— Ао Цин!
Едва прослышав, что на гору прибывает новый божественный зверь, детвора из любопытства гурьбой высыпала к воротам. Завидев стоящего под деревом мальчугана, они радостно закричали.
У Му и Лэ Хуан бросились к нему со всех ног:
— Ты так быстро добрался!
Ао Цин кивнул:
— Угу.
Он подхватил Ло Сюэ, который мчался так быстро, что едва не скатился по ступеням, после чего повернулся к сопровождающим:
— На этом всё, можете возвращаться.
Слуги поклонились и, вручив Юнь Чжао пространственный мешочек, один за другим удалились.
Развязав завязки, Юнь Чжао заглянул внутрь: мешочек доверху забили духовными камнями и драгоценностями — золотой блеск аж глаза заслепил.
— Это плата за содержание, — пояснил Ао Цин.
В сознании Юнь Чжао раздался ленивый голос Системы:
[Поздравляем Хозяина! Лазурный Дракон поступил в детский сад. Эффект питательного воздействия на духовную жилу горы Юймин превышает показатели прочих божественных зверей!]
«Эффект лучше?» — Юнь Чжао удивлённо вскинул бровь. Видимо, сработал бонус за родственную связь...
Ребятня, сияя от восторга, дружной оравой повела Ао Цина наверх. У Му, задрав хвост трубой, вовсю хвастался местными достопримечательностями:
— Видишь эти цветы? Их твой брат пересадил и подарил Юнь Чжао. Без спросу не рви — разозлится! Во дворе есть горка и качели, катайся сколько влезет. А ещё на полдник сегодня пирожные с османтусом! Спать будем в спальне; если боишься темноты, передвигай кроватку к нашему с Ло Сюэ лежаку...
Юнь Чжао лишь тихо усмехался. Малыши так долго ходили понурыми, а теперь наконец ожили и приободрились.
Стоило им войти во двор, как навстречу попался Ао Юй, только что вернувшийся с тренировки. Едва завидев Ао Цина, он слегка нахмурился:
— Ты как здесь оказался?
Заметив, как смутился мальчик, Юнь Чжао поспешно заступился:
— Ао Цина прислали к нам в детский сад.
— Вот как? — В глазах Ао Юя промелькнуло недоверие. — И Повелитель Драконов дал согласие?
Ао Цин нервно потёр пальцами золотое шитьё на рукаве, бросил короткий взгляд на старшего и уставился на камешки под ногами:
— Повелитель разрешил. Но с условием: каждый месяц я должен возвращаться в Земли Драконов для проверки. Если успехов не будет, меня заберут обратно.
— Эх-ма... — сочувственно протянул У Му, но тут же воодушевился: — Да не беда! Будешь каждый день ходить на тренировки вместе с братом, Сюнь Ян ведь тоже ежедневно занимается!
Сюнь Ян кивнул и весело замахал хвостом.
Ао Цин поднял глаза на холодного, неприступного брата и поджал губы:
— Брат... я хочу задержаться на горе Юймин. Можно мне тренироваться с тобой?
Юнь Чжао тоже перевёл взгляд на дракона. Почти уверенный, что тот просто проигнорирует просьбу, он неожиданно услышал спокойный голос повернувшегося Ао Юя:
— Дело твоё. Главное — под ногами не путайся.
— Мяу!
— Пи-пи!
Получив одобрение Ао Юя, зверята с радостным писком и гвалтом обступили мальчика. На обычно сдержанном лице Ао Цина тронулась тень улыбки, и он чинно сложил руки в приветствии:
— Благодарю, брат.
Юнь Чжао не удержался от улыбки, глядя на такую показную важность, и замахал руками, отправляя ребятню играть. Сам же отправился в спальню — готовить постель для нового воспитанника.
Забрав из рук подошедшего Ао Юя свежее одеяло, Юнь Чжао заметил, что дракон то и дело косится в окно. Выглянув наружу, он увидел, как У Му с хохотом катится с горки вместе с Ао Цином.
— На Ао Цина смотришь? — поинтересовался Юнь Чжао.
Встретив лукавый взгляд юноши, Ао Юй недовольно насупился:
— Ну нужен он мне, разглядывать его ещё...
Юнь Чжао не стал с ним спорить и, поправляя перину, беспечно отмахнулся:
— Ну да, ну да, конечно не смотрел...
Ао Юй лишь холодно фыркнул. Шагнув ближе, он внезапно подался вперёд и ощутимо прикусил юношу за щеку. После чего, спрятав руки в широкие рукава, гордо удалился из комнаты, оставив Юнь Чжао в полном ошеломлении оглаживать свежий след от зубов.
«У дракончика, как обычно, семь пятниц на неделе... Но кусаться-то зачем?»
Ближе к вечеру, стоит Юнь Чжао переступить порог спальни, как его тут же облепила голодная орава. Маленький Феникс Лэ Хуан, нисколько не стесняясь своего аппетита, задрал клюв и требовательно пискнул:
— А что у нас на ужин?
