В комнате Ао Юй всем своим драконьим тельцем утопал в мягкой подушке. Проспав целый день, он ничуть не устал, а потому, улегшись кверху брюхом, от нечего делать лениво помахивал серебристо-белым хвостом.
— Ао Юй!
Дверь с громким стуком распахнулась. Дракончик повернул голову: в проёме стоял Юнь Чжао, накинувший лишь тонкую повседневную рубаху.
Иссиня-чёрные волосы юноши были распущены, и с влажных прядей на ковёр капала вода, оставляя тёмные расплывчатые пятна. Легкая ткань, ещё хранящая пар тёплого источника, от влаги прилипла к груди, отчетливо обрисовывая изящные контуры тела, а сквозь тонкие складки слегка просвечивали розоватые точки.
Ао Юй сам не понял, почему перед его взором вдруг возникли алые цветы сливы, расцветшие на заснеженной горе Куньлунь. Его аккуратные, похожие на тёплый нефрит рожки в то же мгновение налились густым румянцем.
«Бесстыдник!»
Ао Юй уткнулся мордочкой в мягкую подушку, но не успел он и рта открыть, чтобы отчитать дерзкого горного духа, как Юнь Чжао бережно обхватил его голову ладонями.
Глядя, как нежные губы приближаются всё ближе, и ощущая на рожках его теплое дыхание, Ао Юй поджал когтистые лапки и невольно зажмурился.
И тут над самым ухом раздался радостный возглас:
— Ао Юй! Ло Сюэ принял человеческий облик!
—?
Дракончик недовольно разомкнул веки. Юнь Чжао предстал перед ним с крайне изумленным видом и вовсю жестикулировал:
— В общем, Ло Сюэ свалился в воду, я кинулся его вытаскивать, а выудил... мальчишку! Представляешь? У него ещё ушки и хвост остались!
Юнь Чжао приложил ладони к своей голове, изображая ушки:
— Самые настоящие кошачьи уши!
* * *
Ао Юй и сам не знал, чего он только что ждал, а потому от досады и смущения снова уткнулся носом в подушку.
Юнь Чжао растерянно склонил голову набок:
— Ао Юй? Ты чего?
Из глубин мягкой подушки донесся глухой, раздраженный голос:
— Дубина! Он же духовная кошка, рано или поздно он обязан был переродиться в человека!
— Вот оно как... — пробормотал Юнь Чжао.
Он-то грешным делом думал, что Ло Сюэ навсегда останется маленьким котёнком.
Погруженный в свои мысли, юноша вдруг хлопнул себя по лбу: от неожиданности он совсем забыл о Ло Сюэ, оставшемся в купальне!
Юнь Чжао торопливо бросился обратно и застал в бассейне беловолосого мальчугана с кошачьими ушками. Тот сидел в тёплой воде, а на его макушке устроилась маленькая жёлтая уточка.
Увидев вернувшегося Юнь Чжао, Ло Сюэ захлопал круглыми глазами, мгновенно наполнившимися слезами. Тяня к нему пухлые ручонки, малыш обиженно пролепетал:
— Братец... возьми на ручки...
Ло Сюэ прожил у Истинного человека Кунмина несколько десятилетий, превратившись из совсем крошечного комочка в просто маленького кота. Он съел неисчислимое количество драгоценных духовных трав и эликсиров, но принятие человеческого облика ему так и не давалось. Хотя Кунмин ничего ему не выговаривал, но, глядя на него, каждый раз со вздохом качал головой.
Ло Сюэ уже смирился с тем, что никогда не сможет стать человеком. Однако только что волна животворного тепла прилила из нижнего даньтяня и растеклась по всему телу — и желание преобразиться вспыхнуло мгновенно.
Но едва он обратился, как братец Юнь Чжао, всегда такой ласковый и заботливый, вдруг взял и убежал!
— Ну-ка, давай я тебя подниму.
