помимо драгоценных золотых и серебряных нитей, здесь есть жемчуг из Озера Фуцинь, пятицветный шёлк паучьей девы, перламутр из Южного моря...
У Юнь Чжао от такого изобилия рябило в глазах, а вот Ао Юй с полным знанием дела принялся подбирать сочетания.
Он заставил Юнь Чжао подняться и, потянув за рукав, вынудил растерянного юношу повернуться вокруг своей оси.
— Сшейте по шесть комплектов на каждый сезон, — распорядился Ао Юй. — Три тёплых плаща с капюшонами. И несколько пар обуви отдельно — такой, чтобы удобно было ходить на духовные поля.
Кисть Сягуан, стремительно выводившая иероглифы, на мгновение замерла.
— На... духовные поля? — переспросила она с изумлением.
Юнь Чжао неловко указал рукой в сторону задней гряды:
— Ну да, я иногда наведываюсь проверить посевы...
Поняв, в чём дело, Сягуан с уважением кивнула.
В течение следующих получаса Ао Юй подробнейшим образом разбирал каждую деталь будущих нарядов — от узоров вышивки до сплава для поясных бляшек.
Бессмертные девы сбились с ног, прикладывая ткани к Юнь Чжао и наперебой предлагая варианты, но дракону достаточно было одного лёгкого движения головы, чтобы отвергнуть очередной эскиз.
Ло Сюэ с нескрываемым сочувствием наблюдал за тем, как список требований разрастается до невероятных размеров, и шепнул на ухо У Му:
— Господин Ао Юй уж слишком придирчив...
У Му и Сюнь Ян с видом полной солидарности закивали.
Юнь Чжао и представить не мог, что дело дойдёт даже до заколок и поясов.
— Не слишком ли много? — тихо поинтересовался он.
Ао Юй бросил на него короткий взгляд и отпил чаю, прочищая горло:
— В самый раз. Как всё пошьют, выбросишь своё прежнее тряпьё, глаза б мои его не видели.
«Нормальная у меня одежда, вовсе не уродская...» — мысленно возразил Юнь Чжао, едва заметно поджав губы.
Когда Ао Юй наконец закончил с указаниями, мастерицы одновременно выдохнули с облегчением.
Однако дракон на этом не остановился: он достал из своего пространственного мешка резную нефритовую шкатулку и открыл крышку. Сягуан любопытно заглянула внутрь и ахнула:
— Перо Иссиня-Чёрного Золота!
Этот мягчайший пух, согревавший грудь редчайших птиц Уцзинь, был способен защитить владельца от любых ядовитых миазмов. Во всём Мире Линсю он ценился на вес золота, и бессмертные почли бы за счастье соткать из него защитное облачение.
Ао Юй лишь поморщился от её громкого возгласа и сунул шкатулку рукодельнице:
— Отошьёте этим пухом оторочку капюшона на плаще. Смотрите, с другим мехом не мешайте, вид испортите.
Сягуан дар речи потеряла. С трепетом приняв шкатулку, она спрятала драгоценность и мысленно сокрушилась: каково немыслимое транжирство!
У Му и остальные уж решили, что истязание окончено, но Ао Юй небрежно добавил:
— Обоим духовным котам сшейте по пять комплектов для их человеческих обличий. А что до Сюнь Яна... Сделайте ему пару слюнявчиков, чтобы во время еды шерсть не пачкал.
Сюнь Ян онемел.
Приняв человеческий облик, У Му с понурой головой поплёлся отдаваться на растерзание девам. Ло Сюэ выходить не решался: он тихонько отполз за спину Сюнь Яна, надеясь укрыться за густой песьей шерстью.
Однако мастерицы тут же обступили котёнка, принявшись наперебой ласкать его и ворковать. Услышав с десяток «ах, какой миленький крошка» и «какой пушистый лапочка», Ло Сюэ окончательно потерял волю и покорно встал в один ряд с У Му.
Юнь Чжао перевёл дух. Поняв, что суета затянется ненадолго, он засучил рукава и отправился на кухню.
Там, забившись по углам, прятались соплеменники Маленького Чёрного Кролика. Увидев юношу, они облегчённо прижали лапки к груди.
Юнь Чжао ухмыльнулся:
— Вы чего так перепугались?
— Господин Юнь Чжао, — выдохнули кролики с бесконечной тоской, — когда тебя без конца гладят и тискают, это ужасно утомляет!
Юнь Чжао не нашёлся, что ответить.
Заглянув в систему, он приобрёл необходимые ингредиенты и решил испечь домашнее печенье.
Кролики, чтобы не сидеть без дела, дружно облепили стол, помогая взбивать сливочное масло с сахарной пудрой.
— Господин, мы делаем булочки? — поинтересовался один из ушастых.
— В этот раз нет, — ответил Юнь Чжао, вливая взбитые яйца. — Нас ждут печенья. Поверьте, выйдет не менее вкусно.
Услышав это, пушистые помощники с удвоенным усердием взялись за работу: в кулинарных талантах своего покровителя они ещё ни разу не усомнились.
Доведя массу до нужной консистенции, Юнь Чжао просеял муку, снова всё вымешал и взялся вымешивать тесто руками.
Заметив, с каким нескрываемым восторгом за его движениями наблюдают зверушки, он отщипнул несколько кусочков и раздал им: пусть развлекутся.