Размышляя на ходу, Юнь Чжао направился к кухне. За ним вереницей потянулся целый отряд божественных зверят — зрелище вышло весьма внушительным. Оглядев запасы, он решил приготовить острый самовар Мала Сянго.
Кролики натащили кучу свежих овощей, да и морепродуктов с мясом в кладовой хватало с избытком — ничего докупать не требовалось, как раз представился случай припасы подчистить.
Закатав рукава, Юнь Чжао принялся за дело. Ао Цин, озираясь по сторонам, удивлённо спросил:
— Ты готовишь один? А где же слуги?
— На горе Юймин нет слуг, — Юнь Чжао очистил початок кукурузы от рылец и шелухи и сноровисто порубил его на крупные кругляши. — Хотя, если подумать... Крольчата сойдут за помощников, на них тут держится почти всё хозяйство.
Заметив ошарашенное лицо мальчика, он не удержался от смешка:
— Что такое?
Ао Цин помедлил и серьезно спросил:
— Чем я могу помочь?
Он никак не ожидал, что весь процесс готовки лежит на плечах Юнь Чжао, а сидеть сложа руки и ждать угощения его воспитание не позволяло.
Вообще-то Ао Юй и Бай Цзэ тоже иногда порывались помочь, но обычно от них было больше хаоса, чем пользы, так что в итоге их с треском выставляли за дверь. Юнь Чжао всунул смущённому дракончику горсть конфет и мягко подтолкнул к остальным:
— Да брось, тут не с чем помогать. Иди лучше погуляй с ребятами.
У Му вскочил на подоконник и похлопал лапой по доскам:
— Ао Цин, хватит там мняться! Двигай сюда, отсюда удобнее всего просить снятие пробы!
Юнь Чжао усмехнулся и слегка щелкнул котёнка по лбу. У Му тут же цапнул его палец обеими лапами и шутливо прикусил.
Тем временем кролики притащили целую гору свиных рёбрышек и свежих морепродуктов. Закончив шутить, Юнь Чжао вымыл руки и принялся за работу. Рёбра нарезал и бланшировал в кипятке. У крупных, величиной с ладонь, морских креветок срезал усики и лапки, после чего аккуратным надрезом вдоль спинки удалил кишечную вену.
Раньше он не возился так долго, но однажды маленькая птичка Феникс попыталась сглотнуть креветку целиком и поранила язык об острый шип на панцире. Чтобы беда не повторилась, Юнь Чжао с тех пор уделял подготовке ингредиентов особое внимание.
Пока он закончил с креветками, крольчата успели намолоть пряностей и, пыхтя от усердия, выловили из кипятка шумовками рёбрышки и овощи. Юнь Чжао вытопил жир из нескольких ломтиков грудинки и обжарил в нём рёбра, креветки и соломку из картофеля до аппетитной золотистой корочки.
Хрустящие картофельные брусочки так и манили своим видом. Подув на пару горячих ломтиков, юноша протянул их через окно поджидающей дежурной группе. У Му подхватил добычу и щедро поделился с Ао Цином:
— Ну что, я же говорил! Дежурить у окна — самое прибыльное дело! — промурчал котёнок, уплетая картошку за обе щеки.
Ао Цин осторожно попробовал угощение и тихо кивнул:
— Угу.
Юнь Чжао высыпал в вок пряности и сушеный перец. Когда над маслом поднялся пряный аромат и оно окрасилось в ярко-алый цвет, он вывалил в казан все подсушенные заготовки и прибавил огонь.
— Пора накрывать на стол! Несите пиалы! — крикнул он малышам, бросая в подливу горсть нашинкованного зелёного лука, и принялся раскладывать готовое блюдо.
Порция выгрузилась внушительная. Хоть Юнь Чжао и ограничился одним этим блюдом, оно мгновенно приковало к себе все взоры. Рёбрышки покрылись глянцевой румяной корочкой, глубоко пропитавшись жгучим, душистым соусом; а протушенные в нём овощи сохранили свою естественную сладость, обретя пьянящую остроту, идеально сочетавшуюся с пресным рисом.
Панцири креветок блестели от масла, а сочное, упругое мясо благодаря надрезам полностью впитало в себя весь букет специй. Маленький Феникс Лэ Хуан уплетал за обе щеки, даже не поднимая головы, так что Юнь Чжао только и успевал его предостерегать, как бы тот со слепого азарта не заработал несварение.
Ао Цин чинно держал пиалу, беря еду строго с края блюда напротив себя. Вдруг в его рис опустился сочный, толстый кусок кальмара. Мальчик изумлённо вскинул взор — угощение положил Ао Юй.
На лице Ао Цина вспыхнула сдержанная радость:
— Благодарю, брат.
Ао Юй споро отправил пару кусочков себе в рот и небрежно бросил:
— Слуг тут нет, раскланиваться не перед кем. Дотягивайся сам.