Юнь Чжао улыбнулся и бережно выловил мальчугана. Завернув его в мягкую сухую ткань и вытерев насухо, он принялся одевать малыша. И тут услышал тихий, неуверенный шепоток:
— Братец... я в человеческом облике очень уродливый, да?
Юнь Чжао от изумления поднял глаза. Обратившийся Ло Сюэ был прехорошеньким ребенком с точеными чертами лица и большими, сияющими кошачьими глазами. Любой, увидев его, с трудом удержался бы от желания потрепать его за пухлые щечки.
— С чего ты взял? Ты у нас самый милый и красивый мальчик!
— Но... — Ло Сюэ покачал головой и, смущенно болтая пухлыми ножками над водой, с сомнением пробормотал: — Я слышал, как старшие духи в горах говорили, что настоящий демон в любом облике должен быть высоким и могучим... А про меня они сказали, будто я сижу, точно две сложенные паровые пампушки...
Юнь Чжао потерял дар речи.
Просушив его шелковистые белые волосы, он принялся с терпением наставлять малыша:
— Ты ведь духовная кошка. Вот вырастешь в огромного, статного кота, и никто больше не посмеет над тобой смеяться.
Юнь Чжао приложил немало усилий, пока на насупленном личике Ло Сюэ вновь не заиграла улыбка. Когда он понес его в обитель божественных зверей, мальчик уже сладко посапывал у него на руках.
Плетенная из бамбука корзинка, служившая ему прежде лежанкой, теперь явно не подходила. Недолго думая, Юнь Чжао зашел в игровой магазин и за пятьсот бессмертных камней приобрел [Драгоценное ложе для детёнышей].
Бело-розовое резное ложе покрывали пышные мягкие перины, а вокруг уютно расположились подушечки в форме котят. Юнь Чжао остался невероятно доволен покупкой.
Едва он уложил Ло Сюэ и подоткнул одеяло, как в голове раздался веселый перезвон системных уведомлений:
[Поздравляем! Малыш из клана духовных кошек по имени Ло Сюэ успешно принял человеческий облик! Награда: 500 бессмертных камней.]
[Уровень удовлетворенности представителя клана духовных кошек Ло Сюэ достиг 50%. Поток духовной энергии, поступающий в систему духовных жилок горы Юймин от данного объекта, удвоен! Настоятельно рекомендуем хранителю поддерживать достигнутый результат.]
Юнь Чжао развернул интерфейс системы и убедился: шкала над иконкой с изображением кота действительно заполнилась ровно наполовину.
— Какая же ты неприхотливая котишка, — тихо прошептал Юнь Чжао, глядя на спящего малыша, сжимавшего в объятиях игрушечного кролика.
Он не удержался, мягко ткнул пальцем его в пухлую щечку и лишь затем тихонько покинул комнату.
* * *
На следующее утро Ао Юй неторопливо потянулся, выгибая спину, и, широко раскрывши пасть, издал совсем не аристократический зевок. Повернув голову, он посмотрел на спящего Юнь Чжао. Юный горный дух все еще витал в царстве сновидений, и у уголков его глаз проступали едва заметные алые тени.
Ао Юй пристально вглядывался в его лицо, пока его светло-золотистые глаза задумчиво не сузились. А потом... наотмашь хлестнул Юнь Чжао хвостом по щеке!
— М-м-м... — Юнь Чжао потирал ушибленное место, сонно похрюкал и снова уткнулся носом в подушку.
Ао Юй приподнял голову, подобрался поближе и несколько мгновений не сводил взгляда с порозовевшей щеки Юнь Чжао. Затем нагнулся и слегка лизнул её шершавым язычком...
Когда Юнь Чжао окончательно проснулся и поднялся с постели, Ао Юй уже восседал на чайном столике. Маленький Чёрный Кролик, дрожа от страха, наливал ему пить и, сжимая пиалу мохнатыми лапками, пододвигал ее к драконьей мордочке. Заметив хозяина, кроль с облегчением перевел дух, опустил чашку и метнулся вон из комнаты — ухаживать за посевами.