Когда тесто стало гладким и шелковистым, он раскатал его скалкой и достал заранее припасённые формочки.
Они были самыми разными: в виде цыплят, котят, крольчат... Юнь Чжао постарался вырезать каждого вида понемногу.
Обрезки теста он снова собрал, скатал в колбаску, нарезал небольшими кусочками, сформировал шарики и слегка прижал ладонью.
Выложив заготовки на противни, он отправил их в печь. Прошло всего минут десять, как по кухне поплыл аппетитный, сливочно-сладкий аромат.
Достав готовое угощение, Юнь Чжао отложил две тарелки кроликам, а остальные собрал на поднос, чтобы угостить бессмертных дев.
Но едва он шагнул во двор, как от изумления застыл на месте.
Похоже, мерки с малышей уже сняли. У Му, не в силах больше изображать послушного ребёнка, стоял посреди двора с невероятно мрачным видом.
Вокруг талии мальчугана была повязана мягкая верёвка. Проследив за ней взглядом, Юнь Чжао обнаружил, что второй её конец завязан на Сюнь Яне.
Золотистый пёсик покорно сидел на земле, а на его мордашке красовались два ярких розоватых пятна румян — сомнений не было, тут поработали бессмертные мастерицы.
Тем временем Сягуан с подругами весело скакали через натянутую верёвку. Юнь Чжао ошеломлённо моргнул: да они же в резиночку прыгают!
Ло Сюэ, судя по всему, снова обратился в белого котёнка и юркнул под полы длинного халата Ао Юя. Лишь торчащий наружу пушистый кончик хвоста выдавал его укрытие.
Юнь Чжао с улыбкой качнул головой и направился к столу.
Не успел он сделать и пары шагов, как Сягуан повела носиком, втягивая воздух:
— Ой, чем это так вкусно пахнет?
Девы мгновенно бросили своё занятие и обернулись.
Юнь Чжао поставил тарелки с выпечкой на стол и дружелюбно пригласил:
— Я только что испек печенье, оно ещё тёплое. Попробуйте!
Сягуан с радостным щебетом подскочила ближе. Бросив быстрый взгляд на Ао Юя и убедившись, что тот не против, она смело отправила хрустящий кусочек в рот.
Печенье оказалось невероятно нежным: рассыпчатым, с насыщенным сливочным вкусом и мягкой сладостью. Сягуан зажмурилась от удовольствия — ей мгновенно захотелось свернуться в кресле-качалке и смаковать этот вкус без всякой спешки.
Остальные мастерицы тут же обступили стол, ахая от восторга.
— Ой, глядите, у меня в форме кролика! — радостно воскликнула одна.
— А у меня кошачья лапка!
— И цыплёнок есть!
Девы с умилением рассматривали фигурки, даже не решаясь их съесть.
Юнь Чжао взял печенье в виде собачки и протянул Сюнь Яну. Тот аккуратно подхватил угощение зубами, улёгся на траву и бережно зажал фигурку передними лапами.
Склонив голову набок, пёсик долго разглядывал подарок, никак не решаясь проглотить.
Юнь Чжао погладил его по лохматой голове:
— Ешь, не бойся, у меня ещё много. Если захочешь, я тебе хоть каждый день печь буду.
Сюнь Ян тихонько тявкнул, ткнулся носом в ладонь юноши и наконец с наслаждением отправил выпечку в рот.
Наблюдавшая за этой картиной Сягуан про себя вздохнула.
Совсем недавно, когда Ао Юй с таким въедливым, дотошным вниманием подбирал юноше наряды, все девы втайне завидовали Юнь Чжао: какова удача — привлечь благосклонность столь высокомерного Владыки!
Она искоса взглянула на Ао Юя, который с невозмутимым видом попивал чай, закусывая выпечкой, и мысленно цыкнула.
Завидовать-то, оказывается, надо было самому Владыке! Такого чудесного спутника жизни ещё поискать.
Завершив приятное чаепитие, Сягуан с подругами неохотно начала собираться в обратный путь.
Юнь Чжао насыпал оставшиеся печенья в холщовые мешочки и вручил мастерицам на дорогу. Сягуан едва ли не со слезами умиления расточала благодарности.
Когда бессмертные девы удалились, Юнь Чжао вдруг вспомнил:
— Ао Юй, а себе ты одежду заказывал?
Дракон кивнул:
— Разумеется. Мои мерки им давно известны, сошьют из привычных тканей.
— Но... они же даже плату не взяли! — удивился юноша. — Столько работы, и даже залога не попросили?
Ао Юй лениво зевнул, подперев щёку кулаком:
— Я в своё время добыл для них немало редчайших ингредиентов. С тех пор за пошив они с меня денег не берут, разве что символическую плату за выезд.
— Но мы ведь и её не заплатили, — растерялся Юнь Чжао. — Неужели они взяли печеньем?
— Вовсе нет.
Ао Юй ткнул пальцем в сонно клевавшего носом У Му, и в его глазах блеснуло искреннее довольство:
— Я всего лишь пообещал, что они смогут даром натискать кота. Вот они и прилетели.
Юнь Чжао лишился дара речи.
Он перевёл взгляд на чёрного котёнка, покрытого от ушей до хвоста отпечатками помады, и проникся к несчастному безграничным сочувствием.