— Слушаюсь, — Ао Цин кивнул, и сковывавшая его неловкость окончательно растаяла.
Наблюдая, как Ао Юй украдкой покосился на младшего, Юнь Чжао тихонько прыснул. Дракон тут же прищурился:
— В свою тарелку смотри.
Юнь Чжао лишь хихикнул, быстро очистил креветку и бросил её дракону, мгновенно переключив внимание строптивого ящера на угощение.
Аппетит у божественного молодняка был отменный. Казалось бы, огромная бадья еды опустела подчистую. Зверята вповалку улеглись на скамьях, поглаживая раздувшиеся животы, и даже сдержанный Ао Цин, смущённо краснея, заходился икотой.
Юнь Чжао раздал каждому по пиале травяного настоя для улучшения пищеварения и успокоился, лишь убедившись, что все выпили отвар до капли. Ао Юй, посадивший на одежду капли острого масла, нахмурился и отправился в дом переодеваться.
— Эстет, чтоб его, — фыркнул Бай Цзэ.
Помогши кроликам убрать со стола, Юнь Чжао проводил взглядом скрывшегося в дверях дракона и не удержался от вопроса:
— Бай Цзэ... А что вообще представляет собой эта Бездна? Сколько ни смотри на те пурпурные тучи над океаном, меня каждый раз в дрожь бросает.
— Ого? — Высший бессмертный Бай Цзэ с изумлением воззрился на юношу. — Ты способен ощущать её притяжение?
— Да.
Юнь Чжао вспомнил то смутное чувство, охватившее его у побережья. Оно промелькнуло мгновенно, но сомнений не оставалось: это не было случайной блажью.
Бай Цзэ развалился в кресле-качалке, уставившись в усыпанное звёздами небо:
— Бездна — это, считай, изнанка всего мира Линсю, сточная канава для скверны и темных помыслов. Там кишмя кишат злые духи и древние демоны. У тебя духовно-чистая энергетика, вот чутьё и сработало. Посмотри на этих сорванцов, — он кивнул в сторону детворы, резвившейся у качелей, — им хоть бы хны.
Юнь Чжао присел у каменного стола, подперев щеку рукой:
— Повелитель Драконов потому так строго следит за рубежами и отправил туда Ао Юя?
— Именно, — вздохнул Бай Цзэ с невольной печалью в голосе. — Граница между мирами проходит через Четыре Моря. Твари Бездны без конца пытаются прорваться и сплести два мира воедино... вернее, полностью сожрать наш. И не один Ао Юй. Из века в век клан Драконов терял тысячи воинов, сдерживая натиск тьмы, да и прочие бессмертные роды посылали свои отряды им на выручку. — Голос Высшего Бессмертного звучал глухо, точно долетал из далёкого прошлого. — Бездна вскармливает пороки, сокрытые в сердцах. Одни погибли от изнурения, другие сгорели от собственного безумия. Всеобщее почитание Драконов в мире Линсю куплено кровью и жизнями их предков.
Вообразив суровые морские волны, Юнь Чжао почувствовал, как сердце сжимается от щемящей тоски:
— Неужели нет способа покончить с этим раз и навсегда?
— Похоже, что нет, — задумчиво почесал подбородок Бай Цзэ. — Я сам исследовал то место, но так и не понял, как запечатать Врата Бездны. Не то Ао Юй не торчал бы там веками.
Юнь Чжао опустил ресницы и принялся задумчиво чертить пальцем узоры на каменной столешнице. Бай Цзэ скосил глаза и сразу всё понял: юноша изнывал от жалости к своему дракону.
Прокашлявшись, Высший Бессмертный добавил:
— Ао Юй — упертый как баран, а сердце мягкое. Обычные драконы меняются каждые пару сотен лет, а этот упрямец, желая дать сородичам передышку, проторчал там больше тысячи лет без смены! Не получи он то тяжёлое ранение, так и сидел бы в Бездне до скончания времён.
Сердце Юнь Чжао сжалось еще сильнее. Бездна казалась гибельным адом, а его дракончик бился там век за веком... Как только он выдержал подобный кошмар?
Поднявшись из-за стола, Юнь Чжао пошёл в дом. Ао Юй как раз успел переодеться. Юноша сделал шаг вперед, крепко прижал дракона к себе и уткнулся носом в его шею.
От столь пылкого порыва Ао Юй растерялся, но мгновенно обнял юношу в ответ, ласково поглаживая по спине. Ощутив, что Юнь Чжао чем-то глубоко опечален, дракон уже открыл рот, желая расспросить его, как вдруг столкнулся взглядом с Бай Цзэ, торчавшим под окном.
Тот корчил физиономии, обнимал сам себя, извиваясь всем телом, и гордо похлопывал себя по груди, мол: «Оцени мою работу!». А когда Бай Цзэ выпятил губы, собираясь послать воздушный поцелуй, Ао Юй с нескрываемым омерзением дёрнул шторку, задёргивая окно.
«До чего же тошнотворный тип...» — нахмурился дракон.