— Проголодался? — спросил Юнь Чжао, усаживая дракончика к себе на плечо.
Ао Юй ничего не ответил, лишь слегка потерся зачесавшимися рожками о его висок.
Юнь Чжао сразу понял намек дракончика и, накинув верхнюю одежду, направился в кухню.
Вчера на ярмарке он накупил много свинины. Достав кусок свежего сала, он нарезал его кубиками, высыпал в котел и влил немного воды. В процессе вытапливания белоснежное сало выжималось и уменьшалось, превращаясь в золотистые шкварки, а кухню заполнил густой аппетитный аромат.
Юнь Чжао подцепил пальцами один румяный кусочек, осторожно подул на него и поднес к мордочке дракончика.
Ао Юй брезгливо отвернулся. С какой стати высшее божество должно питаться бросовыми выжарками?!
Юнь Чжао, не обращая внимания на его отнекивания, бесцеремонно отправил шкварку дракону прямо в пасть:
— Попробуй, это безумно вкусно!
«Дерзкий мальчишка! Пхает божественному дракону в рот всякую дрянь!»
Ао Юй, недовольно прищурившись, сжал челюсти и сделал пару пробных укусов. Вдруг он замер, еще немного пожевал, распробовал и со смаком проглотил кусочек.
— Ну что, я ведь не соврал? — улыбнулся Юнь Чжао, по молчанию поняв, что угощение пришлось по вкусу.
Ао Юй сделал вид, что игнорирует его, однако серебристый хвост принялся нетерпеливо похлопывать Юнь Чжао по спине, точно торопя скорее готовить завтрак.
Не теряя времени, Юнь Чжао вычистил свежую рыбу, обжарил кости на свином жиру до золотистого хруста, влил воды и засыпал рис. Когда бульон закипел, он добавил тонко нарезанную филейную мякоть и соломку из имбиря, оставив кашу томиться на медленном огне. Пользуясь минутой, он сорвал с духовной грядки сочный кочан капусты, наломал его крупными кусками и отправил в раскаленный вок вместе со шкварками.
Освежающий аромат капусты смешался с аппетитным шкворчанием жира, привлекая к дверям кухни нескольких ушастых демонов-кроликов. Те то и дело любопытно засовывали носики внутрь. Заметив гостей, Юнь Чжао увеличил порцию и позвал всю братию на совместную трапезу во дворик звериного общежития.
Ло Сюэ еще толком не освоился со своим новым телом и в силу возраста плохо управлял духовной энергией, поэтому белоснежные кошачьи уши и пушистый хвост всё еще оставались на виду. Одежды подходящего размера у Юнь Чжао не нашлось, и ему пришлось скрепя сердце потратить в игровом магазине ещё пятьсот бессмертных камней на несколько детских комплектов.
Маленький Ло Сюэ обладал поистине зверским аппетитом. Из огромной миски с рыбной кашей он в одиночку смолотил четыре или пять чашек.
Облизывая губы, малыш с теплотой думал о еде. На горе у Истинного Кунмина слуги, не желая возиться с готовкой, сплошь кормили его сырым мясом. Со временем даже самые сочные куски стали вызывать у него лишь отвращение.
«Глупая кошка», — мысленно фыркнул Ао Юй. Повиливая хвостом, он с чинным видом вкушал рыбную кашу из ложки с рук Юнь Чжао. Настоящему божественному зверю надлежит держать себя с безупречной грацией — брать пример с него!
* * *
Тем временем в своем поместье на Парящей Бессмертной горе Истинный человек Кунмин буквально не находил себе места. Вообще-то он привык странствовать по свету и редко уделял внимание питомцам, но стоило отдать кота на присмотр, как душевное спокойствие его покинуло.
Молодой хозяин клана драконов издавна славился скверным нравом, и Кунмин опасался, как бы тот не обидел Ло Сюэ. Но еще больше он боялся, что малышу там так понравится, что он вовсе забудет своего прежнего хозяина. Вспоминая слова Юнь Чжао, бессмертный сомневался: дай Ло Сюэ волю, захочет ли он вообще возвращаться?
— Эх, помнит ли еще обо мне Ло Сюэ... — сокрушённо вздыхал Кунмин, прохаживаясь с заложенными за спину руками под кроной раскидистого баньяна.
Вдруг из густой листвы высунулась черная кошачья мордочка. Золотистые глаза-щелки уставились на спину Кунмина. Припав к ветке и затаив дыхание, зверь силой оттолкнулся задними лапами и с размаху приземлился прямо ему на макушку!
— Ч-что за нечисть?! — ахнул Кунмин. Голова его резко потяжелела, мягкие мохнатые лапы заслонили обзор, и он отчаянно замахал руками.
— Мяу!
— У Му!
Кое-как оторвав кота от своей головы, Истинный человек Кунмин обнаружил, что его аккуратная прическа превратилась в разворошенное птичье гнездо.
Сжатый за передние лапы черныш ничуть не испугался. Окинув старика дерзким взглядом, он с милой невинностью наклонил головку и издал тихий жалобный писк.
Сердце Кунмина тут же растаяло. Он подобрал этого черного кота вместе с Ло Сюэ, но их характеры отличались как небо и земля. У Му отличался неукротимым нравом и целыми днями дичал в горах, так что хозяин видел его от силы пару раз в год.
Помятуя о том, что игривость — естество кошачьей породы, Кунмин вздохнул и разжал пальцы. Обретший свободу У Му первым делом принялся со знанием дела умывать растрепанную шерстку, косясь на хозяина. А затем, улучив момент, прыгнул и с отмаши съездил лапой прямо по носу Кунмина!
— У Му! Ах ты мелкий паршивец! — взревел Кунмин, пытаясь сцапать обидчика.
Кот с ловкостью уворачивался, виляя между стволом и ветками. В его янтарных глазах азартно сверкали искры — погоня доставляла ему истинное удовольствие.
Когда запыхавшийся Истинный человек Кунмин после нескольких неудачных прыжков свалился под дерево перевести дух, У Му легкой тенью перемахнул ему на плечо, свесив длинный угольный хвост на грудь хозяина.
— Эй, старик, а куда делся Ло Сюэ? — человеческим голосом поинтересовался У Му.
Истинный Кунмин с трудом перевел дыхание и, посмотрев на сидящего на плече нахала, пришел к внезапному решению.
* * *
С его последнего визита на гору Юймин прошло совсем немного времени, однако Кунмину показалось, будто сам воздух здесь стал чище и духовнее.
— Старик, а Ло Сюэ правда здесь? — сидящий за пазухой кот цеплялся когтями за его длинную бороду, с любопытством вертя головой.
Морщась от боли, Кунмин осторожно взял наглеца за загривок:
— Здесь он, здесь! Уймись ты наконец!
Подойдя к главному чертогу, Истинный человек Кунмин не застал Юнь Чжао. Зато его тут же облепила стайка ушастых кроликов-демонов, наперебой защебетавших:
— Господин Юнь Чжао со всеми ушёл на задний двор!
— На задний двор?
Прижимая к себе У Му, Истинный человек Кунмин направился вслед за кроликами. Миновав аллею плакучих ив, он раздвинул раскидистые ветви и замер от изумления.
Юнь Чжао, согнувшись в три погибели, с ловкостью скручивал зрелые кочаны капусты и с размаху швырял их себе за спину. А стоящий позади него беловолосый мальчуган с кошачьими ушками ловко подхватывал их и с пыхтением таскал к огромным плетёным корзинам, подставленным кроликами.
Чем дольше Кунмин всматривался, тем больше терял дар речи. Измазанный с ног до головы в грязи мальчуган был не кем иным, как его собственным котом, который за несколько десятилетий так и не сумел принять человеческий облик!